24

Малек, как и обещал, подъехал к дому через час. Я уже к этому времени переоделась и несколько раз проговорила то, что скажу Малеку.

Я посмотрела на него в окно — он стоял возле машины и ждал меня. Сердце ёкнуло, но не от любви, а от страха причинить ему боль.

— Куда поедем? — он улыбался во весь рот, а мне становилось всё тяжелее на него смотреть.

— Поехали на пляж, там людей сейчас мало к вечеру, поговорим там, — садясь в машину, сказала я.

— Как скажешь, — он уселся за руль и поглядывал на меня, улыбаясь. Наверное, он хотел поцеловать меня, но держался изо всех сил.

Спустя несколько минут мы подъехали к пляжу, оставили машину на парковке и пошли к океану. Солнце уже садилось, и на небе был красивый закат. Мы с Малеком довольно часто приезжали на пляж вечером, лежали на песке, целовались и слушали шум волн. Но сейчас всё было по-другому. Между нами стояла огромная стена, которую замечала только я. Малек тоже её замечал, но почему-то не хотел признавать, что она есть.

— Что делала эти дни, когда мы не виделись? — Малек уселся ко мне рядом на песок, глядя в воду.

— Да ничего, дома сидела, — ложь на автомате вылетела у меня. Надеюсь, он никогда не узнает, что вчера вечером я точно так же сидела с Армином и смотрела на закат, а потом мы поцеловались.

— Понятно, Ави, я так скуч...

— Малек, нам нужно расстаться, — резко сказала я, не давая ему закончить фразу. И весь разговор, который я репетировала в комнате, провалился.

— Чч...что? — заикаясь, спросил он. Он не верил своим ушам.

— Малек, признай уже, что ты не любишь меня. Что это просто привязанность, которая выросла до огромных масштабов за эти три года, — я смотрела всё так же вдаль, боясь посмотреть на него. Увидеть, как улыбка с его лица сползла. Я боялась вновь расплакаться перед ним, потому что мне было так совестно.

— Это всё из-за соседа? — тихо, без агрессии, почти безжизненным голосом сказал он.

— Нет. Армин лишь ускорил это, но если бы не он, мы бы всё равно расстались рано или поздно, — я упорно смотрела вдаль, но боковым зрением следила за ним.

— Ты правда считаешь, что это правильно? — он приложил руку к своей шее сзади.

— Да. Малек, ты, как и я, заслуживаешь, чтобы тебя любили по-настоящему. Не потому что человек смотрится классно рядом с тобой, не потому что друзья любят вашу пару, а потому что человек рядом любит тебя, — я сдалась и посмотрела на него. На моё удивление, его глаза были не такими грустными, как я себе представляла.

— И ты любишь его? — глядя прямо мне в глаза, спросил он.

— Я не знаю... — протянула я.

— А меня? — в его глазах вдруг появился холод, что показалось мне странным.

— Нет, — тихо произнесла я и убрала прядь волос с лица.

— Понятно, — он отвел взгляд от меня и посмотрел снова вдаль. О чём он сейчас думал? По нему не скажешь, что он сильно расстроился. Может, он и не расстроился вовсе, а ожидал это от меня, хоть и внушал себе, что всё будет хорошо.

— Малек, я говорю правду из-за уважения к тебе, к тому, что между нами было. Прости меня, что всё так получилось.

— Да мне не за что тебя прощать, я сам виноват. Я предвидел, что так будет, но не думал, что так скоро и что ты действительно решишься на это и расстанешься со мной первая. Я надеялся, что ты изменишь мне с этим соседом, и так мне было бы проще пережить расставание — в ненависти к тебе.

— Малек, мы можем остаться друзьями. Приходи ко мне на день рождения, я буду рада тебя видеть.

Он рассмеялся от моих слов.

— Это что, подарок придётся покупать? Я уже обрадовался, что не нужно будет заморачиваться, — он улыбчиво посмотрел на меня. Давно я не слышала от него шуток — таких лёгких и приятных, хоть, наверное, и должна была показаться со стороны обидно.

— Дурак, — я толкнула легонько его в плечо, и он ещё больше рассмеялся.

— Ави, скажи честно, между вами что-то было? — он снова резко поменялся.

— Да, в ту ночь, когда он забрал меня с пляжа, — мне вновь стало стыдно.

— Вы переспали? — его голос стал напряжённым.

— Нет, просто поцелуй, — твёрдо сказала я, чтобы он не засомневался, что я ему вру. (Хоть я и не врала.)

— А до этого? Было что-то?

— Нет, — так же твёрдо ответила я.

— Ты мне не врёшь?

— Нет, Малек, я не вру.

— Хорошо, спасибо за честность, — он посмотрел на скрывающееся солнце в океане.

— Малек, если ты думаешь, что мне легко об этом говорить, то это не так.

— Я не думаю так. Просто обидно, что в тот вечер, когда я приехал к тебе, и мы разговаривали, сидя на машине, ты не сказала сразу. Ты обманула меня.

— Я не знала, как ты отреагируешь. Я хотела подумать немного, побыть одной, разобраться во всём. Думала, может, мы сможем дальше встречаться. Но потом поняла, что невозможно. И ещё раз повторю, это не из-за Армина. Я не хочу, чтобы ты думал так.

— Понятно, — он тяжело выдохнул.

— Малек, спасибо тебе за всё. Пускай наши отношения последние три месяца и были похожи на дерьмо, но до этого всё было не так. Я действительно любила тебя, но любовь прошла, осталась лишь привязанность, которая душит нас своими нитями. — Мне казалось, что я сейчас расплачусь. Мне действительно было больно расставаться с ним, но я знала, что так будет лучше.

— И тебе спасибо. Спасибо, что поступила правильно, сказала правду. Предложение остаться друзьями всё ещё в силе, же?

— Конечно, — улыбаясь, сказала я. — Мне будет тяжело первое время без тебя.

— Мне тоже, — тихо сказал Малек.

— Помнишь, как мы раньше считали, через сколько секунд зайдёт солнце за горизонт?

— Помню, конечно, — ностальгия по прошлому в нём вызвала тоску.

— Давай сейчас также, — улыбаясь, сказала я, глядя, как солнце пропадает за горизонтом.

— Один, — улыбаясь, но грустно начал он.— Два, — продолжила я.— Три.— Четыре..........— Тридцать три.— Тридцать четыре, — сказала я, и солнце спряталось полностью.— Ровно столько месяцев мы были вместе, — улыбаясь, заметил Малек.— Пускай этот закат будет олицетворением нашего расставания, — сказала я и обняла его. Мягко, по-дружески. И он ответил на мои объятия точно так же.

— Ну ладно, поехали домой, а то ещё подарок тебе выбирать, — отстраняясь, сказал Малек.

— Ещё вся неделя впереди.

— Я заранее, чтобы мой подарок был лучше всех.

Я непринуждённо посмеялась, и мы пошли в сторону машины. До моего дома мы ехали и разговаривали — впервые между нами не было этой стены недосказанности, и, наверное, сейчас мы больше были похожи на хорошую пару, чем до этого. Но всё равно в его голосе слышалась небольшая обида за то, что я соврала ему. Я думаю, он простит меня, хоть и даётся ему это с трудом. Как только мы доехали до дома, он посмотрел на меня.

— Ави, я друзьям сам скажу, что мы расстались после твоего дня рождения, — это звучало больше как вопрос, нежели утверждение.

— Хорошо, — сказала я и обняла его на прощание. По привычке он чуть не поцеловал меня, но тут же опомнился, и его лицо стало мрачным. Я вышла из машины и помахала ему, когда он уезжал.

— Малек сильный, он справится, — под нос себе сказала я, глядя на удаляющуюся машину Малека. Было грустно, но камень в душе наконец-то пропал, и стало легче дышать. Я зашла в дом, даже не вспомнив о доме напротив.