Между пятой и шестой. Стражи древнего пламени.

Они вышли к старому каменному кругу — заросшему мхом, полузабытому. В этом месте деревья стояли в круг, будто оберегали центр, где торчал из земли странный обелиск. На его поверхности — трещины, древние знаки и следы времени.

Мальчик подошел к обелиску, окружённого тишиной, такой густой, что казалось, лес сам затаил дыхание. Незнакомец стоял чуть поодаль, не подходя ближе, будто отдавая этому месту должное уважение.

— Здесь... всё по-другому, — пробормотал мальчик, оглядываясь. — Как будто время остановилось.

— Оно действительно остановилось, — тихо ответил незнакомец. — Когда был произнесён первый завет.

Мальчик нахмурился, но ничего не сказал. Его рука невольно коснулась метки за ухом — та словно отозвалась лёгким, почти незаметным теплом.

— Ты чувствуешь? — спросил незнакомец. — Здесь — след тех, кто связал свою судьбу с древним пламенем.

Слова отзывались в нём странным эхом. Он не мог вспомнить, откуда знал это место, но где-то в глубине... что-то шевельнулось. Перед глазами вспыхнули образы, будто вспышки света за закрытыми веками.

Огонь. Пылающее небо. Высокая фигура в тени, протянувшая ему руку. И голос — не мужской, не женский, просто древний, как ветер над горами:

«Ты не один. Смотри вглубь, и ты узнаешь, кем ты был».

Мальчик вздрогнул. Образы исчезли так же быстро, как появились, оставив послевкусие золы и звона в груди.

— Кто они?.. — спросил он, срывающимся голосом. — Эти... хранители?

— Их имена забыты, но их клятва живёт в камне, в ветрах... в дыхании дракона. Хранители, что поклялись защищать равновесие. Они были первыми, кто услышал зов и не испугался.

Он посмотрел на обелиск. Камень, прежде казавшийся грубым и серым, теперь отливал глубокой бронзой. Где-то под слоем времени, будто бы, проглядывали едва заметные узоры — сплетение крыльев, линий и пламени.

— А... ты один из них? — спросил он почти шёпотом.

Незнакомец не ответил сразу. Он лишь улыбнулся уголком губ и перевёл взгляд ввысь — туда, где сквозь верхушки деревьев проглядывал бледный свет неба.

— Я — тот, кто помнит. Кого однажды тоже избрал огонь, — произнёс он сдержанно. — Но не я решаю, достоин ли ты пути. Это решает он.

— Он?.. — повторил мальчик, и в голосе прозвучал трепет.

— Дракон, — сказал незнакомец. — Тот, чьё имя ещё не названо.