Глава 4

— Выгружаем вещи, ребята. Чем быстрее, выгрузим всё, тем быстрее начнёте веселиться! — говорит прибывшим старшеклассникам учитель Пак.

Первый поход одиннадцатых–двенадцатых классов за семестр — это поездка в лес на два дня и две ночи. В школах Кореи проводятся не только типичные образовательные предметы, но и нужные в будущем для жизни путешествия. А то «—Вдруг вас муж увезёт куда–нибудь в Африку, а вы ничего не умеете?» или «—Вдруг вас какая–то сумасшедшая девочка засунет в мешок и увезёт на необитаемый остров?».

Половина парней вытаскивают с автобуса все сумки, половина – расставляют палатки, а малая часть – ищут древесину для создания большого костра, который скоро сделают вместе с учителем Паком. Девушки в свою очередь расстилают привезённые из дома пледы и расстилают на траву, чтобы подростки смогли спокойно лечь на землю, если им понадобится; пару девушек готовят еду вместе с классными руководительницами параллельных или на год старших классов.

Угадайте куда попала наша Ким Серри? А она оказалась одной из тех, кто готовил еду вместе с учителями, потому что в поваров много людей не нужно, соответственно к ней не будут приставать. Она сама вызвалась.

А наш харизматичный Чон Чонгук был в компании «папочек», которые самостоятельно, но всё же лениво ставили палатки. Конечно, они бы не поехали на такое мероприятие, будь у них возможность отказаться, но как же? У них самая большая вероятность оказаться украденными. Девушки после «самой сложной работы» уселись на те же полотна и любовались сильными, или скорее – потными парнями.

— Ну что, как тебе замужняя жизнь, Серри–я? — спрашивает невесту учитель Ли, классная руководительница параллельного класса. Вопрос прозвучал, казалось бы, довольно дружелюбно, но нет. Немногие могли бы услышать в её словах зависть, возможно потому, что женщина сама была «старой девой», ей самой уже за сорок. — А парень–то какой... Мечта.

— Прекрасна, — как по сценарию ответила Серри, отмывая остатки еды от грязной после готовки посуды. Уже не в новинку отвечать на такого рода вопросы. — Очень важно было узнать, правда?

— Конечно, ведь ты всегда было одной из самых известных учениц нашей школы. Ходит много слухов о вашей семье, — коротко отвечает учитель.

— Понятно, — отрезает та. Разговор ей был уже не по душе, как и эта женщина. Несмотря на всё дружелюбие и доброту женщины, было понятно, что как только еда будет готова, она побежит к остальным учителям и будет рассказывать то, что якобы услышала. На самом деле половину истории она просто придумает. Женщина слишком болтлива, а из–за того, что она нелюбима обществом, думает, что если будет доносить интересную информацию, то мнение о ней координатно изменится. Наивно.

— Вчера на перемене я видела Чонгука с другой девушкой, поэтому решила предупредить тебя, вдруг ты этого не знаешь. Или всё–таки это правда, что ваша свадьба по родительскому договору? — услышав нотки грубости в предложениях, Серри не могла не прекратить мыть почти полностью перемытую посуду и не посмотреть на учителя.

— Во–первых, мы ещё не женаты, а только помолвлены; во–вторых, нельзя следить за людьми без его разрешения – за это вас могут засудить; а в–третьих, всё, что вы сказали мне – не ваше дело, поэтому прекратите задавать вопросы и строить доброжелателя по отношению ко мне. Если правда думаете, что я ничего не понимаю и в первый раз через это прохожу, то вы глубоко ошибаетесь, учитель Ли.

Серри очень раздражает то, что к ней так пренебрежительно относятся. Пока она тут моет за «всеобщий» труд грязную посуду и терпит унизительные слова, виновник всего этого наслаждается поездкой, ведь рядом куча друзей и девушек, что не прекращают восхвалять и лелеять его. Она чувствует себя боксёрской грушей, которую в первую очередь бьёт Чонгук, а затем и все девочки, которые жить без него не могут. Ну а в принципе, её настроение было ещё с прошлого вечера испорчено, так что хуже от слов учительницы не стало. Может только очередное разгоряченное в грудной клетке слово – «унижение».

После нехилого ужина, все старшеклассники собрались в круг и каждый присутствующий, кроме учителей, безотказно должен был играть в «Бутылочку», чтобы никому не стало плохо после «дискотеки». А у учителей там своя пати, которую они спрятали далеко от учеников. Проще говоря, поездка эта нужна не для того, чтобы учеников учить, а чтобы поболтать и выпить с коллегами в рабочие дни. Они лишь прячутся под словами, что это для учеников.

— Снимаем все ограничения? — смеясь, спрашивает девушка с выпускного, двенадцатого класса.

— Все! — поддакивают ребята. Бутылочка закрутилась и в конце концов выводит незнакомые для девушки имена.

Ким особо не удивилась подобному, хотя должна была. Корея – не та страна, где девушки такие развязные, но в их школе уже в семнадцать–девятнадцать лет ребята перепробовали в своей жизни всё, что могли только к тридцати. Бывают и исключения, конечно же, например, та же Ким Серри, хотя она относилась к обоим сословиям. А всё потому, что все эти ребята учатся в престижной школе, где каждый ученик, включая ботаников, выходец из богатой семьи, вот только по статусам люди всё равно делятся: ботаников за людей не воспринимают, а «Папочек» хранят как зеницу ока. Семья Ким не самая богатая  и не так известна в Корее, потому–то Серри и не популярна в школе. Хотя когда-то была. Пока не связалась с Чон Чонгуком, конечно же. В Корее она по-прежнему популярна.

В общем в поездку поехало три класса, поэтому людей в итоге было около ста, потому как примерно ещё тридцать–сорок человек просто напросто не поехали, подделав справку, но так как людей было слишком много, а в кругу было не так много «интересных» людей, ребята разделились на два круга. Всё бы ничего, если бы всё не обернулось куда хуже, чем предполагалось, потому что Серри попала в круг самых популярных и «активных» в жизни школы людей из старшеклассников. И всё благодаря статусу «невеста Чон Чонгука», ведь она не является активисткой. Ну просто не могла она не разочароваться, что попала в круг к этим извращенцам и садистам. А смешнее всего, что самого виновника её дурацкого статуса в этом кругу не было. Он занимался чем-то своим с остальными шестерыми парнями.

— Суджин на Ёбо! – старшеклассница весело хлопает в ладоши.

— Правда или действие? – спрашивает парень у девушки.

— Что за глупый вопрос? Конечно же действие.

— Слабо поцеловать свою лучшую подругу, как обычно целуешься со своим парнем? — с усмешкой спрашивает парень. Он явно помешан на лесбийских мангах или аниме.

— Конечно нет, это мы уже проходили! – девушка перешагивает через всех и, в конечном итоге, валит свою подругу назад, страстно целуя. Вокруг полились аплодисменты и свисты, пока Ким сидит, разинув рот. Уж далеко не каждый день такое увидишь. Проще улететь в Америку и выйти замуж за кактус.

Бутылка снова крутится, пока не останавливается на:

— Суён на Бао!

— Действие, Бао? — бывшая подруга Серри улыбается парню, будто мысленно подговаривая.

— Конечно.

— Сделай то, что всегда хотел. Мы хотим это видеть.

В мыслях Ким надеется, что этот парень к ней не подойдёт, что он откажется, что кто-нибудь ей поможет. Поэтому она лежит между ребятами и глядит на неподвижную бутылочку из-под пива, будто даже не о чём не подозревает. Однако... надежды не оправдываются. Серри айкает, когда из–под неё до боли вытаскивают руку, поднимают за неё вверх, тем самым разворачивая, и резко впиваются в губы. Она даже не успевает увидеть лицо старшеклассника, но всё же когда сознание вновь возвращается на место, начинает колотить парня. А Бао её отпускает, но сначала заносит сильную пощёчину, тем самым вызвав у людей удивление и.. страх?..

Ким просто беспомощно падает, не поспевая за его действиями. Шок застал её полностью, потому она даже вскрикнуть от боли – не вскрикнула. Она просто молчала, с приоткрытым ртом смотря на покрывало, на котором десять секунд назад просто лежала и наблюдала за произошедшим. Все произошло так быстро, что она и не успела осознать, что происходит. Внезапно он толкает её ногой, вынуждая перевернуться с бока на спину.

— Потаскуха, гуляет с кем попало, потом ещё и замуж за лучших выходит, — парень специально ставит ногу на плечо девушки, чуть ли не надавливая всем своим весом, чтобы та не встала, а она готова разрыдаться, потому что все плюс–минус сорок человек могли только отодвинуться подальше и наблюдать, а её жениха, которого восхваляет каждый, даже не было рядом.

Всё же, как Ким и обещала себе самой, она будет бороться до конца, даже если это невозможно. Поэтому, не жалея сил, заносит удар парню между ног, и тот скручивается, не забывая ахнуть.

— Мерзавка.. — шипит Бао, сильно замахиваясь на напуганную девушку ногой, но в ответ только отлетает от неё.

— Достаточно! Слишком многого ты хочешь.

Серри слышит самый нежданный для неё голос и открывает глаза, видя перед собой лишь чонгукову спину. Чонгука переминается с одной ноги на другую, массируя запястье. 

Юнги и Тэхён встают перед самим Бао, у которого из носа уже безостановочно бежала кровь, представляя перед разъяренным младшим руку, чтобы устранить удар, если тот всё–таки захочет продолжить драку.

— Какого хрена ты делаешь, Чонгук?! — воскликнул Бао, держась за нос.

— Раз ты не понял, может повторить? Знаешь, мне жена здоровая нужна.

— Ты с ней помолвлен всего несколько дней, а друга, с которым дружил со средней школы, продаёшь?

— Неважно, сколько времени прошло. Эти бесполезные цифры меня не заботят.

— «Бесполезные»?! — переспрашивает Бао.

— Бесполезные, — с такой же безэмоциональностью повторяет Чон. — Думаешь, я совсем идиот и не замечаю того, что ты рядом со мной только из–за высшего общества, бесконечного бухла, гулянок и девушек? Понизь планку, она не для тебя.

— Хочешь сказать, что если бы она ударила тебя, ты бы просто проигнорировал это? Да ты же даже на метр близко её не подпускал, почему сейчас защищаешь?

— Потому что теперь она моя невеста. А знаешь, чем мы с тобой отличаемся, Бао? — подходя к парню, внезапно спрашивает Чонгук, проигнорировав его вопрос. — Знаешь, почему по сравнению с тобой я белый и пушистый, просто сущий ангел? — и до видных костяшек хватает парня за воротник футболки. — Потому что я никогда не поднимал на неё руку, потому что никогда не целовал её без разрешения, потому что я, мразь ты бесхребетная, вообще никогда не целовал замужних, да хотя бы помолвленных девушек, особенно если это невеста твоего друга! — громко выплевывает Гук и резко отталкивает Бао.

— Чонгук, прекрати, — Серри сама не на шутку испугалась высокому тону Чонгука. Не меньше, чем смотрящие. Он говорит это не своим привычным голосом. Даже с ней во время ссоры он умел контролировать себя. 

— Она бы тебя никогда не полюбила.. — тихо продолжает Чонгук, так, что это услышал только сам Бао и она.

В это время несколько старшеклассников уже побежали искать учителей. Наверное, уже каждый должен знать, что злой Чонгук – это неуправляемое существо. Если он захочет драки, он её получит.

— Бей–же тогда, — усмехается Бао.

— Не делай этого, Чонгук, — говорит ему старший хён. И это был сам Мин Юнги.

— Уйдите, не то я и вам носы поразбиваю, — с такой-же серьезностью говорит Гук.

— Ну хорошо... Давай, Чон Чонгук, нападай, — вызывающе говорит Бао, дразня Чона и вызывая совершить страшные поступки. — Я поцеловал твою невесту. Хорошенечко так, а потом ещё и ударил. Ладонь чешется от такого смачного удара. Но и в правду, тебе так жалко отдать её мне? Я буду с ней ласков, Гук..

Серри собирает всю свою волю в кулак и вновь перехватывает Чонгука, пока тот не перессорился и с самыми близкими друзьями.

— Не слушай его, — взяв его за руку, Ким просит его остановиться, глядя на побелевшие костяшки.

Голос хоть и злой, немного севший, обиженный, но она пыталась остановить его минимальной нежностью. Но тот только смотрит с призрением, сощурив стеклянные глаза, и смотрит сверху вниз, даже не имея в мыслях сжать её руку в своей. Он видит её непривычно порозовевшую щеку. Видит её запуганность, незнание, что делать, покрасневшие мокрые глаза, но не собирается ничего менять. Если он зол, то никто и ничего, кроме его жертвы, его не интересует.

— Давай уйдём отсюда, Чонгук?

— Отойди.

Враг внезапно отталкивает в стороны «папочек» и нападает.

— Да прекратите вы уже! — кричит Серри и встаёт перед женихом в защиту.

Зачем? Кто её заставил лезть на рожон?

— Я сказал «отойди», дура! — Чонгук еле успевает перехватить девушку и развернуть на 180°, закрывая от мужского удара.

***

Парень отходит на пару шагов вперёд от такого удара, пихая собой девушку. И да... Получать по почкам со всей дури Гуку было совершенно не свойственно, шататься от удара – тоже, а защищать кого–то – тем более.

Чон пытается выпрямиться, но вместо этого просто валится на левое колено и болезненно стонет от боли в правом боку поясницы. Бедро свело. Перехватило. Проткнуло. Всё вместе. Ким, очнувшись от шока, старается поднять жениха за руку, но, в конечном итоге, падает сама – ноги совсем не слушались. Остальные четверо «папочек» испуганно подбегают к паре, пытаются поднять обоих, в особенности разбудить Чона из ничего непонимающего состояния, а Юнги и Тэхён перехватывают виновника случившегося и откидывают подальше.

— Какого чёрта ты делаешь?! Куда ты его ударил?! — орёт Намджун на Бао, подозревая, что удар пришёлся прямо по почке. Он побоялся, что у младшего случился разрыв или что ещё хуже. — Скорее звоните в больницу кто–нибудь!

— Какую больницу? Всё нормально, — хрипло говорит Чон, а сам не был уверен, что в состоянии самостоятельно встать. При малейшей попытке подняться он лишь с полной гримасой боли приоткрывал рот, тяжело вздыхая, и обратно укладывал голову на локти. Он просто охреневал, что от одного удара в поясницу, он может не смочь встать на ноги и корчиться от боли. Но даже так он старался выглядеть здоровым и отвечал с полным спокойствием. А на деле чувствовал, как нижняя часть тела онемела, передаваясь в судорогу и отдаваясь в самые ноги.

— Ты идиот? Это не нормально, что ты не можешь подняться!

— И что?

— Тебе что, в мозг тоже отдало?!

— What is your name?

— Не время для шуток, Чон Чонгук!

***

— Дайте мне пройти! — уже кричит Ким, когда её в который раз отталкивают от входа в машину скорой помощи.

— Девушка, в вас нет необходимости. Оставайтесь здесь, раз никем не приходитесь ему! — настоятельно говорит один из медиков Серри, которая буквально пытается ворваться в машину скорой помощи.

Именно её «никем не прихожусь» до сих пор держал её снаружи. Ответить по факту она не может — настолько язык завязывался, настолько ей не нравилось её прозвище по отношению к нему. Но она искренне переживала. Не столько, как за произошедший с ней инцидент, сколько за Чонгука, который наверняка её после этого сдаст на фарш.

— Жена она моя, разве не ясно?! — раздраженно отвечает за неё Чонгук, сидя на долбанной, по его мнению, кушетке.

И, честно говоря, было совсем не ясно.

Один из врачей оцепенел, потому девушка с помощью руки Намджуна запрыгивает в машину, подходит к лежачему Чону и садится напротив его лица. Сам он лишь ждал пока кто–нибудь удосужится принести из ручного холодильника лёд или хотя бы что–нибудь холодное врачу.

— Что, сложно ответить, кто ты? — бурчит Чон, строго смотря на девушку, но долго злиться не мог. Его больше злило своё состояние. Он обременяет всех, кто здесь вообще есть.

— П–прости... — первое, что могла выдавить Ким.

— Именно, это то, что ты должна сказать. Но я бы предпочёл услышать что-то вроде: «Да, Чонгук, я дура». Как всегда все наперекосяк у тебя.

— Прости... — снова мямлит она.

Не то, чтобы в Ким проснулись какие–то особенные чувства к Чону, просто она прекрасно понимала, что он мог и распрощаться с привычной жизнью из-за неё. Если бы ему не повезло, он бы мог стать инвалидом или что ещё хуже — умереть. Потому какая–то ответственность за парня всё–таки лежала, да и он её будущий муж как–никак, и этого уже не избежать.

— Если бы я потерял сознание, то да, могла бы паниковать, но сейчас прояви спокойствие. У тебя нет причин беспокоиться, понятно?

— Девушка, отходим, — та не успевает ничего ответить, как медик отстраняет девушку, и только после того, как присела, она замечает, что они уже двинулись, а дверь машины давно закрыта.

Серри садится рядом с Намджуном, а когда замечает огромный синяк на его теле, начиная с поясницы и заканчивая почти в районе печени (впереди), утыкается ртом в чонгукову футболку в своих руках. Джун крепко обнимает девушку за плечо в надежде всё–таки успокоить. На самом деле эта «фантастическая семерка» никогда не ненавидела Ким. Они никогда не относились к ней хорошо или плохо, кроме Чонгука, конечно же. Но чисто из принципов и когда им что-то было нужно от девушки, им нужно было вести себя соответствующе своему статусу. А Чонгук, сказать честно, сам нереально испугался, получая травму и рухнув на землю. Он прямо–таки задом чувствовал, что так просто он от этого не отделается — боль прекрасно давала о себе знать. Медик недолго рассматривает торс парня и сразу же ставит диагноз.

— Ушиб, — передаёт мужчина второму медику, затем разворачивается к ребятам.

— Не разрыв? — спрашивает тот.

— Слава Богу, что нет. Можно с уверенностью сказать, что это ушиб почки. Причём далеко не лёгкий ушиб, а что–то между средним и тяжёлым. Собственно после обследования врача точно узнаем. Можете сказать, что случилось? Была драка?

— Да, — отвечает Джун.

— Сильный удар?

— Достаточно.

— Ну, что можно сказать... Что же вы не следили за друг другом, дорогие молодожёны? Для парня это могло начаться внутренним кровотечением и закончиться летальным исходом.

У всех глаза резко превращаются в монеты, в том числе и у Чонгука, который все–таки забыл, как нужно дышать.

— Но, вероятнее всего, мы к этому не придём. Так, если вы.. — мужчина сделал паузу, ожидая услышать фамилию девушки, но всё таки не дожидается. — ..его жена, Вы ведь не будете против, если мы введём обезболивающее?

— Да–да, конечно, — врач обратно разворачивается к Чону, а тот снова принимает беззаботный вид.

— Так.. Чон Чонгук, опиши, что ты почувствовал, как только получил удар?

— Это довольно сложно описать.

— Объясни так, как можешь.

— Ну сначала резко перехватило бок так, что я не мог пошевелиться. Что-то похожее на судорогу или даже, наверное, ножевое ранение, но потом всё это начало отдавать в ноги, из-за этого я рухнул на землю.

— Было онемение в ногах?

— Да, именно это.

— Тебе повезло, парень, ты был на пути к становлению инвалидом.

По телу парня прошёлся табун мурашек. Его чертовски напугала мысль, что он мог никогда не оправиться от этого ужасного чувства, будто из-под ног ушла земля, и провести оставшуюся жизнь как овощ из-за какого-то простого удара. Даже при драках никогда такого не было. Бред.

— Врачи такое пациентам не говорят, — усмехнулся Гук, на что мужчина с доброй улыбкой отвечает:

— Я не отношусь к категории таких врачей. Ладно. Боль в области почки есть?

— Разумеется.

— Сильная боль?

— Терпимая.

— Дополнительная боль в животе? Может в паху? Что–нибудь присутствует? — Гук начал ощупывать себя, начиная с живота, заканчивая ширинкой.

— Главное, друган на месте. Пользоваться смогу.

Намджун поперхнулся перед тем, как рассмеяться, вот только Серри весело совсем не было.

— Самое главное. То, что ты шутишь, уже вызывает радость, жить будешь, — с улыбкой отвечает врач. — Ложись на живот.

— Всё нормально, — кивнув, отвечает Гук и вытирает тыльной стороной ладони наступивший пот. Он до сих пор еле чувствовал своё тело, начиная от рёбер и заканчивая бёдрами, зато чувствовал боль, вот только сам не понимал, где.

— Я вижу, что тебе больно. Когда чувствуешь боль, то не теряй возможность избавится от неё, говори врачам сразу. Новокаин нормально переносишь?

— Да.

— Тогда, готовься, — мужчина берётся записывать полученную информацию в тетрадь, другой берётся готовить обезболивающее, а Чонгук, собственно говоря, уже измученно расправляется с пряжкой ремня. Сначала смотрит на друга, глазами прося о помощи, а затем на свою невесту. Улыбается, подмигивает и, по просьбе врача «оторвать зрительный контакт», слушается и ложится на живот, ожидая долгожданное обезболивание.

— Ну, ты парень смышлёный, должен понимать, что при легком ушибе не появляются такие синяки. Нужно надеяться, что разрыва не случилось, потому что это действительно крупное осложнение, требующее хирургическое вмешательство. Чаще всего он возможен в результате прямой травмы в область ее расположения, например, вследствие ушиба поясницы, сдавливания или удара. В результате происходит зажимание почки ребрами и поперечными сегментами поясничных позвонков, а также — гидродинамическое воздействие, вызванное повышением давления мочи или крови в почке...

Мужчина ожидал от слушающих понимания, которого, конечно же, не последовало. Но даже «парень смышлёный» еле догонял, о чем он. Понятно было только до середины.

— Понимаете, почка – орган, перерабатывающий жидкость, и при резком надавливании на него, то есть падении или ударе, почка способна просто–напросто лопнуть от давления на него. Также мы будем надеется, что в последствии удара не были повреждены и другие органы или сломаны нижние рёбра — это тоже значительно влияет на срок лечения. Подытожив всё, можно уверенно сказать, что хотя бы две недельки под присмотром специалистов он должен побыть, тем более ты несовершеннолетний, правильно? Гематурия и дизурия, гематома и болевые признаки, — вещи, которые непременно сейчас будут проявляться, за которыми стоит следить и немедленно устранять.

— Корейским языком никак? Что такое гематурия и.. что? Дизумия? — переспросил Намджун. Даже эти дети, стоящие в топе лучших по успеваемости, не претендовали на понимание этих медицинских терминов.

— Гематурия — это наличие крови при мочеиспускании, дизурия — нарушение мочеиспускания в целом.

— О, ужас... — ударяя себя по лицу, шепчет Чон. — Ким Серри, я встану – убью.

— Я что, специально? — запыхтела девушка. Ей и так было жаль, что так получилось.

— Пугаться не стоит, это нормальные симптомы при ушибе почек. И ты не пугайся, Чон Чонгук, у тебя молодой организм, выкарабкаешься. Номер родителей пожалуйста. 

— Зачем он вам? — спрашивает Чон, надеясь, что ослышался.

— Ты несовершеннолетний. Сообщить родителям – наша обязанность. Ваша жена с утра будет находиться в школе, а за вами кто будет следить? Не думаю, что выходцы из таких семей, как ваша, — врач умело намекнул на то, что знает, кто они. — ...будут есть больничную еду, потому что когда я её сам попробовал, еда из воды и листьев моей пятилетней дочери была примерно похожи с той.

— Говорите так, будто эта еда съедобна.

— Для моей дочери она очень даже съедобна, и мне приходится ложить в рот эту пластмассовую игрушку, чтобы та удостоверилась в том, что я всё–таки её съел.

— Я смеялся над ним целые сутки, пока мы были на дежурстве, — прокомментировал за ним второй мужчина, засмеявшись.

Внезапно для всех Чонгук замычал и в конце выдохнул, чуть ли не сматерившись, когда к синяку прикладывают ледяную бутылку в качестве компресса. Ему помешали высказать весь свой матерный запас только врачи.

— Терпи.

***

— Что я вам могу сказать? — начал главврач, смотря в записи и щёлкая ручкой. — Гематому вы уже наверняка увидели сами. Вещь не самая страшная, у каждого бывает. Гематурия есть и будет ближайшее время. Что на счёт нарушения мочеиспускания... Сомневаюсь, что кто-то из вас следит, когда он в последний раз ходил в туалет, так что чтобы узнать: произошло ли нарушение или нет, нужно следить за ним. Внутреннего кровотечения нет, разрыва, как оказалось, тоже, повреждений органов и переломов нет. Парню очень крупно повезло: толи он так хорошо уклонился, толи нападающий – профессионал в своём деле.

— Так всё будет хорошо, доктор? — всё же обеспокоено спрашивает Серри.

— Конечно! Даже при тяжёлых случаях, люди выходят отсюда здоровыми. Не переживай, жених у тебя крепкий, так что недельки две–три, и хоть на руках пусть носит!

— А зайти к нему можно? Или он спит? — спрашивает Джун.

— Я попросил медсестру поставить ему капельницу, так что не знаю: спит ли он или нет. Посещения идут круглые сутки. Главное его не поднимать, для него сейчас нужен постельный режим. Анализы и всё остальное уже за нами. Вы звонили его родителям? Нам нужна договорённость о том, что мы его лечим и вскоре выпишем.

— Да–да, они сегодня приедут. Они живут в Инчхоне, поэтому приедут не так быстро, как хотелось бы, — отвечает за друга Ким.

— Хорошо. Если что, я в своём кабинете, — предупредил главный врач и скрылся за следующим поворотом.

— Ну что? — спрашивает Намджун у Серри. — Зайдёшь?

— Ты заходи пока сам. Я дождусь родителей.

Серри не хотела заходить к Чонгуку, потому что знает, что его мучения сейчас происходят из–за неё. Попытка защитить парня оказалось безуспешной. Всё получилось только хуже. Чонгук снова начнёт обзывать её, материть и ненавидеть.

— Они сказали, что позвонят, когда будут около больницы.

— Ничего, я подожду.

Она сидит на скамейке и перебирает пальцы рук, боясь посмотреть его другу в глаза, потому что если посмотрит, то он увидит в них слезы. Она в который раз убеждается, что она притягивает к себе одни проблемы, и её жизнь — сплошная чёрная смола. Что Серри действительно не выносит — это свою вину, и пока ты не скажешь: «Ты не виновата», она не успокоится.

— Если будешь постоянно избегать его, ближе вы не станете.

— Я не избегаю его.

— Тогда почему не заходишь?

— Потому что я знаю, что ничего он мне кроме обвинений и матов не скажет. Да и нечего ему больше сказать..

— Его не заставляли тебя защищать, так что это не твоя вина.

— Он был вынужден это сделать, потому что я встала между ними. Если бы я не сделала этого, он бы уклонился.

— Он бы никак не уклонился, потому что он смотрел на тебя, а Юнги с Тэхёном смотрели на Чонгука, а не на Бао, который при удобном случае побежал на того с кулаками. Парни думали, что нужно удерживать Гука, но нужно было совсем не его. Так что Чонгук бы сначала получил, а потом уже дал отпор. Не спорь, мы, парни, больше знаем, тем более видели всё.

— Все равно не зайду.

— Вот упрямая... Ты правда считаешь, что это твоя с Гуком вина, а не вина Бао? Видеть, как твою невесту целуют – вещь не из приятных, драка бы в любом случае завязалась. Но затем он ещё и ударил тебя – это ещё одна причина, по которой любой бы не сдержался. Чонгук был зол и сам решил завязать в драку.

— Ха, Чонгук? Зол? Он поступил так просто потому, что отхватил бы от родителей, если бы со мной что-то случилось.

— Ты неправильно мыслишь. Чонгуку бы было плевать, если бы на твоём месте был кто-то другой, не говоря уже о том, если бы ты была невестой присутствующего в нашем кругу жениха. Он бы наслаждался этими побоями. Но Чонгук собственник касательно всего, к чему он даже не должен проявлять этого. К тому же, вы отвечаете друг за друга и обязаны держать отношения соответствующе вашему семейному положению. Так что в этой ситуации виноваты только эти двое, а ты просто хотела остановить драку. И ты её остановила, правильно? Что очень даже хорошо. Каждый боится попасть под горячую руку Чонгука – буквально один удар с ноги и ты уже безжизненно расплываешься по земле. Поверь мне, все мы часто дрались друг с другом, в частности с Чонгуком. А получать травму для любого человека, в особенности для парня, в каком–то смысле полнейшая норма. Так что прекрати вот это всё.

— Пусть будет так, но он всё равно скажет что–то плохое, — незаметно для себя, девушка стала совсем не той, какой её все знали. Она стала ранимой, той, кого легко довести до слёз, потому она тихо сидела, перебирая край рубашки. — Доведёт до слёз, как обычно.

— Странно.

— Что?

— Чонгук говорил, что ты, Ким Серри, самая дерзкая девушка, которую он когда-либо встречал. Не похоже.

Девушка улыбнулась. Это хороший комплимент.

— Ты должна зайти хотя бы потому, что ты его будущая жена.

— Ладно, но потом я выйду, хорошо?

— Хорошо, – она встаёт со скамейки и заходит в кабинет за Джуном.

Писала всё на самотёк, в итоге, пришлось перечитать куча статей в интернете.🤦🏻‍♀️Я знаю, что в этой главе куча недочетов и упущенных моментов, но понадеюсь, что вы, как минимум, не поймёте, какие именно, или вовсе не обратите на них внимание. Но ради сюжета я не буду ничего менять и оставлю всё, как есть🤗‼️Ребята, если решили подраться, то никогда не бейте по таким местам, а лучше всего — вообще не деритесь!‼️По вопросам вы всегда можете обратиться ко мне, написав в ЛС или на моей страничке в WP💌Очень жду ваших комментариев📱 и звёздочек⭐️