Глава 45: Страх порождает страх.

Перед тем, как начнёте читать, перечитайте конец 45 главы. Он изменён. Приятного прочтения💔

Я думал, мы друзья навеки. Вечность оказалась гораздо короче.

Я подняла голову, и вид открылся на невероятных размеров медицинский центр «Морристаун». Взволнованная предстоящими новостями я молча рассматривала неизвестную мне окрестность, когда в домофоне прозвучал сигнал и послышался голос девушки:

— Добрый вечер, чем могу помочь?

Я незамедлительно взглянула на Тэйлона, ожидая его ответа на вопрос ассистента. Поднося кулак к засохшим от ветра губам, он откашлялся и ответил:

— Наш брат.... — Тэйлон помедлил, посмотрев на нас, — Говард Картер поступил к вам недавно.

— Минуточку, — последовал ответ и мы услышали поспешные удары пальцев по клавишам клавиатуры.

По-видимому, девушка набирала в поиске имя и фамилию пациента, чтобы найти информацию о его нахождении и состоянии в госпитале.

— Кхм, — весьма неожиданно пробормотала девушка.

Я почувствовала удивление в её голосе, но не придала этому большое значение. Возможно, фамилия «Картер» была ей знакома. Брови Тэйлона сошлись на переносице, когда он услышал неуверенность в голосе незнакомки, ярость читалась в его глазах, как и в глазах Рэна.

— Что значит «оу» ? — с грозностью в голосе спросил он.

— Проходите, — отрезала девушка, проигнорировав вопрос Тэя.

Не успев возразить, телефонный разговор оборвался и до наших ушей донеслись обрывающиеся гудки. Злость, если не сказать злоба, сипела сквозь стиснутые зубы Тэйлона, как пар из перегретого чайника.

— Проклятье, — выругался Рэн.

Прозрачные двери госпиталя раздвинулись перед нами, и вид открылся на большую толпу людей, скрывающихся под больничными синими масками. Они бегали, как тараканы, по всей территории, каждый занимаясь своим делом. Одни громко обсуждали дальнейшую судьбу пациентов и осуждали врачей за их «безответственность», другие — молча сидели и ждали окончательного вердикта. Врачи в спешке неслись куда-то, санитары скорой помощи и медсестры появлялись в коридорах время от времени, ещё больше пугая нас своим присутствием. Не успели мы сделать шаг, как знакомое лицо показалось перед нами, загораживая вид на все остальное.

— Эдон? — удивился Тэйлон, замечая знакомое лицо, — Где он?

Доктор опустил опустошённой взгляд в пол, переводя дыхание, словно пробежав милю, а затем посмотрел на нас с отчаянием в глазах.

— Ребята, давайте я проведу вас в комнату ожидания? — спросил он, положа руку на плечо Тэйлона в поддерживающем жесте.

— Какая к черту «комната ожидания»? — воскликнул Рэн, — Ради всего святого, Эд!

— Рэн! — прозвучал голос Этель рядом, — Он прав, вам нужно успокоится.

Я кивнула, согласившись с словами подруги. Но глубоко в душе я прекрасно понимала ребят. Комната ожидания, когда жизнь твоего близкого человека под угрозой, а ты даже не знаешь, что произошло.

— Мы же не будем здесь, — я обвела руками госпиталь, показывая косящихся на нас людей вокруг — об этом говорить?!

Я чувствовала какое-то неприятное волнение, мне казалось, что это решение будет верным, и моё чутьё подсказывало, что такую возможность упускать нельзя...

Обдумав наши слова, парни все же согласились и мы последовали за Эдоном.

В белых длинных коридорах я замечала людей, перемещающихся в инвалидных колясках и детей, которые горько плакали, прильнувши к своим родным. Тэйлон тоже всё это замечал, и капелька пота скатилась по его лбу. Я заметила как кровь отхлынула от его лица, а в глазах застыла преждевременная паника. Мой собственный страх исчез, словно рассеявшись в воздухе, как только я заметила его в своём парне. Крепко взяв его за руку, я шепнула:

— Всё будет хорошо, — и прильнула к нему всем телом.

Тэйлон дотянулся своей ладонью до моей щеки и осторожно её погладил. Его ладонь была словно кусок ледышки.

Эдон завёл нас в достаточно просторную комнату. Я обвела взглядом пространство в поисках места, где можно сесть. В углу тихо играл телевизор. Яркий свет от луны пробивался сквозь окно и падал на небольшой столик с различными журналами. Я подтолкнула Тэйлона к небольшому коричневому дивану, но тот запротестовал.

— Дея! — фыркнул он, — Мне не до посиделок.

— Сядь! — как можно мягче прошептала я, — Мы не знаем, насколько все серьёзно.

Рядом появился Рэн и занял место с краю. Этель расположилась в противоположном кресле. Мы обменялись долгими взглядами с Тэйлоном, и я, нервно выдохнув, направилась к дивану одна, выдавив по дороге: «Если тебе так легче...»

Когда Эдон закрыл дверь с внутренней стороны, комната погрузилась в полную тишину, и напряжение между нами всеми только возросло. Эд встал напротив всех нас, неспокойно проводя пальцами по своим волосам. У него в руках были какие-то бумаги, похожие на протоколы.

— Я предупреждал вас, ребята, вы же помните? — наконец-то произнёс он, окидывая взглядом парней.

— Давай без очередной философии, Эд? — пометил Тэйлон, — Что с ним?

Доктор понимающе кивнул и открыл одну из красных папок, которые находились у него в руках.

— Поступил звонок из Трентона.

После этих слов Эдон медленно поднял на нас свои чёрные, как смоль, глаза, проверяя нашу реакцию. Конечно, удивление застыло на наших лицах, ведь Трентон — это другой штат.

— Трентона? — ошеломлённо произнесла Этель с широко раскрытыми глазами, — Это же Нью-Джерси.

— Какого чёрта он там делал? — раздался недоумевающий голос Рэна.

— Я не знаю, — признался Эдон.

Странно, что Говард не рассказал о произошедшем своему другу. Насколько мне было известно, Эдон являлся близким другом Говарда ещё со школьных времён, и он был единственным, кто действительно мог знать про парня абсолютно всё.

— Ты его не спрашивал? — скептически спросил Тэйлон, прищурившись.

Эд посмотрел на братьев, и в его глазах появилось сочувствие. Словно это было не всё. Явно он что-то не договорил, и я это поняла сразу же.

— Эдон? — тихо произнёс Тэйлон, — Ты что-то скрываешь?

— Говард, он... — помедлил Эдон, — мы с ним ещё не говорили.

— Что значит «мы с ним ещё не говорили»? — не сдержалась я.

Вся эта ситуация выводила меня из себя. Я начала терять терпение.

— Говард не может говорить. Он вообще ничего сейчас сам не может... — горько ответил доктор, — он в коме, ребята, — закончил Эдон.

Мы подорвались со своих мест.

— Говард, что? — спросила я.

— Что значит в коме, чувак? — последовал вопрос Рэна.

— Кома — это бессознательное состояние, при котором организм как бы переключается в "автономный режим", — сообщил он.

— Что с ним случилось? — решилась спросить я, увидев застывшего и совершенно неспособного что-либо говорить, Тэйлона.

— ДТП, — начал рассказывать Эдон, — он был в состоянии наркотического опьянения в результате чего не заметил машину влетевшую с второстепенной дороги. Черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга с формированием кровоизлияния. Как итог: кома второй степени.

— И как долго он будет в этом состоянии? — спросила Этель.

— Чем глубже кома и чем дольше человек в ней находится, тем меньше шансов из неё выйти, — признался доктор, — это может продлится неделю, две, десятилетия... не исключая летальный исход.

— Это невозможно! — заявила я, — Уверена, Говард справится.

Я начала теребить руку Тэйлона в поисках поддержки, но он лишь молча смотрел в пол, отказываясь что-либо говорить.

— Деталей слишком много и не стоит сейчас вас этим нагружать.

— Что с ним сейчас? — спросил Рэн.

— Мы делаем всё возможное, но нам нужны доноры. У Говарда потеря большого количество крови в организме.

— Мы готовы, — прикрикнул Рэн, толкая в плечо Тэйлона. Тот слегка кивнул и наконец-то поднял глаза.

— Сейчас же сдадим, — ответил он.

Эдон удовлетворительно кивнул, сообщив о том, что будет ждать парней снаружи.

— Я пойду с тобой! — сказала я, схватив руку Тэйлона. Он обернулся и на его лице проявилась усталая улыбка.

— Дея, — он сделал паузу, — тебе не нужно постоянно быть со мной.

Я пристально взглянула в его глаза цвета лайма, после чего кивнула и села обратно на диван. Дверь с грохотом закрылась. От безделья я решила покопаться в своём же телефоне. Заметив, что я получила сообщение от Дарни, я ответила и уже хотела закрыть, когда взгляд застыл на сообщениях с Говардом.

«Я пополняю свой желудок правильным питанием, где тебя носит?»

«Дела.»

Я пролистнула вниз:

«Захвати конфеты!»

«Иди сюда, поиграем.»

Диван прогнулся под телом Этель, и я почувствовала её руку, обнимающую мои плечи.

— А это что за видео? — сказала она, полистав вперёд.

— О, — я закатила глаза, — мы были тогда одни дома.

Я включила видео:

Говард навёл на меня камеру в тот момент, когда я засовывала очередную карамельку в рот.

— Спортик, передай привет нашим зрителям! — сказал он, кидая в меня пустой фантик.

Я нахмурилась и перевела взгляд с экрана на Говарда. Он держал телефон двумя руками, пристально смотря в экран.

— Не смей меня снимать в таком виде! — крикнула я, пытаясь забрать камеру у Говарда.

Тот поднял её над нашими головами и я недовольно фыркнула, когда губы Говарда оказались всего в нескольких сантиметрах от моих, и его хитрая улыбка мелькнула на лице.

Говард перевернул камеру так, что в экране появились мы оба.

— Я впервые смотрю девчачий сериал «Джинни и Джорджия», — рассказывал он, — И знаете что? Мама у них та ещё штучка!

В этот момент я ударила Говарда по плечу, и он болезненно заныл.

Этель засмеялась на этом моменте и покачала головой.

— И как ты только его терпела!

Я включила следующее видео, где мы играли в приставку. В тот день Тэйлон тоже к нам присоединился.

— Итак, — Говард направил камеру на нас с Тэйлоном, — сегодня происходит мировое событие в истории Картеров, — говорил он, — девочка впервые уделала нас!

Я закатила глаза, а Тэйлон ухмыльнулся.

— Друзья, — он перевёл камеру на себя, — в этом мире может поменяться всё, кроме моей любви к этим конфетам, — Говард опустил камеру вниз и показал пачку карамелек, лежащую между его ног.

— Прекрати и вырубай камеру! — послышался голос Тэйлона через экран.

Говард демонстративно закатил глаза и близко поднёс камеру к себе, шепча:

— Зануда... не обращайте на него внимание. Просто у кого-то не было давно секса.

— Говард! — воскликнул Тэйлон.

— Ладно, выключаю.

— Каблук, — послышался мой голос на заднем фоне.

— Что ты сказала? — Говард вскинул брови, и на этом моменте камера выключилась.

Слёзы предательски скатились по моим щекам, и я быстро их вытерла. У меня не было столько сил чтобы перенести потерю Говарда. Слёзы продолжили безжалостно течь, намачивая подбородок. Я не знала как действовать и чувствовала себя от этого ещё более беспомощной и слабой. Меня накрыло волной неустранимой печали.

— Всё будет в порядке, — произнесла подруга с неуверенностью в голосе.

Я хмыкнула и вытерла слёзы, пытаясь собраться с мыслями и больше не допускать, чтобы кто-то увидел меня в таком состоянии.

— Я видела автоматы с кофе... — сказала я, — возьму нам с Тэйлоном.

Этель кивнула.

— Пойти с тобой?

Я отрицательно покачала головой и вышла из комнаты ожидания. Коридор, на моё удивление, пустовал. Я подошла к автомату с кофе и вытащила два стакана, поднося их к месту пролива, вскоре почувствовав чьи-то холодные руки на своей талии. Взвизгнув, я пролила небольшое количество горячего напитка себе на руку.

— Чёрт! Прости.

Я повернулась лицом, и взгляд Тэйлона упал на две кружки в моих руках. Затем он медленно перевёл взгляд на меня.

— Ты это мне несла?

— Нам вообще-то... правда, мой надо переделать, — я улыбнулась и Тэйлон одобрительно кивнул.

— В этот раз я сделаю сам, — предложил он и потянулся к автомату, когда я перехватила его руку в месте, где она была перебинтована.

— Больно было?

Тэйлон помотал головой и его милые кудряшки упали на лоб. Я дотронулась до них пальцами и откинула назад.

— Я хочу тебя поцеловать... — прошептал он мне в губы.

— Но мы сейчас не в тех обстоятельствах?

Тэйлон кивнул.

— Уверена, у нас ещё будет много времени, чтобы насладиться поцелуями, — ехидно выдала я, поворачиваясь к автомату и заново наливая новую порцию капучино. Вторую кружку я протянула Тэйлону.

— Не сомневаюсь, — прохрипел он, занимая место на скамье рядом и хватая горячий напиток рукой так, словно это было что-то холодное. Я бы уже прикрикнула от боли, поэтому всегда добавляла побольше молока.

— Как тебе кофе?

— С фирменным утренним лате и карамельным сиропом моего производства не сравнится.

Я пожала плечами и, добавив немного корицы в напиток, сделала глоток.

— Иди сюда, — Тэйлон указал на место рядом с ним, и я расположилась под его крылом, прильнув щекой к его крепкому плечу.

— Сердце бьется.

— Кхм, — облизывая губы от пенки произнёс Тэйлон, — вроде как и у всех.

— Быстро бьется.... — прошептала я, отпивая кофе.

— К сожалению, я не робот, — ответил он, облокачиваясь на кожаную спинку дивана.

— Быть роботом здорово, — подумала я и сказала это вслух, — они ничего не чувствуют. И никто не может причинить им боль.

Всё проходит... и всё приходит, сменяя одно другим в вечном круговороте. Жизнь - бесконечное движение. Спешка, решение насущных проблем. В этой круговерти мы забываем об отдыхе, отвлечении от забот и проблем.