Глава 31: Орган

И завибрировал органИ души всех, сидящих в зале.И то, что мы недосказали,Сказал великий Иоганн.А музыкант сплетает сетьИз звуков сочных и протяжных...И не стыдимся глаз мы влажных,А просто хочется взлететь,Как неземной органа звук,Несущий миру очищенье,Просить и получить прощенье,И хлопать, не жалея рук.(С) Светлана Рублёва

Мы собирались пойти на концерт органной музыки. Ребята рассказали мне, что там собираются аристократы и люди из высшего общества. В моем понимании - это богатые люди, которые одеты как с иголочки и не к чему придраться. У девушек превосходный макияж, а фигуры так и требуют приглашения в модельное агентство. Мужчины в деловых костюмах от «Александра Амосу» сопровождают своих дам с большим и толстым кошельком в кармане. А возможно, это просто золотая карта или счет в банке с десятизначными суммами, которые строго охраняются и тратятся на все, что угодно, кроме того, что действительно нужно. Если бы у меня было много денег, я бы пожертвовала их на благотворительность или создала бы небольшую компанию для помощи подросткам с трудными жизненными обстоятельствами.

У отца всегда были богатые друзья, но они никогда не переводили и доллара на счет в детский дом или больницу. Все деньги были украдены и потрачены на бизнесы, которые и без того разрывались невероятным приходом за один рабочий день, когда кому-то сто долларов могли спасти жизнь или помочь прожить еще несколько недель или даже месяцев.

Когда мне было шестнадцать, я посетила с мамой концерт органной музыки, но вокруг нас сидели только пожилые парочки в обыкновенной одежде и без пафоса. Тогда я взглянула на ту парочку, сидящую впереди нас, и подумала о том, что тоже бы хотела через много лет сидеть вот так со своим человеком и обниматься, слушая произведения Джимми Смита, Сезара Франка или Иоганна Себастьяна Баха.

В своем гардеробе мне было сложно найти что-то подходящее для такого рода мероприятие, но на шоппинге, на прошлой неделе, я прикупила черное шелковое платье, подчеркивающее ключицы.

По словам Этель, платье вошло в топ десять модных вещей этого сезона. Длина его колеблется между линией на ладонь выше колена и миди. Я чувствовала себя достаточно некомфортно в подобной одежде но выхода не было, мне срочно нужно было решать между привычными джинсами и топом и этим платьем.

Я решила написать подруге.

Ответ не заставил себя ждать. Этель быстро набрала сообщение.

Я мысленно закатила глаза и переоделась, добавив к образу лодочки , которые спёрла втихаря у Этель и серебряный браслет на лодыжке. Я выбежала из подъезда. Мы снимали квартиру на шестьдесят Central Park West. Местоположение было очень удачным, дорога до института занимала не больше чем семь минут. Напротив нашего дома находился Раннерс гров и Хекшер Филдс. Я могла каждое утро делать пробежку по парку или читать там книги по вечерам.

Мои глаза, кажется, перестали видеть, когда яркие фары машины замигали прямо перед мной и осветили небольшую часть переднего дворика перед домом, где я ждала подругу. Я прикрыла глаза ладонью от ослепительного света и зажмурилась. Джолиана подъехала на белой Тесле, стёкла которой затонированы так, что я не вижу свою подругу. Но через несколько мгновений машина остановилась за пару метров от меня и, когда темное, как смоль, стекло опустилось, показалась светлая голова Джолианы. Ее короткие волосы развивались на ветру.

Джолиана улыбнулась и, кажется, я второй раз была ослеплена, но причиной этого были уже не фары, а идеально белые и ровные зубы подруги. Мои зубы тоже были белыми, но ее улыбка напоминала «голливудскую». Каждый зуб словно подровняли под другие. А идеальная смуглая кожа и отсутствие веснушек в летнее время года кричали о том, что эта девочка вырвала джекпот по состоянию кожи. Я никогда не любила свои веснушки и боролась с ними, пытаясь скрыть. Вот Этель они шли, она с ними выглядела безумно милой. Еще один человек, которому до сумасшествия мозга шли веснушки на лице... это был Тэйлон. Я словила себя на мысли, что часто стала о нем думать, и махнула рукой перед собой, словно это как-то помогло мне забыть о нем.

— Залезай в чертову машину, Дея. — крикнула мне Джолиана, вытаскивая меня из собственных мыслей, и посмотрела назад, чтобы убедиться в отсутствии других машин сзади.

Ее передние пряди цвета синей гортензии были заплетены в африканские косички, а на шее несколько серебряных цепей с облаками и надписью: «Самое чувствительное место на моем теле».

Я ловко подбежала к машине, когда Джолиана выкрикнула мне несколько комплиментов по поводу моего нового образа. Заранее посмотрев по сторонам дороги, я прыгнула на переднее сидение, громко захлопнув дверь. Кожаный салон машины был чёрного цвета. На зеркале висела пахучка со вкусом мяты. Под ногами всего лишь черные коврики. Совсем не похоже на стиль Джолианы.

— Я думала, вместо руля будет милое синее облако, а сидеть мы будем на подушечках с изображением маршмеллоу и под ногами будет лежать коврик с надписью: «У тебя под ногами рай».

Я засмеялась и дернула руку Джолианы. Мои словами ее тоже рассмешили и она улыбнулась. Ну вот теперь мы обе в хорошем настроении.

Вблизи я заметила розовую помаду на губах подруги, слегка нанесенный румянец и ярко выраженные черные стрелки за густыми черными ресницами. На носу и под бровью что-то светилось. Я предположила что она нанесла хайлайтер. Брови подкрашены коричневой помадкой и идеально расчесаны. Кстати, подруга была в похожем платье, но только бледно розового цвета. Её платье было чуть выше щиколоток и с большим разрезом по левой ноге. На ногах виднелись белые балетки, а рядом лежал белый клатч и шаль.

— Я подумаю над твоим предложением, когда у меня будет своя личная тачка. — стукнув пальцем по подбородку, сказала Джолиана.

— А это не твоя? — нахмурив брови, поинтересовалась я, молясь всем вселенским богам о том, чтобы машина не была украдена.

— Это моей матери.

Я удовлетворительно выдохнула и, выслушав ее объяснение, потянула пальцы к чёрной магнитоле, на экране которой появилась картинка планеты марс в космосе и много звездочек сияющих на весь экран магнитолы. Я нажала на кнопку «музыка» и мне высветилось более ста разных жанров.

— Ты какую музыку любишь слушать?

— Мне нравится то, над чем можно поплакать. — призналась Джолиана — ну знаешь, типо Adele.

Я фыркнула.

— Что? — возмутилась подруга. — мы девочки любим поныть о том, как все плохо в нашей жизни.

Отчасти она была права. Женский пол очень любит привлекать внимание и придумывать проблемы, которых на самом деле нет. Вот с парнями все намного легче, они не парятся какое платье сегодня надеть или в чем они будут выглядеть стройнее.

Я не знаю, как у них получается надевать что попало и выглядеть так, словно они сами боги этой вселенной. Серьезно. Гребаный Говард даже на больничном и с синяками под глазами выглядел как ангел воплоти. Я всегда задумывалась, почему девочки любят краситься и быть красивее, в то время как парни красивые и без тона косметики на лице. Казалось, это та тема, о которой можно рассуждать вечность и никогда не узнаешь правильный ответ.

— Я не люблю плакать. Я вообще ненавижу показывать кому-то свои эмоции, но... иногда это выходит из под контроля. Почему парни так не заморачиваются? — злобно буркнула я.

— Потому что парни не живут чувствами, как девушки. Они заморачиваются, но только по другому поводу. — сказала подруга, не отрывая пристального взгляда от дороги.

Я нахмурила брови. "Вот это она дает"

— Что ты имеешь ввиду? — спросила я с интересом в голосе и придвинулась ближе.

— Просто мелочи у нас разные. У женщины они в основном касаются внешнего вида, одежды, обстановки дома. А у мужчины каждая мелочь важна в его хобби, например фотообъективы для фотосъемки, рюкзак для похода и остальная фигня.

— Еще чуть-чуть, и я найму тебя в качестве личного психолога. — удивленная ее словами, высказала я и подняла брови вверх.

Джолиана громко засмеялась, откидывая голову на заднюю часть сидения.

— Что за курсы ты проходила в школе?

— Жизненные. Я увидела, как она о чем-то задумалась, и это "что-то" не так приятно было вспоминать для нее. Я не стала расспрашивать и лезть не в свое дело. Если она захочет поделиться чем-то, я буду рада выслушать и помочь.

На протяжении нашей поездки я приметила хороший водительский опыт подруги. Мы заехали на пятое авеню, чтобы забрать Териса. Подруга вела машину крайне аккуратно, словно руль и скорость - это горячая чаша, до которой она слегка дотрагивается, чтобы не обжечься. Мы заметили Териса на другом конце дороги. На нем были укороченные серые в клетку штаны и белая рубашка, которая безупречно сидела и подходила к серому пиджаку в ту же клеточку, что и штаны. Черные лаковые туфли подчеркивали строгость.

— Неси свою задницу сюда, я не буду потом делать еще один круг. — крикнула в трубку телефона Джолиана и положила его в бардачок. Терис сел на заднее сидение и высунул голову между нами. Он был похож на Себастиана Стэна. Даже внешне они выглядели одинаково.

— Куда мы едем? — спросила я ребят и посмотрела на себя в зеркало заднего вида.

Мои черные волнистые волосы покрыли плечи, а челка красиво легла на лбу, в стиле Дакоты Джонсон. Я не красилась так как это делали Джолиана, Дарни или Этель, но нанесла немного бальзама на губы и подкрутила ресницы.

— В зал органной музыки.

— Спасибо за ответ, Шерлок. — саркастично выдавила я — но разве ЭТО не он? — я указала пальцем на высокое бежевое здание, похожее на дворец.

— Ты что делала все это время в Нью-Йорке? — возмутился Терис. — Это же знаменитый собор святого Патрика.

Я закатила глаза.

— На мой взгляд, это самый красивый собор Нью-Йорка — сказал Терис — Он выстроен из белого и коричневого мрамора. Длина собора — сто один метр, высота башен — сто метров. Башни были достроены в тысяча восемьсот восемьдесят восьмом году. В прошлом башни собора были одной из архитектурных доминант города, но теперь собор зажат со всех сторон более высокими.

— Откуда ты все это знаешь?

— Я просто ходил на все уроки по истории, в отличии от некоторых. — он намекнул на Джолиану, и та пожала плечами.

— В жизни есть намного интереснее вещи, чем уроки истории. — съязвила она. — согласись, Дея?

Они оба посмотрели на меня с интересом и ожиданием. Я подняла руки вверх.

— Прости, Тер, но я ненавидела школу больше всего в своей жизни.

— Вы скучные. Мой мозг не воспринимает ваш низкий айкью.

Джолиана цокнула. А я вернулась к просмотру вида из окна.

— Это же Рокфеллерский центр! — воскликнула я. — В детстве всегда мечтала посетить Нью-Йорк в декабре и посмотреть вблизи на Рождественскую ёлку.

— Ты уже знаешь, что будешь делать на зимних каникулах? — спросила подруга, заворачивая на седьмое авеню. Мы проезжали Бродвей и Тайм Сквер. — Мы могли были отпраздновать Рождество вместе.

— Я еще не знаю... мы всегда празднуем рождество в семейном кругу. — тихо призналась я. Мне стало неловко отказывать ребятам. В голову пришла потрясающая мысль, от которой я пришла в восторг. — Что, если вы поедите со мной? Уверена, моя мама будет не против нескольких друзей. — предложила я.

Ребята переглянулись. Джолиана открыла рот, но Терис перебил ее.

— Это отличная идея.

Терис кивнул в ответ на слова Джолианы более уверенно.Я искренне обрадовалась этой новости.

— Тогда, я познакомлю вас с своей подругой Этель. Она очень хорошенькая. — я толкнула Териса локтем и подмигнула. Он неловко улыбнулся и нервно покачал головой. — Она вам понравится.

Всю оставшуюся дорогу ребята рассказывали мне про город и места, которые я обязана посетить в ближайшее время.

— Ты уже брала экскурсию Night Loop? — спросил Терис с предвкушением в голосе.Я качнула головой и они оба вздохнули.

— Эмпайр Стейт Билдинг, Бруклинский мост, панорама небоскребов Манхэттена, Сохо, Чайнатаун, Гринвич Вилледж. — быстро сказал Терис с британским акцентом, словно он экскурсовод. — Все это можно увидеть за один вечер. Ты обязана взять свою подругу и сходить туда.

— Хорошо, я обещаю исправиться. — пообещала я ребятам и хихикнула.

Я действительно хотела посетить все места Нью-Йорка. Когда мы прилетели сюда, это было моей целью номер один и она не заняла другого место. Я мысленно занесла себе в заметки пункт "Посмотреть все мероприятия на ближайшие выходные".

Оказалось, что тем самым местом, в которое меня привели ребята был знаменитый "Карнеги Холл" — концертный зал на углу Седьмой авеню и пятьдесят седьмой улицы . Одна из самых престижных в мире площадок для исполнения классической музыки.

До представления оставалось сорок минут и мы решили перекусить в итальянском ресторанчике "Trattoria Dell'Arte. Кафе расположено через дорогу от Карнеги-холла, недалеко от Линкольн-центра, Коламбус-Серкл, театра Сити-центра на пятьдесят пятой улице и находится в самом сердце гостиничного района Мидтаун вокруг Центрального парка и пятьдесят девятой улицы. Мы решили занять столик на улице и присели рядом с выходом. Круглые столики были украшены салатовыми скатертями и свечами со вкусом ванили. Деревянные стулья с красными подушечками окружали небольшой столик.

Официант в темных штанах, белой рубашке и серой жилетке без рукавов вынес нам меню. На его голове располагалась серая шапочка, как у повара, а на ногах черные ботинки. Я села между ребятами, а рядом со мной стояла корзина с цветами. Таких корзин было несколько по разным сторонам заведения. Над входом висели фонари с приглушенным светом, что делало кафе безумно уютным.

— Уже выбрали? Могу принять ваш заказ? — поинтересовался официант лет сорока, подходящий к нашему столику с моей стороны.

— Да, будьте добры спагетти «cacio e pepe» с жареными артишоками, американо без сахара и фри среднюю порцию. — сказала Джолиана.

— Что входит в урожайный салат? — спросил Терис и посмотрел на официанта.

— Капуста, фризе, свекла, лук, кабачок, козий сыр "кипарисовая роща", засахаренные грецкие орехи и пряные тыквенные семечки.

— А можно мне все то же самое, но только без лука? — попросил друг. — А также острые ребрышки под соусом том ям и колу.

Официант кивнул и записал поправки в свой коричневый маленький блокнот, который помещался в его ладони.

— Я понятие не имею, что вы сейчас заказали, но я буду фри, апельсиновый сок и салат Caprize. — ответила я и отложила меню в середину стола, которое официант забрал.

— Почему ты не ешь лук? — спросила я между перерывами поедания своей фри. Она была немного недосолена, но я даже была рада.

В последнее время я пыталась поменьше добавлять соль и сахар в свои приемы пищи. Оказалось, что избыток соли приводит к повышенному давлению и способствует развитию гипертонии, а как следствие, и других сердечно-сосудистых болезней. А сахар вызывает ожирение, кариес и диабет второго типа.  С фастфудом было немного сложнее, потому что я обожала есть бургеры и фри. Все это я узнала во время разговора с Говардом и Эдоном и еще много другого.

Терис прожевал последние остатки своего салата и вытирая рот белой салфеткой сказал:

— Потому что он воняет, слизкий, противный, невкусный и горький. Он по вкусу как трава, а вот отварной и вовсе нейтральный. — заявил Терис — хотя нет, даже трава вкуснее, чем этот лук.

Я скривилась.

— Это не мой любимый продукт,но мне нравится.

— Убиться веником, ты первый человек, который любит лук. — ошеломленно посмотрев на меня, произнес Тер.

— Уби..убиться веником? Что это значит?

Джолиана громко засмеялась и я ударила ее по руке, потому что все присутствующие посмотрели на нас, как на странных.

— Это значит, что он удивлен. — хихикая объяснила подруга. — Ты еще привыкнешь к его жаргону, он и не такое выдает.

Я покачала головой и улыбнулась. Терис пожал плечами.

***

Мы зашли во внутрь Карнеги Холла. Я была обескуражена тем, как красиво все выглядело внутри. Казалось, внешне ничего не сможет превзойти органный зал, но архитекторы превзошли мои ожидания на сто процентов и даже больше. Билеты мы заранее приобрели онлайн на официальном сайте. Стоимость для студентов была десять долларов, и я поблагодарила вселенную за то, что только начала учиться иначе пришлось бы отдавать целых пятьдесят долларов, а то и больше.

Здание состоит из трех структур, расположенных в L-образной форме. Каждая из них содержит один из залов: главного, зала Занкеля и Зала сольных концертов Вейля. Нас провели в концертный зал Джоан и Сэнфорда Вейля. Это был элегантный, уютный концертный зал на двести шестьдесят восемь мест.

Он является домом для сотен сольных концертов, концертов камерной музыки, панельных дискуссий и мастер-классов. Это самый маленький из трех концертных залов. В зале полная акустическая изоляция от остальных помещений. Место для хормейстера и концертмейстера располагается на приподнятой площадке-подиуме напротив нас.

Мы заняли третий ряд и я села между ребятами посередине. Длинные шторы по бокам зала, ковры расположенные между тремя рядами и сидения были в голубом цвете. Все выглядело так красиво, словно я находилась в небе. На стене, которая была на против стоял сам орган. Белый линолеум застилал сцену. Я взглянула навверх и раскрыла рот от удивления. Потолок украшали огромных размеров люстры , они выглядели так словно собраны из тысячи бриллиантов. Не заметить такое было невозможно.

По-немногу люди начали собираться в зале и когда он был переполнен, свет резко выключился и прожекторы осветили сцену. Из под шторы слева вышел темноволосым мужчина лет сорока пяти, в черном костюме, который и являлся органистом и милая с русыми волосами девушка лет тридцати, в длинном платье, которая была листмейстером. Они подошли в инструменту, когда мужчина сел за орган, а его спутница встала рядом. Визуальный эффект был потрясающий. Цветовые оттенки подсветки выделяли и подчеркивали красоту отдельных элементов фасада, эффектно передавали игру света и тени. Величественные аккорды зазвучали. Холодное, космическое звучание музыки усиливалось голубой подсветкой.

Я вспомнила Баха. Этот композитор, без сомненья, был величайшим органистом. Именно с его "Органного концерта ля минор" и началось наше погружение в волшебный мир звуков. Великолепная акустика зала давала возможность услышать все оттенки органа и получить незабываемые впечатления от музыки. Голос органа поражал своей мощью и богатством обертонов.

Зал замер и затих. Все наслаждались мощными и стремительными пассажами и задумчиво- грустными мотивами. Концерт закончился. Органист принимал овации. Народ не расходился. Чистейшая духовная музыка, пронизывающая до глубины души, не отпускала.

— Это было потрясающе. — сказала я , выходя из Карнеги Холла и покидая этот замечательный вид. Мы дошли до парковки , которая находилась по ту сторону дороги. Прохладный ветер бил в лицо и мне стало холодно. Ноги гудели от боли. "Больше никогда не надену каблуки"

— Я предлагаю не заканчивать наш вечер и сходить куда-нибудь потанцевать. — внезапно предложила Джолиана.

Я взглянула на время.

— Даже не думай отказываться. Завтра суббота, а значит у нас нет учебы. — сразу же сказал Терис и они оба победно улыбнулись.

— Ладно, но дайте мне минуту.

Я позвонила Этель, но та не отвечала. Внутри появилась тревога. Мы редко расставались на такое долгое время. Я не видела подругу целый день. Я попыталась собрать мыли воедино и не паниковать на каждом шагу. Я развернулась к ребятам на носках и медленно улыбаясь, сказала:

— Я в деле.

Ребята запищали и обняли меня, передавив мои легкие в фарш. Благодаря их сильной хватке я не упала, но мои ноги уже проигрывали в битве с десятисантиметровыми каблуками. Я засмеялась. На этот раз искренне. Этель мне советовала выходить из зоны комфорта и не сидеть дома целыми днями. Хотя я не считала свою жизнь скучной.

Наш выбор остановился на "Paradise" — один из популярных ночных клубов в Нью-Йорке.

— Вы уверены что не хотите в другой клуб? — нервно улыбаясь спросила я.

— Не парься. Здесь собирается элитная нью-йоркская молодежь. Никакой травки, нелегальных вещей и тд. — сообщила подруга.

— Звучит неправдоподобно. — призналась я.

При входе у нас не спросили билетов парень был похож больше на студента, чем на охранника элитного клуба в Нью-Йорке. На нем были черные джинсы с порванными коленями и большой свитшот. Руки забиты татуировками, а на шее чокер с словом "Killer".Это устрашало и живот скрутился от испуга.

Красного цвета огни освещали клуб. Мы прошли по небольшому коридору заполненному людьми. Слева от меня стоял длинный шкаф и девушка с розовыми дредами и коротком платье в сетку. Она отдавала ключи, а в замен забирала верхнюю одежду. Мне нечего было повесить, поэтому я прошла вперед. Передо мной открылся вид на барную стойку, а поодаль от нее стояла большая сцена. Играли песни группы "The Horizon" . Мы заняли небольшой столик напротив сцены.

— Я закажу напитки. —сказала я и вышла из за стола. Небольшая барная белая стойка была заполнена банками из под пиво, бокалами с коктейлями и прочим алкоголем. Два противных мужика сидела друг перед другом и болтали о том, как я же они устали от своих жен. Я наклонился к бармену и попросила три мохито, одно из которых безалкогольное. Тот кивнул и попросил подождать.

Я обернулась и заметила как мимо меня прошел какой-то пьяный парень.От него несло чем-то кислым и одновременно горьким. Рубашка была вывернута на и знанку, а джинсы слегка расстегнуты. Он заметил, как я посмотрела на него.

— Че смотришь? — рыкнул он.

Я нервно закачала головой и перевела взгляд на рядом стоящий столик. Там сидела компания молодых ребят. Две девушки курили электронные сигареты, передавая их по очереди всем остальным. Меня затошнило.

В клубе было громко, все смеялись и разговаривали. Разные крики доносились до моих ушей со всех сторон.

Когда бармен протянул мне наши напитки, я судорожно их схватила и помчалась в сторону нашего столика. Ребята о чем-то заинтересованно болтали. Я протянула им и откинулась на спинку стула, как мой телефон завибрировал.

Я быстро набрала ответ.

Через минуту Говард ответил.

И добавил:

Я закатила глаза, но ответила:

Молчание.

Я нахмурила брови и ненароком посмотрела на ребят. Затем вернулась к переписке.

Я положила телефон на стол и отпила немного мохито из трубочки. Он был прохладный, с ноткой мяты и охлаждал мой пыл и злость на Говарда, который любил лезть не в своё дело.

— Как там Говард? — неожиданно спросила Джолиана.

Я подняла глаза и оторопела. Прокашлявшими, я ответила:

— Судя по его поведению, чувствует себя лучше всех вместе взятых здоровых. — я улыбнулась и отпила ещё глоток напитка.

Джолиана сжала пухлые  губы и поправила выбившуюся синюю прядь из под уха. Терис с кем-то переписывался в телефоне, моментами смотря на сцену, а потом опять возвращался в переписку.

— Эй, с кем это ты там болтаешь? Не поделишься? — тыкнув в него пальцем, спросила я .

Терис посмотрел на меня и мило улыбнулся. У него были красивого темно-синего цвета глаза и щечки как у ребёнка. Тёмные брови слегка нахмурились, а губы расплылись в улыбке.

— Это...моя подруга из Чикаго, — выдавил из себя Терис. — мы познакомились по интернету.

— Круто! — искренне обрадовалась я — Значит ты прямой пример того, что дружба по социальным сетям есть?

— Вроде того — кивнул Тер и покраснел от смущения.

— Прости, если смутила тебя, я не хотела...

— Нет, все хорошо — перебил меня друг.

***

Всю ночь напролёт мы танцевали под песни моей любимой группы «Guano Apes». В какой-то момент я повернулась, чтобы посмотреть на ребят, но из-за большого количества плотных сгустков дыма и яркого освещения я их не нашла. Тогда я хотела обернуться в сторону сцены, чтобы взглянуть на солиста, но кто-то грубо развернул меня к себе и плотно прижался пахом к моему животу, кладя руки на мои ягодицы. Это был мужчина средних лет. Похотливая улыбка блуждала на его мерзком лице, маленькие глаза сально поблёскивали в лучах клубных прожекторов. Я хотела крикнуть, но он плотно прижал меня к своему потному плечу, а ко рту приложил какую-то сладко пахнущую тряпку. Я не знала, что он со мной сделал, но все перед моими глазами закачалось и поплыло, уши заложило так, что я едва слышала бит играющей музыки. Я не отключилась, но чувство было такое, будто я напилась убойного успокоительного. Рот был словно зашит, мне хотелось что-то сказать, но я просто не могла. Вселенная нанесла ещё один неожиданный удар. Но я уже была не в силах ответить ей тем же.