Глава 30: Юмор.

Мои ледяные от волнения руки были скрещены за спиной, ноги плотно прижаты к белой мраморной плитке госпиталя. Рот слегка приоткрылся, и я судорожно втянула воздух в сжимающиеся от непредвиденного испуга и тревоги лёгкие, а глаза внимательно рассматривали безупречные черты лица Тэйлона. Его красота в глубоких глазах цвета нефрита, когда он спокоен, и цвета раухтопаза, когда он раздражен, его точённый подбородок и идеальной формы брови заставляли ущипнуть себя за плечо, чтобы понять, что я не сплю. Мне пришлось откинуть голову для того, чтобы посмотреть на него. Тэйлон был выше меня на добрых тридцать сантиметров. Его пухлые губы были сжаты в одну тонкую линию, глаза потемнели, и я поняла, как сильно он тогда был похож на своего отца. Его волнистые волосы были убраны под чёрную бандану, но некоторые пряди выбились и опадали на его лоб, что делало его безумно соблазнительным. Под белой футболкой с надписью: "Рожденный, чтобы создать историю" заметно напряглись мышцы, когда он сделал шаг ко мне, и наши ноги ударились друг об друга, а его рука заняла место рядом с моей головой, опираясь на дверь. В другой руке он держал ланч бокс и кофе, запах которого доносился до моего абсолютного обоняния. От него пахло лаймом и веяло недавно принятым свежим душем.

Но вся моя идеализация исчезла, когда до моего сознания дошёл смысл его слов.

«Говард здесь из-за меня?»

Я прекрасно знала, что причиной присутствия Говарда здесь являюсь далеко не я. Дрянь, из-за которой он лежит под капельницами, называется метаморфином. В голове пробежала мысль о том, что Тэйлон просто ищет повод для того чтобы в очередной раз задеть меня. Он не мог не знать, что происходит с его братом. Они проводят время вместе чуть ли не каждый день. Странно, если Говард не рассказал своему брату о его "хобби" по вечерам.

— Это что шутка такая? — озадаченно спросила я, скрестив дрожащие руки и выгнув бровь.

Тэйлон дернулся, словно от удара и ухмыльнулся. На секунду он закрыл глаза, словно пытался успокоиться. Затем медленно их открыл и наклонился чуть ближе. Его дыхание било в моё лицо. Наши глаза были на расстоянии мизинца, одно движение, и я смогла бы дотронутся до его губ своими.

— Я похож на Джорджа Карлина или Энди Кауфмана?

Я бы заценила эту удачную шутку, не будь мы в такой странной ситуации. Я сузила глаза и пронзительно взглянула на Тэйлона. Он смотрел на меня и ни одна мышца не дрогнула на его ледяном лице, когда меня будто разрывало изнутри. Словно ржавым ножом вырезали слово "проблемная" на моей спине. Я толкнула Тэйлона в мускулистую грудь, и он отшатнулся.

— А ты полагаешь, что я похожа?

Мускул на его лице дрогнул. Мои вены пульсировали. Голова разрывалась от ноющей боли в висках. Тэйлон молча смотрел на меня, не показывая ни одной эмоции. Я хотела вывести его на чистую воду и наконец-то увидеть хоть что-то помимо северного взгляда и угнетающего с каждой секундой молчания на протяжении всего времени. Я так крепко сжала свою руку, что ногти впились в кожу.

— Что это значит?

— Это значит, что я понятия не имею о чём ты говоришь.

По спине пробежали мурашки. Лицо Тэйлона, кажется, смягчилось на долю секунды, и я разглядела смятение. Возможно, мне просто показалось и мне тоже бы не помешало навестить психолога или невролога. Кажется, в этих людях я нуждалась как никогда кстати. Иногда один разговор может довести тебя до состояния, которое ты получаешь при ножевых ранениях.

— Хватит прикидываться, я видел вас двоих в тот вечер в комнате Говарда. — признался Тэйлон.

Я оцепенела. Перед глазами всплыла картина позапрошлой ночи, когда я пришла поговорить с Говардом, но наш разговор закончился неблагоприятно для нас обоих. Я не стала врать и отрицать. Это был факт. Я была тогда с Говардом, но что это даёт Тэйлону, и как связано с тем, что Говард сейчас лежит в Кени-Айленд.

— Мы просто...

— Друзья? — перебил меня Тэйлон, усмехнувшись

— Тебе так сложно в это поверить? — мой голос сорвался и прозвучал слишком высоко.

— Говард не умеет дружить. — тихо произнес Тэйлон, близко наклоняясь ко мне.

Я задержала дыхание, и ком в горле не дал ничего сказать.

— Я тому доказательство. — так же тихо сказала я, пристально посмотрев на него.

Тэйлон выпрямился и оценил меня взглядом. Колючие зелёные глаза Тэйлона посмотрели прямо на меня с любопытством.

— Один вопрос, — с вызовом сказал он — Если ответ будет не тот, на который я рассчитываю, то ты должна мне действие.

Я удивленно посмотрела на Тэйлона.

— Это что шутка?

— Никаких шуток. — ответил Тэйлон, и я заметила, как один его уголок губ приподнялся. Но это была не улыбка. Это была уверенность. Я не знала, что он хочет сделать и это меня убивало.

— Что ж, я заинтригована. — призналась я. — Но что будет, если ответ будет другим?

— Тогда действие выполняю я. Всё логично.

Парень улыбнулся.

А он очень красивый, когда не хмурится.

Я киваю. Но внутри меня зарождается сильный страх и волнение. Тэйлон скрестил руки на груди и посмотрел в пол.

— Говард пытался тебя поцеловать?

До меня не сразу дошло, о чём он спросил, и кто меня пытался поцеловать. Но тут я поняла. Тэйлон посмотрел на меня словно с надеждой в глазах. Я увидела, как он занервничал, поэтому и скрестил руки, чтобы как-то себя контролировать. Поведение Тэйлона было для меня в новинку. Я никогда не видела этой эмоции на его лице. Словно он сам хотел проиграть в этом споре. Он молча смотрел на меня, ожидая ответа, и я мысленно произнесла: «Боже, если ты есть, то пусть сейчас что-то случится, и мне не придётся отвечать на этот вопрос». Я не знала, какие силы сработали, но дверь сзади открылась и ударила меня в спину, отчего я полетела вперед, но рефлекс Тэйлона видимо был натренирован годами, иначе я не знала, как объяснить то, что он успел вытянуть руки и поймать меня. Его руки крепко держали мои ладони, не давая мне упасть. Я обернулась. Эдон. Это был врач, который следил за состоянием Говарда. Он осторожно посмотрел на дверь, а потом перевёл взгляд на нас. Его глаза округлились, когда он понял, что нечаянно задел меня.

— Всё в порядке? Я не ожидал, что ты будешь...

— Всё хорошо Эдон, правда... — ответила я и взглянула на Тэйлона. Его руки слегка дрожали, словно он держал что-то неприкосновенное, что нельзя было трогать. Скулы напряглись. Он медленно сглотнул, и его кадык дёрнулся. Его тёплые руки держали меня так крепко, что мне стало больно. Я осторожно попыталась высунуть свои ладони из-под его. Когда он понял, что не даёт мне этого сделать, то быстро отпустил, прошептав: "Прости".

Тэйлон подошёл к Эдону и пожал ему руку.

— Как там Го? — спросил он, прокашлявшись.

— Эээ... — врач помедлил, взглянув на приоткрытую дверь палаты, в которой лежал Говард. — Причин для беспокойства нет, через несколько дней можно забирать.

Тэйлон нервно переступил с одной ноги на другую. Он стоял ко мне спиной, но я могла почувствовать его волнение, даже не видя его лица. Напряжённые плечи, нервно дергающаяся рука выдавали его с потрохами.

— Ты можешь сказать, что с ним? Когда я нашёл его он...

— Как я сказал, причин для паники нет, но анализы ещё не готовы. — соврал Эдон — Я предполагаю, что это пищевое отравление. Я пропишу нужные лекарства и передам тебе.

Тэйлон посмотрел на врача с недоверием, но кивнул и похлопал его по плечу.

— Эдон можно с тобой поговорить? — спросила я, и парни уставились на меня.

На лице Тэйлона читалось удивление, а Эдон слегка замялся.

— Я не займу много времени. — улыбнулась я

Тэйлон зашёл к Говарду, а Эдону ничего не оставалось как подойти ко мне.

После того как дверь закрылась, я злобно уставилась на него и скрестила руки на груди.

— Что, чёрт возьми, происходит?

Тёмные глаза Эдона забегали, стараясь не смотреть в мою сторону.

— Ты о чём?

— Ты прекрасно понимаешь, о чём я. — я не стала объяснять Эдону, ведь он и сам понимал к чему я клоню. Сначала кровь из носа, потом обмороки. Всё это не внушало ничего хорошего.

— Иногда такое бывает при пищевом отравлении... желудок не выдерживает и даёт обра...

— Да брось! Я похожа на дуру?! — возмутилась я — При пищевом отравлении может быть рвота с кровью изо рта, а не из носа.

— Откуда ты...

— Да вот доводилось, к сожалению.

— Я не могу разглашать информацию без согласия пациента.

— А врать его брату и отцу ты можешь?

Эдон посмотрел вниз, а затем покачал головой.

— Ты пытаешься ему помочь, но иногда стоит соврать, потому что правда ранит.

Это всё, что он сказал. Эдон ушёл, а я так и осталась стоять в коридоре с открытым ртом и не до конца понимая, что он имел ввиду. Я написала Говарду сообщение и ушла.

«Мне нужно на учебу, я заеду завтра.»

Сразу же поступило новое сообщение.

«Всё в порядке?)»

«Вот именно... всё в порядке?» Прочитано.***

Следующие два дня я стабильно навещала Говарда после учёбы.

— Эээй, — улыбаясь, окликнул меня Говард и раскрыл свои объятия.

Мы много говорили о жизни за то время, пока он лежал в больнице. Но так и не тронули тему, которая меня действительно пугала и наводила на плохие мысли о его здоровье. Мы обнялись, и я почувствовала вкусный аромат дорогих духов. Он подвинулся, освободив мне место рядом, и похлопал по кровати. В руках я держала крафтовый пакет из Таргет. Под его глазами я заметила небольшие синяки. Но это не мешало выглядеть Говарду так, словно он сошёл с обложки GQ.

— Ты как?

— Нормально. Ближайшие лет сорок не умру. — он улыбнулся, но я почувствовала какое-то напряжение между нами.

— Точно? — поддерживающе улыбнулась я в ответ.

— Точнее не бывает.

Я посмотрела на пакет и поняла, что сейчас самое время для того, чтобы его порадовать.

— Долго думала, что тебе принести... — помедлила я — В общем, держи.

Я достала из пакета небольшую розовую коробочку с бантиком и протянула Говарду. Тот выгнул бровь и посмотрел на меня.

— Ты принесла мне металлические бдсм наручники с розовым мехом в розовой коробочке?

Я нахмурилась и покачала головой.

— Нет, плевать на коробку, открой.

Говард ещё раз настороженно взглянул на меня и медленно открыл коробку своими длинными пальцами, на которых были серебряные кольца. На его лице появилась милая улыбка.

— Карамельные конфеты?! — радостно произнёс Говард.

Я кивнула.

Он достал из коробки две конфеты и протянул мне. Я с радостью схватила одну. Это были светло-коричневого цвета круглые карамельки в прозрачной упаковке. Мы закинули их в рот и у обоих одна щека была больше другой. Это выглядело забавно и по-детски.

— Почему ты так любишь карамельные конфеты? — неожиданно спросил Говард.

Я задумалась, стоит говорить ли Говарду что-то про своё детство.

— Они возвращают меня в детство, когда-то они доставляли нам такое счастье. Всего лишь несколько конфет раз в неделю делали нас такими радостными. — ответила я. — Странно, да? Всё, что нужно было для полного счастья это карамельная конфета. — я засмеялась и прикрыла рот ладонью, чтобы моя конфета не вылетела изо рта.

Говард улыбнулся и кивнул.

— А ты?

— Что я?

Он посмотрел на меня с ноткой беспокойства.

— Что делало тебя счастливым в детстве?

Говард отвернулся к окну, а потом сказал:

— Будет очень банально, если отвечу "музыка"?

— Очень.

Он кивнул.

— Тогда... — задумался Говард. — детская площадка.

Я недоуменно посмотрела на него.

— Детская площадка? — переспросила я. — Почему?

— Потому что там я мог дружить с теми, кого сам выбирал, а не с теми, кого выбирал наш отец. — он горько улыбнулся, и внутри у меня всё сжалось.

Проблема отцов и детей кажется вечной... Я видела их отца. Он силен, богат, влиятелен и очень строг. Его дети замкнуты и очень закрыты от остальных. Я никогда не слышала истории из их детства или про их родителей. Хотя кого я сужу... сама-то никогда об этом не рассказывала. Каждый проживает боль по-разному. Видимо мы выбрали путь молчания. Самая острая боль - это та, которую причиняют близкие и ничто не встречается реже, чем полное взаимопонимание между родителями и их детьми.

Я увидела, как Говард сжал кулак и медленно разжал. Он напрягся, и я почувствовала это на себе. Возможно, наше детство крайне отличалось, но я могла понять, что он испытывает.

— Почему он не разрешал тебе... ВАМ общаться с теми, с кем вы хотели? Это были плохие дети?

— Плохие? — Говард нервно засмеялся и провёл рукой по своим волнистым каштановым волосам. — Он просто хотел, чтобы мы соответствовали детям его "друзей". Всё, что ему нужно было это будущие наследники компании "Картер" и неважно какими методами он это пытался сделать.

— Что значит... неважно какими методами? — осторожно спросила я.

Говард покачал головой и посмотрел на меня. Его лицо поменялось с злого и ненавидящего весь мир на доброе и искреннее. Он хотел что-то сказать, но в палату зашли Рэн и Тэйлон. Они были в чёрный рванных джинсах и свободных футболках.Только на Рэне сверху была накинута джинсовая куртка, а на шее несколько цепей. Тэйлон слегка отличался тем, что на нём была дутая чёрная куртка до бедер и такого же цвета бандана на голове. Я словила себя на мысли о том, что ему чертовски идут банданы. Он всегда выглядел стильно, но при этом очень мужественно.

Мне так и не посчастливилось закончить начатый разговор с Тэйлоном, чему я была безгранично рада. Я дала обещание не врать без чрезвычайной необходимости и старалось это обещание выполнить. Я обменялась пристальным взглядом с Тэйлоном и повернулась к Говарду.

— Мне пора. — сказала я с неохотой в голосе — Мы идём на столетие оргАна с Джолианой, ещё надо успеть забежать домой.

— С Джолианой? — удивленно спросил Говард. — Джолианой Флорес?

Я медленно кивнула и заметила, как Говард покосился на братьев. Те закашляли, и я отметила, что они пытались скрыть улыбку на лице. Всё это выглядело более чем странно, и я скептически взглянула на Говарда. Он сразу сделал серьёзное лицо и махнул в сторону двери.

— Иди, иди, не опаздывай! — произнёс он, а затем схватил телефон и что-то напечатал. Я открыла свой и увидела смс-уведомление.

«Удачного вечера! ;)»

Я повернулась и увидела, как Тэйлон заметил этот жест, но не поддала вида и безцеремонно вышла из палаты.