Глава 55

ВалНесколько дней назад

Металлическая дверь распахивается передо мной с характерным скрипом, когда выхожу на заснеженное крыльцо небольшого здания, оставляя позади запах дезинфицирующих средств и специфическую удушливую вонь, характерную для морга. Руки сразу же ныряют в карманы куртки в поисках пачки сигарет и зажигалки.

— Как прошёл разговор? — интересуется Тимур, оперевшись на лестничные перила неподалёку от главного входа, и внимательно смотрит на меня, пытаясь счесть моё настроение после состоявшейся встречи с одной продажной мразью.

— Заведующему придётся искать нового патологоанатома, — затягиваюсь сигаретой, и огонёк на её конце ярко вспыхивает в вечерней темноте.

Позволяю словам повиснуть в тишине и неторопливо осматриваю закрытую территорию вокруг морга, едва освещаемую уличными фонарями. Как будто сейчас мне есть дело до разглядывания местности. Бурлящая в жилах злость и жажда убийства постепенно отступают в тень, опуская свои уродливые лица в землю. Последний виновник мёртв. Собственноручно отправил его на тот свет к остальной шайке тварей, ответственных за смерть моей матери, но покой так и не наступает. Ненависть приобрела новую силу своего воспламенения, потрескивая грудой раскалённых углей на затворках сознания. Живого места не оставил бы на теле Дмитрия Волкова. Он бы на коленях выл о даровании ему собственной смерти.

— Что с ним? — лицо Хаджиева вытягивается, выражая крайнюю озадаченность.

Перевожу спокойный взгляд на него и выпускаю остатки сигарного дыма, невозмутимо отвечая:

— Отдыхает в холодильной камере с трупами.

— Ясно, — усмехается он. — Я не слышал выстрела.

— Немного пришлось потрепать его, — пожимаю плечами. Тимур приподнимает бровь в немом вопросе и приходится объяснить: — На столе дохрена инструментов. Перчатки надел и глотку пропилил ему.

— Может, стоило с ним встретиться в другом месте? Закопали бы за лесом, как обычно.

— Нахрен? Тут сразу первоклассный сервис обслуживания. Тащить далеко не пришлось. Правда, единственный минус — возиться с камерами здесь и на ближайших улицах, но в целом.. Сойдёт.

— Ага и в ноги кланяться компьютерному гению, — Хаджиев недовольно морщится.

— Можно просто Малх, но я польщён.

Мы оба поворачиваем голову на насмешливый голос Малха, спускающегося по лестнице с боковой стороны здания. Между пальцев он ловко вертит ключи от запасного выхода на втором этаже, которые стащил у заведующего.

— Разобрался? — интересуюсь, зная ответ заранее, ведь он мастерски создаёт проблемы окружающим. И мне в том числе. Будь моя воля, давно бы прикончил.

— На все сто.

— Осталось разобраться с телом, — Тимур начинает печатать короткое сообщение у себя на телефоне. — А после без меня — Данику нужно в аэропорт отвезти.

— Снова прилетала? — интересуюсь, выкидывая окурок в мусорный бак.

— Да. Видно, жить на две страны её устраивает.

— Кстати, Шайхаев, ты ведь позаботился о том, чтобы не вычислили действующие номера? — уточняет Малх.

— Давно ещё.

— Тогда, мальчики, объявляю об окончании нашей "милой" вечеринки.

***

Троицкий подталкивает в мою сторону рокс, наполненный виски со льдом, предлагая выпить, но я отказываюсь, не испытывая ни надобности, ни охотного желания в алкогольном утешении.

— В следующий раз хотя бы предупреждай о сюрпризах, которые оставляешь. Работник от страха чуть не обделался, когда вместо целого трупа обнаружил обезглавленный, — с весельем произносит Герман.

— Психанул, вот и рука случайно дёрнулась, — неохотно отзываюсь, проверяя мессенджер на наличие сообщений от нового информатора. — Давай не будем развивать эту тему.

— Не вопрос, — присвистывает он, поднимая руки в примирительном жесте. — Главное, мудаки, причастные к её смерти, мертвы.

Кивок головы служит молчаливым согласием. Эти уроды насиловали мою мать не только физически, но и морально. Вина за её смерть лежит на мне — если бы не втянулся в криминал, с ней ничего бы не случилось.

Отложив телефон резким движением на поверхность барной стойки, хлопаю Германа по плечу.

— И если серьёзно, спасибо за помощь с ментами.

— Обращайся, — усмехается Троицкий и бросает взгляд на Марка, развалившегося в кресле с ноутбуком на коленях. — Меня порой бесит его хладнокровное поведение, прямо как у ящера, но мозги у Воронцова будь здоров. Большую часть наладил он.

Мои глаза заостряют фокус на мимолётном проблеске обручального кольца на правой руке Марка, когда его пальцы быстро порхают по клавиатуре.

Я что-то охренеть как пропустил, или это он слишком шустрый?

— У меня было примерно такое же выражение лица, как у тебя сейчас, когда узнал, что Рейчел и Марк связаны фиктивным браком, уже как полтора года, — Троицкий улавливает моё недоумение и посмеивается. — Эта молчаливая скотина даже ничего не рассказала, пока я сам случайно не увидел кольцо неделю назад.

Озадаченно провожу рукой по своим коротко стриженным волосам, переваривая неожиданную информацию. Не у одного меня в жизни полный... бардак.

— Его отца в Америке выбрали мэром Индианаполиса. Параллельно он стал раскручивать арендный бизнес и успел вляпаться в мутную историю с не менее мутным типом. Итог: оба свели Рейчел и Марка, хотя все мы прекрасно знаем Воронцова с его безразличием к тому, что говорят люди, но он согласился на брак, значит, дело серьёзное. Марк ограничился сухими фактами, а вытягивать из него правду бесполезно.

— Мутная история, говоришь?

— Ага. Подробностей не знаю — молчит, как партизан.

— Может дело в деньгах?

— У него их и без нас много, — отмахивается Герман.

— Ведёт бизнес?

— И свой и отца.

— Сплетники, вы ещё не закончили? — Регина появляется незаметно и садится на барный стул рядом с Германом, подпирая подбородок ладонью.

— Мы только начали, — Герман одной рукой обнимает её за талию и притягивает ближе. — Красавица, тебя ведь тоже заинтересовала их ситуация?

— Знаешь, после твоей одержимости меня уже ничего не удивляет, — язвит брюнетка.

— Слышала бы ты его пылкие речи о женщинах год назад, — усмехаюсь, встречая недовольный взгляд Германа. — Троицкий почти мог возглавить список топ пять недоступных мужчин Санкт-Петербурга.

— Серьёзно? — Регина заинтересованными глазами рассматривает нас.

— Подтверждаю, — внезапно присоединяется Марк, который всё это время был занят электронной работой, и даже сейчас его внимание нацелено на ноутбук.

— Подожди, то есть до этого ты всё прекрасно слышал? — Герман отвлекается от разговора, оборачиваясь в сторону Воронцова.

— Слышал.

— И ничего не сказал?

— Не сказал.

— Я в очередной раз убеждаюсь в том, что ты сволочь.

— Сегодня как-то слишком мягко, — скептически поднимает бровь.

— А у вас бывает и жёстко? — посмеиваюсь я.

— Лучше ничего не говори! Я даже знать не хочу! — восклицает Регина, затыкая уши.

— Ну и правильно, красавица, всё равно у меня встаёт только на тебя, — ухмыляется Герман, поглаживая её талию.

— Что ты только что сказал? — переспрашивает девушка, убирая ладони от ушей.

— Ничего.

— Марк?

— Не слышу.

— Вал?

— Мне домой пора.

— Ну вы и засранцы!

***Настоящее время

Бегло пробегаюсь по строчкам последних сообщений от информатора, который после прошлого неудачника проверен вдоль и поперёк. Поступившую информацию от вторых и третьих лиц он перепроверяет по несколько раз, чтобы точно убедиться в её достоверности.

Ошибку, которую извлёк из прошлого — не полагаться полностью на того, кто работает под боком много лет и под конец решает уклониться от качественного выполнения своих обязанностей, оплачиваемых ему сполна. Мужик проигнорировал моё предупреждение о накаляющейся обстановке с Волковым и что в любой момент стоит ожидать подвоха, спровоцированного старым козлом. Свинское пренебрежение обернулось плачевным последствием для информатора, которого на данный момент правильнее считать мёртвым.

Дни минувших недель — сплошные кровавые сюрпризы. Чем больше скелетов вываливается из шкафов, тем сильнее растёт статистика совершённых мной убийств с особой жестокостью. Одна смерть за другой. Сплю, кстати, как младенец после безостановочной раздачи путёвок на тот свет. Каждая мразь поплатилась за подкинутое дерьмо, и складывается ощущение, что это далеко не финал. Самое интересное ещё впереди.

Денис: Вал Каримович, положительных результатов поисков Юлии Волковой всё ещё нет.

Денис: В день вашей последней встречи камеры вокруг особняка и паркинга рядом, а также на ближайших улицах были выведены из строя, поэтому напрямую выйти на след не выходит.

Денис: Однако за всё время, что я следил за Олегом Волковым, сделал заметку.

Денис: Он часто посещает Геннадия Волошина. Не исключаю вероятность того, что Юлия может находиться там.

Денис: Его передвижения по городу однотипны, а наиболее часто посещаемые места: дом, бар в центре и особняк Волошина.

Денис: Или он спрятал Юлию в другом месте и намеренно избегает его, чтобы не спалиться.

Обдумывая его слова, незамедлительно печатаю ответ:

Я: Проверить жильё Волошина.

Я: Если же её там не будет, придумаем другой план.

Я: Делай что угодно, но она должна быть у меня.

Чужое прикосновение к моему плечу вынуждает оторваться от диалога с информатором. Не скрывая раздражения, поднимаю глаза на Луизу, а затем перевожу взгляд на её руку, которая продолжает без смущения сжимать моё плечо.

— Убери, — безапелляционно приказываю и снова смотрю на растерянное лицо девушки, чтобы она безошибочно уловила предупреждение в моих глазах.

Надобности в повторении нет. Луиза резко отдёргивает ладонь и возвращается на своё место за столом, прямо напротив моего. Помимо недовольства, на лице девушки отпечаталась обида. Не сожалею о грубости по отношению к ней, ведь так выходит со всеми женщинами, пытающимися завладеть моим вниманием или склонить к быстрому сексу.

Я не могу вынести не то что их близости, но и присутствия рядом. За исключением, блять, Юли, как бы не хотелось этого признавать. Другие на её фоне не больше, чем призраки, не способные всколыхнуть во мне ни чувств, ни похоти. Тело, разум, грёбаное сердце — всё это против моей воли принадлежит ей одной.

И что это, если не сущий ад, зная, что наши пути друг к другу перекрыты навсегда? Как раньше уже никогда не будет. Она ушла, забрав с собой мою возможность видеть другую сторону жизни, отделённую от мафии и на которую я конкретно подсел, желая проживать именно её, день за днём. Понятие о счастье, любви и прочей фигне стёрлось, словно никогда не испытывал что-то подобное. Все переживаемые эмоции в настоящем — пресная фальшивка по сравнению с прошлым.

Я не должен зацикливаться на Юле, как мягкотелый лузер.

Я не должен размышлять о том, как сложилось бы наше будущее при других обстоятельствах.

Я не должен скучать по ней каждую грёбаную ночь.

Но именно этой херней я и занимаюсь, ненавидя себя за слабость больше, чем её за предательство.

По-видимому, стадия полного заживления от любовной дряни пока не достигнута, и придётся отмахиваться от неё, насильно удерживая похерестический облик. Поэтому, расслабленно откинувшись на спинку стула, концентрируюсь на ужине. Ей не место в моей голове.

Михаил без единого слова переводит взгляд с Луизы на меня и задумчиво взбалтывает алкоголь в своём бокале. Зная его достаточно долго, уверен, он с радостью бы вмешался, чтобы разрулить критическую ситуацию между нами. Однако Демидов хорошо запомнил мои слова касаемо обсуждения моей личной жизни и любых попыток влезть в неё.

— Скажи, Вал, как продвигаются дела с болгарами? Твой договор с Гусейном давно же истёк? — интересуется мужчина.

— С болгарами сохраняем нейтралитет, а про Басманова ничего не слышал, но мы больше не в договорных отношениях.

— После смерти Камила кто-то из татаров всё равно продолжает грязные игры, — сообщает помощник Волошина — Степан.

Я и без него осведомлен об этом — Сила время от времени пересылает сведения от своих источников.

— Какой расклад мы имеем: их структура до сих пор не обзавелась главным, который вполне мог бы вкладываться в создание проблем приличной суммой денег, — Михаил возвращает бокал на стол и оценивающе смотрит на меня. — Согласен со мной? Это делается не одним человеком, а группой.

— Половина приближённых Камила либо за решёткой, либо на глубине двух метров в сырой земле. Оставшиеся не могли обратиться за помощью по той причине, что все мирные соглашения, договора были подписаны с Камилом. Никто не станет рисковать из-за беженцев.

— Тогда, какие ещё варианты?

— Гусейн отпадает. У него недостаточно мозгов для управления и все об этом знают, — говорю я. — Никто не стал бы выбирать наркомана.

— А если со стороны кто-то заинтересован в том, чтобы помогать татарам? В качестве ставки — полная власть над ними, а там уже этот «кто-то» начнёт всё с нуля, — предполагает Степан.

— Мне нужны весомые доказательства причастности кого-либо, если хотите моей помощи, а на пустых словах не прокатит. Менты в последнее время мои частые гости, и я конкретно задолбался.

— Ты не со всеми разобрался до конца? — озадаченно хмурится Михаил.

— На повестке остались Волковы и Волошин.

От меня не ускользает, как быстро поменялось выражение лица Демидова на последней фамилии. Мужчина напрягается и прочищает горло:

— Волошин?

— Ты всё правильно услышал, — слегка наклоняю голову набок, вперяясь в него пристальным взглядом.

Чего занервничал так?

— Какие-то проблемы?

— Проблем нет, — отвечает и впервые за столько лет, сколько мы знакомы, улавливаю проблеск неуверенности в голосе Михаила. — Но есть один нюанс.

Настала очередь напрячься мне — странное предчувствие посетило мою голову после последней фразы, не вызвавшей ничего, кроме смутного опасения, насчёт которого очень хочется ошибиться.

Несмотря на мой сверлящий взгляд, Михаил молчит.

Молчит, пока тянусь за пачкой сигарет на столе.

Молчит, пока вытаскиваю сигарету и чиркаю зажигалкой.

Молчит, пока шумно затягиваюсь, делая первую затяжку.

Одной секунды предостаточно, чтобы раздражиться от грёбаной тишины, которая начинает затягиваться по времени и гнетущей недосказанности.

— Говори уже, — рявкаю я.

Луиза вздрагивает от повышенного тона и поджав губы кидает взволнованный взгляд на своего дядю.

— Вал..

— Луиза, не влезай в разговор, — громко перебивает её Михаил и чуть спокойнее обращается ко мне: — Я должен Волошину. У нас договор сроком на пять лет.

Рука с сигаретой замирает на весу, а я уставляюсь на мужчину, ошарашенный таким заявлением.

Охереть.

— Прикольно, — нервный смешок, лишённый веселья, срывается с моих губ. Чувствую, как дёргаются мышцы на челюсти и сжимаю её практически до неприятного скрежета. — И как долго длится ваш дружелюбный обмен поцелуями в задницу? 

— Почти месяц, — признаётся он.

— Ты ведь понимаешь, что это означает?

— Ты не сможешь его убить, потому что я уже знаю о твоих намерениях. Мне придётся либо остановить тебя, либо доложить альянсу, чьей частью он является.

— Верно. Хоть где-то, блять, твои мозги соображают.

— Следи за выражениями, Вал.

— Не играй сейчас со мной в воспитателя. Не подходящее время, — ядовито цежу сквозь зубы, вдавливая сигарету в пепельницу. — За что ты ему должен?

— Это личное. Касается исключительно меня и его.

— Зашибись! Снимаю шляпу! — всплёскиваю руками, откидываясь на спинку стула.

— Понимаю, ты зол, но ничего не изменишь. Поэтому, отложи на потом это дело и не делай ничего в его сторону.

— Может, мне сделать вид, что я тебя не знаю? — насмехаюсь я

— Я прошу тебя, как наставник, Вал.

— К чёрту тебя, — устало потираю лицо ладонями. — И какой дальнейший план действий?

— Попробуешь наладить связь с альянсом. Они точно захотят в качестве союзника главу русской мафии.

По глазам вижу, что он успел что-то провернуть без моего участия. Встретив мой выжидающий взгляд, Михаил добавляет:

— Через пару недель мы все собираемся на ужине с Волошиным и его новой спутницей, включая альянс. Ты в том числе.

— Охренеть. У тебя сегодняшняя цель добить меня?

Демидов смеётся, качая головой:

— Предоставляю тебе возможность обыграть всё другим путём.

— Скорее предоставляешь возможность лицезреть физиономии Волкова и Волошина.

— Это того стоит.

— Ты сказал, у Волошина новая спутница? С женой что?

— Они вроде развелись два года назад, а кто новая без понятия.

— Ну мне и не особо интересно.

Разминая затёкшие мышцы шеи, замечаю взгляд Луизы на себе и, убрав телефон в карман штанов, поднимаюсь из-за стола.

— Вал, не забудь, о чём я попросил тебя. Никаких взаимодействий с Волошиным.

— Ага.

— И давай настраивайся на ужин, чтобы он прошёл без кровавых происшествий.

В ответ я лишь усмехаюсь.

— От меня ничего не зависит — только от обстоятельств.

В конце концов, кто знает, какой сюрприз меня ждёт?

***

Мои хорошие, жду всех вас в своëм тг: Варвара Вишневская или же bookVishnevskaya 🍒

Там я публикую множество интересных постов, которые связаны с моими выходящими и будущими книгами 📚

А также там создан чат, где у нас происходит общение напрямую ❤

Если хотите, чтобы новая глава вышла как можно скорее, проявите активность, чтобы я знала, что вы ждёте 🫂