Сергей Владимирович.

Внешность его описать не так сложно. Высокий и статный, видно, что очень умный и интелегентный. Только вот взгляд его заставляет меня поежиться, когда я следом за ним захожу в их дом. Лиза, довольная и счастливая, что вернулась домой, бежит в впереди нас на второй этаж. Мужчина проводит меня мимо лестницы в свой кабинет. "Зайдешь? Разговор есть". От этих его слов сразу стало не по себе. Вдруг он решил, что это я виноват в исчезновении его дочери?

Следом за ним захожу в кабинет. Бог ты мой. Вряд ли мне когда-нибудь придется еще раз видеть столь роскошный. Мужчина явно любитель модерна. Сплошные прямые линии и прямые углы. Огромный шкаф с книгами, смотря на который, я замираю и мечтаю о том, как сижу в своем уютном доме у камина и листаю давно пожелтевшие страницы.

― Нравится? ― из омута меня выдергивает голос мужчины. ― Сам собирал эти книги почти всю свою жизнь. На этих книгах я вырос. Там есть все: от сказок до величайших произведений мировой философии. Эти книги я читал даже Лизе, которая всегда с интересом мненя слушала. Хочу привить в ней любовь к чтению.

В его тоне уже не той официальности, с которой он меня сюда приглашал. Сейчас в его голосе любовь к дочери, о которой он упоминает. На стене, рядом со шкафом, висит множество разных портретов. Он и Лиза, одна Лиза, какая-то женщина, черты лица которой напоминают мне саму Лизу. Скорее всего это ее мать. Мужчина замечает куда направлен мой взгляд, и на его лицо появляется кроткая улыбка.

― Так о чем вы хотели со мной поговорить? ― спрашиваю я, отвлекаясь от портретов и усаживаясь на стул перед рабочим столом с кучей бумаг и раскрытым ноутбуком.

Из глаз мужчины исчезают искорки счастливых воспоминаний, и на смену им приходит уже знакомая мне официальность.

― Не сочти это за грубость и желание тебя обидеть, но я вижу, что живешь ты крайне плохо.

Что правда, то правда. 

― Но я хочу предложить тебе изменить свою жизнь.

Меня заинтересовало. Я удобнее устраиваюсь на стуле и готовлюсь его слушать.

― Хотел бы ты изменить свою жизнь? ― спрашивет он, смотря мне прямо в глаза, словно пытается заглянуть мне в душу.

Я слегка мнусь. Не знаю я, как правильно ответить.

― Хочу, ― решаюсь заговорить я, ― только вот не знаю как. Все мои попытки всегда приводили к одному и тому же: мне приходилось начинать все с нуля.

Отец Лизы усаживается в свое роскошное кресло из настоящей кожи и задумчиво глядит на меня . Он ждет , что я скажу что-нибудь еще, но я не знаю, что еще тут можно сказать.

― Протсо я по жизни неудачник, ― добавляю я.

Его явно мало устроил мой ответ.

― Я могу тебе помочь, потому что ты помог моей дочери. Все проходили мимо нее, когда она плакала, но ты нет. И я хочу отблагодарить тебя за это. Ты точно достоит лучшей жизни, чем у тебя есть сейчас.

Я постукиваю пальцами по столу, пока слушаю его. Он порой переводит взгляд с моего лица на мои пальцы. Только вот не понятно: раздражает его это или нет. Он сосредотачивает свой взгляд на моем лице.

― Согласен?

Я размышляю еще секунду. Больше мне не требуется. Ответ сам сраывается с моих губ.

― Согласен.

На лице мужчины расплывается улыбка. Он, и правда, рад, что я согласился.

― Отлично. Я предлагаю тебе работу охранника для моей дочери. Она часто попадает во всякие передряги, а тебя, мне кажется, я могу положиться. Я могу дать тебе хороший аванс прямо сейчас. Ты сможешь снимать квартиру, а потом уже сможешь купить свою.

Предложение очень заманчивое.

― А что мне предстоит делать кроме охраны?

Мужчина откидывается на своем кресле.

― Просто следить, чтобы она не попадала в непричтности, например, такие кае сегодня.

Мне не нужно много времени, чтобы дать окончательный ответ. Ответ мне кричит мой и разум и желание жить лучше: "Да!" Я не упущу, возможно, последний мой луч надежды.

― На это я тоже согласен.

По его уверенному взгляду понятно, что он ни секунды не сомневался в моем ответе. Знал заранее. Мужчина встает со стула и протягивает мне руку, большую и шершавую.

― Я этому очень рад, ― улыбается отец Лизы. ― Сергей Владимирович, ― представляется он.

Ради приличия тоже пожимаю руку. Кожа у него грубая.

― Андрей Коротков.

Вот и познакомились.