35 глава от имени Розали (часть 2)

«Я лучше умру от страсти, чем от скуки»

—  Винсент Ван Гог

   Снова оказаться в квартире Рио было странно непривычно и одновременно уютно.

   Спайк ещё находился у Мануэля, поэтому на нас никто не вылетел с сумасшедшим лаем. Рио первым шагнул внутрь, а я за ним, ощущая, как напряжение между нами постепенно превращается в что-то горячее и непреодолимое. Он резко повернулся ко мне, прижал к себе, и дыхание сошлось с моим в коротком, стремительном поцелуе. Я едва успела осознать, что происходит — пальцы его рук нашли мою талию, тянули ближе, будто хотели проверить, насколько я здесь с ним. Сердце бешено стучало, и знакомое возбуждение пронизывало тело.

   У меня не было времени на то, чтобы осмотреть квартиру снова, ощутить какое-то дежавю или нечто подобное. Рио подхватил меня за задницу, заставив мои ноги обвиться вокруг его бёдер. Он прижал меня плотнее, его губы скользнули по моей шее, опускаясь к плечу, и я с трудом подавляла вздохи, чувствуя, как страсть накатывает всё сильнее. Он шёл в сторону спальни, его движения были рванными, немного резкими — такими, будто он не мог насытиться мною. Его твёрдое желание тёрлось о мою самую интимную зону, заставляя меня тихо постанывать.

   Меня захватывала его неконтролируемость. То, как каждое его движение было чуть грубее, чем следовало, чуть отчаяннее, чем нужно. Возбуждало не только прикосновение, а само осознание того, почему он так действует. Он вынес меня на плече из клуба, не сказав ни слова, не сдерживая себя, и в этом не было ни капли показного доминирования — только чистое желание. Настолько сильное, что я чувствовала его кожей, дыханием, каждой клеткой тела.

   Он хотел меня до безумия. И именно это безумие казалось прекрасным, даже если я всегда была далека от таких вещей. Но именно я была причиной его безумия. Я не часто теряла контроль, поэтому такое поведение было для меня, как высшая форма желания.

   С Рио я впервые могла просто чувствовать. Без анализа, без логики, без привычных попыток всё рассчитать. С ним можно было позволить себе быть уязвимой. Не контролировать, а растворяться — в его дыхании, в его руках, в том, что было больше, чем страсть.

   Я стянула рубашку и кинула её где-то в коридоре. Он почти что кинул меня на кровать, из-за чего я не сдержала вскрик, когда моя спина опустилась на кровать. Мне не было больно или страшно, это была всего лишь реакция организма. Рио замер на секунду и опустил голову где-то в изгиб моей шеи, оказываясь сверху. Его выдох был громким, будто он боролся с самим собой, сдерживая что-то внутри. Его глаза перевелись на моё лицо. Я не имела понятия, что с ним произошло. Тёмный окрас его зелёных глаз сменился на что-то нежное. Он аккуратно снял с меня очки, провёл кончиками пальцев по щеке и едва коснулся губами моего носа.

— Дать сумочку, чтобы ты надела линзы? — мягко спросил он у моего уха.

Я кивнула, и он вернулся в коридор, где я кинула сумочку. По дороге он снял свою футболку, обнажая твёрдые мускулы и многочисленные татуировки на теле. Я была близка к фразе «потекли слюнки», потому что его тело было изобретено скульптуром. Но его поведение изменилось. Всё в его движениях стало спокойным, почти бережным, как будто в нём снова включился тот самый внутренний тормоз, которого ещё минуту назад не существовало.

Я сняла очки, и он осторожно взял их у меня, положив на тумбочку рядом с кроватью. Он сел на край кровати, наблюдая, как я вставляла линзы. Несколько раз моргнув, привыкая к этому ощущению, я вновь легла на подушки.

— Всё в порядке? — спросил он.

То же самое я хотела спросить и у тебя.

— Да.

   Рио улыбнулся и снова оказался надо мной. Его губы намного мягче опустились на мои. Он провёл дорожку поцелуев вдоль моей челюсти до самой шеи. Когда его губы столкнулись с краем моего кофейного топа, он потянул его вверх — через мою голову, не прерывая со мной зрительного контакта. Будто в любой момент ждал, что я могу сказать «нет». Эта мысль чуть не вырвала смех из меня.

   Я оказалась абсолютно топлесс перед ним, и он глубже задышал. Его губы опустились на мою грудь, всасывая мои соски. Пока он уделял внимание одной груди, он не забывал трогать вторую — одновременно лаская и слегка потягивая её. Из моего рта вырывались тихие стоны, а между ног стало настолько жарко, что я выгибалась, как Байт, когда ей чухали пузо. Его руки мягко проводили по моей талии, пока язык игрался с грудью. Он целовал, слегка тянул, иногда задевал зубами, заставляя меня закусывать губу до крови от удовольствия.

   Его губы продолжали спускаться всё ниже, уделяя внимание чувствительной коже над рёбрами, переходя к животу. Он провёл языком по стыку между кожей и брюками несколько раз, заставляя меня выкручиваться на его кровати снова и снова.

   Мне казалось, что мои трусы прилипли ко мне. Но Рио был слишком хорош в издевательствах надо мной. Он расстегнул только одну пуговицу, целуя и проводя языком по этому маленькому участку оголенной кожи. Его на первый взгляд обычные прикосновения были приятны, заставляли всё моё тело дрожать от наслаждения. Мои ноги ослабли и глаза всякий раз закрывались, откидывая голову назад. Потом он расстегнул вторую пуговицу, и снова начал мучать меня, когда я больше всего хотела, чтобы он стянул с меня штаны и трусы одним резким движением.

— Рио, — простонала я, поднимая свои бёдра выше.

   Намёк был прозрачен, и его губы дрогнули в самодовольной улыбке.

— Не можешь терпеть, принцесса?

— Не могу, — выпалила я, снова подымая бёдра выше.

   Тогда Рио услышал меня с собственным протяжным стоном. Он стянул с меня штаны, оставляя в одних трусиках. Он принял уже знакомую мне позу, закинув мои ноги себе на спину. Я была готова снова застонать, вспоминая, как приятно это было в прошлые разы. Как бы я не пыталась, сама я никогда не могла заставить себя получить разрядку. Казалось, будто только Рио знал моё тело настолько хорошо, что мог играть на нём, как на музыкальном инструменте.

   Его губы прошлись по ткани моих трусов, определённо чувствуя их влажность. Он целовал внутреннюю часть моих бёдер, оставлял засосы на стыке между ними и моим интимным местом. Я извивалась в его руках, полностью передавая ему контроль над своим удовольствием и телом. Когда он стянул с меня трусы, его язык сразу же прошелся вдоль моей промежности, вырвав из нас двоих протяжный стон. Мне стоило поблагодарить всех богов за то, что Рио наслаждался этим так же сильно, как и я. Я не помню ни единого случая, чтобы наши эксперименты обошлись без этого.

— Я так сильно скучал по твоему вкусу, — последнее, что он сказал перед тем, как продолжить ласкать меня своим языком.

   Он всасывал каждую из моих половых губ по очереди, заставляя пальцы ног сворачиваться в трубочку. Он чередовал это с входящими движениями своего языка внутрь моего влагалища, царапая мои бёдра своей щетиной. Но я точно не буду той, кто скажет ему прекратить. Моя рука бесконтрольно легла на его волосы, а из рта вырывались хриплые стоны. Его палец аккуратно вошёл внутрь, но это не было уже чем-то непривычным или странным. Он имитировал движения своего члена, маневрируя языком вокруг моего клитора. Я и не заметила, как сама начала раскачиваться на нём в погоне за своим удовольствием. Рио нравилось это, судя по удовлетворённому рыку.

   В меня вошёл второй палец, когда я уже была близка к своему первому оргазму. Ритм Рио нарастал, но не был резок. Его губы сомкнулись на моём клиторе. Это убило меня и воскресило вновь. Мои ноги задрожали, а из рта вырвался крик. Рио крепко держал мои бёдра, что было к лучшему, ведь я могла случайно убить его своими неконтролируемыми движениями. Я выгнулась в спине, поражённая тем, как мой мозг отключался на целых тридцать секунд, пока Рио продолжал высасывать каждую каплю моего удовольствия.

   Это меня всегда удивляло — то, как я теряла контроль, как моя голова становилась пустой, и я просто смотрела после полученного оргазма пару минут в стену без единой мысли в голове. Со стороны это могло казаться риском, опасностью — позволять кому-то видеть себя в таком состоянии, позволять кому-то доводить себя до такого состояния. Именно поэтому это было не только про страсть, но и про доверие, влюблённость, желание раствориться в друг друге на момент. Мой мозг был машиной, которая не знала отдыха и перерывов, не умела поддаваться чувствам, но только в этот момент она могла сказать мне «спасибо» за то, что отпустила.

   Лицо Рио оказалось над моим, и я расплылась в улыбке. Он слегка усмехнулся, будучи доволен собой и опуская свои губы на мои.

— Готова к большему? — мягко спросил он, будто это снова был наш первый раз.

— Конечно, — на одном дыхании выдохнула я.

   Рио кивнул и возвысился надо мной, стягивая с себя штаны и боксеры. Он был очень возбужден. Мысль о том, что он окажется во мне, заставила меня ещё ближе продвинуться к нему. Когда-то я опасалась его размера, но сейчас я чётко осознавала, что одних пальцев было мало.

   Он достал презерватив с тумбочки и раскатал его по всей длине. Его рука мягко легла на низ моего живота, поглаживая.

— Тебе было больно после? — спросил он осторожно, глядя мне в глаза.

   Его губы мягко опустились на низ моего живота. Я автоматически приподняла бёдра выше, снова нуждаясь в его руках и губах на всех частях моего тела.

— Немного, — призналась я. — Но не долго. Не переживай, можешь не сдерживать себя.

   Он слабо кивнул, его руки взяли мои бёдра. Я провела своими ладонями по его мускулистым рукам, чувствуя его напряжение. Его член оказался у моего входа, и он начал медленно, мучительно медленно входить внутрь, наполняя меня полностью. Мой рот раскрылся, растворяясь в чувстве всё того же растяжения, но не болезненного, а приятного. Я чувствовала, как он заполнил меня всю, касаясь той самой точки внутри меня, которая заставляла ноги дрожать.

   Когда Рио вошёл до упора, его губы снова приземлились на мои. Поцелуй был жадным, голодным, что противоречило его аккуратным движениям. Будто только этим поцелуем он мог показать себя настоящего. Он будто пытался высосать из меня душу, забрать меня всю себе целиком. Я слегка сжала его внутри, двинувшись вперёд, заставив его зашипеть. Мне срочно нужно было, чтобы он начал двигаться.

   Его движения стали плавными, ритмичными, контролируемыми. Его большой палец опустился на мой клитор, слегка потирая. Ощущение наполненности были приятными. Он был настолько глубоко во мне, что я не знала, где начинался он и где заканчивалась я. Мои стенки сжимали его, и я не знала, что могло приносить больше удовольствия, чем его близость и удары о мои эрогенные зоны.

   Но меня никак не покидали мысли. Мысли о том, что его дикость, его неукротимое желание куда-то испарились на том моменте, когда он положил меня на кровать. Мне нравилась его бережность, его нежность, его забота, но мне так же нравилась та сторона его, которую он скрывал от меня. Ещё больше меня раздражало то, что вообще была сторона, которую он почему-то скрывал от меня, старался контролировать. Будто я не могла справиться с ним полностью, будто я не могла принять его таким, каким он есть.

   А ведь мне нравилось лишать его контроля. Это было достаточно справедливо за то, что он заставлял мой контроль покидать меня по крупицам одним своим взглядом, прикосновением или поцелуем. 

— Больно? — неожиданно спросил Рио, возможно, будучи смущённым сменой моего настроения.

— Нет, — я покачала головой, не желая, чтобы он останавливался. Наоборот — внутри было чувство, что этого было недостаточно. Мне хотелось быть ближе, хотелось, чтобы я снова потеряла способность даже мыслить от силы его интенсивности. — Ты можешь быть сильнее, если хочешь.

   Его брови слегка нахмурились.

— Сильнее? Ты уверена?

   Я кивнула, легко проводя ногтями по его бицепсам.

— Займись со мной сексом так, как ты давно хотел. Так, как хотел, ворвавшись в эту квартиру, — предложила я, заставив его остановиться глубоко во мне. Строить предложения так оказалось сложнее. — Так, как занялся бы, если бы я не была собой.

   Была уверена, что до меня у Рио не было проблем с проявлением настоящего себя — того, кого я видела в баре и как только мы вошли в квартиру. Брови Рио ещё сильнее нахмурились, но взгляд смягчился. Он мягко провел ладонью по моей щеке.

— Я не хочу заниматься сексом, где ты — это кто-то другой, — заявил он, заставив меня тепло улыбнуться.

— Я имею в виду, не бойся быть собой, — поправила я. — Не обращайся со мной, как с фарфоровой куклой. Если мне станет больно или дискомфортно — я сама тебе об этом скажу.

   Рио глубже задышал, глядя на меня так, будто пытался распознать правду от лжи. Мне нравились наши занятия любовью, даже если это был только наш второй раз. Но я хотела интенсивности, хотела потерять рассудок, чего обычно не позволяю себе в течение дня. Ещё больше я хотела, чтобы Рио нравился наш секс так же сильно, как и мне. Хотела, чтобы он мог быть собой, не сдерживая себя.

— Ты уверена? — медленно спросил он, позволяя чему-то тёмному поселится в его глазах.

— Да, — уверенно кивнула я.

   Я вскрикнула, когда в следующую секунду его член вышел из меня, а его руки перевернули меня таким образом, что я оказалась на животе. Его рука обвила мою талию, и я поднялась на колени и руки, оказавшись в позе собачки, пока он был сзади. Его рука зарылась в моих волосах, легко прижимая мою правую щеку к подушке. Моё сердце застучало так громко, что его удары отдавали в ушах. Он не удерживал меня, я могла выбраться в любую секунду. Но в то же время это заставило мои внутренности сжиматься от возбуждения.

   Его член вошёл в меня одним толчком, заставляя всю сжаться. Это было по-другому. Из моего рта вырвались несвязные звуки.

— В этой позе — нормально? — напряжённо спросил Рио. — Она позволяет мне входить глубже.

— В этой позе замечательно, — простонала я, когда он выходил почти полностью и входил до упора ритмичными и сильными движениями.

   Моё тело горело, кровь стучала в висках, а разум словно отключился. Каждое прикосновение Рио вызывало бурю эмоций, сильную, почти невыносимую, лишавшую контроля и оставлявшую только одно чувство — полное слияние с ним. Я забыла обо всём вокруг, ни о времени, ни о месте, ни о логике. Всё, что имело значение — это он и это мгновение, его прикосновения, его дыхание, его близость. Сердце колотилось так быстро, что казалось, оно вот-вот вырвется наружу, а в груди всё сжималось от напряжения и возбуждения.

   Я была одновременно уязвимой и полной силы, потерянной и одновременно целой, растворяясь в этом чувстве, которое захватывало каждую клетку моего тела.

— Внутри тебя так хорошо, — простонал он, ударив ещё сильнее в ту самую точку. Я сжала кулаки, содрогнувшись от ощущения. — Я будто попадаю в рай.

   Я тоже.

   Я была словно тряпичная кукла в его руках — вся моя сила, вся рациональность исчезли, оставив лишь дрожащую оболочку. Я была не в силах шевелиться, пока из моего рта исходили звуки удовольствия. Интенсивно. Наконец, он не боялся быть таким. И я точно не собиралась его останавливать, потому что это было лучшее, что я испытывала в жизни.

Неожиданно его рука, запутавшаяся в моих волосах, мягко подняла меня. Моя спина прижалась к его торсу, его рука обхватила мою талию — мягко, но по собственнически. Я не понимала, как он умудрялся в таком положении двигаться во мне, но его толчки стали не такими быстрыми. Зато они оставались такими же глубокими. Я вся сжалась вокруг него, когда его большой палец опустился на мой клитор. Моя голова откинулась на его плечо с протяжным стоном.

— Ты — прекрасна, принцесса, — хрипло сказал он. — Ты — само совершенство. Так тяжело быть с тобой по своему, но при этом бояться сломать.

Я ничего не смогла ответить.

Его движения, его давление на мой клитор были настолько идеальными, что я вся сжалась, чувствуя, как второй оргазм накатывает на меня, словно океанской, штормовой волной. Я вся сжалась, по моему телу прошёлся разряд удовольствия. Я бы упала, если бы он меня не держал. Его движения стали более рваными, и он получил оргазм почти сразу после меня. Я лежала на животе, пытаясь отдышаться, пока он был сверху. Я не сразу почувствовала вес всего его тела на себе, будто находилась в невесомости.

— Ты в порядке? — прошептал он мне на ухо, целуя мочку.

Я не сразу смогла ответить. Я лениво улыбнулась, перекатываясь на спину, глядя на его сосредоточенное лицо.

— Это было невероятно, — мои губы коснулись его.

Он слегка улыбнулся, стягивая с себя презерватив и выбрасывая его в ванной комнате. Мне казалось, что не было большей формы близости, чем ту, которую мы сегодня испытали.

— Я так и понял, — его голос был на уровне самодовольства, пока он не лёг возле меня.

Он притянул меня в свои объятия. Моя голова легла на его твёрдую грудь. Я слушала биение его сердца и ритмичное дыхание. Его руки нежно гладили меня по волосам и спине. В этом жесте было даже что-то извиняющееся. Он мягко поцеловал меня в макушку. Его тело было тёплым, безопасным. Мне хотелось просто уснуть, будучи окутанной его древесным запахом. Я почувствовала такое спокойствие и уединение, что была готова провести в его объятиях еще пару недель.

— Ты уверена, что не было дискомфорта? — осторожно нарушил тишину он. — И тебе было нормально, что я держал тебя за волосы?

— Это было сексуально, — я приподняла лицо, вглядываясь в его глаза. — Я не всегда понимаю причину, но всё равно хочу.

Я не могла объяснить, почему мне это нравилось. Казалось, что немногие люди могли найти в этом удовольствие, но почему я была одной из этих людей — было загадкой. Хотя возможно причина была в Рио. Меня никогда ничего не возбуждало, пока в моей жизни не появился он. И возможно именно он имел решающую роль в этом вопросе, возможно мне бы не понравилось ничего из того, что мы делали, если бы это не было с ним.

— Здесь не нужно понимать причины, — слегка улыбнулся он, проводя ладонью по моей щеке. — Но ты особенная для меня. Поэтому я и стараюсь относиться к тебе соответствующе. Я не хочу причинять тебе боль или чтобы ты чувствовала себя использованной, или будто я грубо с тобой обращаюсь.

— Я не чувствую себя использованной, — заверила его я. — Я чувствую себя желанной, я чувствую, что ты настоящий рядом со мной. Не нужно скрывать свои желания.

Мои губы опустились на его грудь, а он кивнул с громким вздохом.

Тишина между нами была не неловкой, а спокойной. Мы наслаждались телами друг друга, но теперь совершенно на другом уровне. Это не было хуже, лучше или приятнее — это просто было по-другому. Мир за стенами квартиры, будто перестал существовать. Теперь никто из нас не боялся, что этот момент разрушится сообщением от мамы, что мне пора бежать домой или звонком от брата, что он убьёт Рио. Мы принадлежали сами себе. Над нами не было хозяина, мы сами решали сколько будет длиться каждый из наших моментов.

Спокойствие, гармония.

И я чувствовала, что мы полностью заслужили эту тишину.

— У Невио и Авроры скоро будет свадьба в нашем особняке, — вспомнила я, проводя пальцем по его груди. Его рука замерла на моей спине. — Они перенесли её после ранения Алессио и моего похищения. Ты приглашён.

Я посмотрела на него, вглядываясь в его поднятый уголок губ. Он слегка покачал головой с хриплым смешком.

— У меня ощущение, будто я сплю. Это не может быть реальностью.

— Это хороший сон или кошмар?

Он опустил на меня свои зелёные глаза и поцеловал в лоб. Я на мгновение прикрыла глаза, чувствуя тепло, которое распространялось по всему моему телу.

— Я рядом с тобой, так что хороший, — я улыбнулась, принимая это, как согласие.

Ещё месяц назад сама мысль об этом казалась бы смешной — почти невозможной.

Рио, сидящий за одним столом с Фальконе... рядом со мной, в доме, где всё пропитано властью, дисциплиной и правилами, которые он привык нарушать. Он был воплощением всего, чем моя семья была, но чего она сторонилась, когда дело касалось меня: опасный, непредсказуемый, человек, который не склонял голову ни перед кем. Человек, защищающий тех, кто ему дорог до последнего вздоха. И именно он решил поставить на кон всё за право быть возле меня. Моя семья ещё не совсем доверяла ему. Как и Рио, вероятно, моей семье. Но ради меня они откинут вражду и конфликты, чтобы постараться найти общий язык. О большем я и не могла просить.

   Я провела пальцами по его шраму на плече, ощущая подушечками пальцев шероховатость кожи.

— Я планирую заняться боями без правил, — резко нарушил тишину он, заставив меня напрячься.

   Бои без правил?

— Что? Почему? — я приподнялась на локте, всматриваясь в его лицо.

   Мы оба ещё были обнажены и меня абсолютно не смущало быть голой перед ним или сам факт обнажённого тела. Но его взгляд на минуту опустился вниз, глядя на мою грудь, будто не в состоянии контролировать себя. Потом он поднял глаза всё же на моё лицо, явно борясь с собой. Я натянула его простынь на своё тело, не желая отвлекаться. Тема была слишком серьезной, чтобы вбросить её, а потом отвлечься на секс.

— Я хочу сделать ремонт в квартире, — начал говорить он, заставив меня нахмуриться в недоумении. Я не понимала, какое это имело отношения к боям без правил. — Купить ещё одну для пассивного дохода. Поехать с тобой в путешествие. Короче, много всего на что пришлось бы собирать месяцами, занимаясь тем, чем я занимаюсь всегда. На боях эти деньги заработать намного проще.

— Особенно если сражаться с теми, кто слишком опасен, — я покачала головой, находя его причины не достаточно весомыми. Деньги не значили ничего. — Это рискованно, Рио.

— Вся твоя семья занимается боями без правил, — он отвернулся, глядя в потолок, будто хотел избежать моего взгляда.

— Это не значит, что я одобряю это.

— Но принимаешь, — его голос стал более твёрдым и непоколебимым. — И мои бои без правил ты примешь. Ты будешь болеть за меня в первом ряду и целовать на удачу перед началом боя.

   На последней фразе он снова посмотрел на меня, проводя рукой по моим волосам. Кажется, он имел слабость к ним. Но для меня разговор ещё не был закончен.

— Но зачем? — спросила я, искренне недоумевая.

   Рио вздохнул.

   Ему не нравилось объясняться, а мне не нравилось оставаться без ответов.

— Я хочу заработать деньги, принцесса. Хочу, чтобы ты сама выбирала новуюмебель для моей квартиры. Хочу, чтобы сама выбрала страну, гостиницу, куда мы поедим. И не думала о том по карману ли мне это.

   Теперь была моя очередь вздохнуть.

   Рио зарабатывал больше среднестатистического человека. Но его всё равно это не устраивало. Я никогда не делила отношения на «он должен» и «она принимает», даже если женщины в моей семье редко работали. Но я не хотела, чтобы между нами было невидимое разделение — будто он обязан быть старше, богаче, сильнее, способнее. Мы были партнёрами. Мы были равными. Меня не интересовало, кто из нас платит за билет на самолёт или за кофе в кафе. Я знала, что Рио был со мной не из-за денег, что он меня любил, уважал и заботился обо мне.

   Это было для меня более важно, чем любые материальные блага. Я выросла среди достатка. Моя семья позаботилась о том, чтобы мне не нужно было выбирать парня по его статусу или финансам, а по тому, как указывает мне сердце.

   Мне было больно думать, что он до сих пор где-то внутри считает себя недостаточным. Что в его голове наша связь меряется деньгами, а не тем, как он прижимал меня к себе, когда я не могла уснуть в больнице. Он думал, что мне нужно «всё», а мне нужен был он.

— В современном мире парень и девушка живут пятьдесят на пятьдесят, — напомнила ему я.

— Давай жить в современном мире, — он фыркнул, заправляя мою переднюю прядь волос за ухо. — Я буду зарабатывать, а ты — тратить.

   Я закатила глаза.

— У меня есть деньги, Рио.

— Мне не нужны деньги твоей семьи, — более грубо и резко ответил он.

   Конечно, в нём говорила гордость. Жить на деньги моей семьи было бы унизительным для него, как индикатор его личной слабости.

— Я работаю на Каммору, — подчеркнула я. — Я зарабатываю эти деньги.

   Хоть мне и не выдавали определённую зарплату в конце месяца, у меня был свободный доступ к счетам Камморы. И я абсолютно считала, что не просто «пользовалась деньгами родителей», а честно их зарабатывала.

   Насколько возможно заработать честно в Камморе.

— Пусть они и будут у тебя, — вздохнул он, видимо устав от этого разговора. — Но ты не переубедишь меня, принцесса.

   Я смотрела на его точечное лицо.

   Я не понимала, что его тревожило. Возможно, я никогда и не смогу понять. Я родилась с фамилией, статусом и деньгами. Я родилась в мире, где слово моей семьи всегда было решающим. Но у него всегда были только кулаки. И именно этими кулаками он научился выживать. Но возможно впервые, он хотел не просто выживать ими, а строить ради нашего общего будущего.

   Я смотрела на него — на эту упрямую линию губ, на тяжёлый взгляд, в котором сквозила решимость, и вдруг почувствовала странное спокойствие. Он не пытался показать, что я слабая. Просто хотел чувствовать, что может дать мне что-то, кроме красивых слов. И я вдруг осознала — отрицая это, я будто лишаю его возможности быть самим собой. Он не покупал меня заботой. Он любил так, как умел: действием, поступком, защитой. Это был его язык любви.

   Моё «я» всегда было связано с контролем — я привыкла всё рассчитывать, анализировать, предугадывать. А он был её противоположностью: импульсивный, живой, прямой, как огонь. И сейчас, глядя на него, я поняла, что, может, не стоит гасить этот огонь своими сомнениями. Может, стоит просто позволить ему гореть рядом.

   Я снова положила голову ему на грудь.

— Обещай быть осторожным, — прошептала я, прижимаясь ближе.

— Обещаю, — его губы упали на мою макушку, пока его тон не сменился на дразнящий. — Обещаю, что буду выносить тебя с зала каждый раз, как сегодня вынес из клуба.

— Мою семью точно не надо звать на твои бои, — я прыснула смехом.

Мы растворились в этой комфортной тишине.

Я не знала, сколько прошло времени — пару минут или почти час, но мои глаза уже смыкались. Возможно, я даже успела задремать. Тело будто было слишком расслаблено, но сознание ещё слишком бодрое, чтобы не слышать и не понимать происходящее вокруг. Телефон Рио заставил меня дёрнуться. Парень моментально положил ладонь мне на голову, будто напоминая о своём присутствии — напоминая о безопасности.

— Чего тебе? — голос Рио был таким же сонным, будто его только что разбудили.

— Ты, чёрт возьми, знал, что твой брат спит с моей сестрой?! — послышался яростный крик по ту сторону трубки.

В этом голосе я несомненно узнала Мануэля. Глаза Рио округлились, и он моментально приподнялся на локтях, теряя любые признаки сонливости или усталости.

— Он жив? — первое, что выпалил Рио. А я не знала, как сдержать усмешку. У братьев Мартинез была слабость к девушкам с гиперопекающими братьями.

— Значит, ты в курсе?! — продолжал кричать он. — Знаешь что...

Рио лишь покачал головой с громким вздохом и положил телефон себе на грудь, не слушая несвязные крики своего лучшего друга. Иногда он даже переходил на испанский, выкрикивая лучшие ругательства.

— У нас с братом есть странная привычка вляпываться в неприятности из-за девушек, — с улыбкой протянул он, глядя на меня.

Я улыбнулась, оставляя поцелуй на его губах. Момент не был испорчен.

———————————————————————Вот и вторая часть тридцать пятой главы 🏍️

Поддержите главу оценкой и комментарием 🤎