Слова, которые не были сказаны

Вступительные экзамены, а сокращенно ЕГЭ, приближались со скоростью света. Школьная пора подходила к своему логическому завершению, еще немного - и выпускники войдут в новую взрослую жизнь: мир шпаргалок, бессонных ночей, сессий, курсовых, семинаров и лекций - студенческое бытие ждало их с распахнутыми объятьями.

Димка, который так ждал, чтобы свалить из ненавистного ему города и закончить, наконец, школу, теперь был в смятении. Отец постоянно говорил о ВУЗах и выборе будущей профессии, но парень слушал его в пол-уха. Занимало Димку совсем другое - Мила будет далеко от него, и они не смогут часто видеться. А если точнее, то их встречи сведутся к минимуму из-за расстояния в несколько сотен километров. Это угнетало, и настроение сразу же становилось паршивым. Вот и сейчас, вместо ненавистной алгебры и разных формул, которые его мозг не собирался воспринимать, парень жевал кончик ручки и задумчиво смотрел на доску, расписанную старательно мелом.

- Эй, Димон, пойдем играть после уроков в "танки"? - толкнул в бок локтем одноклассник и сосед по парте Мишка Брагин, или просто Бражка, как его называли однокашники.

- Да нафиг они мне впали... - протянул Димка, глядя на училку, которая продолжала что-то усердно объяснять "стаду баранов".

- Снова побежишь к своей Милллллле? - прикалывался Бражка, а Димка стукнул его под ребра.

- Заткнись.

- Брагин и Тихонов, вы хотите выйти к доске и объяснить тему классу? - прикрикнула математичка, и парни сразу же замолчали. Объяснять тему ни Димка, ни Миша не горели желанием.

После уроков Димка, как ошпаренный, полетел домой, благо школа находилась в пяти минутах ходьбы.

Он кинул рюкзак на пол, сменил футболку и джинсы и звонил уже через несколько минут в знакомую дверь напротив. Ольга Дмитриевна приветливо улыбнулась и пропустила соседа.

- Димочка, обедать будешь? Я недавно сварила красный борщ как раз, - говорила женщина.

- Спасибо, Ольга Дмитриевна, я не голоден, - соврал парень и быстро пошел в комнату Милы.

Девушка как всегда сидела на софе перед окном, алые пряди волос струились по ее хрупким плечам и спине и спускались на кремовую ткань - волосы Милы были произведением искусства. Димка невольно залюбовался ею, но спохватился и быстро прошлепал по полу, опуская свою пятую точку на нежно-розовое мягкое покрывало.

- Сегодня я думала о том, что не люблю тишину, - нарушила молчание Мила, перебрасывая яркие волосы с одного плеча на другое. Димка наблюдал за этим с каким-то благоговейным трепетом и только потом перевел взгляд на задумчивое лицо девушки. - За последнее время... полтора года... многое изменилось.

Димка поджал одну ногу и с любопытством посмотрел на нее. Ровно столько они с ней общались. Мила замолчала, а ее серо-зеленые глаза опустились на сжатые руки.

- И что изменилось? - спросил парень, когда молчание затянулось.

Мила долго не отвечала и водила тонким пальцем по кремовой ткани.

- У меня появился первый в жизни настоящий друг, - немного робко пробормотала она и улыбнулась, а Димку снова затопила буря чувств и эмоций к этой одинокой девушке. Ему до боли захотелось обнять ее и зарыться в каскаде багряных волос и вдыхать цветочно-цитрусовый аромат, но парень сжал кулаки и уткнулся мрачным взглядом на пушистый ковер под ногами. - Поэтому... когда тебя нет, становится грустно. И страшно.

Димка вскинул серые глаза и удивленно посмотрел на нее.

- Страшно? Почему?

- Иногда я думаю, что ты больше не придешь, и я никогда не услышу твой голос.

- Глупость какая, - фыркнул парень, хотя внутри все разрывалось от нестерпимой боли.

Димка поднялся и сел по-турецки на светлый ковер перед софой, глядя на печальное лицо Милы.

- Ты знаешь, что ты еще та выдумщица?

Девушка подняла свои красивые, но слепые глаза, которые обрамляла тесьма черных густых ресниц с медным оттенком, и грустно улыбнулась.

- Но это ведь правда.

- Что правда? Что ты выдумщица? - не понял парень, разглядывая девушку-осень.

Она покачала головой, и из ее хрупкого тела вырвался вздох.

- Иногда, я думаю, что лучше бы... - она замолчала и закусила розовую губу.

- Что?

- Ничего, - Мила покачала головой и широко улыбнулась. - Давай читать.

- Ты какая-то загадочная сегодня, - пробормотал себе под нос Димка, поднялся и взял с тумбочки книгу.

Спустя пару дней девушка ошарашила его еще одной странной просьбой: почитать любовный роман. Димка долго и задумчиво ходил по библиотеке и смотрел на стеллажи с разноцветными корешками, но так и не мог выбрать что-то одно. Он останавливался, читал описание и возвращал книгу на полку.

Димка всегда читал Миле разные детективы, триллеры, фантастику... и тут на тебе! Любовный роман.

- Молодой человек, может вам помочь? - услышал он женский голос.

- Ну да, наверное, - замялся парень, засовывая руки в карманы черных джинсов.

- Для себя ищите или для...кого-то другого? - спросила библиотекарь.

- Для сестры, - быстро ответил Димка и стал пунцовым.

Женщина понимающе улыбнулась и прошлась вдоль стеллажей. Димка плелся за ней.

- Вот, - она протянула три книги. На обложках была изображена девушка в платье, только менялся его цвет: голубое, красное и черное. Тахира Мафи "Разрушь меня" прочитал Димка заголовок и многозначительно хмыкнул, пробегая по описанию глазами. Вроде неплохо. Любовная книга-антиутопия. Библиотекарь записала все в карточку, и он засунул их в свой объемный рюкзак цвета хаки.

Через полчаса парень уже устроился на знакомом пушистом ковре и прислонился спиной к софе, открывая книгу.

- Я сижу под замком двести шестьдесят четыре дня.У меня нет ничего, кроме маленькой записной книжки, сломанного карандаша и цифр в голове, составляющих мне компанию. Одно окно. Четыре стены. Сто сорок четыре квадратных фута пола. Двадцать шесть букв алфавита. Я молчу все двести шестьдесят четыре дня изоляции. Шесть тысяч триста тридцать шесть часов я не касалась другого человека... - начал читать Димка. Он читал и читал, не отрываясь, погружаясь в мир Джульетты, девушки, чье прикосновение убивало, и которую считали монстром, а не человеком.

Он читал и читал. Его глаза бегали по строчкам, боясь что-то упустить... Димка даже не заметил, что уже стало совсем темно, а глаза начало щипать. Он потянулся, размял затекшую шею, хрустнул пальцами и посмотрел на девушку, сидящую рядом.

- А мне нравится, знаешь, но надо идти, - тяжело выдохнул парень и поднялся на ноги. Тем более желудок требовал срочно чего-нибудь съедобного. Хотя бы бутера с колбасой и чая.

- Дим, можешь еще почитать? - услышал он тихий, как шелест листьев, голос Милы и посмотрел на ее фарфоровую кожу, светящуюся, казалось, в темноте.

- Давай я тебе аудио-книгу скачаю, а? Мне ужасно хочется пожр...поесть...

- Я хочу, чтобы читал ты, а не чужой холодный голос, - прервала девушка, и он посмотрел на хрупкую фигурку, которая будто сжалась в маленький комочек.

- Ладно. Но только при одном условии: мы сейчас поужинаем с тобой, и я продолжу читать. Идет?

Девушка кивнула и поднялась. Иногда Димке казалось, что она вовсе не слепая, потому что хорошо ориентировалась в помещении. Мила знала квартиру, как свои пять пальцев.

Ольга Дмитриевна накрыла на стол, а сама засобиралась на работу. Она нежно поцеловала девушку в макушку, а парня потрепала по непослушным русым волосам. Ребята уплетали спагетти с сыром и ветчиной, а затем пили чай с конфетами. "И что еще нужно человеку для счастья?" - блаженно думал Димка, лениво улыбаясь. "Еще один человек", - мелькнуло в голове, но он быстро отогнал эти мысли.

За окном шумел дождь. Ливень начался внезапно и тарабанил со всей силы по стеклу. Это был сильный ураган с молниями и громом. Мила постоянно вздрагивала от раскатов и прижимала колени к груди.

- Мы оба спим на полу, тесно прижавшись друг к другу, пусть у нас теперь и есть нормальные одеяла. Каждое его прикосновение электрическим разрядом воспламеняет мое тело самым поразительным образом. Такое ощущение я все же хотела бы контролировать... - читает Димка и зевает, он лезет в карман и смотрит на экран телефона. Уже почти полночь, а завтра у них контрольная по экономике, которую ведет директор, а Димка, вместо повторения материала, читает вовсе не учебник и конспект. Тишину нарушает раскатистый звук грома, и кажется, даже стекла звенят.

- Пойду я, завтра в школу рано вставать, - бормочет Димка и снова зевает. Комнату освещает только тусклый свет бра. Он оглядывает ореол из огненных волос и видит, как испуганно смотрит на него Мила.

- Не уходи... - шепчет она и сильнее прижимается подбородком к худеньким ногам.

Димка замирает посреди комнаты, и весь словарный запас вмиг испаряется из его головы.

- Дим? - жалобно говорит Мила.

- Ну... ладно... хорошо... - откашливаясь, бубнит он. - Ну и трусиха ты, Милка.

За окном завывает ветер, силясь вырвать хлипкие рамы с петель, а капли дождя грохочут, не умолкая. Димка лежит на неудобной маленькой софе, поджав под себя ноги. За последний год он вытянулся, и его рост был почти 185 см. Парень вертелся с боку на бок. Вроде недавно хотелось спать, а сейчас сон как назло не шел.

- Дим, ты не спишь? - прошептала вдруг Мила.

- Нет, - ответил Димка и посмотрел на кровать. Мила сидела, обняв ноги, и качалась из стороны в сторону. - Мил, ты чего?

- Мне страшно... - обреченно прошептала девушка, а у Димки все внутри перевернулось от этих слов.

- Хочешь... - он замолчал и отогнал дурацкую мысль." Совсем с ума сошел, такое говорить девушке, когда совершенно одни."

- Дим... ляжешь со мной?

Парень судорожно сглотнул пару раз и провел по непослушным волосам руками. Они же просто будут лежать рядом, только и всего... Но Димка конкретно переживал, ведь у него не было еще ни разу девушки. Да что там девушки... Он ни с кем не целовался! А сейчас будет лежать в кровати с той, в кого влюблен.

- Дим?

- Х-хорошо... - прошептал он и сделал два шага к кровати, на которой сидела Мила. Ее толстая коса, которую она всегда заплетала на ночь, сейчас казалась совсем черной. Раскат грома оглушил их, и девушка вскрикнула, вцепившись пальчиками в футболку Димы.

- Ди-и-им, - заскулила она, как потерявшийся щенок.

Парень быстро опустился на кровать и прижал дрожащее тельце девушки к себе.

- Никогда бы не подумал, что ты боишься грома, - прошептал он ей в волосы, вдыхая любимый цветочный аромат.

- Одиночества я боюсь больше...

- Но ты не одна, - он сжимал тоненькие плечи, которые вот-вот грозили сломаться - Мила напоминала ему фарфоровую куклу, с которой надо было сдувать пылинки и носить на руках.

Они легли на кровать, и Дима накрыл их пуховым одеялом, прижимая дрожащее тело девушки. Он гладил ее спину с выступающими лопатками и вдыхал аромат неизвестных цветов, уткнувшись в волосы. Но, как только парень засыпал, девушка вздрагивала, и он снова начинал ее успокаивать и шептать какие-то глупости.

Уснула Мила только под утро, когда буря постепенно утихла, и только немного моросил дождик. Димка смотрел на ее подрагивающие ресницы, прозрачную кожу, на которой выступали венки, веснушки на маленьком курносом носу, приоткрытые нежно-розовые губы, и прижимал ее маленькое тело ближе к себе. Парень заснул, когда комнату залил серый тусклый свет. На уроки он в тот день так и не пошел.

***

Контрольные, последний звонок и выпускной - все так быстро пролетело, что Димка не мог поверить, что еще вчера он был учеником, а уже сегодня в его руках аттестат о среднем образовании - пропуск во взрослую самостоятельную жизнь. Вот и кончилась школа... Впереди ждали вступительные экзамены и поступление в ВУЗ. С отцом на счет этого они рассорились вконец. Он навязывал свое мнение и хотел, чтобы сын пошел по его стопам и поступил на юрфак, а Димка не соглашался. Ему нравились языки, это единственный предмет, к которому у него лежала душа и был высокий балл. Не считая физкультуры, конечно. Физрук всем поставил хорошие оценки, даже тем, кто откровенно прогуливал.

Димка крутился, как юла: четыре экзамена - и он вздохнул с облегчением. Но еще впереди было ожидание результатов, а затем - выбор универа.

С этим у него были проблемы. Димка выбирал что-то поближе к дому, чтобы чаще видеть Милу, но ни один ВУЗ его не устраивал. То, что как-то отвечало требованиям парня - находилось в сотнях километров, а это было очень хреново. Какая-то дилемма. Ребус. Но пока он мог немного успокоиться и подумать над этим.

Мила с каждым днем увядала, она была похожа на цветок, которому не хватало воды и тепла. Улыбка, озарявшая ее радостное лицо все время, теперь совсем исчезла, и на розовых губах появлялась какая-то ее вымученная, грустная и болезненная тень.

Димка не мог видеть ее в таком состоянии, и чем ближе приближалось поступление, тем неразговорчивее становилась девушка. Иногда они могли просидеть в молчании целый день, слушая только любимые песни. Мила грустно смотрела в окно, за которым ничего не могла увидеть, а Димка с печалью наблюдал за ней и погружался в свои мрачные мысли. Так они и сидели - каждый в своем одиноком мире.

- Я поступил! Поступил! - Димка влетел в комнату и заключил ошеломленную девушку в объятия. Тонкие запястья обвили его талию, и она как-то безрадостно сказала:

- Поздравляю.

Димка прижимал к себе девушку-осень, а радость постепенно испарялась. Лицо юноши стало задумчивым, а в глазах плескались бушующие серые волны.

- Ты не рада. Я это слышу и вижу...

Мила отстранилась, и ее острые плечики вздрогнули, а на глазах блестели бусины слез. У Димки появился комок в горле, который давил и не давал дышать, а в носу и глазах начало щипать. Еще немного - и они расстанутся. Не будет вечеров за чтением книг, прослушиванием музыки, разговоров... Солнце покинет его. Девушка-осень будет далеко... И яркие глаза цвета сочной травы - тоже... Веснушки на носу и бледная молочная кожа... Такой он и запомнит ее - девушку, которая научила его любить жизнь.

- Знаешь, теперь у меня нет любимого времени года, - тихо прошептала Мила, а Димка поднял на нее блестящие от слез глаза. - В том мире, который вижу я... нет красок. Там существует только один цвет, и он никогда не поменяется: не станет желтым или голубым. Мой мир всегда одинаковый. Бесцветный.

Но как-то раз в том мире появился лучик света. Сначала он был совсем тусклым и не мог пробиться через толщу тьмы, но с каждым днем его свет становился все насыщеннее и ярче. Казалось, он слепил глаза. И этим лучиком для меня стал ты, Дим. Так что, спасибо, что дарил тепло и покой тому бесцветному миру.

Димка зажал рот ладонями, а из его глаз катились градом слезы. Ему хотелось закричать и что-то разбить... Зверь внутри него, под названием "Боль", завывал и царапал до боли кожу, оставляя глубокие раны и шрамы. Он не хотел, чтобы девушка слышала, как вырывается его сердце из груди, и просто тихо вышел из комнаты, сползая по сиреневой стене.

Только когда он оказался на своей кровати и уткнулся головой в подушку, дал волю эмоциям, и из его груди вырвался звериный нечеловеческий рык.

***

Димка обвел взглядом помещение, которое стало за два года его пристанищем: постеры с любимыми группами Slipknot, Linkin Park, System Of A Down, Papa Roach, Hollywood Undead, Five Finger Death Punch, Evanescence, Eisbrecher, Bring Me The Horizon, Apocalyptica, Three Days Grace... Почти вся комната представляла импровизированные самодельные фото-обои. Серые глаза остановились на полке с книгами. "Мастер и Маргарита", "Граф Монте-Кристо", "Бойцовский клуб", "451 градус по Фаренгейту", "Три товарища"... Сейчас парню не верилось, что еще два года назад он, не бравший книги в руки, теперь не мог оторваться от чтения в любую свободную минуту. И это все благодаря Миле...

У Димки внутри зияла какая-то воронка, "черная дыра", которая засасывала все положительные эмоции и хорошее настроение. Завтра он уезжал на учебу, в новый город, в новую взрослую жизнь... Парень все не решался выйти из своего укрытия и попрощаться с одним человеком, который держал его в этом безликом городе, потому что не знал, когда вновь сможет увидеть ее.

Ольга Дмитриевна открыла дверь и тепло улыбнулась. Ему всегда нравилась эта добрая женщина, она излучала свет, как и дочь.

- Димочка, проходи, милый. Готов к студенческой жизни?

Парень стушевался и передернул плечами в черной толстовке.

- Да, наверное...

- Все будет хорошо, - улыбнулась женщина и кивнула на комнату дочери. - Она тебя ждет.

Димка сделал пару шагов, но услышал вслед голос Ольги Дмитриевны:

- А я иду к подруге на посиделки.

Он повернул голову, а она только подмигнула и скрылась на кухне. Парень сделал пару глубоких вдохов, засунул руки в карманы потертых джинсов и зашел в комнату Милы.

Как и в первую их встречу, ему бросился в глаза яркий ореол огненных волос, каскадом спускающихся по прямой спине. Этот цвет навсегда врезался в его память и будет преследовать. Девушка повернула голову и посмотрела сквозь него, в самую душу.

Димка не знал, как прощаться, потому что раньше такого никогда с ним не случалось. Никто не впадал в сердце так, как девушка-солнце.

Он прошел по мягкому светлому ковру и сел с ней рядом. Нос уловил цветочные и цитрусовые нотки, и в горле невольно стал ком из слов, которые он собирался сказать, но боялся произнести.

Мила протянула тоненькую прозрачную руку и коснулась его щеки. Ее ладони снова были холодны, как лед, и парень накрыл маленькую руку своей, согревая и отдавая тепло. Так они и сидели, в полном молчании, не говоря ни слова.

Димка уже собирался что-то сказать, но девушка его опередила.

- Поцелуй меня.

Парень поднял глаза и посмотрел на ангела, сидящего рядом с ним: ресницы с медным оттенком подрагивали, на бледных щеках разлился румянец, а губы цвета сакуры - немного приоткрыты.

Он прикоснулся к ее прозрачной коже ладонью, как к чему-то сокровенному, запретному. Носы соприкоснулись, и парень уловил прерывистое и неровное дыхание девушки. Он наклонился еще ближе и коснулся ее губ.

Трепетный, почти воздушный и по-детски чистый поцелуй, но в Димке он пробудил целый ураган. Он был Первый - в ее жизни и его. Губы Милы были сухими, но горячими, и это какой-то диссонанс - холодные ладони на его щеках и горячие губы, оставляющие ожоги...

Он прикасался к девушке, как к хрусталю, который может разлететься на мелкие кусочки в любой момент, а она прижималась к его телу, как будто он мог спасти ее от тьмы, которая всю жизнь окутывала девушку. Хваталась за теплый свет, который постепенно покидал ее.

- Не уезжай... - прошептала Мила в его губы, и по щеке скатилась одинокая слеза.

Димка с болью смотрел на нее и не мог ничего сказать. Он не знал, что сказать. Не было слов. Поэтому парень постарался всю боль, отчаянье, грусть, любовь, привязанность, потребность выразить в поцелуе.

Он обнимал ее, как обнимают в последний раз, и целовал с той страстью и желанием, когда прощаются двое людей, которым не суждено быть вместе.

- Я люблю тебя... - тихо, с надеждой и верой, бормотала в губы парня девушка, но Димка отстранился и вскочил на ноги. Это было так неожиданно для них обоих, что девушка заскулила, как раненое животное и подняла руку... Но Димка пятился к дверям и качал головой. Слова рвались из него бурным водопадом, но так и остались несказанными.

Парень зажмурил глаза, чтобы не смотреть на ее до боли красивое лицо, и вышел из комнаты.

"Я тоже тебя люблю..." - подумал он, но так и не вымолвил ни слова.