Глава 13.

Следующие пару недель вся компания жила в предвкушении аукциона на гос-контракт, не забывая при этом о текущих задачах и сделках. Мистер Ричардсон подтвердил свои намерения о финансовой поддержке и не подвел. Новость о том, что американская транснациональная корпорация приняла все условия «O'Drive Technologies» без дополнительных требований и поправок, гремела в каждом новостном паблике.

— Ты собираешься обанкротиться? — входя в кабинет без стука, Юстейн держал в руках распоряжение Карлоса о премировании всей компании. Цифры в документе были шокирующими, и Лиза, помня о благоприятном исходе спорных вопросов, когда парламентёром выступал Юстейн, отправила его уточнить информацию и по возможности вразумить щедрого шефа.

— Все много и упорно работали над становлением компании. Нельзя похвалить одну команду только за то, что сумма их сделки больше, — ответил Карлос, небрежно перебирая бумаги на столе.

— Тогда плати стандартную премию всем, — настаивал Юстейн. — Замотивировав всех сейчас данной суммой, ты даёшь надежду на то, что в следующий раз они получат не меньше.

— Лучше подойди и поцелуй меня, чем вот так стоять и кидаться ненужными мне рекомендациями, — Карлос откинулся в кресле, окидывая Юстейна хищным взглядом.

— Нет, — сухо ответил Юстейн, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

Чем ближе они становились, тем меньше Карлос воспринимал его как равного: как мужчину, как профессионала, как сотрудника своей компании, в конце концов. После расставания с Августином Карлос начал уделять Юстейну больше внимания, но не отступил от собственных привычек.

Юстейна чувствовал себя чем-то средним между чашечкой кофе и боксёрской грушей — этакий инструмент для успокоения нервов, эспандер души.

Карлос же абсолютно не видел проблем. Он как типичный манипулятор, решил, что Юстейн и так «в кармане», а потому и не воспринимал его как сильного партнёра. Карлос вёл себя с ним так же, как и во всех своих отношениях, приучал, баловал, приручал. Юстейн стал тем, кем можно манипулировать, кого можно подчинить, кого нужно баловать или умасливать сладкими словами.

Юстейн, не возражал иногда подыграть Карлосу и не претендовал на главенствующую роль в их связи — так как отношениями это назвать было сложно. Все их взаимодействия заканчивались либо лёгким петтингом, либо полноценным сексом, но серьёзного разговора так и не происходило. Юстейну становилось все труднее мириться с тем, что к нему относились как к «сладкой детке», а не как к полноценному мужчине со своими чувствами и эмоциями.

— Нет? — прищурился Карлос, не привыкший к отказам. Словно давая возможность передумать.

— Я пришёл к тебе по рабочему вопросу, давай к нему и вернёмся, — твёрдо произнес Юстейн.

— Ты не в настроении? — Карлос смягчил тон, переходя к другой тактике поведения. — Давай пошлём кого-нибудь за твоим кофе, или хочешь, купим ореховый топинг и те зерна из кофейни? Будем вместе пить твой сироп, что у тебя кофе зовётся.

Карлос встал со своего места и медленно подошёл к Юстейну, аккуратно погладил щеку мужчины, пытаясь успокоить неожиданно взбунтовавшегося «питомца». Очередная попытка задобрить и отвлечь от сути проблемы.

— Да к черту твой кофе! — повысил голос Юстейн, отбрасывая руку Карлоса от своего лица. — Не слушаешь? И черт с тобой.

Карлос с искренним удивлением смотрел вслед мужчине, который рассерженно хлопнул дверью. Контроль, который он считал установленным, внезапно дал трещину, и это совершенно не укладывалось в его картину мира.

***

— Этель, найди мне самый дорогой кофе, какой только можно заказать с доставкой к вечеру. И да, тот ореховый сироп из кофейни на углу. Пусть принесут побольше.

— Будет сделано, мистер О'Двайер, — кивнула Этель, делая пометки в планшете. — Что-нибудь еще?

Как только Юстейн вышел из кабинета, Карлос выждал ровно две минуты — он был бы не. О'Двайер, если бы не поручил Этель немедленно заказать эти чёртовы кофейные зерна и сладкое месиво, которое Юстейн так любил. Внутренне он кипел от раздражения. Опять эти капризы! Опять эти демонстративные жесты, призванные напомнить, кто здесь главный! Но Карлос сдерживался, как всегда, лишь мягко улыбнулся Этель.

— Заказывай на сегодня к шести вечера. И организуй небольшой фуршет в комнате отдыха — пусть все немного расслабятся после тяжёлой недели.

Он действовал по знакомой схеме — показательно уступить в мелочах, чтобы сохранить контроль в главном. Подобная тактика стала для него комфортной в отношениях с Юстейном: публично «подчиняться» в незначительных вопросах, демонстративно баловать, но при этом ни на йоту не отступать от собственных планов. Внешне — идеальный, понимающий партнёр, внутри — безжалостный стратег, просчитывающий каждый ход.

— Да, когда доставят, поставь всё в комнату отдыха и сообщи мне. И отмени мои поручения к финансовому отделу, я сам поработаю с этими цифрами по премиям.

Этель удивлённо подняла брови — Карлос редко отменял свои решения и уж тем более не занимался лично такими мелочами, как кофе для сотрудников. Но она лишь кивнула и вышла, оставив Карлоса в задумчивости.

В течение дня Карлос несколько раз демонстративно проявлял внимание к Юстейну. Около полудня, когда финансовый отдел завалило отчётами, он лично принёс папку с документами, хотя обычно отправлял с подобными поручениями ассистентов.

— Не хотел отвлекать тебя, но эти бумаги требуют немедленного внимания, — сказал он, опираясь на стол Юстейна и наклоняясь чуть ближе, чем требовалось для делового общения.

Несколько сотрудников отдела тут же уткнулись в мониторы, делая вид, что не замечают, как босс флиртует с их коллегой. Юстейн, напротив, выглядел напряжённым — эти показные знаки внимания на публике лишь усиливали его раздражение.

— Спасибо, я разберусь, — сухо ответил он, но Карлос, будто не замечал холодности.

— Если понадобится помощь, ты знаешь, где меня найти, — добавил он с тёплой улыбкой, касаясь плеча Юстейна.

Когда Карлос ушёл, несколько сотрудниц обменялись многозначительными взглядами.

«Босс сегодня особенно внимателен», — шепнула одна из них. Юстейн сделал вид, что не слышит, но его плечи заметно напряглись.

После обеда, когда Юстейн вернулся с важной встречи, разгорячённый и уставший, Карлос уже ждал его с запотевшим стаканом холодной воды.

— Ты выглядишь измотанным, — заметил он с беспокойством, которое показалось бы искренним любому, кто не знал его так хорошо, как Юстейн. — Пей, тебе нужно освежиться.

Юстейн молча взял стакан, понимая, что каждый подобный жест — не проявление заботы, а стратегический ход в игре, которую ведёт Карлос.

Ему отчаянно хотелось спросить: «Когда ты уже поймёшь, что я не очередной трофей для твоей коллекции? Когда ты увидишь во мне человека, а не очередной «идеальный вариант»?»

Но он лишь кивнул и прошёл к своему столу, оставив Карлоса в коридоре.

К вечеру, когда большинство сотрудников уже собирались домой, Карлос объявил о небольшом импровизированном фуршете в комнате отдыха. Никто не удивился, когда там появились обещанные кофейные зерна и тот самый сироп, о котором утром говорил Юстейн. Карлос лично контролировал, чтобы все было организовано идеально.

— Этот кофе из самой дорогой кофейни города, — хвастался он, перед собравшимися, хотя его взгляд был направлен только на Юстейна. — Теперь у нас такой будет всегда.

Юстейн стоял в стороне, наблюдая за этим спектаклем одного актёра. Он видел, как Карлос очаровывает всех вокруг, как виртуозно создаёт образ идеального руководителя и заботливого партнёра. И только Юстейн замечал морщинку между его бровей, когда кто-то слишком долго задерживался у кофемашины, видел, как нетерпеливо постукивают его пальцы по столу, когда разговор затягивался. Внутри Карлоса кипело раздражение, но его маска не давала ни единой трещины.

И это раздражало Юстейна больше всего. Он устал от этой игры, устал быть объектом для воплощения чужих амбиций. Юн был уверен, что Карлос, с его безупречной внешностью и отточенными манерами, видел в нем средство для укрепления своего статуса, для демонстрации своей щедрости и широты души. И вся эта показная забота лишь усиливала ощущение фальши.

Вечер шёл своим чередом, сотрудники расслабились, наслаждаясь неожиданным угощением. Карлос, как идеальный хозяин, переходил от группы к группе, поддерживая разговор и следя, чтобы всем было комфортно.

— Я заменил зерна в кофемашине, — с плохо скрываемой гордостью сообщил Карлос, когда Юстейн неохотно подошёл к кофейному столу. — Специально для тебя.

Юстейн наблюдал, как Карлос возится с кофе машиной, демонстрируя желание угодить. Ну как возится... всего лишь поставил чашку и нажал кнопку. Но делал это с таким видом, словно собственноручно обжаривал зерна и молол их в ступке.

— Твой любимый капучино, — Карлос протянул дымящуюся чашку, добавив щедрую порцию орехового сиропа. — Я сам его приготовил.

Юстейн с отчаянием и грустью смотрел на чашку. Он видел Карлоса насквозь — все эти действия были лишь частью тщательно продуманной стратегии. Карлосу не понравился утренний каприз, и теперь он просто подбирал новую тактику, пытаясь нащупать ту, что, наконец, подействует. Вот только Карлос, видимо забыл, что мужчина напротив давно научился читать его игры.

— Спасибо, — сдержанно ответил Юстейн, принимая чашку, не желая устраивать сцену при других сотрудниках.

Напряжённая тишина между ними была прервана самым неожиданным образом. К общему негодованию и удивлению, в комнате отдыха появился неизвестный посетитель — высокий мужчина в безупречном костюме, которого Юстейн раньше не видел, чего нельзя было сказать о других присутствующих. Шёпот и негромкие смешки резко стихли, в глазах коллег Юстейн видел смятение, а некоторые демонстративно отвернулись, презрительно смерив вошедшего взглядом. Незнакомец уверенно прошёл через комнату, словно бывал здесь не раз, и остановился прямо перед Карлосом и Юстейном.

— Представишь нас? — незнакомец подошёл к Карлосу вплотную, игнорируя личное пространство и правила приличия.

На лице Карлоса промелькнуло редкое для него выражение — смесь удивления и плохо скрываемого беспокойства. Юстейн заметил, как, увидев незнакомца, Карлос словно окаменел. Его зрачки дрогнули, кадык нервно дёрнулся, а пальцы, обхватившие чашку, побелели от напряжения. Это было необычное зрелище — всегда собранный и уверенный в себе мужчина выглядел застигнутым врасплох, будто кто-то выбил почву из-под его ног.

В этот момент все манипулятивные игры были забыты — перед ними стоял человек, способный вывести из равновесия самого Карлоса О'Двайера.

Незнакомец действительно был красив. Юстейн невольно отметил его высокий рост, безупречно уложенные тёмные волосы и правильные, словно вылепленные скульптором, черты лица. Дорогой костюм сидел так, будто был создан специально для этого тела, вероятно, так оно и было. Юстейн не следил за миром моды, но был уверен, что этот мужчина должен быть одним из топ-моделей — иначе такая красота пропадала бы зря.

Интуиция подсказала Юстейну, что перед ним не просто бывший сотрудник или любовник Карлоса.

И это было так! Это был тот самый человек, который три года назад предпочёл Карлосу богатого пожилого магната, променяв искреннюю привязанность на роскошную жизнь. Тот, кто выбрал золотую клетку вместо настоящего чувства. В офисе ходили шепотки об этой истории, о том, как безжалостно красавец бросил еще только начинавшего свой путь к успеху Карлоса ради миллионера, обещавшего ему весь мир на блюдечке.

— Тэмис? — произнес Карлос после секундной паузы, будто не слыша прямого вопроса мужчины. Его голос, обычно уверенный и глубокий, прозвучал на полтона выше. Он быстро сглотнул и, явно взяв себя в руки, продолжил уже своим обычным тоном: — Какими судьбами? Ты разве не в Нью-Йорке?

Наблюдательный Юстейн отметил, как Карлос машинально поправил галстук и расправил плечи, пытаясь вернуть себе привычный контроль над ситуацией. Тонкая морщинка между бровями выдавала его внутреннее напряжение, а улыбка, обычно отточенная до совершенства, казалась натянутой.

— Приехал по делам, решил зайти по старой памяти, — ответил Тэмис, небрежно проводя рукой по волосам. В его голосе звучала уверенность человека, привыкшего получать то, что он хочет.

Лиза, стоявшая неподалёку у кофемашины, презрительно фыркнула, не скрывая своего отношения к незваному гостю.

— Полюбому услышал о контракте и припёрся, — прошептала она Этель, даже не заботясь о том, что её могут услышать. — Как только запахло большими деньгами, сразу нарисовался.

Карлос бросил предостерегающий взгляд в сторону девушек, но было поздно — Тэмис уже услышал комментарий, и его губы изогнулись в легкой усмешке. Он явно наслаждался создавшейся неловкой атмосферой и тем, как его появление выбило Карлоса из колеи.

Внутри Юстейна вспыхнул огонь ревности. Не просто обиды, а настоящей, жгучей ревности. Он внезапно осознал, что чувства к Карлосу глубже, чем ему хотелось признавать. И теперь, видя, как появление бывшего заставляет всегда уверенного Карлоса дрожать, Юстейн ощутил острый укол в сердце. Неужели этот Тэмис до сих пор имеет такую власть над человеком, которого Юстейн считал своим?

— Ты прекрасно выглядишь, Карлос, — произнес Тэмис, скользя взглядом по фигуре бывшего любовника. — Успех тебе определённо к лицу.

Карлос прочистил горло, и Юстейн видел, как под маской делового спокойствия бушевали эмоции.

— Благодарю. Ты тоже... неплохо, — Карлос, наконец, вспомнил о стоящем рядом Юстейне. — Позволь представить, это Юстейн, наш ведущий специалист по финансовой аналитики. Юстейн, это Тэмис Крафт.

Тэмис перевёл взгляд на Юстейна, оценивающе изучая его с ног до головы. В его глазах промелькнуло что-то похожее на интерес, смешанный с лёгким пренебрежением.

— Очень приятно, — произнес Тэмис с улыбкой, не достигавшей глаз. — Карлос всегда умел окружать себя... интересными людьми.

« Знал бы ты кто я», — подумал Юстейн и молча кивнул, стараясь не показывать, как его задел этот тонкий намёк на неравенство их положений. Даже будучи бессовестно богатым, он призирал таких людей, что судят по положению и внешнему виду.

Юстейн решил, что может позволить себе некоторую злобу, ведь, конце концов, именно Тэмис когда-то предпочёл Карлосу другого. Какое право он имеет сейчас возвращаться и оценивать кого-то свысока?

— Я надеялся поговорить с тобой наедине, Карлос, — продолжил Тэмис, словно Юстейн был предметом мебели. — О старых временах... и возможно, о новых перспективах.

Карлос нервно поправил галстук.

— Я сейчас очень занят, Тэмис. У меня назначены встречи на все дни.

— Даже на чашку кофе времени нет? — голос Тэмиса стал почти мурлыкающим. — Ради старой дружбы?

Напряжение в комнате стало почти осязаемым. Юстейн чувствовал, как остальные сотрудники, делая вид, что заняты своими делами, внимательно следят за разворачивающейся драмой. Он видел, как Карлос колеблется, как часть его хочет согласиться, возможно, чтобы доказать бывшему, что теперь он выше всего этого, что прошлое его больше не трогает.

— Я могу освободить время за ужином, — наконец сказал Карлос. — Моя ассистентка пришлёт тебе адрес ресторана.

Тэмис улыбнулся, как человек, только что получивший то, что хотел.

— Буду ждать с нетерпением.

Когда Тэмис, наконец, ушёл, напряжение в комнате не исчезло. Карлос избегал взгляда Юстейна, словно был пойман на месте преступления.

— Извини за это, — наконец произнес он. — Мы действительно давно не виделись.

— Тебе не за что извиняться, — ответил Юстейн, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Это твоё право — встречаться с кем угодно, я то что.

Карлос посмотрел на него с лёгким удивлением, словно не ожидал такой реакции.

— Это просто деловой ужин, — пояснил он. — Ничего более.

— Конечно, — кивнул Юстейн, не веря ни единому слову.

В этот момент Лиза подошла к ним, не скрывая своего раздражения.

— Серьёзно, Карлос? Этот золотоискатель появляется спустя три года, как только узнает о контракте века, и ты сразу бежишь к нему?

— Лиза, — предупреждающе произнес Карлос.

— Нет, я серьёзно! Все знают, как он поступил с тобой. Как можно быть таким... — она осеклась, видимо вспомнив о своём положении подчинённой.

Карлос выпрямился, его лицо приняло то непроницаемое выражение, которое Юстейн видел, когда тот вёл особенно сложные переговоры.

— Я ценю твою заботу, Лиза, но это мои личные дела, — его голос звучал холодно и отстранённо. — А теперь, если вы не возражаете, у меня много работы.

Он развернулся и вышел из комнаты отдыха, оставив Юстейна с недопитым капучино и горьким привкусом во рту. Лиза покачала головой.

— Прости, Юстейн, — сказала она тихо. — Я не должна была вмешиваться, но этот Тэмис... он разбил Карлосу сердце, а теперь возвращается, как ни в чем не бывало. Этого нельзя так оставлять.

Юстейн посмотрел на неё с внезапным интересом.

— Что именно произошло между ними? — спросил он. — Я слышал только общие фразы.

Лиза огляделась, проверяя, не слушает ли их кто-нибудь, и понизила голос.

— Они были вместе почти два года. Карлос тогда только начинал подниматься по карьерной лестнице, работал днями и ночами. А потом Тэмис познакомился с этим магнатом, Ричардом Вестфордом, на одной из вечеринок. Через месяц он просто собрал вещи и ушёл. Карлос был... — она запнулась, подбирая слова, — Он был разбит. Замкнулся, стал еще более жёстким. Словно что-то внутри него умерло.

Юстейн почувствовал, как сжимается его сердце. Он вдруг увидел совсем другого Карлоса — не манипулятора, играющего с его чувствами, а человека, который был настолько глубоко ранен, что построил вокруг себя неприступную крепость, чтобы никто больше не смог до него добраться. Что бы все играли только по его плану.

— И что стало с Тэмисом и этим магнатом? — спросил он.

— Вестфорд умер год назад, — пожала плечами Лиза. — Сердечный приступ. Говорят, он оставил Тэмису приличное наследство, хотя большая часть состояния ушла законным наследникам. И вот, стоило нашей компании заключить контракт с Бергенсон-Груп, как Тэмис тут же появился на горизонте, — Лиза поджала губы. — Какое совпадение, не правда ли?

Юстейн медленно кивнул, осмысливая услышанное. История приобретала новые оттенки, как картина, на которую вдруг упал свет под другим углом. Теперь многие поступки Карлоса виделись иначе — его осторожность, периодическая холодность, стремление держать дистанцию. Это были не просто черты характера, а шрамы от прошлых ран.

— Я должен идти, — сказал Юстейн, допивая остывший капучино. — Спасибо, что рассказала.

— Только не говори Карлосу, что узнал это от меня, — попросила Лиза. — Он и так считает, что я слишком много болтаю.

Юстейн кивнул и направился к своему рабочему месту. Внутренний голос твердил, что это не его дело, что он не имеет права вмешиваться в прошлое Карлоса. Но другая часть его — та, что просыпалась рядом с Карлосом, слушала его дыхание и чувствовала тепло его тела, не могла просто отойти в сторону.

В конце концов, разве не это определяет отношения — готовность сражаться за них, даже когда всё становится сложно?

* * *

Ресторан находился в самом центре города, занимая верхний этаж исторического здания с видом на залив. Юстейн никогда не был здесь — такие места выходили за рамки его обычного бюджета. Но сегодня это не имело значения.

Он намеренно пришёл на пятнадцать минут позже назначенного Карлосом и Тэмисом времени, чтобы быть уверенным, что они уже будут там. Метрдотель встретил его у входа, окинув оценивающим взглядом.

— Добрый день, — сказал Юстейн с уверенностью, которой не чувствовал. — Я ищу мистера О'Двайера. Карлос О'Двайер. Он должен быть здесь с другим джентльменом.

Метрдотель сверился со списком.

— Да, господин О'Двайер в отдельном кабинете. Следуйте за мной.

Юстейн последовал за ним через зал, стараясь не обращать внимания на изысканную публику. Его одежда, вполне приличная для офиса, здесь казалась слишком простой, если бы мама увидела его в таком виде, её бы хватил удар. Но сейчас это было последнее, о чём стоило беспокоиться.

Метрдотель остановился у резной деревянной двери и уже поднял руку, чтобы постучать, когда Юстейн мягко остановил его.

— Я хотел бы сделать сюрприз, — сказал он, протягивая купюру. — Вы не могли бы позволить мне войти самому?

Метрдотель колебался лишь секунду, прежде чем купюра исчезла в его кармане.

— Конечно, сэр. Приятного вам обеда.

Как только метрдотель удалился, Юстейн сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить, бешено колотящееся сердце. Он не знал, что скажет или сделает. Знал только, что не может позволить этому Тэмису снова разрушить жизнь Карлоса.

Он тихо открыл дверь.

Карлос и Тэмис сидели напротив друг друга за небольшим круглым столом. Бутылка дорогого вина была уже наполовину пуста. Карлос говорил что-то, жестикулируя с оживлением, которого Юстейн давно у него не видел, а Тэмис смотрел на него с тем особым выражением лица, которое безошибочно читается как интерес.

— Прошу прощения за вторжение, — произнёс Юстейн, и оба мужчины резко повернулись к нему.

Карлос выглядел так, словно увидел привидение. Тэмис же, после мгновения удивления, откинулся на спинку стула с лёгкой усмешкой.

— Юстейн? — Карлос встал. — Что ты здесь делаешь?

— Я подумал, что должен присоединиться к вашему деловому ужину, — ответил Юстейн, входя в комнату и закрывая за собой дверь. — Ведь речь идёт о деньгах, не так ли? А я, как ты сам представил, ведущий специалист их планированию.

Тэмис рассмеялся — мягким, бархатным смехом, который, должно быть, очаровывал многих.

— Как интересно, — сказал он. — Твой... сотрудник очень предан работе, Карлос.

— Юстейн, — голос Карлоса звучал напряжённо, — Мы с мистером Крафтом обсуждаем личные вопросы. Я бы предпочёл...

— Нет, нет, — перебил его Тэмис. — Пусть останется. Я не против. На самом деле, — он посмотрел на Юстейна с нескрываемым интересом, — Мне даже любопытно узнать больше о человеке, с которым ты сейчас... сотрудничаешь.

Последнее слово он произнёс с таким подтекстом, что сомнений не оставалось — Тэмис прекрасно понимал характер их отношений.

Юстейн сел за стол, чувствуя, как внутри растёт холодная решимость.

— Конечно, — сказал он спокойно. — Я тоже хотел бы узнать больше о человеке, который бросил Карлоса ради денег, а теперь вернулся, когда эти деньги закончились.

Карлос резко втянул воздух.

— Юстейн!

Но Тэмис лишь улыбнулся шире.

— О, ты рассказал ему обо мне, Карлос? Как мило, — он перевёл взгляд на Юстейна. — Позвольте поправить ваше... примитивное понимание ситуации. Я никогда не нуждался в деньгах Ричарда. У меня своя успешная карьера в сфере искусства. А что касается нашего расставания с Карлосом, — он бросил взгляд на своего бывшего партнёра, — Это было сложное решение, основанное на множестве факторов, которые вряд ли вы способны понять.

Юстейн почувствовал, как его щеки загораются румянцем — не от смущения, а от всепоглощающего гнева. Снисходительный тон Тэмиса, его самоуверенная поза — всё это было рассчитано на то, чтобы показать превосходство.

— Думаю, я понимаю достаточно, — произнес Юстейн, стараясь держать голос ровным. — Понимаю, что когда Карлос нуждался в поддержке после неудачи с проектом, вы предпочли более перспективного партнёра. А теперь, когда Карлос снова на подъёме, вы вдруг вспомнили о своих чувствах.

Карлос поставил бокал на стол с излишней силой.

— Хватит. Оба. Я не какой-то приз, за который вы тут соревнуетесь.

Тэмис элегантно пожал плечами.

— Твой новый... друг очень эмоционален, Карлос. Это мило, хотя и немного провинциально.

Юстейн встал, чувствуя, что еще немного — и он скажет или сделает то, о чем потом пожалеет.

— Ты прав, Карлос. Ты не приз, — сказал он тихо. — Ты человек, который заслуживает быть с тем, кто останется рядом и в трудные времена. Я просто надеялся, что ты сам это понимаешь.

Он бросил последний взгляд на Карлоса. В его глазах читалась смесь эмоций — замешательство, раздражение и что-то еще, что Юстейн не мог точно определить. Может быть, сожаление?

— Извините за вторжение, — сказал Юстейн, обращаясь формально к обоим мужчинам. — Приятного аппетита.

Он развернулся и вышел из кабинета, аккуратно закрыв за собой дверь. В основном зале ресторана продолжалась размеренная жизнь — официанты скользили между столиками, посетители вели неспешные беседы, звенели бокалы. Никто не замечал человека, который проходил через зал с прямой спиной, но с чувством, будто что-то внутри него разбилось.

Выйдя на улицу, Юстейн остановился, глубоко вдыхая прохладный воздух. Небо затянули тучи, предвещая дождь. Он поднял воротник пиджака и медленно пошел по тротуару, к своей машине. Тэмис сильно бы удивился, что стоимость автомобиля «сотрудника» в десятки превосходит его годовой оклад в офисе. Впервые он с гордостью хотел произнести фамилию своей семьи, но вот только мог ли? Потерял бы он тогда доверие Карлоса?

Карлос...

Ведя свой автомобиль в сторону дома, в голове крутилась одна мысль: возможно, он только что потерял что-то важное. Но потерял ли он Карлоса, или просто иллюзию о том, кем был Карлос в его представлении, — этого Юстейн пока не знал.