Глава 33. Илайн

Кто-то бьет пощечиной, а некоторые – словами. Буквы режут глубже...

Architects - Animals 🥵

«Ненавижу... ненавижу... ненавижу...» И это не ложь... В смертоносных глазах было отвращение ко мне, но с равной долей сопротивления... Я держала его руки, когда пальцы от таких слов подрагивали... Что сделала? Да, святой не назовешь, но и у меня есть сердце... Все в моем теле – ложь... Знаю... Это не будет цеплять душу, потому что внушу ей не подвергаться саморазрушению, хотя там уже червь правды проделал дыру... Холодные пальцы согревались о тот жар, что исходил от него... Пустая ладонь... шуршащий звук куртки... непочиненная дверь... и я... Оступаюсь и сажусь на стульчик... Инструменты так и лежали на полу, будто бы кто-то сейчас соберет их... Минута, две или долгих пять... Ты сильная... Давай... Соберись... беззащитная Ариэлла умерла... Закрываю веки...

— Собирайтесь, Илайн, я отвезу Вас, — поднимаю глаза и вижу мужчину, которому лет 45. Беру ярко-красную помаду, что лежит у зеркала, и оставляю послание:

«Просто поменяйте замок и ручку, прошу».

Устало кладу свой «маркер» и поднимаю голову к потолку... Ты знала, что так будет. Ты справишься. Ты здесь не ради него. Ты сможешь. Ты пройдешь это. Ты не сдашься, потому что у тебя нет выбора. Ты преодолеешь все, что кинет на стол Черный Принц Ада. Ты делаешь то, на что не решались другие. Ты будешь той, кто не упадет. Ты – гордость братьев и опора. Ты, мать его, бесстрашная!

— Да, — опускает глаза. — Я сделаю, мисс, не мерзнете здесь, — совершенно забыла. Озноб проходится по коже. Нос запрятала в мягкую ткань песочного халата, а ноги шлепали в комнату. Киро, как упоминал ранее мой Босс, через минут 40 уже сделал замок, пригласив людей. Мое тело лежало на кровати, а глаза рассматривали потолок. Узоры... Не замечала этого... Мне удалось прогнать паршивые мысли, поэтому даже угостила мужчин чаем и круассанами. Те отказывались, но от меня так просто не уйдешь. Итог: дверь сделана, а лживая сука в квартире одна. Искусственный человек... Как же ты прав, Каэтани... Специально растягиваю улыбку, чтобы противостоять миру. Меня не сломать так просто.

Спала ли? Не знаю. Пришлось прокручивать фразы и действия... В этом нет моей вины, что у него проблемы. Черт возьми, его поведение меняется так быстро, как настроение у детей, блядь. Иди нахрен, придурок. Меня не пробьют слова одного мужика, которого тоже ненавижу. Взаимность – это прекрасно. Пусть и не попадается на глаза. Иди в зад, Принц.

Вскочив с кровати, быстро приготовила свой любимый кофе, овсянку с мандаринами, слопала чуток шоколадки и была готова к тому, чтобы игнорировать одного чувака. Работа. И еще раз работа. Работа? Снова работа. Настроение было боевым. «Si vis pacem, para bellum» Люблю эту фразу. «Хочешь мира, готовься к войне».

Кто-то врезался в меня, когда заходила в клинику. Хаос. Полный. Куча солдат, которые одеты в форму, пробегают и куда-то исчезают. Окна зашторены, не давая рассмотреть все так, как нужно. Люди бегают и орут, а на меня просто налетает дикий Дамиан.

— Где он? — широкие ладони сжимали мои плечи.

— Кто? — мои глаза сузились, а ехидная ухмылка украшает маску.

— Где. Блядь. Себастьян? — отряхиваюсь от его настойчивости и голодной тьмы.

— Не знаю, — легко пожимаю плечами и стою.

— Не играй в игры, девочка, — шажок, чтобы быть еще ближе, и задираю голову, чтобы забить гол.

— Когда я играю, то кто-то проигрывает, Дамиан. Выигрывать – это мое любимое лакомство, — у меня нет желания оправдываться и говорить, что тот вчера облил меня дерьмом и свалил.

— Он был у тебя, — шипит на ухо, а я лишь лениво отвечаю пальцами:

— Да, — выгибаю брови, — но Киро тоже был. Позже. Не я была той, кто последняя видела Босса, — мои глаза наполнены такими странными чувствами: злость, безразличие, независимость и стервозность.

— Ты едешь с нами, — он хватает меня за локоть и спешит куда-то. Понимание приходит сразу же, когда заводит на склад. Здесь все набито медицинскими трубками, жгутами, ватой, салфетками, разными видами обезболивающего и всем, что только может понадобиться в хирургии. — Бери все то, что помогает спасти человека, когда тот почти умер. Или мертв. Ты будешь чертовой волшебницей, блядь, — поворачиваюсь к нему и смотрю. — Если он у... того, кого думаю, то нужно спешить. Сейчас Каэтани убивают. Не думаю, что только физически, — сжимаю страх в кулаке и хватаю все, что поместится в машину.

Куча машин уже стоят возле больницы, а на дорогах перекрыто движение, потому что сюда мчатся огромные тачки. Я насчитала около 25, но они всё прибывали и прибывали. Телефон Дамиана издал звук, поэтому тот быстро заглянул в него.

— Пора. Есть зацепка, — дальше происходило все слишком быстро. Высокий мужчина раздавал указания, пока я тоже не стояла. Мне пришлось взять на себя роль командира, ведь не хватало четкости и стратегии. Они понимали меня, поэтому молча слушались, не задавая вопросов.

Я разделила людей на группы, а одну машину оставила пустой. Небольшая операционная. Парни прыгали в салон, а окна закрывались, не давая возможности пулям добраться до них.

— Когда ты так научилась править? — я медленно повернулась и смотрела в карие глаза с силой, что таилась в зелени. Приходилось прятать ее там, чтобы она не завладела мной.

— После смерти родителей, — частичная правда. У меня не было возможности показывать слабости, потому что последняя попытка закончилась таблетками и больницей.

Город словно опустел. Двери и окна красивых домиков закрылись на деревянные рамы, будто предвещая ураган или беду. Люди не ходили по улицам, а магазины не работали. Дорога была пуста, не считая десятки внедорожников, набитых солдатами, готовых разорвать мир и достать своего предводителя. Они ищут того, кто возглавляет кровавый трон. Подданные рыскают, чтобы найти своего Принца. Слышно лишь ветер, который завывает. Дамиан за рулем, а я рядом.

— Он не выходит на связь, что бывает часто, но его маячок... Выключили. А это, — поворачивает голову ко мне, — слишком плохой знак, — Каэтани отнюдь не безрассуден. Это не его решение.

— Ты говорил, что появилась зацепка, — его скулы ходят ходуном.

— Кое-кто приехал, а это означает, что ему нужен один человек, — вокруг одни тайны.

— Кто это? — пальцы покалывает от жестов.

— Тот, кого Себастьян уничтожал годами, но оставлял живым, — не так и много информации. Есть ли идеи? Возможно...

— Поняла, — смотрю в зеркало бокового вида, наблюдая за машинами, которые моргают друг другу фарами, давая незнакомые намеки.

Мы ехали около двух часов, пока не забрели в какие-то дебри. Огромный завод, который не работает уже лет 40. О нем рассказывали, что как-то закрыли, когда здесь обнаружили вредные вещества. Он нереально гигантский... Площадь этого «чудовища» около 6 гектаров. Как нам найти одного человека?

— Возьми пушку, ведь стрелять умеешь. Не думай, что не заметил, как ты дважды опустила локоть, чтобы промазать. Еще и ножи, — он просто цеплял все это на меня. — Послушай, хирург, тебе придется туда пойти, потому что сможешь его спасти. Вокруг будут наши люди, так что не переживай, договорились? Чувствуешь опасность – беги. Не стреляй без надобности и прицела, поняла? Они вычислят нас за секунды. Парни приглянут за тобой. Вот, бери, — он дает небольшую овальную штучку, где всего две кнопочки. — Верхняя – нужна помощь, нижняя – ключ от тачки. Сбоку – нашла Себастьяна. Если сможешь спасти его первой, пока пацаны будут убивать, то просто уходи. Все поняла? — киваю и смотрю на жуткое здание. — Береги себя и всех, — броник тяжелый, но тело привыкло. Это не первые плиты, что защищают сердце. В голове мысли рационально распределяются. Мне всегда нравились головоломки.

Я одна... Нас невозможно заметить, потому что мы в слепой зоне, которая недосягаема. Пришлось бежать и ползти, когда на горизонте появились другие мужчины. Они говорят не на английском, итальянском, а на русском. Мы изучали латынь и славянские языки, поэтому отлично понимаю. Я хороша в этом... Вот и еще один факт для удивления, правда?

— Андрей взбешен, потому что этот чувак просто ржет с него, — ох, Каэтани, твоя наглость и безумие погубит всех, включая меня, блядь.

— Мне кажется, что сюда явится орава его душегубов, — парни смотрят вдаль, но в неправильном направлении. Люди не местные, поэтому и не видят того, что мы уже выучили с детства.

— Это закончится бойней. Нас живьем похоронят, как тех чуваков, что хотели увезти его в Колумбию. Год назад, — один из них поправляет огромную винтовку. Упс, эта история облетела мир... 45 могил. Их всех нашли... но мертвыми. В земле люди создали много следов и узоров... Попытки сбежать были успешно провалены. Лес навеки стал им домом.

— Эй, хватит болтать! Идите! Парни устали, а этот белобрысый все еще огрызается, — блядь.

Они уходят, а у меня есть секунда, чтобы проскочить, поэтому пользуюсь возможностью. Как только проскальзываю внутрь, меня накрывает паника. Тьма. Ничего не видно. Слышно скрип чего-то, что похоже на... Цепи? Это слишком далеко. Пока стою за железной большой чашей, которая предназначена для чего-то, то мимо проходят люди. Много. Строй из 12 солдат. Хуево, однако. Я здесь одна. Поднимаю голову и рассматриваю потолок: трубы, огромная квадратная вытяжка, что напоминает туннель. Идеально. Здесь есть хлипкие ступеньки, которые ведут на второй этаж, и небольшой ржавый балкон, откуда видно многое. Прислушиваюсь к звукам и понимаю, что шаги становятся тише. Господи, дай мне сил. Вытаскиваю голову из задницы и бегу перебежками. Кто-то рассказывал, что в этом заводе была огромная дыра. Где она? Там устраивали подпольные бои несколько лет назад, но потом полиция все это опечатала. Как туда добраться? Отсюда, где стою, нет выхода вниз, если внимательно рассмотреть. Выход один – подняться наверх. Слева, мать его, стоят 7 мужланов, явно закрывая проход к нужному месту. Вдыхаю воздух и ложусь на живот. Мое оружие закреплено по бокам, чтобы не мешало ползти и не создавало шума. Еще чуть – чуть. Останавливаюсь у какого-то огромного железного прямоугольного ящика. Сюда кто-то бежит, поэтому не особо есть выбор... Быстро прячусь внутрь и прикрываю себя крышкой, но оставляю щель для воздуха. Пока лежу в этом месте, то кожу щиплет от мысли, что я в гробу... Вот так это ощущается? От таких размышлений начинаю дышать быстрее, но перестаю, когда кто-то роняет что-то на крышку. Я и мое везение.

— ГДЕ ВЫ, БЛЯДЬ? — как много русских слов. Паника слышна в словах.

— Что случилось, Максим? — другой парень шепотом спрашивает.

— Этот итальянец... — и тишина... А потом сверху на ящик что-то упало... Крышка чуть сдвинулась. Пялюсь в дыру, а на меня смотрят голубые глаза... большие и светлые... На лицо что-то капнуло... и на губы... Я отвернулась, но горячая жидкость все еще продолжала растекаться по щекам, лбу и рту... Кровь. Парень был мертв. Несколько хлопков и звук, который мне известен... Падающие тела... Стараюсь дышать глубоко, но медленно... Успокойся, Илайн... Крышку поднимают, а моя рука моментально наставляет оружие.

— Спокойно, наш четырехлистный клеверок, — это один из парней, которые были тогда в коридоре. Камал. — Беги, обезьянка. Путь только один, — они прикрывают меня. Это успокаивает. — Там зачистка, нужно поторопиться, — и ныряю в вытяжку. Руки цепляются за каждую неровность, чтобы суметь добраться до второго этажа. Не зря лазила по деревьям... Смешно... Когда добираюсь до верха, то останавливаюсь. Слышно шаги. Какого черта кто-то вышел на тупой балкон? Труба идет дальше вверх, но здесь есть небольшая дыра, куда смогу пролезть, чтобы вылезть раньше моего пункта назначения.

— Ребята? — тихий зов. — Эй, пацаны! — мне кажется, что человек растерян. Втягиваю живот и готово. Момент, пару ловких махинаций... и нахожусь сзади этого несчастного. Достаю пушку и нежно ударяю стволом в затылок, закрывая ему рот. Пока, малыш.

Быстро снуюсь по разным углам, рассматривая все, что успеваю. И вот... перед моими глазами открывалась огромная дыра... Ни ступенек, ни какого-то подъемника... Просто тьма и все... Оттуда слышен приглушенный хрип... Мне прыгнуть? Я ж не дура. Достаю из кармана веревку, что тоже забрала. Я уже бывала в таких местах, где проверяли смекалку, спасибо опыту. Нахожу обрезанный столбик и просто закрепляю свой «мостик». Ложусь на живот и заглядываю в ту пещеру, мать его. Черный цвет преобладает. Понятно же, что там есть вход и выход. Ладно, потихоньку спускаю канатик и жду. Ничего. Окей. Мне кажется, что это задание выполнено на пятерку. Да? Кто молодец? Шершавая рука хватает меня за горло, а вторая направляет пушку в висок. Задание провалено... Возмо-о-о-ожно.

— Кто такая? — говорит с акцентом. Расслабляю тело и стою. Давай же, сделай так, как хочу. Ну... всего одна ошибка, что спасет меня. И это случается... Слава Богу. Мужик поворачивает меня к себе, а я сильно ударяю его лбом в твердый нос, а следом луплю в подбородок, вырубая. Соврать, что делаю так впервые? Вот тебе и хирург.

Мать моя женщина! Здесь ничего не видно, поэтому ориентируюсь по звукам. Вдалеке есть маленький свет. Черт... Тут целые подземные хода.

— Где Сережа? — мужской голос. Каэтани, надеюсь, что ты там.

— Лежит в своей моче и дерьме? — жутко уставший хриплый смех не подчиняется.

— Сука! — тихий выстрел. — Где, блядь, мой сын? Что ты с ним сделал? — мне удается подсмотреть и хочется ахнуть.

Огромные длинные цепи прикреплены к одной из балок. Себастьян подвешен на них за кисти... ноги не касаются земли... У него все тело покрыто потом или водой, но также усеяно длинными гематомами. Много фиолетовых полосок смотрятся ужасно... Из плеча струится кровь.

— Ты дважды попал в одну и ту же дыру. Это рекорд, Андрей, для человека, которому я отрубил кисть, — и он поднимает голову, заливаясь смехом.

— Я найду его, — говорит его мучитель.

— Нет, Андрюша, потому что он там, где никто не узнает, — загадочно и тихо добавляет Каэтани. — Ответ лишь в моей голове, — скрип железа.

Мне приходится все это рассмотреть и подумать, как добраться до этого сумасшедшего. Итак, здесь только они, а солдаты ушли. Приватный разговор? Как мило. Этот мужик умен, потому что стоит в полуобороте, чтобы видеть в двух направления, правильно? Выход и вход. Логично? Не уверена. Выход был слева, а вход – здесь, где стою. Игра в интуицию, блин.

— Я уничтожу тебя, но тоже помучаю, — русский в костюме, что не вяжется с пушкой в руках. Ой, руке. На правой стоит протез. Окей... Мне нужна их ссора, потому что тогда легче найти момент. Замечаю, что чувак чуть отодвигается, поэтому теперь ему не видно меня. Чудесно. Сзади него просто стена. Думаю... А потом замечаю нечто, что привлекает внимание. Откуда-то прилетает меленькое перо. Черное. Мне рассказывали, что люди Себа оставляют их на знак чистого прохода. Боже... Спасибо, что вы не потеряли глупого хирурга. Почему я? Конечно, мужчины ростом по 2 метра, да и у них было задание – убивать, а мое – спасти.

— Я здесь с полуночи или около того, да? А сейчас... хм... полдень? — на часах было 11:20. Мне казалось, что я проделывала все манипуляции очень быстро, но на деле... 3 часа уже бродила здесь... Конечно, ведь бегала по углам, пряталась, выжидала...

— Гнида, — цедит мужик и подходит слишком близко, а потом начинает молотить его кулаком по телу. Блядь. Вот эта секунда. Быстро плетусь около стены, а глазами смотрю на Себастьяна. Он жмурится от боли, но молчит, а потом замечает меня и отрицательно машет головой. У меня нет времени, чтобы что-то ответить, потому что русский поворачивается. Наши глаза встречаются. Поднимаю руку и почти нажимаю на курок, но Каэтани ногами захватывает его шею в захват. Он душит его...

— Твой сын молил о пощаде, Андрей. Позор иметь такого сосунка, — подбегаю к нему и с силой ударяю по голове, чтобы ушел в минус. Он упал. Слышно топот. Быстрее, мать твою.

Молча рыскаю в карманах тупого осла и нахожу ключи, которые смогут открыть железные кандалы. Снизу сделать это не просто, но здесь есть небольшой выступ, по которому можно залезть. Божечки...Только так получится открыть. Я уверена, что кто-то использовал лестницу.

— Я говорил, что не будешь убивать, Динь-Динь, — тихий голос. Он облизывает треснутые губы, а из ран льется кровь. Мне видно 3 пулевых. Блядь. — Не делай этого, хирург. Пусть убивают, если хотят. Зря Вы пришли, ведь здесь полно его швалей, — пока Себастьян все это говорил в каком-то бреду, то я уже добралась до него. Придется полетать, Дьявол. Быстро всовываю ключик. Один. Два. И мускулистое тело падает. — Мои мальчики сделали бы это нежнее, — времени нет, поэтому тоже прыгаю вниз. В стопах стреляют искры, но это не важно.

— У вас 3 минуты, Босс, — забегает какой-то парень, покрытый кровью. — Илайн, спаси его. Идите через этот вход, там уже ждут наши. Поторопитесь, — подбегаю к светловолосому и за шкирку поднимаю.

— Ты ненормальная, — шепчет в волосы. Я фыркаю, а он смеется под идеально ровный нос. Скотина.

Быстро открываю небольшую дверь, которая явно не должна быть здесь. Это место напоминает бывший ринг, но без канатов. Отсюда точно выходил один из противников... О чем вообще думаю?

— Я не дойду, — и резко поворачиваюсь. Злость кипит во мне. Ты, блядь, долетишь! Нахожу овал и нажимаю боковую кнопочку, а это замечает Каэтани. — Дамиан умен. Машина рядом, да? Они подогнали ее, правда? — не зна-а-а-а-аю-ю-ю-ю-ю...

Как только выходим из темноты, то здесь стоит парень. Наш. Он поворачивается, но на лице нет эмоций. Будто бы не замечает кровавого Босса, который почти лежит на мне.

— Машина готова. Ты хорошо водишь? — его грубый голос и серьезные глаза пугают. Киваю. — Молодец. Время на исходе. Я рад видеть Вас, Босс, — он помогает мне дотащить Себастьяна, а потом раздается выстрел. — Спаситесь, — и человек сползает по машине.

— Блядь, прячься за меня, — нет уж. Открываю заднюю дверь и просто заталкиваю его. Там все готово, чтобы спасти этого безумца. Ты не умрешь. Не в мою смену, убийца. — Какого? — темные окна не дают возможности рассмотреть выражения его лица, хотя я уверенна, что там злость. Достаю оружие и просто уничтожаю всех, кто пытается навредить мне. Ни одного промаха. Смерть. Смерть. Смерть. Пули также попадают в машину, когда прячусь за ней. Кто-то из наших перехватывает инициативу.

— Езжай! — крик Дамиана. Будет сделано! Запрыгиваю в машину, и мы рывком двигаемся с места.

— Птичка, ты кто такая? — смотрю в зеркало, где мы встречаемся глазами. Мне хватит одной руки, чтобы ответить. Конечно, он видел, как смогла положить многих.

— Ты боишься, Каэтани? — он поджимает губы. — Я, вроде бы, как твой злой ангел-хранитель? Или же все-таки убийца? Разгадаешь мой ребус? Кто такая Илайн Ларентис? — и добавляю скорости.

— Убьешь меня? — это уже не шутки, ведь вижу за нами погоню... — На первом повороте направо, там есть дом, — нагло проезжаю указанное место, а потом заезжаю в лес. Давно забытые тропинки и трава... Минут 40 в нашем салоне стоит тяжелая и кислая тишина. — Зачем? Я теперь совсем не доверяю тебе, — лишь ухмыляюсь. Правильно. Или нет? Думай, Каэтани, думай.

— А теперь... — заглушила мотор. — Проверим, — беру шприц и наполняю его мутной жидкостью, — кто же я, Принц? — он хочет ответить, но игла протыкает кожу, наполняя кровь этой субстанцией... — Время вышло, Дьявол, — машу рукой в прощальном жесте.