29. Западня

— Гермиона!.. Гермиона, что ты делаешь?

Поттер безуспешно боролся со своими путами.

— Грейнджер, — прохрипел Драко, — Грейнджер, не делай этого... я говорил тебе, говорил же, что это мое бремя, а не твое...

— Твое бремя?! — Поттер попытался развернуться в сторону Драко. — Так вот чем ты занимался весь год? Пытался убить Дамблдора?!

Драко игнорировал его.— Грейнджер, послушай меня, — настаивал он, пытаясь сохранять спокойный тон, — знаю, ты думаешь, что должна сделать это ради меня, но ты ничего такого не должна...

— Малфой. — Она испустила глубокий вздох. — Ты не понимаешь...

— Ты знала?! — перебил ее Поттер, ошарашенно глядя на Гермиону. — Ты сказала, что он... Гермиона... Ты лгала мне!..

— Поттер, ради Мерлина, тут взрослые поговорить пытаются, — буркнул Драко, пытаясь вернуть все внимание Грейнджер на себя. — Грейнджер... Грейнджер, просто... отпусти меня, договорились? И мы поговорим об этом...

— Нет. — Она решительно качнула головой. — Вы оба — просто помолчите.

— Гермиона...

— Помолчи, я сказала! — повторила она, свирепо поглядев на Поттера. — Ты вообще ничего не знаешь. — Ее взгляд обратился к Дамблдору. — Правда ведь, профессор?

На лице старика возникла слабая улыбка.— Вы в самом деле умнейшая волшебница своего возраста, мисс Грейнджер, — прохрипел он задумчиво, качая головой.

Она ответила ему крайне недовольным взглядом.

— Грейнджер, — окликнул ее Драко, — не надо... пожалуйста, Грейнджер, я умоляю тебя... — он в самом деле умолял, — не вреди своей душе вместо меня, — его голос дрожал.

— О чем он толкует?! — Поттер пытался вырваться. — Гермиона, о чем это он?! Ты что... — он вдруг смолк, и на его лице возникло осознание, — ты что, помогаешь ему, Гермиона?!

Она колебалась.— Тебе не понять, Гарри, — объяснила она сбивчиво. — У него нет выбора... Темный Лорд убьет его — и его семью...

— Ты лгала мне! — заорал Поттер, обрывая ее. — Да как ты могла мне солгать?!

— Гарри... Гарри, пожалуйста, выслушай меня... Ты столько всего не знаешь, — она поморщилась как от удара. — Я знала, что ты слишком бурно среагируешь... я знала, что ты не поймешь...

— Он же один из них, Гермиона! — кричал Гарри. — Он — Пожиратель Смерти! Как ты можешь быть на его стороне?! Как ты... как тебе только в голову пришло?..

Поттер смолк; его лицо перекосила злоба.— Очнись, Гермиона! Вспомни, что он сделал!

— Я знаю, Гарри — поверь мне, знаю! — крикнула она, перебивая Поттера и поворачивая слезливый взгляд на Драко. — Я все это знаю, но я люблю его! Я люблю его, — повторила она тише, качая головой и словно смиряясь со своей участью. У Драко жгло в груди от той мучительной боли, что он увидел в ее золотисто-карих глазах.

— Да и что с того! — выплюнул Поттер. — Из-за этого ты теперь убийца?!

— Он прав, — встрял вдруг Драко — хотя ему была ненавистна одна только мысль соглашаться с Поттером. — Он прав, Грейнджер. Не делай этого.

Она тяжко вздохнула.— Дамблдор умирает, Малфой. — Драко ошарашенно скосил взгляд в сторону профессора в поисках подтверждения, но старик не изменился в лице.

Грейнджер внимательно посмотрела на Гарри; в ее глазах сквозило сочувствие.— Прости меня, Гарри, — добавила она со слезами в голосе. — Мне ужасно жаль, но он и так умирает.

Поттер, не веря своим ушам, изумленно на нее уставился.— В ка... в каком смысле, умирает?

— Кольцо, Гарри — кольцо, — Драко не понял этой отсылки, — кольцо Марволо Мракса... оно было проклято, — объяснила она осторожно. — Сам-Знаешь-Кто наложил мощное проклятье на кольцо — оно убивает профессора.

Поттер бестолково моргнул.— Крестраж?

— Крестраж? — выплюнул Драко. — Крестраж Сами-Знаете-Кого?

— Заткнись, Малфой, — огрызнулся Поттер, даже не взглянув в его сторону; его взгляд оставался прикован к Грейнджер. — Плевать я хотел, что ты чувствуешь к нему, Гермиона — ты не можешь этого сделать...

— Мисс Грейнджер, — впервые за за эти несколько минут Дамблдор обратился к ней, и в его спокойных глазах вспыхнуло вполне разумное волнение. — Вы правы, у меня осталось мало времени, — Поттер справа от Драко попытался слабо возразить, — но это не означает, что вы должны нести ответственность за задание, которое было возложено на мистера Малфоя.

— Нет, — возразила она неровным голосом, — нет, профессор, означает. Пусть его намерения самые что ни на есть чистые, если Малфой убьет вас, его это уничтожит. Он не виноват, — она закусила губу и обернулась на него.

— Ровно как и ты, Гермиона, — настаивал Дамблдор, — так неужели ты...

— Профессор, — перебила она его, — вы как-то сказали Гарри, что его оберегает жертва его матери. Я знаю, вы верите, что сила любви превыше всего остального. Вы знаете, как она влияет на законы магии — вы же сами все видите, — она уверенно кивнула, словно убеждая саму себя. — Разумеется, вы понимаете, что если я сделаю это ради него... чтобы спасти его и сберечь его душу... если я сделаю это из-за любви, моя совесть будет чиста.

Она закрыла глаза, и Драко покачал головой; его сердце бешеным пульсом стучало в груди. Он спрашивал себя, чем мог заслужить такую преданность подобной ведьмы. Чем он заслужил такую удивительную женщину?

Грейнджер сделала глубокий вдох и снова обратила все свое внимание на Дамблдора.— Я знаю, у вас мало времени, профессор, — закончила она печально.

— Гермиона, — встрял Поттер, — откуда ты вообще можешь знать...

— Снейп лечил его, — ответила она. — Правда ведь, профессор? — Она вновь посмотрела на Дамблдора, и тот с сожалением кивнул. — Снейп приготовил для него невероятно мощное исцеляющее зелье, но подобное проклятье... профессору явно осталось жить несколько дней, — предположила она задумчиво, пристально глядя на Дамблдора. — Может быть, недель — хотя я сомневаюсь.

Драко и Поттер пристально взглянули на него, ожидая, что он скажет; пожилой волшебник с трудом сглотнул.— Все так, мисс Грейнджер, — коротко ответил он спустя несколько секунд молчания. — Ваши выводы верны.

Поттер испустил невнятный стон и уронил голову.

— Вам придется этой ночью умереть, профессор, — произнесла она печально. — Или Сами-Знаете-Кто придет за Драко и его семьей. — Она вновь обернулась на Драко, заглядывая ему в лицо. Разумеется, она была права — как бы сильно он ни хотел обратного. К несчастью для него — к несчастью для них обоих — Гермиона Грейнджер очень редко ошибалась.

— И сделать это придется мне, — добавила она уверенно, стискивая палочку в руке. — Именно я должна убить вас.

— Гермиона, — прохрипел Поттер; его грудь болезненно вздымалась и опускалась. — Гермиона...

Она взглянула на него.— Я не жду, что ты поймешь, Гарри, — она виновато закусила щеку изнутри. — И не жду, что ты меня простишь... но я на это надеюсь. — Она отвернулась от них с Драко и медленно склонилась над Дамблдором.

Казалось, она что-то невнятно шепнула ему, а он ей ответил, хотя Драко не удалось разобрать детали их разговора. Наконец, Грейнджер скорбно кивнула, и в этом движении было окончательно принятое решение; подложив свободную руку под голову Дамблдора, она бережно опустила ее на землю, помогая профессору поудобнее устроиться на деревянном полу.

— Вам удобно, профессор? — Драко услышал ее слезливый шепот и уловил детское сомнение в ее голосе. Она коснулась руки старика — невероятно скорбный и сокрушительно интимный жест.

Она слишком хороша для меня, подумал Драко, пытаясь справиться с веревками. Я не заслуживаю ее сердце.

На губах старого профессора мелькнула улыбка.— Да, благодарю вас, — вежливо ответил он; она убрала с его лба прядь волос.

— Я передам ему ваши слова, — заверила она его, делая глубокий вдох. Она встала и расправила плечи, и на какую-то секунду у Драко дыхание перехватило от вида этого ослепительного, прекрасного, бесстрашного создания.

Почему-то он думал, что все будет сопровождаться фанфарами, сильным толчком или молнией, но все случилось быстро, безболезненно.

— Авада Кедавра, — проговорила она бесцветным голосом; Драко молча смотрел на то, как глухое дыхание профессора затихает и как вытягивается лицо Поттера.

Лишь спустя несколько секунд, когда Гермиона бережно закрыла Дамблдору глаза, а Гарри неожиданно рванулся вперед, Драко осознал, что путы исчезли. Помедлив, он потер свои ноющие запястья — на них еще были следы от поттеровских веревок.

Грейнджер среагировала первой: сделав небольшой шаг к Гарри, она сунула руку в карман и вытащила его палочку.— Вот, — она без тени страха протянула ему оружие; свою собственную палочку она слабо держала в левой руке — пальцы слегка стиснули древко, но кончик был направлен вниз. — Сделай это, Гарри. Если захочешь выместить злость на мне, я не стану сопротивляться.

Поттер пристально смотрел ей в лицо — со странным, разбитым выражением в глазах, — а потом взял у нее палочку и приставил кончиком к ее груди. Она кивнула, и Драко, наконец обретя хоть какую-то ясность ума, ощутил приступ паники.

Ему пришлось встать между двумя гриффиндорцами.— Нет, не вздумай! — процедил он сквозь зубы. — Поттер, если психуешь, тебе нужен я. — Он инстинктивно выставил грудь вперед, делая себя мишенью. — Я не должен был ставить ее в такое положение. Все должно было произойти не так...

— Это правда, — выплюнул вдруг Гарри, резко направляя палочку на Драко. — Ты прав. Ты здесь — Пожиратель Смерти. — Драко поднял обе ладони вверх, принимая на себя гнев Избранного.

— Прекратите, идиоты! — вскричала Грейнджер, вклиниваясь между ними и отталкивая палочку Гарри от груди Драко. — Хватит...

— Ох, ну неужели мы наконец-то сражаемся с Малфоем?

Все трое нервно обернулись, отскакивая друг от друга. На самом верху лестницы, указывая палочкой прямо на Драко, появился Уизли.

— Если так, — бросил Уизли как бы между прочим, подходя к ним, — то я весь ваш.

Драко вымученно вздохнул.— Я знал, что существует вероятность, что сегодня ночью я умру, — буркнул он Грейнджер, — но я буду крайне разочарован, если умру от рук Уизли.

Она поспешно встала перед Драко.— Опусти палочку, Рон, — она со вздохом отодвинула рукой его палочку. — Что ты здесь делаешь?

— Гарри велел мне следить за Картой... я увидел, что здесь Малфой, Гарри с Дамблдором, и я...

Взгляд Уизли случайно упал на тело за их спинами, и он мгновенно побледнел.— Это... неужели это...

— Гермиона убила его, — прохрипел Гарри, прислоняясь к перилам и закрывая ладонями уши, словно не в силах слышать эти слова.

У Уизли было такое лицо, будто его вот-вот вырвет.— Ты шутишь, — в глазах горел лихорадочный блеск. — Несмешно, Гарри.

— Это не шутка, Рон! — вскричала Гермиона, очень сильно желая хорошенько его встряхнуть. — Хоть раз, Рональд... пусть до тебя хоть раз все быстро дойдет!

Гарри истерично рассмеялся.— А еще Гермиона влюблена в Малфоя! — Он качнул головой и мрачно улыбнулся. — Разве это не смешно, Рон? До безумия...

Драко не слушал. У него в ушах словно шумел целый океан крови, а, едва он вспомнил, что должно было случиться в башне ночью, как все внутри него похолодело.

— Они идут, — объявил он вдруг; от его лица отлила краска. Он повернулся к Гермионе и схватил ее за плечи. — Грейнджер, они идут...

Он обратился к Поттеру и Уизли:— Вы должны уйти... Сейчас же уходите, и ее заберите с собой... Отведите ее в безопасное место...

— Да кто?! — взвился Уизли. — Кто идет-то?! Проклятье, Малфой, тебе не удастся...

— Пожиратели Смерти, — Драко сжал левую руку в кулак. — Не знаю, кто именно и сколько их... но вам нельзя здесь быть! Я должен остаться один...

— Ты впустил в замок гребаных Пожирателей Смерти?! — вскричал Поттер с горьким упреком.

— Даже не вздумай сейчас разводить этот сраный спор, Поттер, — предупредил его Малфой, свирепо зыркнув на него, — здесь никого не должно было быть. Я должен был... — Он сглотнул, не желая упоминать Дамблдора, — я планировал сделать все так, чтобы они ушли незамеченными. И если сейчас вы просто тихонько свалите...

— Я никуда не пойду, — раздраженно перебила его Грейнджер, подскакивая к Драко и гневно тыча пальцем ему в грудь. — Я остаюсь!

Он нетерпеливо зарычал.— Я лишь хочу, чтобы ты была в безопасности! — Его голос был умоляющим, и он обреченно качал головой. — Да твою ж мать, Гермиона! — вскричал он вдруг. — Почему тебя так трудно защищать?!

— Это еще цветочки, — буркнул Поттер позади него.

Гермиона схватила Драко за плечи и, развернув его к себе, обхватила его лицо обеими ладонями.— Не можешь же ты быть настолько идиотом, чтобы решать, что я тебя брошу... — прошептала она.

Он хотел возразить ей. Он хотел заколдовать ее, наложить на нее чары, применить «Империус» — да что угодно, только бы заставить ее хоть раз в жизни не быть героиней. Но он не мог, конечно — и не сможет. Он любил ее.

Черт возьми. Он, блин, любил ее — дико и безоговорочно.

Так что вместо этого он с тоской заключил ее в объятия, в очередной раз ощущая поток облегчения, который всегда от нее исходил.

— Эй! — крикнул Уизли, махая перед ним руками. — Мне не послышалось — ты в самом деле сказал, что в замок идут Пожиратели Смерти? Как они...

— Я впустил их! — заорал Драко, отрываясь от Грейнджер и резко поворачиваясь к Уизли. — Это я, мать вашу, их впустил, понятно?! Я не хотел... — он нервно дернул вверх рукав, показывая Метку. — Я принял эту сраную Метку, чтобы спасти своего сраного папашу, потому что у меня не было сраного выбора! — Он кричал, отчеканивая каждое слово и отчаянно махая запястьем перед лицом Уизли. — И плевать я хотел, что вы двое думаете, как сильно меня ненавидите или что еще может прийти в ваши тупые безмозглые бошки — сейчас вы должны послушать меня и... свалить отсюда нахрен!

Свирепый взгляд Драко метался между Уизли, чьи длинные руки безвольно висели вдоль тела, и Поттером, который все еще сидел, прислонившись спиной к перилам и со скорбью свесив голову, и которому еще только предстояло оправиться от всех произошедших событий. Ну, а Драко... он устал перед ними оправдываться.

Он снова повернулся к Грейнджер.— Что касается тебя...

— Драко Малфой, отвратительный ты таракан, я никуда не уйду! — прошипела она — и добавила мрачно, понизив тон: — Я уже убила сегодня человека, меня больше не от чего защищать. И нет ничего, чего я бы не сделала. — Она шагнула к нему и сжала его ладонь, и он измученно вздохнул, вторую руку запуская в волосы.

— Я люблю тебя, — сказал он уверенно, стиснув ее руку и наконец-то найдя в себе смелость сказать ей эти слова. — Я люблю тебя так сильно, что словами не выразить. Я люблю тебя за все, кем ты являешься, — прошептал он, касаясь ее щеки, — и я люблю тебя за то, как сильно ты меня изменила.

Уизли за их спинами фыркнул.— Значит, «между вами ничего не происходит», да? Всегда восхищался твоей честностью, Малфой!

— Захлопнись, Уизли. — Драко наклонился к Грейнджер, и она обвила руками его шею. Ее слегка трясло, и он крепко прижал ее хрупкое тело к груди, закрывая глаза и стараясь поглотить ее демонов.

— Так-так, — послышался холодный голос за их спинами. — Ну разве не прелестно?

Едва она услышала позади нее голос, как волосы у нее на голове зашевелились.

— Они здесь, — шепнула она; Малфой кивнул, крепче ее обнимая.

— Приготовь свою палочку, — шепнул он ей на ухо, и, когда она сильнее прижалась к нему, резко развернулся, подставляя свою спину незваным гостям.

— Остолбеней! — крикнула она, указывая палочкой на приближавшегося Пожирателя. Когда мужчина повалился наземь, Малфой быстро отпустил ее и подошел к неподвижному телу.

— Амикус Кэрроу, — пробормотал он. — Это не к добру.

Рон скорчил болезненную гримасу.— В каком смысле, не к добру?

— Палочку вверх, Уизли! — крикнул Малфой, когда на лестнице возникла другая фигура. — Остолбеней!

Второй Пожиратель тут же рухнул на пол, и Малфой с прищуром поглядел на него.— Алекто, — кивнул он. — Так я и думал.

Когда шаги тех, кто поднимался по винтовой лестнице, стали громче и быстрее, Гермиона нервно переступила с ноги на ногу; хотя сперва им удалось использовать элемент неожиданности, теперь он явно не помог бы им.

— Вам надо уходить, — выдохнул Малфой, кивая Гарри и Рону. — Спрячьтесь или хотя бы...

Но двое ребят уже присоединились к ним с Грейнджер, и они вчетвером образовали защитный круг, инстинктивно прикрывая спины друг друга. У Гермионы защемило сердце от того, что люди, которых она любила, оказались вместе; ей даже пришлось напомнить себе об обстоятельствах — обстоятельствах их возможной неминуемой гибели.

Пусть это будет как с тем троллем в туалете, подумала она взволнованно. Достаточно страшно, чтобы гарантировать дружбу, но с дополнительным бонусом в виде выживания.

— Мы... оглушим их? — спросил неуверенно Рон.

Малфой качнул головой.— Делай то, что должен, — произнес он мрачно. — Гарантирую — они вас оглушать не станут.

Гарри, стоявший по другую руку от Малфоя, поднял свою палочку.— Просто чтобы ты знал — я тебя ненавижу.

Малфой громко фыркнул.— Смотри, чтобы я не подох из-за тебя, Поттер, — процедил он сквозь зубы. Гермиона неверяще покачала головой, дивясь этому крайне шаткому союзу.

На лестнице возникла еще одна фигура, и все четверо увидели, что палочка нарушителя уже поднята вверх.

— Круцио...

— Остолбеней!

Заклинание Рона пролетело над их головами, но нападавший пригнулся.

— Сектумсемпра!

— Серьезно, Поттер? — услышала Гермиона возмущенный голос Малфоя; Пожиратель бросился вперед, и заклятье отскочило от железных перил позади него.

— Остолбеней!

Гермионе наконец-то удалось попасть ему в грудь, хотя времени праздновать не было.

— Остолбеней... Малфой, не мешай! — взвизгнула Гермиона, когда он толкнул ее в сторону.

— Спрячься за моей спиной, — прохрипел он. — Грейнджер, ну же...

— Ни за что! — крикнула она, вырывая руку из его хватки. — Остолбеней!

Им пришлось разделиться; Гарри и Малфой сконцентрировались на двух приближавшихся Пожирателях в масках, пока Рон изо всех сил пытался обезоружить и обездвижить своего противника. Предоставленная самой себе, Гермиона отчаянно озиралась по сторонам, проверяя, никого ли не упустила. Она нахмурилась, высчитывая: ей казалось, по лестнице поднимался еще как минимум один человек.

— Что за милое создание, — услышала она слева от себя скользкий голос — и мысленно влепила себе пощечину за то, что не заметила его раньше.

Он был здоровенным, необычайно угрожающим на вид, и от него исходил неописуемый запах бродяги; у него на лице росли волосы, и он буквально источал дух грязи. Однако узнать его ей помогло не это, а тот факт, что он был безоружен: должно быть, это был Фенрир Сивый, оборотень, известный как единственный приспешник Пожирателей Смерти, у которого не было ни палочки, ни Метки.

Он бросился на нее, и она, едва увернувшись от его лап, завизжала.

— Остолбенейте! — но он оказался слишком проворным, слишком сильным. Преимущество явно было не на ее стороне; он был непредсказуемым противником, который мог физически ее одолеть. Вот почему она никогда не считала себя достойной выиграть дуэльный турнир — ее слабые места были слишком явными. Она слишком зависела от изощренности своей магии и мало что имела в арсенале. Она не умела так импровизировать, как Гарри, и так манипулировать своим соперником, как Малфой.

Сивый надвигался на нее, обнажив клыки, и она, отскочив от него, пригнула голову, чтобы увернуться от чьего-то заклинания. Она беспомощно пыталась найти свое преимущество — вес, телосложение, хоть что-то, — но ничего не могла придумать.

Гермиона Грейнджер, ты же, черт возьми, умнейшая волшебница своего возраста, твердила она себе, сжав кулаки и решив лицом к лицу встретиться с нападавшим. Так докажи это!

— Экскуро! — крикнула она, направив палочку ему в лицо. Сивый взревел от ярости, слепа шаря ручищами в воздухе, когда ослепляющее заклинание больно затмило ему взор. Она дернулась в сторону, уходя от его хватки.

— Локомотор Мортис! — прошипела она, направив палочку на его ноги и связав их вместе, а потом толкнула его локтем в бок, заставляя повалиться на спину. Когда он оказался на земле, она гневно наступила ему на грудь и указала палочкой ему между глаз.

— Остолбеней, — объявила она наконец, смахивая волосы со лба и с торжеством наблюдая за тем, как его голова откидывается.

Она подняла голову в тот самый момент, когда Гарри обездвижил Пожирателя, в котором она узнала Яксли, и к нему, переступив через тело оглушенного Торфинна Роули, присоединился Рон. Она взглядом отыскала белокурую голову Малфоя в другом конце комнаты; он стоял, распрямив плечи, и косился вниз на неподвижную фигуру какого-то Пожирателя в маске.

Едва она разглядела серебристо-белые волосы Пожирателя, как тут же поняла, почему Малфой застыл и перестал сражаться. Она подошла к нему и мягко опустила руку ему на плечо.

Она прокашлялась.— Это...

— Нет, — быстро отозвался Малфой. — Я... поначалу мне так показалось. — Он пихнул ногой обмякшее тело. — Но это всего лишь Селвин. — Он вздохнул; его трясло. — Видимо, у него теперь прическа как у отца.

Гермиона кивнула и, обняв его за пояс, прижалась щекой к его спине.— Но на секунду я решил, что это он, — прошептал он хрипло. — И я... я все равно его оглушил. — Он поглядел на свои руки так, словно больше их не узнавал.

Гермиона с сожалением закусила губу.

— Малфой...

— Остолбеней!

Они с Малфоем обернулись ровно в ту секунду, когда Беллатриса Лестрейндж с восторгом отразила заклинание Поттера.

— В самом деле, Гарри Поттер? — она холодно расхохоталась. — Неужели ты так и не освоил урок?

— Остолб...

— Круцио! — Беллатриса прервала его злым выкриком, и Гарри пригнул голову.

— Импедимента!

— Остолбеней!

Заклинания разной степени неудачности яростно летали в воздухе. Рон и Гарри быстро уклонились от ловкого заклятия Беллатрисы, но ее отражающие чары были куда сильнее тех ударов, что они могли ей нанести.

Казалось, лишь когда Малфой наложил на Рона и Гарри «Протего», Беллатриса заметила его присутствие, но, стоило ей сделать это, как она утратила всякий интерес к Гарри и ловко припечатала их с Роном к дальней стене башни.

— А, Драко, — промурлыкала она. — Что здесь происходит, лапочка?

Она сурово покосилась на Гермиону, и та инстинктивно затаила дыхание.

— Оставь ее, — проговорил Малфой ровным, угрожающе низким голосом.

Беллатриса лишь злобно улыбнулась, и ее взгляд скользнул с лица Гермионы на тело Дамблдора.

— Что ж, Драко, кажется, тебе невероятно повезло хоть в чем-то.

Он не ответил, но Гермиона увидела, как его пальцы, сжимавшие палочку, дернулись.

Беллатриса изящно подняла руку и так незаметно поманила ее к себе, что Гермиона и не заметила бы, не будь она загипнотизирована.

Малфой в ответ поднял палочку и без слов указал на тетку; на его черты легло непроницаемое выражение ледяной решимости.

Беллатриса тихо цокнула и широко заулыбалась, обнажая зубы.— Ну раз ты так настаиваешь, милый... — Она подняла свою палочку: — Круцио!

— Остолбеней!

Все четыре головы резко повернулись к лестнице, чтобы поглядеть на источник неожиданного заклинания, и все они испустили коллективный вздох облегчения. Снейп с бесстрастным видом стоял в проходе, опустив палочку, едва его заклинание поразило Беллатрису в спину. Беллатриса от неожиданного сила удара рухнула к ногам Драко, а Гарри и Рон уже неслись в центр комнаты. Все четверо с одинаковым удивлением глядели на высокую и мрачную фигуру профессора.

Какое-то время между ними висело напряженное молчание, но Гермиона разорвала его:

— Я так и знала, — объявила она самодовольно, торжествующе улыбаясь, — я так и знала, что вы на нашей стороне.

Она краем глаза увидела, как Малфой рядом с ней качает головой, явно ошарашенный таким поворотом событий.

Снейп поднес руку к лицу, с силой стискивая пальцами переносицу, и, закрыв глаза в выражении неописуемой досады, медленно проговорил:— Что вы наделали?

— Да так, встретились чайку попить, — буркнул Рон. — А вы?

— Вам в самом деле кажется, что сейчас подходящее время для неподчинения, Уизли? — рявкнул Снейп, повернувшись к нему. — Что здесь произошло? — Его взгляд упал на неподвижное тело Дамблдора в другом конце башни, и он медленно повернулся к Малфою. — Драко... — его голос стих: — Неужели ты...

— Профессор, — перебила его Гермиона, выступая вперед. — Это сделала я, — она отчаянно пыталась справиться с дрожью в голосе. — Я его убила. — Она опустила взгляд и добавила, закусив губу: — Я наконец-то разгадала зелье. Я поняла, что вы пытались сказать мне, и я... я была вынуждена что-то сделать.

Его взгляд потемнел, и он испытующе посмотрел на нее.

— Этого, — процедил он, — не должно было произойти...

— Назову так свои мемуары, — Гарри со вздохом запустил пальцы в волосы, и Снейп злобно покосился на него.

— У нас мало времени, — с тревогой заметил Малфой. — Не останутся же они под заклинанием навечно. И мы не можем их прикончить, — добавил он, внимательно заглядывая в их лица — на случай, если кто-то об этом подумал, — иначе Темный Лорд убьет моих родителей.

— Тогда в чем был твой чертов план, Малфой? — огрызнулся Рон. — Может, поделишься им со всем классом?

Малфой смерил Рона настолько поразительно аристократичным взглядом, что Гермиона чуть не рассмеялась.

— Это и близко не похоже на мой план. Во-первых, никого из вас не должно было здесь быть — я должен был сделать все сам и к этому моменту незаметно исчезнуть...

— Ну, теперь это явно не вариант, — заметила Гермиона. Она с надеждой взглянула на Снейпа. — А что, если мы призовем Орден...

— Вы не можете призвать Орден, — быстро возразил ей Малфой, — иначе он убьет моих родителей... и меня...

— Тебя мы спрячем, разумеется, — попыталась она с ним поспорить.

— Им это не поможет, — ответил он резко. — К тому же, я уже выбрал сторону. Единственный способ для меня выжить — это... не знаю... — Он подбросил руки в воздух и пробормотал: — Единственный способ для меня выжить — это не выжить вообще.

— Да запросто. — Рон пожал плечами. — Мы подделаем твою смерть.

— Каким образом? — парировал Малфой. — Где тело возьмете?

— Если мы подключим Орден, — задумчиво проговорил Гарри, — мы можем просто сказать, что ты умер...

— О, разумеется, — Малфой улыбнулся, зло изображая энтузиазм. — Когда Сам-Знаешь-Кто, самый могущественный из всех когда-либо живущих легилиментов, спросит, как его Пожиратели попали в засаду Ордена Феникса, когда я был единственным, кто знал об их приходе, и они ответят: «О, но нам сказали, что он мертв», он обязательно в это поверит и сто процентов не пойдет прямо к Ордену, чтобы узнать, кто меня прячет...

— Мы в любом случае должны сообщить обо всем Ордену, — заявил Рон решительно. — А что еще нам останется делать, когда эти вот... — он махнул рукой, указывая на лежавшие на полу тела, — очнутся?

— А как быть нам? — перебил его Гарри. — Что нам делать со смертью Дамблдора? Мы никак ее не объясним — если Орден узнает, кто это сделал... — он с тревогой покосился на Гермиону, — их защита может перестать действовать.

Гермиона взглянула на Драко, но тот лишь стоял неподвижно, накрыв рукой подбородок; на его лице застыла маска равнодушной смертельной усталости.

— У нас почти не осталось времени, — напомнил им Рон, нервно мотнув головой. — Может, мы... Может, заболтаем их?..

Снейп прокашлялся, и все четверо нервно повернули головы к нему — совершенно позабыв, что он тоже находится в помещении.

— Возможно, мне удастся... — пробормотав это, он обратился к Драко: — Драко, разница между абсолютной истиной и той, которую за истину считают люди, как я уже говорил... представляет из себя нечто больше, чем только наше восприятие.

Гарри с Роном озадаченно переглянулись.

— Нам конец, — изрек Рон с горечью.

Гермиона нахмурилась, постепенно переваривая смысл сказанного Снейпом.

— Совсем необязательно, — заявила она, задумчиво кусая губы и поворачиваясь к Малфою — тот смотрел на нее с едва заметным недоверием во взгляде.

— Малфой, — она задумчиво склонила голову. — Как думаешь, ты смог бы создать измененное воспоминание?