26. Катализатор

Как лучшая подруга Гарри Поттера, Гермиона была посвящена в некоторые детали эксклюзивной информации о нем. Его любимые вещи, его сильные стороны, его слабости, его убеждения, его многочисленные демоны — она была ходячей базой данных всего, что касалось Гарри Поттера, хоть это и было заперто в надежном железном хранилище в виде ее логически устроенного ума.

До того дня, разумеется, потому что в тот день она впервые посетила это самое хранилище для как минимум не достойной цели: подчинить его своей воле.

— Ты уже поговорил со Слизнортом?

Он на нее даже не взглянул.

— Еще нет.

Разумеется, нет, подумала она, про себя уже закипая и прокручивая в голове многочисленный список его определяющих характеристик.

Среди них был почти парализующий супергеройский комплекс. Его нужда спасать всех остальных и непреодолимое стремление ставить их жизни вперед своей собственной.

Не подходит, решила она, отбрасывая это наблюдение пожатием плеч.

Его долг перед памятью о родителях. Его потребность быть любимым. Его желание понять, откуда он. Его неизлечимое, страстное желание иметь семью.

Его ослепляющее стремление защищать друзей. Его безрассудство, вызванное искренней готовностью пожертвовать собой ради тех, кто имеет значение — и его непоколебимая вера в то, что значение имеет каждый.

Его склонность проявлять милосердие к тем, кто этого не заслуживает. Вероятно, когда все кончится, это станет важным фактором, поморщилась она.

Его обезоруживающая способность любить.

Его вспыльчивый характер и его уязвимая гордость. Его привычка действовать, не подумав.

Его полнейшее неприятие домашней работы. Его мимолетное, одно-единственное исключение из этого правила в этом году на Зельеварении.

Его абсолютное невнимание к внешнему виду. Его взъерошенные волосы, незаправленная рубашка, разбросанные вещи, сумка и прочее скопище всякого барахла...

Ее глаза метнулись к его сумке, лежавшей у его ног; она чуть заметно нахмурилась, обдумывая свою идею.

— Я поговорю с ним, Гермиона, — пообещал Гарри, прерывая ее мысли и не обращая никакого внимания на ее пристальный взгляд. — Просто я пока не придумал, как именно.

Она попыталась одобрительно хмыкнуть, но в итоге прокашлялась и кивнула. Легко будет заставить его выполнить это задание, подумала она, если в его сумке правда находится то, о чем она подумала.

— Хорошо, — согласилась она, отчаянно оглядывая Большой Зал в поисках какого-нибудь отвлекающего фактора.

Она подавила победоносную улыбку, когда отвлекающий фактор появился в дверях, обретая завидную форму Драко Малфоя. Несмотря на ее обширные знания о сложностях Гарри Поттера, совсем необязательно было занимать ее привилегированную позицию, чтобы понимать: он обязательно отреагирует на своего светловолосого врага; тот факт, что эта черта была взаимна для обеих сторон, был только в плюс. Малфой шел неспешным шагом рядом с Тео Ноттом и Забини Блейзом, и, хоть он не делал ничего особо подозрительного, она и в его предсказуемости не сомневалась.

Она быстро наклонилась и зашептала Гарри на ухо:— Ты это видел? — Она указала на Малфоя, который всего-то навсего направлялся к слизеринскому столу.

Взгляд Гарри моментально вперился в лицо Малфоя.— Что видел? — Он тут же пришел в состояние боевой готовности.

— Ну... Эм... Он...

Она так и не придумала ответ, но Гарри перебил ее:— Знаешь, я слышал, что у них с Гойлом была какая-то ссора на днях.

— Да ну? — она изогнула брови, усиливая интригу. — Ну, наверняка это что-то... значит.

— Если Гойл прикрывал его, зачем им было ссориться? Как думаешь, может, он... не знаю, вдруг он...

Она с облегчением увидела, что Малфой наконец-то заметил слишком откровенный взгляд Гарри, и постаралась не закатить глаза, когда его серые глаза на том конце Большого Зала сузились.

Они были так предсказуемы — они оба.

— Что, никак не налюбуешься, Поттер? — ухмыльнулся Малфой.

Гермиона буквально почувствовала, как Гарри свирепеет, но у нее было не так много времени.

Акцио Феликс Фелицис, приказала она про себя, вытянув под столом открытую ладонь, едва Гарри отвернулся, чтобы ответить.

— Отвали, Малфой.

Крохотный пузырек с едва слышным звуком приземлился в ее протянутую руку, и она победоносно закусила губу. Она так и знала, что Гарри будет носить Феликс Фелицис с собой: он не особенно следил за своими вещами. Вот бы ей удалось как-нибудь заставить его сосредоточиться — скажем, подлить немного зелья в его напиток...

Она подняла глаза ровно в тот момент, когда Малфой обратил на нее вопросительный взгляд. Убедившись, что никто не смотрит на нее, она многозначительно округлила глаза.— Еще, — прошептала она горячо.

Недоумение лишь на долю секунды задержалось в его взгляде, но он тут же подчинился, вновь переводя свое внимание на Гарри. Она в очередной раз молча поблагодарила Вселенную за бесспорную сообразительность Малфоя.

— А то что, Поттер? Снова будешь таскаться за мной по пятам? — процедил Малфой, двинувшись в его сторону.

Гарри в гневе был совершенно слеп, но у нее было меньше минуты — учитывая то, как Снейп и МакГонагалл глядели на растущее напряжение между двумя учениками: один — мрачно хмурясь, другая — побледнев и что-то ворча себе под нос. Гермиона быстро схватила кубок Гарри с тыквенным соком.

— Это мой, Гермиона, — отозвался он тут же, хотя взгляд по-прежнему неотрывно следил за Малфоем. Она застонала про себя; неужели она заварила эту потасовку ради ничего?

Но Малфой, видимо, наблюдал за ней; подойдя к ним, он отодвинул оба кубка в сторону Гермионы, освобождая место на столе и угрожающе вторгаясь в личное пространство Гарри.

— Что, так неймется еще разок стрельнуть в меня каким-нибудь заклинанием, Поттер? — прошептал он, скалясь. — Думаю, мой черед нанести небольшой ущерб, не согласен? — Гарри нервно дернулся, и злобная усмешка Малфоя стала шире.

Гермиона тем временем схватила свой кубок и незаметно сунула его под стол; все равно сока в нем было почти столько же, сколько в кубке Гарри, и это был простейший вариант. Она капнула туда Феликс Фелицис и, сделав вид, что нервно отпивает из кубка и убедившись, что Гарри достаточно отвлекся, поставила сок обратно на стол.

— Не думай, что я не хочу того же, Малфой, — процедил Гарри сквозь стиснутые зубы, — но ради твоего же блага советую тебе убраться с глаз долой.

Взгляд Малфоя метнулся к Гермионе, и она чуть качнула головой.

— Вот как? — осведомился он высокомерно, выпрямляясь и скрещивая на груди руки. — Не уверен, что тебе хватит мужества встретиться со мной без свидетелей, готовых защищать дамблдоровского любимчика...

— Заткнись, Малфой! — прорычал Гарри, резко вскакивая с места, отчего посуда зазвенела. Гермиона поспешно схватилась за его тарелку, удерживая ее на столе и незаметно меняя их кубки местами.

Придется поговорить с ним о том, чтобы он сдерживал свой характер, решила она, наблюдая за тем, как Гарри реагирует на совсем не безобидную шалость Малфоя. Не прямо сейчас, конечно — все идет прекрасно, — но позже. Это была зияющая брешь в его устойчивой эмоциональной системе.

Впрочем, пока у нее было несколько лишних секунд — в конце концов, зачем тратить время попусту? — она повторным легким взмахом палочки позаботилась еще об одном задании — на этот раз личном...

— Держи себя в руках, ты, Избранный, — поддел Малфой, ухмыляясь в покрасневшее лицо Гарри.

— Оставь его, — встряла Гермиона, хватая Гарри за локоть. Теперь, когда зелье было под рукой, ее вспыльчивый герой должен был сосредоточиться. К тому же, даже несмотря на то, что Драко лишь играл, и она прекрасно это понимала, ей не очень нравилось возвращение такого Малфоя. — Хватит уже.

Его взгляд на секунду застыл на ней, и она задумалась, видит ли кто-то еще тот блеск в его глазах, который он невольно для нее зарезервировал.— Прости, что огорчил твою подружку, Поттер, — пожал он плечами, с сожалением отрывая от нее взгляд, — можем вернуться к этому позже, когда будешь готов поговорить по-взрослому.

Он развернулся на каблуках и поспешил прочь, оставив Гермиону в отчаянных попытках сохранить самообладание — не говоря уже о тыквенном соке, взвинченном Гарри и смутном ощущении, что в ближайшем будущем ей может захотеться попробовать кое-какие ролевые игры.

— Успокойся, Гарри, — прошипела она, нажимая на его плечо. — Не забывай, что у тебя есть дела поважнее — воспоминания Слизнорта...

Гарри угрожающе сцепил зубы.— Какой же Малфой говнюк, — прорычал он раздраженно. — Считает себя таким...

— Малфой ищет крестраж, а тебе нужно воспоминание Слизнорта, — повторила она, настойчиво сунув ему в руку кубок с тыквенным соком и сжав его плечо другой рукой. — Тебе нужно его воспоминание, Гарри — это важно, и это единственное, что может заставить Малфоя наконец-то заткнуться. — Он рассеянно кивнул, покорно принимая у нее из рук кубок. — Выпей, — проговорила она успокаивающе, мягко выводя ладонью круги на его пояснице. — Просто сконцентрируйся на воспоминании, договорились?

— Договорились, — он моргнул, — ты права, Гермиона. Воспоминание Слизнорта — ключ ко всему этому, — добавил он решительно, отпивая сок. Она сдержала вздох облегчения, продолжая рисовать круги ладонью и ожидая результатов своего обмана.

— Именно, — кивнула она. — Так и есть. Добудь воспоминание — добудь у Слизнорта и Дамблдора ответы, которые тебе нужны, и тогда все встанет на свои места.

Послышался грохот; Рон уселся рядом с ними.

— Тут снова околачивался этот слизняк? — рявкнул он, оборачиваясь через плечо и злобно зыркая на Малфоя. — Честное слово, в последнее время его слишком много — вы заметили, что он всегда в библиотеке, когда там мы? Еще и в коридоре нас прервал, когда мы говорили о...

— Я должен идти, — вдруг сказал Гарри каким-то чудным голосом. Гермиона нахмурилась: она что, переборщила?

Но я добавила лишь каплю, попыталась она себя успокоить. Все в порядке.

Она наклонилась к нему.— Ты куда, Гарри? — спросила она осторожно. — Хочешь поговорить со Слизнортом?

— Нет, — в его голосе зазвенела решимость. — Я должен увидеть Хагрида.

— Хагрида? — громко удивилась Гермиона. — Но Гарри...

— Я с тобой, приятель, — Рон встал. Гермиона начала паниковать, но, к счастью, ее паника длилась недолго.

— Нет, ты останешься здесь. — Гарри задумчиво качнул головой. — Я должен пойти один.

Рон застыл на месте, так до конца и не встав.— Ты уверен? — спросил он, глядя на Гарри с сомнением. Он бросил мимолетный взгляд на Гермиону, но та лишь смущенно пожала плечами, совершенно не понимая, что происходит.

— Да, — подтвердил Гарри. — К Хагриду я пойду один.

— Тшш! — Гермиона потянула за рукав. — Не стоит это афишировать... Но ты уверен, что не к Слизнорту хочешь пойти?

— У меня предчувствие, — уверенно ответил Гарри. — Я пойду с ним, оно хорошее. Я крепко ухватился за него и ухожу.

Его бессмысленный лепет в сочетании с чудаковатым тоном заставили ее забеспокоиться.— Ладно, — согласилась она неуверенно. — Но сейчас главное — воспоминание, помни...

Не успела она договорить, как его и след простыл.

— Что за шутки? — Рон кивнул в сторону удаляющейся фигуры Гарри.

— Честно говоря, понятия не имею, — ответила она несчастно. — Я бы сама была рада узнать, поверь.

— Вижу, ты решила не прислушиваться к моему совету, — протянул он скучающе. — Все никак не отстанешь от него с этим своим воспоминанием.

Она откинула голову и раздосадованно вздохнула.— Рон.

Он пожал плечами.— Знаешь, пока ты его пилишь, он ничего не сделает, — продолжил он тоном, который ей показался до ужаса снисходительным. — Оставь ты его, он и сам знает, что это важно...

— Давай ты снимешь с головы корону, ладно, Рональд? — огрызнулась она. — Можешь и дальше его поощрять, а я буду той единственной из нас, кто помнит о приоритетах...

— Ага, — ответил он с насмешкой. — Лучшего способа наладить отношения и не придумаешь...

— По-твоему, я должна об этом беспокоиться? — фыркнула она. — Это ведь ты меня якобы любишь...

— Не тычь меня в это носом, Миона! — осадил он мрачно. — Мои к тебе чувства тут совсем не при чём...

— О, да что ты, в самом деле? А мне вот кажется, что они очень даже при чём, — возразила она, против воли сводя разговор к выяснению отношений. — Если бы ты правда меня любил, ты бы постарался быть полезным — понимать меня получше...

— Что ж, ну, а раз ты не позволяешь мне любить тебя, Миона, — ответил он свирепо, — то вряд ли ты имеешь право учить меня тому, как это делать!

Она стиснула челюсти, внимательно глядя на него.— Ладно, — сказала она наконец.

— Спасибо. — Он заметно сник, но она вдруг увидела, как Малфой движется к выходу, и не захотела больше тратить время на дальнейшие препирательства с Роном.

— Пойду наверх, позанимаюсь, — произнесла она как можно ласковей, кидая вещи в сумку.

— Надо же, вот шок, — буркнул он себе под нос, хотя она его уже не слышала.

Выйдя на шестом этаже, она тут же поспешила за Малфоем; они были совсем одни в пустом коридоре.

— Ты — самый настоящий гад, Малфой, ты в курсе? — воскликнула она, наслаждаясь тем, как при звуках ее голоса его плечи дернулись.

Он обернулся, и ее затопила знакомая дрожь, пробиравшая ее всякий раз, как она сталкивалась взглядом с его штормово-серыми глазами.

— Грейнджер, — уголки его губ приподнялись в насмешливой улыбке. Она подошла к нему и, заглянув ему за плечо, коснулась рукой щеки. Трудно было не иметь возможности увидеться наедине в любой момент, когда она хотела. К счастью, вряд ли это долго будет проблемой — по крайней мере, точно не в ближайшем будущем.

— Мне сегодня удалось заполучить кое-что очень любопытное, — она застенчиво взглянула на него.

Он сглотнул, наблюдая за движением ее губ.— Да ну?

— Карта, — она закусила губу, и он широко улыбнулся.

Он закрыл глаза, запрокинул голову и рассмеялся, и когда его восхищенный взгляд вновь обратился к ней, она ощутила острый приступ любви к нему.

— Ты поистине сокровище. — Покачав головой, он быстро заглянул к себе в комнату и вновь взглянул на нее. — Ты ведь не занята?

— Вообще-то, я хотела кое-что сделать, — она вспомнила шоу, которое развернулось в Большом Зале. — Но мне понадобится твоя помощь.

Он придержал для нее дверь и склонился в низком, изящном поклоне, жестом приглашая ее войти.— Я весь твой, — ответил он — твердым, уверенным голосом.

Драко мрачно вглядывался в собственное отражение в зеркале ванной.

Время, проведенное с Грейнджер, расслабляло и успокаивало, но оно всегда слишком быстро подходило к концу, и он оставался один с собой и со своим отчаянием.

Он приблизил лицо к зеркалу, рассматривая бледную кожу и изможденные черты. Несправедливо, что Грейнджер с каждым днем становилась все красивее, тогда как он словно увядал под тяжестью своих ежедневных проблем. Вот бы эта ее способность передалась и ему. К сожалению, хотя она была частью всего того, что происходило с ним, основная тяжесть лежала на нем. Она была вовлечена, определенно, но не целиком замешана. Никто той ночью ведь не влез в святой покой ее ума.

К тому же, если ему удастся сделать все так, как он планировал, никто даже не будет знать о ее участии. Он, напротив, будет волочить с собой весь этот груз — каждую ошибку, навсегда запечатлевшуюся на его лице. Если ему позволят состариться, его история врастет в него как вторая кожа.

Как же быть с Пожирателями смерти, думал он бессчетное множество раз, мотая головой из стороны в сторону и обдумывая возможные свои шаги. Хорошо, что Грейнджер согласилась снова встретиться — один он справлялся не так хорошо. Отсутствие готовности решать проблему само по себе было значительным препятствием, а его мотивы в стиле «только бы меня самого не убили» не рождали в нем творческие силы, как он рассчитывал.

— Знаешь, — сказала она, когда они говорили об этом в последний раз, — самый легкий путь — сообщить обо всем Ордену и привести их в замок...

— Нет, — ответил он категорично. — Лишь один человек будет знать, когда явятся Пожиратели смерти. Есть лишь один способ расставить ловушки, и это — я. Если он пронюхает, то не раздумывая убьет моих родителей.

Она нахмурилась.— Кто-то еще может с легкостью обо всем догадаться...

— Либо они узнают обо всем от меня, и я стану крысой, либо из-за моей ошибки, и я стану олухом, — он покачал головой. — Не уверен, что нам подходят эти варианты — в конечном итоге Темный Лорд и так, и так убьет моих родителей, — или что похуже, содрогнулся он, вспомнив угрозы Волан-де-Морта в адрес его матери.

Она замолкла, закусила губу и принялась обдумывать другие варианты.— А что, если мы приведем нескольких членов Ордена в Малфой-мэнор?

— Ты всерьез хочешь, чтобы члены Ордена погибли из-за моих родителей, Грейнджер? — Его пристальный взгляд впился в его лицо. — Они — все, что остается. Ты не можешь посылать их всех на гибель.

Она вздохнула; в ее глазах мелькнуло сожаление.— Это нечестно — вот так жизни сравнивать.

Он пожал плечами. Следующее ее предложение тоже особых надежд не внушало:— А что на счет преподавателей? Тут ведь не нужно большого ума — даже они могут заметить...

Он потер заднюю часть шеи, пытаясь унять растущее в теле напряжение.— Возможно. Но положиться можно лишь на одного учителя. — Он вздрогнул от этой мысли.

Она кивнула.— Ты должен поговорить со Снейпом.

— Ну и за кого он? — Он задумчиво пригладил волосы. — Как я могу обратиться к нему, если я понятия не имею, на чьей он стороне?

— А ты знаешь, на чьей ты стороне? Или я? Я вот определенно нет. — Она протянула руку, накрыла ладонью его грудь и развела пальцы в стороны, словно пытаясь обхватить ими биение его сердце.

— Он — твой единственный выход, — добавила она слабо, рассчитывая на сокрушительную силу последнего слова в этом разговоре.

Он моргнул и прокашлялся. Она права. Его бесило, что эта мысль так часто приходила ему в голову — как минимум ежедневно. Он в последний раз окинул взглядом свое отражение и брызнул себе в лицо холодной водой.

Он должен найти Снейпа. Откладывание дел проблему не решит. Если ему нужны ответы, он вынужден задать вопросы — так или иначе, разговор должен состояться...

— Какого... какого хрена здесь творится...?

Драко резко обернулся и столкнулся лицом к лицу со стоявшей за его спиной рыжей каланчой.

— Брысь отсюда, Уизли, — буркнул он с досадой, — у меня нет на тебя времени.

— А мне плевать, на что у тебя есть время, Малфой! — огрызнулся Уизли. — Я слышал вас с ней — я слышал, как ты говорил с ней, и я требую чертовых ответов!

Драко ощетинился.— Тебе придется уточнить, Уизли — может, ты не заметил, но я за день общаюсь с большим числом людей, чем с одной такой «ней»...

— Я о Гермионе!

Что ж, подумал Драко. А вот это — неприятная неожиданность.

— А она здесь причём? — Он попытался использовать тот небрежный тон, которым обычно подчеркивал свою скуку.

— Вы видитесь, так? — воскликнул Уизли, угрожающе тыча пальцем Драко в грудь. — И дураку понятно! Между мной и Мионой все было прекрасно, пока она не начала проводить время с тобой и вашим зельем!..

— Не будь идиотом, Уизли, — фыркнул Малфой, вздрагивая от знакомого прозвища. — Сколько раз ей еще тебе объяснять? Это было школьное задание...

— Да черта с два это было задание! — рявкнул он. — Возможно, сперва, но потом что-то явно произошло — ты поэтому прервал нас после бала, да? — Глаза Уизли сузились. — Хотел ее заполучить?

— Ты бредишь...

— И в коридоре... не знаю, о чем вы там болтали! — Драко испытал такое облегчение от того, что Уизли не знал наверняка, что после этого едва ли что-то слышал, — но что-то происходит, я знаю, ты никогда раньше не был с ней вежлив, и это...

— Уизли, ради Мерлина, перестань быть таким придурком...

— Не смей так со мной разговаривать!..

— А ты вообще со мной не смей...

— Я ЛЮБЛЮ ЕЕ! — выкрикнул Уизли; Драко оказался огорошен. — Я люблю ее, а ты...

— Любишь, Уизли? — не удержался от ответа Малфой. Его сердце бешено заколотилось, но он уже не мог себя остановить. — Ты ее не любишь. Как ты вообще можешь ее любить, если ты ее даже не понимаешь?!

Драко надвигался, принимая угрожающую позу и останавливаясь всего в нескольких сантиметрах от бестолкового рыжего; Уизли чуть попятился.

— Все, что от тебя требовалось — твоей единственной обязанностью — было сделать так, чтобы она почувствовала себя любимой, почувствовала себя нужной, — выпалил Драко со злостью. — От тебя ожидалось лишь это, и она любила бы тебя — любила бы без всякой мысли! Но ты был ленив. Ленив, неблагодарен, а еще постоянно задвигал ее на второе место после Поттера — Поттера! — и теперь с чего-то решил, что это я виноват, что она тебя не любит?!

Уизли немного подобрался, хотя слова Драко явно охладили его пыл.— Ты не знаешь, о чем говоришь, Малфой, — прорычал он предупреждающе.

— Я прекрасно знаю, о чем говорю, Уизли.

— И что? Думаешь, раз я неправильно с ней обращался, ты с какой-то стати стал ее достоин?

— Вот еще! — выкрикнул Драко. — Я ее не достоин, а ты, черт подери, и подавно — твою мать, да никто ее не достоин!..

Осознав, что ступает по тонкому льду, он замолк.— Между мной и Грейнджер ничего нет, — эта явная ложь жгла ему грудь. — Но, поверь мне, если бы вдруг было... я не такой дурак, я осознаю, что не могу быть с ней. Я осознаю, что совершил, кто я такой и что это невозможно. — Драко покачал головой и бросил взгляд на свои дрожащие ладони. — Я точно не могу быть с ней.

Он поднял голову и вперил злобный взгляд в Уизли.— А теперь послушай, гребаный ты идиот: если она даст тебе шанс, если подпустит тебя... позаботься о ней, понял? — Он яростно потер висок. — Проследи, чтобы она была в безопасности, вшивый ты кусок дерьма.

Уизли разинул рот, и до Драко лишь в эту секунду дошло, что он натворил.

За их спинами тяжело хлопнула дверь, и в комнату кто-то ворвался.

— Ох, чудно, — пропыхтел Поттер. — Слава Мерлину, я тебя нашел.

Драко испустил вздох раздражения.— Свали отсюда нахрен, Поттер...

Но взъерошенный гриффиндорец обращался только к Уизли.— Отыщем Гермиону, — продолжил он, не сводя ни на секунду широко распахнутых зеленых глаз с лица Уизли. — Надо поговорить. Сейчас же.