Глава 1.4 Дьявол носит Balenciaga

Бесков щурится, лениво всматриваясь в легкую дымную завесу, пропитавшуюся приглушенной пульсацией. Как в комнате для проявки, только в бешеном темпе красный сменяется синим, зеленый – желтым, заставляя с непривычки прикрыть глаза. Нужно оградить себя от этого праздника для эпилептика, чтобы ритм не отпечатался в висках, вторя пляшущим волнам головной боли. Глебу срочно нужно топливо, чтобы расслабиться, но пока Яна крепко держится за лацкан его пальто, приходится оставаться на месте. Он чувствует, как с каждым ее словом раздражение все сильнее подкатывает к горлу, заставляя сглатывать горечь грубостей, рвущихся наружу. Они провисают в воздухе, когда между Яной и Глебом вклинивается кто-то еще.От знакомого женского голоса его губы невольно растягиваются в кривой ухмылке, которая тут же скрывается под натиском Ульяны, только ему не до поцелуев. Ухватив ее за выбеленный хвост, отстраняет от себя, одаривая многообещающей улыбкой — всё будет, но не сейчас.— Успокойся. — Он едва сдерживает смех, бросая взгляд за плечо своей девушки туда, где Яна все ещё пытается слиться со стеной. Очевидно, не раз успела пожалеть, что вообще согласилась составить компанию своему новоявленному братцу. — Вырвать глотку ей? Я знаю твоим зубам и грязному рту другое применение. А это... я тебе рассказывал. Знакомься, Яна Гордеева.Ульяна не раз ночевала в комнате Глеба с тех пор, как Яна поселилась в комнате напротив. Только Глеб не спешил их знакомить, хоть и был уверен, что голос Ульяны Яна отчетливо запомнила еще с первой ночи. Просто смелости не хватило попросить вести себя потише и не мешать спать.Ульяна игнорирует момент знакомства, мгновенно утрачивая к Гордеевой интерес: достаточно было понять, что странная девица с алыми губами точно не представляет для нее никакой угрозы. Всё это скорее напускное, потому что в своей неотразимости Громова не сомневается. По крайней мере, сегодня. Её подобие костюма по случаю дня всех святых – кожаная юбка, переходящая спереди в нечто напоминающее окровавленный фартук безумного мясника. Необычный выбор, но Бескову нравится.— Что за блядство на тебе? — Глеб поглаживает подушечками пальцев мягкую кожу под юбкой, как будто вокруг нет никого и никто их не ждет. А она рада так и плавиться рядом, урвав кусочек внимания.— А мне нравится. – Между делом вставляет Громов, отлипая от экрана своего телефона. Их троица уже привыкла к подобным шуткам с вполне понятным намеком. Оставалось только понять, какова в них доля правды, но Бесков предпочитал оставаться в неведении.— Ну ты и больной, друг мой. А ты, — окончательно избавившись от обрамления тонких рук и отправив Ульяну вперед, обращается он уже к Яне. Глеб задерживается рядом с ней на несколько мгновений дольше, чем следовало, как будто упиваясь волнами ее внутреннего дискомфорта, — не отставай от Громова.Еще достаточно рано, но путь к зарезервированной зоне приходится пробивать локтями сквозь костюмированное безумие, к которому не особо хочется присоединиться. Демонам Бескова нравится хаос вокруг, но он привык поклоняться им совсем иными способами.Ему внутри плотного беспорядочного круга тел слишком тесно и душно, и, хотя идущий впереди Егор не привык церемониться, а Бесков прикрывает Яну со спины, к концу маршрута все четверо изрядно вымазаны в бутафорской крови с чужих костюмов или их подобия. Там, за пределами зарезервированной лаунж-зоны толпа кормит своих бесов: десятки ведьм и вампиров, зайчиков и прочей нежити дышат в унисон в общем месиве, выкрикивая слова известных всем треков Velial Squad:"Это танцы на костях, ваши шансы на нуляхВ ваших венах плохой яд, мы летим все дружно в Ад".Неизвестно, сколько организаторы отвалили двум сатанистам в балаклавах за частное выступление, но лучшего музыкального сопровождения для закрытой вечеринки по случаю Хэллоуина и представить сложно.– Я весь в каком-то дерьме. – Кривится Егор, снимая с себя куртку с крупными некогда белыми буквами: тысячи три зелёных просто в помойку.– Не ной, дома простирнешь свою баленсиагу. – Отмахивается Бесков, стягивая пальто и бросая его на свободное место на диване.

Пока Бесков тихо матерится, бросив взгляд на испорченную некогда белоснежную рубашку, Громов за всех троих новоприбывших отвечает на приветствия тех, кто успел подтянуться, но еще недостаточно надрался. Их внимание разрывается между самим Бесковым и той, о ком были наслышаны. Каждый из них как будто ждет какой-то отмашки от Глеба, чтобы понять, как вести себя с его неожиданной спутницей.Словно не замечая повисшей в воздухе неловкости, он перебрасывается парой фраз с особо жаждущими его личного приветствия. После – переводит взгляд на Яну, указывая ладонью на свободные места, чтобы она не маячила, а просто села и нашла, чем себя занять.– Это Яна. Гордеева. – Как будто этого достаточно, чтобы все всё поняли. Новость о том, что у Бескова-старшего объявился еще один ребенок, достаточно быстро начала распространяться еще пару недель назад, поэтому, несмотря на резонанс, она казалась уже довольно старой. Вот только притащив сюда главную героиню недавних новостных сюжетов, он как будто продал им всем билеты на иммерсивную Санта-Барбару.Заметив его отстраненность и незаинтересованность в ситуации, они не особо понимают, как себя вести: некоторые охотно представляются в ответ, думая, что их имена она запомнит, другие – смотрят оценивающе или продолжают вести прервавшиеся разговоры, быстро утратив интерес. Сам Бесков изредка бросает на нее взгляд, но каждый раз его внимание ловко перехватывает Ульяна.Она уже успела чем-то закинуться, и сейчас кажется ему едва ли не привлекательнее, чем обычно. В её зрачках, сожравших голубые радужки, он видит отражение своих бесов, и готов был поспорить, что с другого ракурса, например, снизу, это смотрелось бы еще приятнее.— Принёс? — Музыка слишком громкая, чтобы говорить шепотом, да и никому нет до них дела. Громов лишь скалится в ответ: всё всегда при нём. Перекатив языком что-то гладкое и сладкое, похожее на «Орбит» в форме леденца, Бесков прижимает затылок к кожаному изголовью, не обращая внимание на всё, что происходит вокруг.На то, что Ульяна склоняется к своему братцу и шепчет: «Какая-то она тухлая».На то, что Громов подходит к Яне со спины и что-то говорит ей, заставляя обернуться.На то, что в её бутылку тонкие пальцы ловко опускают что-то похожее на «Орбит» в форме леденца.Бесков только прикрывает глаза и улыбается, пропуская биты сквозь себя, не боясь, что вместе с концом трека закончится и он сам.