Глава 11. Тайны ведьминского искусства. Часть 1.

Я проснулась от голоса Эммы, который мягко пробивался сквозь сон, будто не решался тревожить его слишком резко. За окном уже светило солнце, но зима по-прежнему держала всё в своих холодных пальцах. Пару дней назад выпал снег, и теперь мир за стеклом казался застывшим, укрытым белым покрывалом и погружённым в странную, почти мистическую тишину. Такое особенно ощущается, когда живёшь вдали от города, рядом с лесом, где нет шума машин и суеты, только морозный воздух и неподвижные деревья.

Тишина успокаивает, это правда. В ней есть что-то уютное и правильное. Но всё же зима — не моё время года. Этот холод… серьёзно, я даже дома, под тёплым одеялом, с трудом могу заставить себя встать. Мысли о том, что нужно выбраться из постели, вызывают почти физическое сопротивление. Хотя я и обещала Эмме помочь ей и сходить с ней по магазинам.

— Вставай, засоня, — снова послышался её голос.

Я слегка приоткрыла глаза, но тут же зажмурилась. Эмма стояла в дверном проёме и пристально смотрела на меня, явно ожидая, что я вот-вот поднимусь. Вместо этого я лишь перевернулась на другой бок и зарылась ещё глубже под одеяло. Здесь было тепло и спокойно, а там, за пределами кровати, ждал холодный мир. Идти куда-то совершенно не хотелось, но обещание уже было дано.

— Ещё пять минуточек… — пробубнила я, почти не открывая рта.

— Ты и так уже почти до обеда проспала, куда ещё? — фыркнула Эмма. — Давай, вставай.

Эмма была настойчива, а мне совсем не хотелось её обижать, поэтому я нехотя встала. Потянулась, чувствуя, как затекли мышцы, скинула с себя одеяло и села на кровати. Холод сразу напомнил о себе, пробежав по коже мурашками. Я потерла лицо ладонями, пытаясь окончательно проснуться, и снова посмотрела на Эмму.

Она стояла в дверном проёме и пристально наблюдала за мной, скрестив руки на груди. На губах играла лёгкая улыбка — та самая, которую она всегда делала, когда была уверена, что добилась своего. Убедившись, что я действительно поднялась, Эмма удовлетворённо кивнула и вышла из комнаты.

Но стоило ей исчезнуть за дверью, как я тут же рухнула обратно на подушку. Всего на минутку. Честно. Здесь было тепло, спокойно и уютно, а за пределами кровати — зима, холод и необходимость куда-то идти. Я зарылась лицом в подушку, наслаждаясь последними секундами покоя.

— Хватит валяться, вставай, — раздался голос Эммы из-за двери.

Я обречённо вздохнула. С вампирами ничего не скроешь. Даже то, как ты опускаешься на мягкую подушку, они умудряются услышать. Раньше меня это пугало до чёртиков: то Эмма, то Чарли появлялись внезапно, словно из ниоткуда, или подкрадывались так тихо, что сердце уходило куда-то в пятки. Я не раз просила их так не делать, но это было бесполезно. Они просто не понимали, в чём проблема — для них это было совершенно нормально.

Со временем я начала привыкать. К их скорости, к их слуху, к тому, что они замечают каждую мелочь. Иногда это даже казалось… удобным. Но по утрам — особенно раздражало.

Я наконец окончательно проснулась и встала с кровати. Потянулась в стороны, ощущая, как тело постепенно согревается и приходит в себя. Поднявшись, я взяла полотенце и направилась в ванную комнату. Она находилась на втором этаже, и стоило мне выйти из своей комнаты, как я сразу почувствовала тёплый, сладковатый аромат свежеиспечённого вишнёвого пирога.

Запах мгновенно вызвал воспоминания о лете. За домом росли два дерева — старая яблоня и раскидистая вишня. Когда плоды созрели, Эмма буквально заставила нас с Чарли собирать урожай. Мы провели на улице целый день: смеялись, спорили и ругались из-за каждой мелочи. Яблоки мы высушили, а вишню заморозили, аккуратно разложив по контейнерам.

Теперь Чарли мог есть свои любимые пироги даже зимой и выглядел при этом до смешного счастливым. Конечно, всё это можно было бы просто купить в магазине, но Эмма всегда говорила, что магазинные продукты не имеют ни настоящего вкуса, ни пользы. И, если честно, в такие моменты мне казалось, что она была права.

Сегодня был выходной, и в школу идти не нужно было. Осознание этого приятно грело изнутри, даже несмотря на холод за окном. Я быстро спустилась на второй этаж и зашла в ванную, стараясь не зевать на ходу. Зеркало встретило меня слегка помятым отражением, но это уже мелочи.

Я почистила зубы, потом встала под душ. Тёплая вода стекала по плечам, смывая остатки сна и утреннюю леность. С каждой минутой мысли становились яснее, тело просыпалось окончательно, и настроение понемногу выравнивалось. После душа я как можно быстрее высушила волосы. Эмма уже пару раз стучалась в дверь, напоминая, что я не одна живу в этом доме и ванная — не моя личная территория.

— Я почти закончила! — крикнула я в ответ, ускоряясь.

Закончив, я тут же метнулась обратно в комнату, чтобы переодеться. Время поджимало, а холод за окном ясно давал понять, что одеваться надо с умом. Главное — тепло. Я открыла шкаф и начала перебирать вещи, размышляя, что будет достаточно удобным, но при этом не выглядеть так, будто я собралась зимовать в лесу.

В этот момент на столе зазвенел телефон. Я бросила быстрый взгляд на экран — Беверли.

— Привет! — раздался её голос, полный неподдельной радости. Кажется, она была в отличном настроении. — Сегодня премьера фильма, пойдём смотреть! Я так долго его ждала!

Ну вот. Теперь всё стало ясно.

Ох, вот почему у неё такое хорошее настроение. Премьера. Тот самый фильм, о котором она говорила уже несколько месяцев подряд. И, конечно же, именно сегодня. Я на секунду прикрыла глаза, мысленно ругаясь. Сегодня у меня точно никак не получалось. Но как ей это сказать?

Беверли действительно давно мечтала об этом фильме. Если я сейчас откажусь, она явно расстроится. К тому же я сама обещала, что мы обязательно посмотрим его вместе. Тогда это казалось чем-то далёким и абстрактным, а теперь вот — пожалуйста, реальность решила подставить подножку.

— Мира-а, приём?

— Привет, Беверли! — откликнулась я. Кажется, называть её полным именем было бы сейчас лишним.

— Что не так? Мира, только не говори, что ты не пойдёшь!

Вот досада. И что мне ей сказать? Я невольно сжала телефон в руке. Надеюсь, она не сильно расстроится.

— Прости, сегодня никак, — начала я осторожно. — У нас с Эммой дела, и я правда не могу её подвести. Может, в следующий раз? Уверена, фильм ещё будут показывать, он только вышел.

— Ты серьёзно? Вот же… — она замолчала, и эта пауза показалась мне слишком долгой.

На секунду повисла неловкая тишина, от которой стало не по себе.

— Может, сходишь с Грейс или Шоном? — поспешно добавила я, не дожидаясь её ответа и пытаясь хоть как-то сгладить ситуацию.

— Что? С Шоном? Нет уж!

— Почему? Он же тебе нравился, — удивилась я.

— Вот поэтому и нет! — отрезала Беверли.

Я невольно улыбнулась, хотя напряжение никуда не делось. В этот момент из коридора снова донёсся голос Эммы, явно намекающий, что времени у меня больше нет. Я бросила взгляд на часы.

Ого. Почти одиннадцать.

— Блин, Бев, мне правда нужно бежать, — быстро сказала я. — Эмма уже торопит, и если я сейчас не выйду, мне конец. Прости, я сегодня вообще никак.

— Ладно, ладно, — вздохнула она. — В следующий раз сходим. Теперь уж точно. Иди давай. Хорошего дня.

— Спасибо! И тебе! — ответила я с облегчением.

Я убрала телефон и выдохнула. Неловко получилось, но, по крайней мере, без скандала.

Завершив звонок, я быстро начала одеваться, стараясь не терять ни секунды. Натянула тёплый свитер, схватила куртку и уже собиралась выходить из комнаты, как вдруг вспомнила: вчера вечером я забрала письмо из почтового ящика. От Лордов. Мысль о нём неприятно кольнула. Я вернулась, схватила конверт и, больше не откладывая, направилась вниз.

Эмма уже была на первом этаже. Увидев меня, она вздохнула и бросила в мою сторону взгляд, в котором явно читалось недовольство. Впрочем, сердиться по-настоящему у неё никогда не получалось. Даже когда она была раздражена, в её глазах всё равно оставалась мягкость.

— Ну наконец-то, — пробормотала она и тут же занялась своими делами, словно решила, что выговаривать меня уже бессмысленно.

За столом я заметила Чарли. Он сидел в форме, что сразу показалось мне странным. Насколько я помнила, сегодня у него должен был быть выходной. Впрочем, с тех пор как Чарли стал шерифом, понятие «выходной» для него стало чем-то условным. Он всё чаще пропадал в участке, и мы виделись реже. Но, судя по всему, его это устраивало. Он вошёл во вкус, чувствовал себя на своём месте и, к тому же, использовал любую возможность, чтобы продолжить поиски Итана. Правда, пока что безрезультатно.

Чарли сидел, развернув газету, и с каждым прочитанным абзацем его лицо становилось всё мрачнее. Он нахмурился, поджал губы и с силой сжал край бумаги. Было очевидно: настроение у него сегодня не из лучших.

Я задержалась на пороге, не решаясь сразу заговорить, и лишь крепче сжала в руках конверт от Лордов. Что-то подсказывало мне, что это утро пройдёт не так спокойно, как хотелось бы.

— Местный бар «Голден Роуз» стал местом массовой драки. В результате конфликта пятеро мужчин получили серьёзные травмы, двое госпитализированы. Очевидцы утверждают, что потасовка началась из-за спора о спорте. Полиция проводит расследование, — зачитал Чарли новость из газеты и недовольно хмыкнул. — Ну здорово. Поспорили о команде, а в итоге — морды в кровь, — проворчал он, перелистывая страницу. — Люди, похоже, деградируют быстрее, чем я думал.

— Как будто ты никогда не спорил из-за таких мелочей, — усмехнулась Эмма и покачала головой, продолжая заниматься своими делами.

— Спорил, — фыркнул Чарли, — но стульями не кидался. Разница есть.

— Да? — Эмма удивлённо посмотрела на него. — А когда вы с Феликсом пирог не поделили?

— Пирог — это святое! — тут же возмутился Чарли. — Он сам был виноват! Нефиг жрать мои пироги без спросу.

Он снова уткнулся в газету и вдруг оживился.

— О, вот ещё!

Чарли внимательно пробежался глазами по строкам и прочитал вслух:

— Известный предприниматель Томас Грейс, обвиняемый в финансовых махинациях на сумму свыше двух миллионов долларов, избежал тюремного заключения. Суд ограничился штрафом в пять тысяч долларов. Сам Грейс назвал произошедшее недоразумением и заявил, что готов двигаться дальше.

Он раздражённо сложил газету и с силой откинул её на стол.

— Вот оно, правосудие, — процедил Чарли. — Подсунь судье конверт потолще — и дело с концом. Эти людишки готовы совесть продать за деньги, а потом ещё удивляются, почему вокруг бардак и сплошная несправедливость.

Эмма остановилась, отложила то, чем занималась, и внимательно посмотрела на него.

— Хватит уже ворчать, Чарли, — спокойно сказала она. — Какое тебе дело до этого всего? Это же люди. Они всегда такими были.

Чарли хмыкнул, но ничего не ответил. Он лишь отвёл взгляд, будто прекрасно понимал, что Эмма права, но соглашаться с этим ему совсем не хотелось.

Чарли тяжело вздохнул, скрестил руки и молча уставился в сторону. За все это время, что я с ними, я уже привыкла к его ворчанию. Он всегда чем-то недоволен, но чаще всего это не касается нас. Обычно он ворчит на кого-то другого, постороннего или, как сейчас, на газету. Эмма, в свою очередь, обожает наблюдать за этим.

Я подошла к столу и села. Положила конверт посреди стола, и Чарли сразу же перевел взгляд на него. Эмма вытерла руки и взяла конверт. Открыв, она прочитала про себя. Её лицо мгновенно изменилось. Она нахмурилась и ещё какое-то время молча изучала содержимое.

Не дождавшись, Чарли забрал листок у Эммы и так же про себя прочел его. Как и Эмма, он нахмурился. Мне кто-нибудь скажет, о чём там написано? Видно, что что-то нехорошее...

Чарли наконец зачитал его и вслух и теперь я поняла, что было не так. Вот что было там написано:

"От Лорда Реймонда Калвера

Здравствуйте.

К сожалению, мне нужно сообщить о тревожных событиях в ближайших от вас окрестностях. Несколько призраков, обнаружили группу стригоев, часто появляющихся в этих местах. Изначально это казалось обычными выходами стригоев, но недавно был замечен и сам Итан.

Будьте предельно осторожны. Если вы столкнётесь с любым стригоем или, тем более, с Итаном, прошу немедленно сообщить об этом. Дэвид и Дастин уже проинформированы и находятся в курсе ситуации.

Ожидайте дальнейших указаний и берегите себя.

С уважением,

Лорд Реймонд Калвер" 

Это была ужасная новость. Почти год его никто не видел, и я надеялась, что так и останется, но вот он вернулся. Итан. Мы до сих пор не знаем, что ему нужно. Получил ли он ту силу, которую так жаждал? Нужна ли ему я?

Самое главное - оставаться спокойной. Не паниковать раньше времени. Мы должны продолжать делать вид, что ничего не знаем. Итан не должен узнать, что ему подготовили ловушку.

Надеюсь, окружающие не пострадают из-за нас. Беверли, все остальные, мои друзья, знакомые, люди, живущие в этом городке... Все они могут оказаться втянуты в то, что мы пытаемся скрыть.

Ах да, на счет призраков. Призраки - это вампиры-ищейки, или иначе разведчики. Они всё это время также были в поисках Итана. В основном их задача заключалась в слежке за стригоями, чтобы таким образом разыскать его, и они выполнили свою задачу.

Эмма, заметив, что я погрузилась в мысли, попыталась сменить тему. Она улыбнулась, как всегда, и вернулась к своим булочкам, снова напоминая мне:

- Мирабель, завтракай быстрее, иначе не успеем.

Я кивнула и принялась завтракать. После завтрака я помогла Эмме прибрать со стола. В это время Чарли пошел на работу. Он махнул нам рукой. Настроение у него так и не поднялось.

- Пока, - сказала я.

- Удачи, - произнесла Эмма вслед за мной.

Чарли ушёл, а мы с Эммой, закончив все дела, направились тоже по своим. На улице было не так уж холодно, и я всё ещё ходила в том самом пальто. Накинув его и надев обувь, мы вышли из дома.

Яркий блеск снега на мгновение ослепил меня, и я зажмурилась. Снега стало больше - видимо, ночью снова выпало прилично. Повсюду слышались смех и радостные крики детей. Неподалёку от нашего дома на небольшом склоне мальчишки и девчонки катались на санках. Другие лепили снеговиков, строили крепости из снега - небольшие стены, чтобы прятаться от снежков противника. Всё вокруг было наполнено весельем и шумом зимних игр.

Всё, кроме меня. Одна я совсем не была рада этой зиме.

Мы с Эммой решили пройтись пешком. В руках я держала её книгу с заклинаниями и всякими ведьминскими штучками. Раньше она не доверяла мне свои книги и другие магические вещи, а сейчас, кажется, смягчилась и позволила мне немного их изучить. Я всегда хотела узнать, что там написано и чем Эмма занимается.

Эмма, правда, не раз предупреждала, что магия - дело опасное. Если не знать, как её использовать, можно легко пострадать. Именно поэтому она долго не подпускала меня к своим книгам. Но эта книга была самой простой и, по её словам, совершенно безопасной. Здесь были только элементарные заклинания и рецепты. Сегодня она должна была нам помочь собрать нужные ингредиенты.

С любопытством я открыла книгу, надеясь прочесть что-нибудь интересное, но обнаружила, что текст написан на непонятном мне языке. Даже буквы выглядели как-то сложно.

- А, что это за язык? - поинтересовалась я.

- Это ведьминский язык, - сказала Эмма, - Каждая ведьма во время обучения должна была в первую очередь научиться его читать. Его придумали, чтобы кто попало не мог пользоваться магией.

И чего она тогда боялась и не разрешала к ним даже прикасаться? Я ведь все равно бы не смогла прочесть ее.

- Хотела бы и я понимать этот язык, - вздохнула я, все так же разглядывая символы на страницах. - Было бы здорово тоже уметь пользоваться магией.

Эмма на мгновение задумалась, а затем с улыбкой добавила:

- Ну, если хочешь, я могла бы дать тебе пару уроков. Правда, это будет не так просто.

- Серьёзно? Ты правда научишь? - удивлённо спросила я.

- Если ты действительно хочешь, то почему бы и нет? - пожала она плечами. - Но не думай, что это будет легко. Возможно, ты даже сможешь стать моей преемницей.

Я кинула молчаливый и удивлённый взгляд на Эмму. Она сейчас серьёзно? Преемницей? Это же так круто. Я совсем даже не против. Настроение сразу поднялось, а вопросов стало больше.

- Разве любая может стать ведьмой? - поинтересовалась я.

- По сути да, но все же не все могут справиться с этим. Для этого ведьмы сами выбирают себе учениц, чтоб их обучать. И я думаю что у тебя получится, тем более с таким хорошим учителем.

Эмма улыбнулась. Снег хрустел под ногами, а я, не глядя на дорогу, продолжала листать книгу, разглядывая символы и рисунки. Всё было выполнено вручную - и текст, и иллюстрации. Даже сама книга, похоже, была сделана вручную. Она выглядела очень старой, но при этом оставалась крепкой. Переплёт был из настоящей кожи - не такой, как делают сейчас, а грубой, необработанной. В некоторых местах на ней даже виднелись клочки чьей-то шерсти.

- Видишь, - начала Эмма, - Книга уже тебя приняла.

- В каком смысле? - оторвавшись наконец от книги, спросила я.

- Каждая магическая книга словно живая. Она сама выбирает достойного, того, кто сможет владеть ею и использовать её силу. - объяснила Эмма.

- А если бы я не была достойна и нига бы меня не приняла?

- Она самая безопасная, максимум бы слегка ударила током от прикосновения. Не сильно, не больно.

Током? Не сильно? И она мне действительно её дала? Что если бы она на самом деле не приняла меня? О чём только думала Эмма! Хотя теперь я начинаю понимать, почему она была так осторожна.

Я удивленно взглянула на Эмму, та сразу это заметила мое недовольство.

- Не переживай так, - утешительно произнесла Эмма. - Я ведь не просто так разрешила тебе её взять. Я увидела в тебе что-то особенное, Мирабель. - Эмма остановилась и взглянула на меня с такой серьёзностью, что я почувствовала себя не в своей тарелке. Редко её можно было увидеть такой. - Мирабель, я действительно хочу, чтобы ты унаследовала мой дар и стала моей преемницей.

Её слова немного смутили меня, и я даже не знала, что ответить. Неужели такая как я, смогу справиться с этим? Я сама в это не верю. Эмма - сильная и умная женщина. А я, по сравнению с ней, лишь пылинка на ветру, которая не может ему противостоять и лишь несётся по тому пути, куда он меня ведёт.

Все вокруг только и делают, что защищают меня. Может, это мой шанс - стать сильнее и научиться защищаться самой? Тогда я смогу больше не подвергать никого опасности.

- Когда меня выбрали, я тоже была растеряна. В то время ведьм часто сжигали заживо, и узнать, что я стану одной из них, очень сильно меня напугало, - произнесла Эмма и пошла вперёд. - Нас было несколько девочек и один мальчик. Мальчики реже становились ведьмаками. Мы жили в огромном доме, который принадлежал одной из верховных ведьм, их тогда было всего трое. Её звали Вендора Морриган. Она была очень строгой и требовательной женщиной. Учиться под её руководством было крайне тяжело. У нас не было времени на отдых. Если мы не занимались магией, то чистили её дом, готовили для неё и выполняли все приказы. За непослушание она запирала нас в тёмном подвале, где кишели жуки и пауки, и оставляла без еды и воды на целые сутки. Иногда она наказывала нас, хлестая тонким прутом по спине.

- Ох... - протянула я. Все это звучало очень жестоко, а Эмма все это прошла.

- Не переживай, я была послушной. Лишь раз сидела в подвале и все.

Детство у Эммы было суровым. А после учёбы у верховной ведьмы Вендоры всё стало ещё труднее. Когда стригои начали истреблять всех ведьм, Эмма едва не погибла. Её спасли вампиры и обратили. Она осталась единственной выжившей из своего рода. Как рассказывала Эмма, Вендора постоянно повторяла им, что их предназначение - оберегать мир от зла и стригоев, а также помогать вампирам, ну и людям, если потребуется.

По словам Эммы, Вендора хоть и была очень суровой и строгой, но она была также очень мудрой и преданной своему делу ведьмой.

Всю оставшуюся дорогу мы шли молча. Я прокручивала весь разговор в голове и думала, что не должна разочаровывать Эмму. Я хочу учиться у неё ведьмовству, стать сильнее и не подвести её ожидания. Это шанс, который я не могу упустить.