Ловушка

Утреннее солнце заливало библиотеку дома Сальваторе мягким золотистым светом, но атмосфера в комнате была далека от умиротворённой. Алисия стояла у окна, скрестив руки на груди, наблюдая за игрой света на листьях деревьев. Стефан сидел в кресле с чашкой кофе, которую даже не пытался пить. Деймон расхаживал по комнате, периодически останавливаясь, чтобы налить себе бурбон, несмотря на ранний час.

– Итак, – начал Деймон, делая глоток, – давайте подведём итоги нашего замечательного положения. У нас есть тысячелетний вампир, который хочет использовать Елену для какого-то ритуала. У нас есть Кэтрин, которая носится по городу, собирая артефакты непонятно зачем. И у нас есть ровно две недели до полнолуния, когда, предположительно, всё пойдёт к чёрту.

– Ты забыл упомянуть, что мы понятия не имеем, как остановить первородного, – добавил Стефан мрачно.

Алисия обернулась от окна.

– Именно поэтому я предлагаю начать с того, с чем мы можем справиться.

Деймон поднял бровь.

– И что же это, по-твоему?

– Кэтрин, – ответила Алисия, подходя к столу и опираясь на него руками. – Подумайте сами. Элайджа сейчас в режиме ожидания. Он не атаковал нас после того, как вы проткнули его балкой. Он выжидает, наблюдает, планирует. У нас есть передышка.

– Временная передышка, – поправил Стефан.

– Да, временная. Но это всё равно время. – Алисия выпрямилась. – А вот Кэтрин активно действует. Она собирает артефакты, плетёт интриги, манипулирует людьми. Если обе угрозы активизируются одновременно, мы не справимся. Нас просто раздавят с двух сторон.

Деймон задумчиво покрутил стакан в руке.

– Продолжай.

– Кэтрин более предсказуема, чем Элайджа. Я знаю, как она думает, как действует. Да, она хитра и осторожна, но у неё есть слабости. Эмоции, которые она пытается скрыть. Страхи, которые ею движут. – Алисия посмотрела на братьев. – Элайджа же... он играет на совершенно другом уровне. Тысяча лет опыта манипуляций и стратегии. С ним мы не справимся, пока не узнаем больше о его планах и слабостях.

Стефан поставил чашку на стол.

– Ты предлагаешь поймать Кэтрин?

– Да. Нейтрализовать её, пока она не стала ещё одной активной угрозой. Узнать, что она знает о планах Элайджи, о ритуале, об артефактах. – Алисия обвела взглядом комнату. – Давайте хотя бы одну проблему решим, прежде чем браться за вторую.

Деймон усмехнулся.

– Знаешь, мне нравится, как ты мыслишь. Давно хотел устроить Кэтрин тёплый приём.

– Но как мы её поймаем? – спросил Стефан. – Она веками скрывалась. Она параноидальна и осторожна.

– У неё есть слабость, – сказала Алисия. – Её эго. Она считает себя непобедимой, умнее всех нас. Мы можем использовать это.

– Приманка? – предположил Деймон.

– Да. Но не Елена, – быстро добавила Алисия, видя, как Стефан напрягся. – Кэтрин слишком осторожна, чтобы открыто приблизиться к Елене, зная, что мы её защищаем. Нам нужно создать ситуацию, где она почувствует себя в безопасности, в контроле.

– Бал у Локвудов, – внезапно сказал Стефан. – Послезавтра. Бал-маскарад в честь основания города.

Деймон прищёлкнул пальцами.

– Идеально. Толпа, маски, хаос. Кэтрин не сможет устоять перед искушением появиться и посмотреть на нас всех.

– Но нам понадобится помощь Бонни, – добавила Алисия. – Магия, чтобы удержать Кэтрин, когда мы её схватим. Обычные средства могут не сработать, если у неё есть какие-то защитные артефакты.

Стефан кивнул.

– Я поговорю с Бонни. Но есть одно условие – Елена остаётся дома. В безопасности.

– Согласен, – сказал Деймон неожиданно серьёзно. – Если что-то пойдёт не так, мы не можем рисковать ею.

Алисия посмотрела на них обоих.

– Тогда у нас есть план. Осталось только убедить всех остальных.

***

Дом Гилбертов встретил их запахом свежесваренного кофе и тихими голосами, доносившимися из кухни. Стефан, Деймон и Алисия вошли без стука – за последние время они стали практически частью семьи Гилбертов, к добру это или к худу.

Елена стояла у плиты, переворачивая блины. Она обернулась на звук шагов и улыбнулась, но улыбка не достигла глаз. Слишком много тревоги, слишком много неизвестности висело над ними всеми.

– Доброе утро, – сказала она, указывая на стол. – Присаживайтесь. Я как раз готовлю завтрак.

– Спасибо, – Стефан подошёл и поцеловал её в щёку. – Как ты себя чувствуешь?

– Нормально. То есть, настолько нормально, насколько это возможно, учитывая обстоятельства.

Деймон уже устроился за столом, наливая себе кофе.

– Где твой брат?

– Наверху, спит. Вчера полночи просидел за какими-то книгами. – Елена поставила тарелку с блинами на стол. – Он пытается найти способ помочь.

– Говоря о помощи, – начал Стефан осторожно, – нам нужно обсудить кое-что важное.

Елена села напротив, сразу насторожившись.

– Что случилось?

Алисия взяла чашку кофе, которую ей протянула Елена, и сделала глоток, прежде чем заговорить.

– Мы разработали план, как поймать Кэтрин. Послезавтра, на балу у Локвудов.

Елена выпрямилась.

– Бал-маскарад? Я собиралась туда пойти.

– Нет, – твёрдо сказал Стефан. – Ты останешься дома.

– Что? Почему?

– Потому что это слишком опасно, – Деймон поставил чашку на блюдце с лёгким звоном. – Кэтрин будет там. Возможно, появятся её союзники. Мы не можем рисковать тем, что тебя схватят.

– Но это же ловушка для неё, а не для меня, – запротестовала Елена. – Я могу помочь. Я могу...

– Ты можешь стать мишенью, – перебила Алисия мягко, но твёрдо. – Елена, я понимаю, что ты хочешь быть частью этого, но подумай. Если Кэтрин увидит тебя там, она либо попытается тебя схватить, либо вообще не появится. В любом случае, план провалится.

– А вдруг ей нужна приманка? – Елена не сдавалась. – Вдруг именно моё присутствие заставит её действовать?

Стефан взял её руку.

– Мы уже обсудили это. Кэтрин слишком осторожна, чтобы открыто напасть на тебя, зная, что мы рядом. Но бал, толпа, маски – это создаёт иллюзию безопасности для неё. Она не сможет устоять перед искушением появиться и посмотреть, что мы задумали.

Елена медленно выдохнула, и в этот момент в кухню вошёл Джереми в мятой футболке, с заспанным лицом. Он остановился, увидев гостей, и нахмурился.

– Что происходит? Семейное совещание?

– Садись, Джер, – сказала Елена, указывая на свободный стул. – Они рассказывают о плане поймать Кэтрин.

Джереми мгновенно проснулся. Он сел за стол, внимательно глядя на собравшихся.

– Когда?

– Послезавтра. На балу у Локвудов, – ответил Деймон.

– Я иду с вами.

– Нет, – сказали хором Елена и Стефан.

Джереми сжал кулаки на столе.

– Почему нет? Это моя семья. Моя сестра в опасности. Я не собираюсь сидеть сложа руки.

– Джер, ты человек, – начала Елена, но брат перебил её.

– И что? Я не бесполезен. У меня есть арбалет с деревянными стрелами. Я тренировался.

– Тренировался? – переспросил Деймон с сомнением. – Стрелять по мишеням в подвале и сражаться с пятисотлетней вампиршей – это две большие разницы, парень.

– Тогда что мне делать? – В голосе Джереми прорвалось отчаяние. – Просто сидеть и ждать, пока вы все рискуете жизнями? Притворяться, что всё нормально?

Алисия внимательно наблюдала за ним. Она видела эту боль раньше – боль беспомощности, желание защитить любимых, когда чувствуешь себя слишком слабым для этого. Она помнила это чувство из собственного прошлого, когда была человеком.

– Ты можешь помочь Бонни, – сказала она неожиданно, и все посмотрели на неё. – Ей понадобится помощь с магией. Подготовить защитные амулеты, заклинания. Это важная работа, и она не может справиться одна.

Стефан открыл рот, чтобы запротестовать, но Алисия покачала головой.

– Джереми прав. Он не бесполезен. И если мы постоянно будем отстранять его от всего, он всё равно найдёт способ вмешаться, но уже без нашего ведома и защиты. – Она посмотрела на парня. – Но ты должен обещать, что будешь следовать плану. Не будешь геройствовать. Останешься с Бонни в безопасном месте.

Джереми колебался, потом медленно кивнул.

– Обещаю.

Елена посмотрела на Алисию с благодарностью. Она понимала, что та сделала – дала её брату цель, роль, что-то, что заставит его чувствовать себя нужным, но при этом держала его в относительной безопасности.

– Хорошо, – сказал Стефан, хотя и неохотно. – Но при первых признаках опасности ты уходишь. Понял?

– Понял.

Деймон налил себе ещё кофе, усмехнувшись.

– Ну вот, команда собирается. Что дальше? Футболки с логотипом "Охотники на Кэтрин"?

Несмотря на напряжение, Елена улыбнулась. Потом лицо её стало серьёзным.

– А если что-то пойдёт не так? Если план провалится?

– Тогда мы импровизируем, – ответила Алисия. – Так мы всегда и делали.

Стефан взял руку Елены и сжал её.

– Всё будет хорошо. Мы справимся.

Но даже когда он произносил эти слова, Алисия видела тень сомнения в его глазах. Они все знали правду – когда дело касалось Кэтрин, ничто не было гарантировано. Она пережила века, избегая смерти и опасностей. Она была хитра, безжалостна и отчаянна.

А отчаявшиеся враги были самыми опасными.

***

Дом Беннетов был небольшим, но уютным – двухэтажное строение с белыми ставнями и ухоженным садом. Бонни открыла дверь после первого же стука, словно ждала их.

– Входи, – сказала она, отступая в сторону. – Бабушка на кухне, готовит чай.

Джереми и Бонни прошли в гостиную, где на большом столе уже лежали раскрытые гримуары, свечи, различные травы и кристаллы. Шейла Беннетт вышла из кухни с подносом, на котором стояли чашки с дымящимся чаем.

– Джереми, дорогой, – приветствовала она его с тёплой улыбкой. – Бонни сказала, что ты поможешь нам с подготовкой.

– Да, миссис Беннетт. Я сделаю всё, что смогу.

Шейла поставила поднос на стол и внимательно посмотрела на внучку.

– Ты уверена, что хочешь этим заниматься? Магия такого уровня требует большой силы.

– Я должна, бабушка, – ответила Бонни твёрдо. – Кэтрин опасна. Если мы не остановим её сейчас, она причинит ещё больше вреда.

Шейла вздохнула, но кивнула.

– Тогда давайте начнём. Джереми, ты будешь помогать с подготовкой материалов, а Бонни и я займёмся заклинаниями.

Следующие несколько часов прошли в интенсивной работе. Бонни читала заклинания из гримуаров, её бабушка направляла и корректировала. Джереми тщательно отмерял травы, смешивал их по указаниям, готовил амулеты – небольшие мешочки из ткани, которые нужно было наполнить защитными смесями.

– Вербена, – сказала Бонни, протягивая руку, и Джереми быстро подал ей пучок сушёной травы. – Спасибо.

Она работала уверенно, но Джереми замечал, как время от времени её руки дрожат. Магия забирала силы, это было очевидно. Свечи вокруг неё мерцали, реагируя на энергию.

– Это нормально? – тихо спросил он у Шейлы, кивая на внучку.

– Магия требует баланса, – ответила пожилая женщина так же тихо. – Мы черпаем силу из природы, из наших предков, из самих себя. Но каждое заклинание имеет цену. – Она посмотрела на Джереми серьёзно. – Вот почему ты здесь. Чтобы поддерживать её, если станет слишком тяжело.

Джереми кивнул, чувствуя вес ответственности.

К полудню Бонни закончила готовить амулеты – по одному для каждого участника операции. Маленькие мешочки из тёмной ткани, перевязанные красной нитью. Они выглядели просто, но Джереми чувствовал исходящую от них силу – лёгкое покалывание на коже, когда он держал один из них.

– Эти амулеты обеспечат базовую защиту от магии, – объяснила Бонни, откидываясь на спинку стула. Она выглядела уставшей, но удовлетворённой.

***

Тренировочная комната в подвале дома Сальваторе больше напоминала спортзал – маты на полу, боксёрская груша в углу, стеллажи с различным оружием вдоль стен. Но сейчас всё это не имело значения для Кэролайн.

Она стояла посреди комнаты, сжав кулаки, пытаясь сосредоточиться на словах Алисии. Но запах крови из флакона, который та держала, был невыносимым. Сладкий, манящий, вызывающий жжение в горле и потемнение вен под глазами.

– Дыши, – мягко сказала Алисия, не приближаясь. – Просто дыши.

– Я не могу, – прошептала Кэролайн, отворачиваясь. – Это слишком сильно. Я... я хочу...

– Я знаю, чего ты хочешь. И это нормально. – Алисия поставила флакон на стол позади себя. – Голод – это часть того, кто мы есть. Но ты сильнее его. Ты можешь контролировать.

– А что, если не могу? – Кэролайн обернулась, и в её глазах стояли слёзы. – На балу будет полно людей. Столько крови, столько запахов... А что, если я сорвусь? Что, если я кого-нибудь убью?

Алисия подошла ближе, но осторожно, давая Кэролайн пространство.

– Тогда мы остановим тебя. Стефан, Деймон, я. Мы будем рядом. Но я не думаю, что это произойдёт.

– Откуда ты знаешь?

– Потому что ты уже справлялась раньше. В "Мистик Гриль", помнишь? Когда Мэтт порезал палец. Ты почувствовала кровь, и что ты сделала?

Кэролайн сглотнула.

– Убежала в туалет.

– Именно. Ты не напала на него. Ты не потеряла контроль. Ты убежала, потому что знала, что так будет безопаснее. – Алисия улыбнулась ободряюще. – Это уже показывает, что у тебя есть контроль, Кэролайн. Больше, чем ты думаешь.

Кэролайн медленно выдохнула, пытаясь поверить в эти слова.

– Но бал... там будет Кэтрин. Та, которая превратила меня в это... в монстра.

– Ты не монстр, – твёрдо сказала Алисия. – Ты девушка, которая проходит через трудное время. Да, ты вампир. Но это не делает тебя монстром. Монстрами нас делают наши действия, а не природа.

– Красиво сказано. – Кэролайн попыталась улыбнуться, но получилось кривовато. – Ты давно практикуешь мотивационные речи?

– Около ста пятидесяти лет, – ответила Алисия с усмешкой. – Приходится, когда живёшь так долго.

Они обе рассмеялись, и напряжение в комнате немного спало.

– Послушай, – сказала Алисия, снова становясь серьёзной, – я не буду врать и говорить, что будет легко. На балу будет много триггеров. Но у нас есть преимущество – ты будешь знать, чего ожидать. И прямо перед балом ты выпьешь кровь. Сытый вампир – контролируемый вампир.

– Это правда?

– В большинстве случаев. Голод усиливает инстинкты. Если ты сыта, тебе будет намного проще сопротивляться.

Кэролайн подошла к столу, где стоял флакон, и взяла его. Жидкость внутри была тёмно-красной, почти чёрной. Её желудок свело от отвращения и одновременно от голода.

– Я всё ещё ненавижу это, – призналась она тихо. – Ненавижу, что мне это нравится.

– Я знаю. – Алисия встала рядом с ней. – И со временем станет легче. Не лучше, но легче. Ты научишься жить с этим.

Кэролайн открыла флакон и быстро выпила содержимое, не давая себе времени передумать. Вкус был... странным. Металлическим, но одновременно приятным. Жжение в горле утихло почти сразу, и она почувствовала прилив сил.

– Лучше? – спросила Алисия.

– Да. Намного. – Кэролайн поставила пустой флакон на стол. – Спасибо. За помощь, за понимание.

– Всегда пожалуйста. – Алисия положила руку ей на плечо. – Мы все проходим через это. И никто не должен проходить в одиночку.

Кэролайн кивнула, чувствуя благодарность. Последние недели были кошмаром, но хотя бы она не была одна. Были люди, которые понимали, которые помогали.

И завтра на балу она докажет – себе и всем остальным – что может контролировать монстра внутри.

Даже если придётся встретиться лицом к лицу с той, кто этого монстра создал.

***

Особняк Локвудов всегда был воплощением южной элегантности, но сегодня он превзошёл сам себя. Кэрол Локвуд, как всегда перфекционистка, лично контролировала каждую деталь подготовки к балу-маскараду.

Большой зал был украшен гирляндами из белых роз и плюща. Хрустальная люстра сверкала тысячей огней, отражаясь в начищенном до блеска паркете. Длинные столы вдоль стен были накрыты белоснежными скатертями, на которых выстроились ряды бокалов для шампанского и закуски на серебряных подносах.

– Нет, нет, нет, – говорила Кэрол помощнице, поправляя композицию из цветов на одном из столов. – Розы должны быть в центре, а не сбоку. Симметрия, Сара, симметрия – вот ключ к элегантности.

Сара, девушка лет двадцати с длинными каштановыми волосами и весёлыми карими глазами, кивнула и послушно переставила цветы.

– Лучше?

– Намного. – Кэрол окинула взглядом зал и удовлетворённо кивнула. – Этот бал войдёт в историю Мистик Фоллс. Я уверена.

– Мам, ты помешана на перфекционизме, – раздался голос от входа.

Тайлер Локвуд вошёл в зал в джинсах и футболке, руки в карманах. Его тёмные волосы были взъерошены, а на лице играла ленивая улыбка. Обычный подросток, без малейшего представления о том, что ждёт его совсем скоро.

– А ты безнадёжно небрежен, – парировала мать, но с любовью. – Помоги Саре с гирляндами на лестнице, пожалуйста.

– Я не декоратор, мам.

– Ты сын мэра. А это значит, что у тебя есть обязанности перед обществом.

Тайлер закатил глаза, но послушно направился к лестнице, где Сара уже поднималась с коробкой гирлянд.

– Эй, нужна помощь? – спросил он.

Сара обернулась и улыбнулась.

– О, было бы здорово. Эта коробка весит тонну.

Они поднялись на второй этаж, где начали развешивать гирлянды вдоль перил. Сара работала быстро и ловко, очевидно имея опыт в подобных делах. Тайлер пытался не отставать, но было заметно, что он не привык к такой работе.

– Ты всегда помогаешь маме с мероприятиями? – спросил он, закрепляя очередную гирлянду.

– Последние два года, – ответила Сара. – После смерти моей мамы миссис Локвуд предложила мне подработку. Помогает оплачивать колледж.

– Сожалею о твоей маме.

– Спасибо. – Сара улыбнулась грустно, но быстро встрепенулась. – Так что, ты идёшь на бал завтра?

– Приходится. Мать не даст мне пропустить "событие года", – Тайлер усмехнулся. – А ты?

– Я буду работать. Следить за напитками, закусками, всё такое. Но это нормально. Люблю наблюдать за всеми этими элегантными людьми в масках. Это как попасть в другую эпоху.

Они продолжили работу, перебрасываясь непринуждёнными репликами. Тайлер заметил, что Сара симпатичная, когда улыбается. Светлая, лёгкая в общении. Совсем не такая, как девушки из его школы, которые всегда чего-то хотели от него – внимания, статуса, связи с семьёй мэра.

Когда они закончили с гирляндами, Сара посмотрела на часы.

– Ого, уже поздно. Мне нужно бежать, ещё куча дел.

– Увидимся завтра? – спросил Тайлер, и сам удивился тому, как это прозвучало. Почти как приглашение.

Сара бросила на него быстрый взгляд через плечо, улыбаясь.

– Конечно. Увидимся.

Тайлер смотрел, как она спускается по лестнице, и неожиданно почувствовал что-то вроде предвкушения. Может, завтрашний бал окажется не таким скучным, как он думал.

***

Вечер перед балом выдался на удивление тихим. Дом Сальваторе погрузился в тревожное ожидание – та самая тишина перед бурей, когда каждый занят своими мыслями и подготовкой.

Алисия стояла в своей комнате перед зеркалом, рассматривая платье, которое выбрала для завтрашнего бала. Тёмно-синее, почти чёрное, с открытыми плечами и длинной юбкой. Элегантное, но не привлекающее чрезмерного внимания. Именно то, что нужно для вечера, когда главная цель – поймать добычу, а не быть в центре внимания.

Она провела пальцами по ткани, вспоминая другие балы, другие эпохи. Сколько их было за полтора века? Десятки, сотни. Музыка менялась, платья становились то длиннее, то короче, но суть оставалась прежней – люди собирались вместе, чтобы танцевать, общаться, притворяться, что всё в порядке с миром.

Даже когда мир рушился вокруг них.

Стук в дверь вырвал её из раздумий.

– Войдите.

Дверь открылась, и вошла Елена. Она была в домашней одежде – джинсах и свитере, волосы собраны в небрежный хвост. Выглядела она бледной и встревоженной.

– Я не помешала?

– Нет, конечно. – Алисия указала на кресло у окна. – Садись.

Елена села, обхватив колени руками.

– Я не могу перестать думать о завтрашнем вечере. О том, что может пойти не так.

– Страх – это нормально, – мягко сказала Алисия, садясь на край кровати. – Было бы странно, если бы ты не боялась.

– Дело не только в страхе. – Елена посмотрела в окно, где сгущались сумерки. – Я чувствую себя... беспомощной. Все будут там, рискуя ради меня, а я буду сидеть дома, как ребёнок под защитой.

– Ты не ребёнок. Ты то, ради чего мы всё это делаем. – Алисия наклонилась вперёд, ловя её взгляд. – Елена, Кэтрин хочет использовать тебя для каких-то своих целей. В любом случае, держать тебя в безопасности – это приоритет.

– Но если что-то случится с кем-то из вас... – голос Елены дрогнул. – Со Стефаном, с Бонни, с Кэролайн... Как я буду с этим жить?

Алисия долго молчала, подбирая слова.

– Знаешь, что самое трудное в том, чтобы быть тем, кого защищают? Не физическая опасность. Это чувство вины. Мысль, что другие страдают из-за тебя. – Она провела рукой по волосам. – Я знаю это чувство. Очень хорошо знаю.

– Как ты с ним справляешься?

– Напоминаю себе, что они делают выбор. Стефан, Деймон, Бонни, Кэролайн – все они решили бороться. Не потому, что их заставили, а потому что они захотели. Потому что они видят в этом смысл.

Елена кивнула медленно, впитывая слова.

– Ты права. Я просто... хочу, чтобы всё прошло хорошо.

– Мы все этого хотим. – Алисия встала и подошла к окну. – Но в нашем мире гарантий нет. Есть только подготовка, план и немного удачи.

– И команда, – добавила Елена тихо.

– Да. И команда. – Алисия обернулась и улыбнулась. – Самое важное.

Они помолчали в комфортной тишине, каждая думая о своём. Потом Елена встала.

– Спасибо. За разговор.

– Всегда пожалуйста.

Когда Елена ушла, Алисия вернулась к зеркалу. Её отражение смотрело на неё со знакомой решимостью. Завтра они поймают Кэтрин. Узнают, что она планирует, что знает об Элайдже и ритуале.

Или умрут, пытаясь.

В мире вампиров редко был третий вариант.

***

Ночь перед балом Стефан провёл в библиотеке, перечитывая старые дневники и записи о Кэтрин. Деймон присоединился к нему около полуночи с бутылкой бурбона.

– Не можешь уснуть? – спросил старший брат, наливая два стакана.

– Не хочу, – ответил Стефан, принимая стакан. – Слишком много на кону.

– Елена будет в безопасности. Мы позаботимся об этом.

– Я знаю. Но не только о ней беспокоюсь. – Стефан сделал глоток. – Кэролайн только недавно превратилась. Бонни никогда не использовала магию такого уровня. А Кэтрин...

– Кэтрин – сука, которая заслуживает всего, что с ней случится, – закончил Деймон.

– Она опасна. И непредсказуема.

– Именно поэтому мы её ловим. Лучше иметь её под контролем, чем бегающей на свободе.

Стефан кивнул, но беспокойство не исчезло. Он знал Кэтрин слишком хорошо – её хитрость, её способность находить слабости и использовать их. Даже пойманная, она была опасна.

– Завтра всё изменится, – сказал он тихо. – В ту или иную сторону.

– Тогда выпьем за перемены. – Деймон поднял стакан. – И за то, чтобы они были в нашу пользу.

Они чокнулись, и звук стекла о стекло эхом отразился в тишине библиотеки.

***

Вечер бала наступил быстрее, чем кто-либо был готов. Особняк Локвудов сиял огнями, музыка струилась из открытых дверей, а гости в элегантных нарядах и масках начали прибывать с наступлением сумерек.

Стефан и Деймон приехали вместе, оба в безупречных чёрных костюмах и изящных масках – у Стефана простая чёрная, у Деймона с серебряными узорами. Алисия прибыла следом в своём тёмно-синем платье, её маска была украшена мелкими стразами, которые блестели в свете люстр.

Кэролайн появилась чуть позже в светло-розовом платье, которое идеально сочеталось с её блондинистыми волосами. Она выглядела спокойной, но Алисия заметила, как напряжены её плечи, как осторожно она двигается среди гостей.

– Как ты себя чувствуешь? – тихо спросила Алисия, подходя к ней.

– Контролирую, – ответила Кэролайн так же тихо. – Выпила кровь перед выходом, как ты советовала. Помогает.

– Хорошо. Держись рядом с нами. Если станет тяжело, дай знать.

Кэролайн кивнула, и они вместе вошли в большой зал.

Атмосфера была волшебной. Свечи мерцали в подсвечниках, хрустальная люстра рассыпала тысячи огней, а оркестр играл классический вальс. Гости в масках кружились по паркету, создавая иллюзию бала из другой эпохи.

Но под этой элегантной поверхностью чувствовалось напряжение. По крайней мере, для тех, кто знал, что искать.

Бонни стояла у одной из колонн, внешне выглядя как обычная гостья, но Алисия заметила, как её пальцы сжимают маленький мешочек – один из защитных амулетов.

Стефан и Деймон разошлись по залу, создавая видимость случайного присутствия, но их взгляды постоянно сканировали лица гостей, ища ту единственную, которую они пришли поймать.

Час прошёл. Потом второй. Музыка продолжала играть, гости танцевали и пили шампанское, но Кэтрин не появлялась.

– Может, она не придёт, – прошептала Кэролайн Алисии, когда они стояли у стола с напитками.

– Она придёт, – уверенно ответила Алисия. – Она не может устоять. Это не в её характере – пропустить такое мероприятие, когда все мы здесь.

И словно в ответ на её слова, атмосфера в зале изменилась. Тонко, почти незаметно, но Алисия почувствовала это – лёгкий сдвиг энергии, напряжение в воздухе.

Она обернулась к входу и увидела её.

Кэтрин стояла в дверном проёме в платье цвета бордо, почти идентичном тому, что могла бы носить Елена. Её маска была изящной и чёрной, открывая только глаза – те самые карие глаза, полные насмешки и вызова.

Она медленно вошла в зал, и несколько голов повернулись в её сторону. Те, кто не знал о существовании двойников, могли принять её за Елену. Те, кто знал, замерли в напряжённом ожидании.

Кэтрин обвела взглядом зал, её губы изогнулись в улыбке, когда она заметила Стефана, затем Деймона, затем Алисию. Она знала. Конечно, она знала, что это ловушка. И всё равно пришла.

Потому что это была игра. Игра, в которой она считала себя непобедимой.

Алисия встретилась с ней взглядом через зал, и в этот момент что-то молчаливое прошло между ними. Признание. Вызов. Обещание, что эта ночь закончится для одной из них очень плохо.

Кэтрин медленно двинулась через зал, останавливаясь, чтобы взять бокал шампанского у проходящего официанта. Она пила, не сводя глаз с Алисии, затем подошла ближе.

– Какой восхитительный вечер, не правда ли? – сказала она достаточно громко, чтобы окружающие услышали, но с интонацией, предназначенной только для Алисии. – И как мило, что вы все здесь. Одной большой дружной семьёй.

– Кэтрин, – ровно ответила Алисия. – Как неожиданно тебя видеть.

– Неожиданно? – Кэтрин рассмеялась. – О, дорогая, мы обе знаем, что вы этого и хотели. Приманка была слишком очевидной.

Стефан и Деймон уже подходили с разных сторон, окружая её. Другие гости начали чувствовать напряжение и медленно отходить, создавая вокруг них пространство.

– Если ты знала, что это ловушка, зачем пришла? – спросил Стефан, останавливаясь рядом с Алисией.

Кэтрин повернулась к нему, и в её глазах сверкнуло что-то опасное.

– Потому что, Стефан, я не боюсь тебя. Ни тебя, ни твоего брата, ни вашей маленькой команды защитников. – Она сделала ещё глоток шампанского. – Я пережила пять столетий, убегая от гораздо более опасных противников. Что вы можете мне сделать?

– О, мы придумали кое-что интересное, – сказал Деймон с хищной улыбкой.

В этот момент Кэрол Локвуд, чувствуя, что что-то не так, попыталась вмешаться.

– Извините, есть какая-то проблема?

– Никакой, миссис Локвуд, – быстро ответила Алисия, не сводя глаз с Кэтрин. – Мы просто обсуждаем старые времена. Вы не против, если мы продолжим разговор в более приватной обстановке?

Она указала на одну из боковых комнат – небольшой салон, который братья Сальваторе заранее подготовили для конфронтации.

Кэтрин усмехнулась.

– О, как интригующе. Приватная беседа. Что же, я никогда не отказываюсь от хорошей драмы.

Она первой двинулась к салону, и остальные последовали за ней. Деймон шёл позади, блокируя путь к отступлению. Стефан сбоку. Алисия впереди, направляя их.

Когда они вошли в салон и закрыли за собой дверь, атмосфера мгновенно изменилась. Музыка стала приглушённой, а напряжение – осязаемым.

Кэтрин обернулась, прислонившись к столу, всё ещё держа бокал.

– Ну что же, вы меня заманили. Что дальше? Угрозы? Требования? – Она насмешливо посмотрела на них. – Или, может быть, вы хотите поговорить о наших чувствах?

– Артефакты, – отрезал Деймон. – Для чего они тебе?

– Какие артефакты? – Кэтрин изобразила невинность, но глаза её блестели от удовольствия.

– Не играй с нами, – предупредил Стефан. – Мы знаем, что ты их собираешь. Кольцо Джонатана Гилберта, компас, лунный камень. Для чего?

Кэтрин поставила бокал на стол.

– А почему я должна вам рассказывать? Что вы мне предложите взамен?

– Мы предложим тебя не убивать, – сказал Деймон, делая шаг вперёд.

– Убить? Меня? – Кэтрин рассмеялась. – О, Деймон, ты всегда был таким самоуверенным. Но давай будем честными – ты не можешь меня убить. У тебя нет ни сил, ни...

Она не закончила фразу. Деймон бросился вперёд со сверхъестественной скоростью, но Кэтрин была готова. Она увернулась, схватила со стола серебряный нож для бумаг и метнула его в Деймона.

Он увернулся, но это дало Кэтрин секунду, чтобы метнуться к двери. Стефан преградил ей путь, и они столкнулись. Кэтрин ударила его локтём в живот, но Стефан выдержал удар и схватил её за руку.

– Отпусти! – шипела она, пытаясь вырваться.

Алисия подошла сбоку, держа шприц с вербеной.

– Прости, Кэтрин, но игра окончена.

Она собиралась вонзить иглу в шею Кэтрин, когда внезапно дверь салона распахнулась, и в комнату вошла женщина, которую никто не ожидал увидеть.

Это была афроамериканка лет тридцати в элегантном чёрном платье и маске. Её глаза светились магической энергией, а вокруг неё пульсировала власть, настолько сильная, что даже вампиры почувствовали её.

– Я бы на вашем месте этого не делала, – сказала она спокойным, но властным голосом.

Бонни, которая следила за ситуацией из зала, мгновенно почувствовала магию и ворвалась в комнату.

– Кто ты?

Женщина повернулась к ней и улыбнулась.

– Я Люси. И я здесь, чтобы убедиться, что с Кэтрин ничего не случится.

Бонни застыла, чувствуя силу, исходящую от этой женщины. Она была опытной ведьмой, возможно, даже сильнее, чем сама Бонни.

– Ты на её стороне? – недоверчиво спросила Бонни.

– Я на стороне тех, кто спас мою жизнь, – ответила Люси, глядя на Кэтрин. – А она это сделала.

Кэтрин, всё ещё в захвате Стефана, улыбнулась торжествующе.

– Сюрприз.

Деймон сжал кулаки.

– Значит, у тебя есть ведьма-телохранитель. Как... предусмотрительно.

Люси подняла руку, и внезапно все вампиры в комнате почувствовали, как невидимая сила толкает их назад. Стефан выпустил Кэтрин, Деймон и Алисия отлетели к стенам.

– Я наложила на Кэтрин защитное заклинание, – объяснила Люси спокойно. – Любой вред, причинённый ей, будет отражён на другом человеке. Человеке, которого вы все очень любите.

Алисия почувствовала, как её сердце сжалось от страха.

– Елена, – прошептала она.

Люси кивнула.

– Именно. Так что если вы причините боль Кэтрин, Елена Гилберт почувствует то же самое. Каждую рану, каждую каплю крови.

Стефан побелел.

– Ты не можешь...

– Я уже сделала, – ответила Люси. – Заклинание активировано. Кэтрин и Елена связаны.

Чтобы доказать свою точку зрения, Кэтрин взяла тот же нож, который метнула в Деймона, и медленно провела лезвием по своей ладони. Кровь потекла по её руке.

В тот же момент в доме Гилбертов Елена, которая сидела на диване и читала книгу, вскрикнула от боли. Она посмотрела на свою ладонь и увидела, как на ней появляется рана – из ниоткуда, словно невидимый нож прорезал кожу.

– Елена! – закричал Джереми, выбегая из своей комнаты на звук её крика. – Что случилось?!

Елена прижимала руку к груди, кровь просачивалась сквозь пальцы. Боль была ужасной, пульсирующей, словно её ладонь разрывали изнутри.

– Не знаю... Я... Джер, это так больно!

Джереми схватил телефон и набрал номер Бонни.

В особняке Локвудов Бонни почувствовала вибрацию телефона в сумочке и выхватила его.

– Джереми?

– Бонни! – голос парня был паническим. – С Еленой что-то не так! У неё появилась рана на руке, из ниоткуда! Она кровоточит и... о боже, там так много крови!

Бонни посмотрела на Кэтрин, на её порезанную ладонь, и всё встало на свои места.

– Люси, – прошипела она.

Люси не отрицала.

– Как я и сказала. Любой вред Кэтрин будет причинён Елене.

Стефан бросился к Кэтрин, схватил её за плечи, но не причиняя боли.

– Останови это! Сейчас же!

Кэтрин улыбнулась, её рана уже начала заживать.

– О, Стефан. Всегда такой благородный. Но видишь ли, это моя страховка. Пока это заклинание активно, вы не можете меня тронуть, не навредив при этом Елене.

Алисия чувствовала ярость, кипящую внутри. Они были так близки. Так близко к тому, чтобы нейтрализовать Кэтрин, и теперь всё рушилось.

– Ты чудовище, – прошептала она.

– Я выжившая, – поправила Кэтрин. – Это разные вещи.

Бонни шагнула вперёд, её глаза горели решимостью.

– Люси, мы служим балансу, защищаем природу, не используем магию для причинения вреда невинным!

– Я защищаю того, кто мне дорог, – ответила Люси, но в её голосе появилась неуверенность.

– Ценой жизни другого человека! – Бонни указала на телефон. – Елена ничего не сделала! Она невинна! А ты связала её с вампиршей, которая использует её как щит!

Люси колебалась, глядя на Бонни. Впервые с момента её появления в её глазах промелькнуло сомнение.

– Кэтрин спасла мне жизнь, – повторила она, но голос звучал менее уверенно. – Она нашла меня, когда я была на грани смерти после атаки другого вампира. Выходила меня, защитила.

– И ты думаешь, это было из доброты? – спросила Алисия резко. – Кэтрин никогда ничего не делает просто так. У неё всегда есть план, всегда есть цель. Она спасла тебя, потому что ты была ей нужна. Для этого момента.

Кэтрин бросила на Алисию раздражённый взгляд.

– Как грубо. И неправда.

Стефан, всё ещё держащий телефон, на котором Джереми описывал состояние Елены, развернулся к Люси.

– Посмотри на это. – Он включил громкую связь.

Голос Джереми заполнил комнату:

– ...рана не останавливается. Я перевязал её, но кровь всё равно течёт. Елена говорит, что чувствует жжение, как будто...

– Джереми, – перебила Бонни, – скажи Елене, что мы сейчас всё исправим. Обещаю.

Она повернулась к Люси, и в её глазах горел праведный гнев.

– Ты слышишь это? Невинная девушка страдает из-за твоего заклинания. Девушка, которая ничего не сделала плохого, которая просто пытается выжить в мире, полном монстров. – Бонни шагнула ближе. – Кэтрин использует тебя, как использовала всех остальных. Посмотри на них. – Она указала на Стефана и Деймона. – Она разрушила их жизни полтора века назад. Сыграла с их чувствами, превратила их в вампиров, а потом бросила. Она убивала, манипулировала, предавала каждого, кто когда-либо ей доверял.

– Это не...

– Это правда, – вмешался Деймон. – Каждое чёртово слово. Кэтрин – мастер манипуляций. Она находит твою слабость и использует её. Твоя слабость – благодарность. Она спасла тебя однажды, и ты чувствуешь, что должна ей. Но скажи мне, Люси, – он посмотрел на неё прямо в глаза, – сколько людей умерло из-за её планов? Сколько жизней она разрушила?

Люси молчала, её взгляд метался между Кэтрин и остальными.

– Люси, дорогая, – Кэтрин подошла ближе, её голос стал мягким, убедительным, – мы с тобой знаем, что иногда приходится делать трудный выбор. Ты сама делала такие. Когда спасала близких, когда защищала себя. Разве ты не использовала магию, которая причиняла боль другим?

Люси колебалась.

– Это... это было по-другому.

– Правда? – Кэтрин улыбнулась. – Или ты просто оправдываешь свои действия, как все мы?

Стефан увидел, что Кэтрин снова начинает брать верх, и решил действовать. Он показал Люси свой телефон с открытой фотографией Елены – улыбающейся, счастливой.

– Это девушка, которой ты причиняешь боль. Елена Гилберт. Ей семнадцать лет. Она потеряла родителей год назад в автокатастрофе. Она заботится о младшем брате, учится в школе, мечтает о колледже. Она добрая, самоотверженная, любящая. – Его голос дрогнул. – И сейчас она сидит дома, истекая кровью из-за раны, которую не наносила. Из-за боли, которую не заслуживает.

Люси взяла телефон и долго смотрела на фотографию. На лице девушки, которая могла быть её младшей сестрой, племянницей, дочерью. Невинной девушки, чья единственная вина заключалась в том, что она родилась похожей на Кэтрин.

– Боже, – прошептала Люси. – Что я сделала?

– Ты ещё можешь это исправить, – мягко сказала Бонни. – Сними заклинание. Разорви связь.

Кэтрин почувствовала, что теряет контроль над ситуацией, и её маска спокойствия треснула.

– Люси, не слушай их! Они манипулируют тобой! Они покажут тебе одну фотографию и расскажут трогательную историю, но забудут упомянуть, что эта же девушка – часть группы, которая охотится на вампиров! Что её друзья убили десятки наших!

– Наших? – переспросила Люси. – Кэтрин, я не вампир. Я ведьма. У меня нет стороны в этом конфликте, кроме стороны невинных.

– Но я спасла тебя!

– Да. И я отплатила тебе. Наложила защитное заклинание, рискуя всем. – Люси выпрямилась, и решимость вернулась в её глаза, но теперь направленная в другую сторону. – Но я не буду причинять боль невинной ради того, кто использует людей как пешек.

Она подняла руки, и магическая энергия закружилась вокруг неё. Свечи в салоне замерцали, воздух наполнился силой.

– Что ты делаешь? – резко спросила Кэтрин, инстинктивно отступая.

– Исправляю ошибку.

Люси начала читать заклинание, её голос становился всё громче, наполняясь мощью веков:

– Sanguinem redde, vinculum disrumpe, animae separa!

Золотистый свет вспыхнул между её ладонями, затем рванул в сторону Кэтрин. Он обвился вокруг вампирши, и та вскрикнула, чувствуя, как магическая связь с Еленой разрывается.

В доме Гилбертов Елена внезапно почувствовала, как боль отступает. Рана на её ладони перестала кровоточить, хотя не исчезла. Она тяжело дышала, прислонившись к Джереми.

– Прошло, – прошептала она. – Боль прошла.

Джереми обнял сестру, чувствуя облегчение.

В особняке Локвудов свет погас, и Люси опустила руки, выглядя изнурённой.

– Связь разорвана. Елена больше не в опасности.

Кэтрин смотрела на неё с яростью и... чем-то ещё. Возможно, разочарованием.

– Ты предала меня.

– Нет, – спокойно ответила Люси. – Я просто выбрала правильную сторону. Ту, которую должна была выбрать с самого начала.

Она повернулась к Бонни.

– Прости, что я чуть не навредила твоей подруге. Иногда благодарность ослепляет нас.

Бонни кивнула с пониманием.

– Ты исправила ошибку. Это главное.

Люси посмотрела на всех собравшихся последний раз.

– Кэтрин больше не защищена моей магией. Делайте, что считаете нужным. – Она подошла к двери, но обернулась. – И будьте осторожны. Клаус идёт сюда. Я чувствую его энергию, приближающуюся к городу. У вас меньше времени, чем вы думаете.

С этими словами она вышла из салона, оставив за собой тяжёлую тишину.

Кэтрин, понимая, что осталась без защиты, попыталась прорваться к двери, но Деймон был быстрее. Он схватил её и швырнул обратно в комнату. Она ударилась о стену и зашипела, показывая клыки.

– Вы не посмеете...

– О, мы посмеем, – Деймон достал шприц с вербеной, который приготовил заранее. – Пора спать, Кэтрин.

Он вонзил иглу ей в шею, и вербена хлынула в её кровь. Кэтрин закричала от боли, её вены почернели, глаза закатились. Через несколько секунд она обмякла в руках Деймона, без сознания.

– Наконец-то, – выдохнул Стефан. – Мы её поймали.

Алисия подошла к бессознательной Кэтрин и посмотрела на её лицо – такое похожее на Елену, но такое чуждое. Веками эта женщина играла с жизнями людей, манипулировала, убивала.

Теперь игра закончилась.

– Нужно увезти её отсюда до того, как гости начнут задавать вопросы, – сказала Кэролайн, которая стояла у двери, прислушиваясь к звукам из зала.

– Я подгоню машину к чёрному входу, – предложил Стефан. – Деймон, можешь нести её?

– С удовольствием, – усмехнулся Деймон, поднимая Кэтрин на руки, словно она ничего не весила.

Они вышли из салона через служебный коридор, минуя основной зал, где бал продолжался в полном разгаре. Гости даже не подозревали о драме, разыгравшейся в нескольких шагах от них.

Но пока они шли по коридору к выходу, в другой части особняка разворачивалась трагедия, о которой никто из них не знал.

***

Тайлер Локвуд вышел на террасу, чтобы подышать свежим воздухом. Бал был в самом разгаре, но ему вдруг стало душно в зале, полном людей. Он стоял у перил, глядя на звёздное небо, когда услышал шаги за спиной.

– Тайлер?

Он обернулся и увидел Сару. Она всё ещё была в рабочей форме – чёрное платье и белый фартук, – но выглядела взволнованной. Странно взволнованной.

– Эй, Сара. Всё в порядке?

Она подошла ближе, и в свете фонарей Тайлер увидел, что её глаза как-то странно блестят. Пусто. Словно она смотрела сквозь него, а не на него.

– Мне нужно... мне нужно тебе кое-что показать, – сказала она монотонно.

– Что показать?

Она взяла его за руку, и её пальцы были ледяными.

– Пойдём. Это важно.

Что-то в её поведении настораживало, но Тайлер не мог понять что именно. Он позволил ей увести себя дальше по террасе, к затенённому углу, скрытому от глаз гостей.

– Сара, что происходит?

Внезапно она развернулась, и в её руке блеснуло лезвие – маленький нож, который она взяла с кухни. Её лицо исказилось яростью, но глаза оставались пустыми, как у куклы.

– Она сказала... она сказала мне убить тебя, – пробормотала Сара, явно борясь с чем-то внутри. – Но я не хочу... я не...

Она замахнулась ножом, целясь в грудь Тайлера. Тот отреагировал инстинктивно – отпрыгнул в сторону, и лезвие лишь царапнуло его пиджак.

– Сара! Что ты делаешь?!

Она атаковала снова, на этот раз быстрее, словно что-то управляло её телом против её воли. Тайлер перехватил её запястье, пытаясь выбить нож, но она была сильнее, чем он ожидал. Или отчаяннее.

– Стой! – кричал он, удерживая её. – Сара, это не ты!

Слёзы текли по её щекам, но тело продолжало атаковать.

– Помоги... мне, – прошептала она между рыданиями. – Не могу... остановиться...

В отчаянии Тайлер толкнул её, пытаясь просто создать дистанцию, дать себе время подумать. Но он переоценил свою силу или недооценил хрупкость момента.

Сара споткнулась назад, её нога зацепилась за край небольшого выступа на террасе. Она попыталась схватиться за перила, но промахнулась. Её тело потеряло баланс, и она упала.

Не с террасы вниз – это было бы слишком высоко и слишком очевидно. Она упала на саму террасу, но её голова ударилась о мраморную колонну с ужасающим треском.

Звук был тихим, но для Тайлера он прозвучал как взрыв.

– Сара! – Он бросился к ней, опустился на колени рядом.

Она лежала неподвижно, глаза открыты, но безжизненны. Под её головой начала расползаться тёмная лужа крови. Пустой взгляд, который ещё секунду назад был таким живым, теперь смотрел в никуда.

Тайлер дрожащими руками проверил пульс. Ничего.

– Нет, нет, нет, – шептал он, не веря. – Сара, пожалуйста. Проснись. Пожалуйста.

Но она не проснулась. Мертвые не просыпаются.

Дверь на террасу открылась, и вышел Мэтт Донован.

– Тайлер, твоя мать тебя ищет, она... – Он замер, увидев сцену. – Боже мой. Что случилось?!

Тайлер посмотрел на него, и в глазах была паника, ужас, шок.

– Она... она напала на меня с ножом. Я не хотел. Я просто оттолкнул её, и она... она упала. Мэтт, она мертва. Я убил её.

Мэтт бросился к ним, проверил пульс Сары, затем медленно выпрямился, его лицо было белым.

– Мы должны вызвать скорую. И полицию.

– Полицию? – Тайлер схватил его за руку. – Мэтт, они подумают, что я убил её! Что я...

– Тайлер, это был несчастный случай. Ты защищался. Ты же сказал, что она напала на тебя?

– Да, но... но кто поверит? – Тайлер посмотрел на нож, лежащий рядом с телом Сары, на кровь, на свои руки, дрожащие от шока.

Мэтт вытащил телефон.

– Я вызываю помощь. Всё будет хорошо, чувак. Ты не виноват.

Но пока Мэтт набирал номер экстренных служб, Тайлер смотрел на мёртвую девушку у своих ног и знал – ничего уже никогда не будет хорошо. Он убил человека. Может, и не специально, может, защищаясь, но от этого Сара не стала живее.

И что-то в глубине его души, что-то древнее и дремлющее, зашевелилось. Проклятие, спящее в крови Локвудов, активировалось в момент смерти.

Тайлер не знал этого. Не знал, что только что запустил процесс, который превратит его в существо из кошмаров.

Не знал, что его жизнь только что кончилась, и началась совсем другая.

Всё, что он знал, – это что на его руках кровь. И это ощущение никогда не смоется.

***

Когда машина с Кэтрин отъехала от особняка Локвудов, везя бессознательную вампиршу в дом Сальваторе, никто из команды не знал о трагедии, разыгравшейся на террасе. Они были слишком сосредоточены на собственной миссии, слишком поглощены успехом.

Алисия сидела на заднем сиденье рядом с Кэролайн, глядя в окно на проплывающие мимо улицы Мистик Фоллс. Где-то там, в одном из этих домов, Елена наконец смогла вздохнуть спокойно, зная, что магическая связь разорвана.

– Мы сделали это, – тихо сказала Кэролайн. – Мы действительно её поймали.

– Да, – ответила Алисия. – Первая часть плана выполнена.

– А вторая?

– Узнать, что она знает. О ритуале, об Элайдже, о Клаусе. – Алисия посмотрела на бессознательную фигуру Кэтрин на переднем сиденье. – И тогда мы поймём, с чем действительно имеем дело.

Деймон, который вёл машину, бросил взгляд в зеркало заднего вида.

– Думаешь, она расскажет добровольно?

– Нет. Но у нас есть способы убедить её.

Стефан, сидящий на пассажирском сиденье, нахмурился.

– Мы не будем применять пытки.

– Не физические, – согласилась Алисия. – Но психологические? Кэтрин веками чего-то боялась. Настолько сильно, что убегала, прячась, меняя имена. Мы можем использовать этот страх.

Деймон усмехнулся.

– Мне нравится, как ты думаешь.

Они въехали на территорию поместья Сальваторе, и машина остановилась у подъезда. Братья вытащили Кэтрин – она всё ещё была без сознания от большой дозы вербены – и понесли в дом.

Подвал ждал их во всей своей мрачной готовности. Деймон и Стефан приковали Кэтрин цепями, и металл зашипел, касаясь её кожи. Она застонала, начиная приходить в сознание.

– Сладких снов, Кэтрин, – прошептал Деймон, запирая решётку.

Они поднялись наверх, оставив её одну в темноте.

***

Дом Гилбертов встретил Стефана светом кухни и запахом чая. Елена сидела за столом с чашкой в руках, её ладонь была перевязана, но кровотечение остановилось. Джереми сидел рядом, не желая оставлять сестру одну.

Когда Стефан вошёл, Елена вскочила и бросилась к нему.

– Ты в порядке?

– Я? Ты же та, кто...

– Со мной всё нормально. – Она показала перевязанную руку. – Джер помог. Как только заклинание было снято, кровь перестала течь.

Стефан обнял её, чувствуя невероятное облегчение. Он мог потерять её сегодня. Если бы Люси не передумала, если бы они причинили Кэтрин серьёзный вред...

– Мы поймали её, – сказал он тихо. – Кэтрин в подвале дома. В цепях.

Елена отстранилась, глядя ему в глаза.

– И что дальше?

– Дальше мы узнаем правду. О ритуале, о том, почему она здесь, что знает о планах Элайджи.

– Думаешь, она расскажет?

– Рано или поздно – да. – Стефан провёл рукой по её щеке. – Но сегодня ты должна отдохнуть. Это была тяжёлая ночь.

Джереми встал из-за стола.

– Я тоже думаю, что нам всем нужен сон. Особенно после... всего этого.

Стефан кивнул, благодарный парню за поддержку сестры.

– Я останусь на сегодня, если не возражаете. На диване. На случай, если...

– Мы не возражаем, – быстро сказала Елена. – Даже настаиваем.

Она не хотела оставаться одна. Не после того, как почувствовала на себе, что значит быть связанной с Кэтрин. Магия, боль, беспомощность – всё это было слишком свежо, слишком реально.

Стефан устроился на диване в гостиной, укрывшись пледом. Дом Гилбертов погрузился в тишину, прерываемую лишь тиканьем часов на стене.

Но никто из них не мог по-настоящему уснуть. Слишком много событий произошло за один вечер. Слишком много вопросов оставалось без ответов.

И где-то в темноте подвала дома Сальваторе Кэтрин Пирс медленно приходила в сознание, понимая, что на этот раз ей не убежать.

***

Кэтрин открыла глаза в полной темноте. Первое, что она почувствовала, – это боль. Жгучая, пульсирующая боль в запястьях и лодыжках, где цепи с вербеной касались её кожи. Второе – это ярость.

Она попыталась пошевелиться и услышала звон цепей. Попыталась использовать силу, чтобы разорвать их, но вербена ослабляла её, делала почти человеческой.

– Нет, – прошептала она в темноту. – Нет, нет, нет!

Она дёргала цепи, не обращая внимания на боль, пытаясь найти слабое место. Но камера была построена профессионалами. Теми, кто знал, как удержать вампира.

Наверху, в библиотеке, Деймон услышал звон цепей и усмехнулся.

– Проснулась. Дай ей ночь помучиться. Утром начнём разговор.

Алисия, которая сидела в кресле с книгой, кивнула.

– Страх – лучший инструмент допроса. Пусть она проведёт ночь в темноте, в цепях, не зная, что будет дальше. К утру она будет готова говорить.

Деймон поднял стакан с бурбоном в знак согласия.

– За жестокость. Когда она служит правому делу.

Они выпили, и звон цепей из подвала стал тише. Кэтрин поняла, что силой ей не вырваться. Оставался только один путь – переговоры.

И утром они все соберутся в этом подвале, чтобы узнать правду. Правду о проклятии, о двойниках, о том, почему пятьсот лет вампирша бегала от первородного.

Правду, которая изменит всё.

***

На холме, откуда открывался вид на Мистик Фоллс, стояла фигура в тёмном костюме. Элайджа смотрел на огни города, на дом Сальваторе, где только что заперли Катерину Петрову.

Он знал. Конечно, он знал. У него были информаторы по всему городу, люди и существа, которые докладывали ему о каждом значимом событии.

– Глупая девочка, – прошептал он в ночную тишину. – Думала, что сможет спрятаться от меня в их маленькой крепости.

Он достал телефон и набрал знакомый номер. Ответили после второго гудка.

– Элайджа, – раздался голос на том конце. Голос, от которого даже тысячелетний вампир чувствовал лёгкую настороженность. – Полагаю, у тебя есть новости?

– Да, Никлаус. Катерина попала в ловушку. Братья Сальваторе держат её в подвале своего поместья.

Молчание. Потом смех – тихий, но полный торжества.

– Как восхитительно. Пять веков погони, и она заканчивает в цепях в доме тех самых мальчиков, которых когда-то соблазнила. Ирония судьбы.

– Действительно. Но есть ещё один момент, брат. Они будут допрашивать её. Она может рассказать им о проклятии, о ритуале.

– Пусть расскажет, – в голосе Клауса не было беспокойства. – Что они могут сделать с этой информацией? Остановить неизбежное? Им не хватит силы, знаний или времени.

– Девочка-двойник умна. И у неё есть союзники. Ведьма из линии Беннетов, старшие вампиры, даже Катерина теперь может дать им информацию...

– Элайджа, – перебил Клаус, и в его голосе прозвучала сталь. – Ты сомневаешься?

– Нет. Я просто хочу убедиться, что мы готовы ко всем сценариям.

– Мы готовы. Ты выполнил свою часть работы – нашёл двойника, подтвердил её идентичность, подготовил почву. Теперь просто жди. Скоро я буду там. И тогда начнётся настоящее представление.

– Как скажешь, брат.

Элайджа отключил телефон и снова посмотрел на огни города. Где-то там, в одном из этих домов, спала девушка, которая должна была умереть, чтобы освободить его брата от проклятия. Елена Гилберт. Невинная, добрая, любимая многими.

И обречённая.

***

Утро пришло слишком быстро для всех, кто участвовал в событиях прошлой ночи. Солнце поднялось над Мистик Фоллс, освещая город, который не знал, насколько близко он находился к катастрофе.

В особняке Локвудов всё ещё разбирали последствия бала. Полиция опрашивала гостей о смерти Сары. Кэрол Локвуд пыталась контролировать ситуацию, но было очевидно, что трагедия потрясла всех.

Тайлер сидел в своей комнате, глядя в пустоту. Он дал показания – рассказал о нападении, о том, как защищался, как всё произошло случайно. Шериф Форбс была сочувствующей, но профессиональной. Расследование продолжалось.

А внутри Тайлера что-то менялось. Скоро придёт полнолуние. И тогда Тайлер узнает, кем он стал на самом деле.

***

В доме Сальваторе команда собралась в библиотеке рано утром. Алисия была уже одета и готова к допросу, Кэролайн выглядела уставшей, но решительной. Бонни прибыла с Джереми, оба бледные после бессонной ночи.

Стефан последним спустился с верхнего этажа, где принял душ и переоделся после ночи в доме Гилбертов.

– Елена в порядке? – спросила Алисия.

– Да. Рана заживает. Она хочет приехать, но я убедил её остаться дома.

– Правильно, – кивнул Деймон. – Последнее, что нам нужно, – это чтобы Кэтрин увидела её. Она будет использовать это.

– Тогда начинаем? – спросила Кэролайн, и в её голосе была едва сдерживаемая злость. – Я хочу посмотреть ей в глаза. Той, которая превратила меня в монстра.

Алисия положила руку ей на плечо.

– Помни, что мы обсуждали. Контроль. Не позволяй ей провоцировать тебя.

Кэролайн кивнула, сжав кулаки.

Они спустились в подвал. Деймон включил свет, и тусклые лампочки осветили камеру.

Кэтрин сидела на полу, прислонившись к стене. Цепи всё ещё держали её запястья и лодыжки, а кожа вокруг них была красной и покрытой ожогами от вербены. Она выглядела измученной, но взгляд оставался дерзким.

– Доброе утро, – сказала она с насмешкой. – Надеюсь, вы все хорошо выспались, пока я провела ночь в этой очаровательной гостиничке.

– Заткнись, – отрезал Деймон, подходя к решётке. – Время игр закончилось, Кэтрин. Сейчас ты будешь отвечать на наши вопросы.

– А если не захочу?

– Тогда мы сделаем твоё пребывание здесь ещё менее комфортным, – холодно сказала Алисия. – Вербена, голодание, изоляция. У нас есть вечность, чтобы ждать. А у тебя?

Кэтрин посмотрела на неё с интересом.

– Алисия Валентайн. Творение Элайджи. Ты действительно думаешь, что можешь меня запугать?

– Я думаю, что ты боишься. Боишься уже пятьсот лет. И я знаю, чего именно ты боишься.

Кэтрин напряглась, почти незаметно, но Алисия заметила.

– Клаус, – произнесла она имя, и оно эхом отразилось в камере. – Ты бежала от него веками. Меняла имена, лица, жизни. Но он всё ещё охотится на тебя. И теперь, когда ты здесь, в цепях, беззащитная... как думаешь, сколько времени пройдёт до того, как он узнает?

Лицо Кэтрин побледнело.

– Вы не посмеете.

– О, мы посмеем, – сказал Деймон с удовольствием. – Если ты не начнёшь говорить, мы просто позвоним Элайдже и скажем: "Эй, у нас тут есть подарок для твоего братца. Приходите забирать".

– Элайджа никогда не предаст меня, – но голос Кэтрин дрогнул.

– Правда? – Стефан наклонился к решётке. – Элайджа предан своей семье. А ты? Ты всего лишь беглянка, которая когда-то испортила планы Клауса. Как думаешь, кого он выберет – тебя или своего брата?

Молчание растянулось. Кэтрин смотрела на них всех, оценивая, взвешивая варианты. Наконец, она выдохнула.

– Что вы хотите знать?

– Всё, – ответила Алисия. – Начни с проклятия. Проклятия солнца и луны. Что это такое на самом деле?

Кэтрин долго молчала, и по её лицу было видно, что она ведёт внутреннюю борьбу. Наконец, она заговорила, и голос её был тихим, почти ранимым.

– Проклятие солнца и луны... это не то, что все думают. Это не проклятие, наложенное на вампиров и оборотней. – Она подняла взгляд. – Это проклятие, наложенное на одного вампира. На Клауса Майклсона.

– Что? – Бонни шагнула вперёд. – Но легенда говорит...

– Легенда – ложь. Миф, созданный самим Клаусом, чтобы скрыть правду. – Кэтрин провела рукой по лицу. – Клаус не просто первородный вампир. Он гибрид.

Шок прошёл по комнате.

– Гибрид? – переспросил Стефан. – Вампир и...

– Оборотень, – закончила Кэтрин. – Его мать была ведьмой, отец – вождём племени оборотней. Когда их мать превратила их всех в вампиров, она одновременно прокляла Клауса – заперла его оборотня внутри.

– Почему? – спросила Бонни.

– Потому что боялась его силы. Гибрид вампира и оборотня был бы непобедим. Так что она оставила только вампирскую природу. – Кэтрин посмотрела на них всех. – Но проклятие можно снять. При помощи ритуала.

– Ритуала, для которого нужна кровь двойника, – медленно сказала Алисия.

– Да. Кровь двойника, кровь оборотня, кровь вампира, лунный камень и полнолуние. – Кэтрин зажмурилась. – Двойник должен умереть для завершения ритуала.

Тишина была абсолютной.

Потом Кэролайн прошептала:

– Елена. Он убьёт Елену.

Кэтрин кивнула.

– Именно поэтому я бежала. Пятьсот лет назад я узнала, что Клаус готовит ритуал. Я была двойником. Я должна была умереть. – Её голос задрожал. – Поэтому я превратилась в вампира. Думала, что это спасёт меня. Но это только разозлило его. Он убил всю мою семью в отместку. Каждого. Моих родителей, братьев, сестёр...

Она замолчала, и впервые за все годы на её лице появилось что-то настоящее. Боль. Древняя, глубокая боль.

– Даже моего ребёнка, – прошептала она. – Дочь, которую у меня забрали, когда я родила её вне брака. Я думала, она в безопасности, что её увезли далеко. Но Клаус нашёл её. И убил. Потому что я посмела ему перечить.

Стефан отвернулся, не в силах смотреть на её боль. Даже Деймон выглядел потрясённым.

Алисия, которая слышала эту историю частично от Элайджи, всё равно почувствовала укол сочувствия. Кэтрин была чудовищем, это правда. Но она стала им, потому что мир сделал её такой.

***

Они поднялись из подвала в библиотеку, оставив Кэтрин в камере. Информация, которую они получили, была одновременно ценной и пугающей.

– Гибрид, – повторил Деймон, наливая себе бурбон, несмотря на ранний час. – Вампир и оборотень. Это объясняет, почему он так опасен.

– И почему ему нужна Елена, – добавила Бонни. – Её смерть снимет проклятие.

– Но мы этого не допустим, – сказал Стефан решительно. – Есть неделя. Мы найдём способ.

– Какой способ? – спросила Кэролайн отчаянно. – Мы не можем его убить. Белого дуба больше нет.

– Мост, – внезапно сказала Алисия. – Мост Уикери сделан из белого дуба. Что если... что если мы сможем взять часть моста? Сделать из него оружие?

Деймон замер, стакан на полпути к губам.

– Это... это может сработать. Если древесина сохранила свои свойства.

– Но даже если мы сделаем кол, – сказал Стефан, – кто сможет приблизиться к Клаусу достаточно, чтобы его использовать? Он не будет стоять и ждать, пока мы его убьём.

– Нужна ловушка, – сказала Бонни задумчиво. – Магия. Заклинание, которое свяжет его, хотя бы на несколько секунд. Этого должно хватить.

– Сможешь такое сделать?

Бонни колебалась.

– Не знаю. Это потребует невероятной силы. Первородные... они слишком могущественны. Но может быть, если я попрошу помощи у предков, если использую силу всей линии Беннетов...

– Это опасно, – предупредила Алисия. – Магия такого уровня может тебя убить.

– Лучше я умру, пытаясь спасти Елену, чем просто буду стоять и смотреть, как её убивают.

Стефан подошёл к окну, глядя на город.

– У нас есть план. Несовершенный, отчаянный, но план. Достать древесину из моста, сделать кол. Бонни подготовит заклинание связывания. А потом... потом мы заманим Клауса в ловушку.

– Используя что в качестве приманки? – спросил Деймон. – Он не придёт просто так.

Все посмотрели друг на друга, и ответ повис в воздухе, невысказанный, но очевидный.

Елена.

Они должны будут использовать Елену как приманку.

Но как они могли попросить её об этом? Как могли попросить девушку рискнуть жизнью, зная, что одна ошибка означает её смерть?

– Я поговорю с ней, – тихо сказал Стефан. – Объясню ситуацию. Но решение будет за ней.

Алисия кивнула, понимая, что это правильно. Елена заслуживала знать правду. Заслуживала сделать выбор.

Даже если этот выбор мог стоить ей жизни.