Глава сорок восьмая.

– И как всё прошло? – спрашивал Паша по телефону, сидя на диване и попивая кофе с ликёром.

– О-ху-ен-но! Паша, я люблю тебя как родную мать! – тёмный прыгал по комнате, пока Марголдин терпеливо за ним наблюдал.

– Ну, вообще идея Сашина, так что...

– И Саню люблю! И вообще всех! – развернувшись к кудрявому, он сразу же принялся целовать его личико. – Тебя, Вань, особенно.

– Похвастался бы хоть, что вы друг другу подарили, – в комнату зашёл и Блаженский, скромно сев на подлокотник и прижав колено к себе. Фраев сразу перевёл на «громкую».

– Да, бли-ин, Ваня такой милый, он мне подарил большущий букет ромашек! Я, конечно, не баба, но пиздец растрогался! А ещё такую открытку классную, буду её теперь в паспорте носить!

– Уверен? – Марголдин запустил руку в тёмные волосы и убрал их за ушко.

– Похуй, ваще, – тёмный заулыбался и стал чуть тереться головой тому об ладонь.

– А мне Дрюха новую тетрадку для песен, потом мои любимые киндеры, ну, и себя на весь вечер.

– Завались!

Месяц учёбы пролетел незаметно. Ну, как учёбы... На учёбу-то вся четвёрка друзей особо и не ходила, только изредка заваливалась в колледж или школу. Марголдин почти всегда был в приподнятом настроении, пока речь не заходила об экзаменах. Это дурацкое ЕГЭ стало камнем преткновения и в отношениях с родителями, и во вдохновении для написания новой музыки. Хотелось продумать какую-никакую концепцию альбома, новые треки, наконец заказать у кого-нибудь классную обложку и запустить небольшой тур из четырёх городов или же подать заявки на фестивали. Какие-то деньги с прослушиваний уже капали, поэтому хотелось развиваться дальше. А вместо этого он должен сидеть и решать эти задачки по математике, номера по русскому и... Читать! ЕГЭ по литературе - это вам не хухры-мухры, там целый кодификатор! В общем, обнять и плакать. Сидел этот экзамен уже по горло. Да и отец как-то стал жёстче к нему относиться. Всё же, он служит в ОМОН, мама его работает на какой-то очень престижной работе, старшая сестра учится на магистратуре и тоже работает, копирайтером! Алинке пока всё можно, она ещё маленькая, а такой здоровый лоб как Ваня уже должен пахать как лошадь и учиться, чтобы... Чтобы что? Поступить в славный вуз под названием «армия»? Туда же его хотел сдать отец. Как будто не было никакого смысла готовиться. Сдал бы на проходной, да и всё. Но что-то внутри всё же заставляло его работать. И вот, в очередной будний вечер Марголдин не пьёт пиво где-то на улице с компанией, а пытается покорить задание 22 из ЕГЭ по русскому языку.

– Ебаная синекдоха! Как я вообще должен это понять и знать, блять? В пизду! – кудрявый швырнул учебник в стену и подошёл к окну, закуривая очередную сигарету. Покорить задание как когда-то сердце Абдрашитова у него не получалось. Хотелось просто убежать с парнем туда, где будут они, песок и море с пальмами. А так только эти три буквы. – Блять, то синекдоха, то метонимия... Чем эта хуйня вообще отличается? Сука, – хотелось прямо здесь и разреветься от какой-то безысходности и непонимания. Был бы тут он, так всё бы объяснил. Но, увы, приходится выкручиваться самому.

Бросив русский язык, Ваня переключился на литературу. Многие считают, что экзамен по этому предмету один из самых сложных, ведь шкала оценки слишком уж жёсткая. Представьте, забыли вы одну запятую, так всё! Бац! И у вас уже не 100, а 96 баллов. И как это понимать? Причём требуют прочитать какое-то огромное количество произведений, выучить миллион стихотворений и чуть ли не слетать на Луну. А это всё только на проходной! Для сотки нужно, скорее всего, написать собственную книгу за эти три часа пятьдесят пять минут... Марголдин достал у себя с полки одну из самых любимых книг каждой девятиклассницы - «Герой нашего времени» Михаила Юрьевича Лермонтова. Кто-то предпочитает Печорину Чацкого из «Горя от ума» Грибоедова, но неоднозначность первого многих очаровывает больше. Прочитав буквально несколько глав, Ваня шугается влетевшего к нему в комнату отца.

– Иди Алине быстро помоги с уроками, она со мной почему-то отказывается их делать, – мужчина так же быстро и уходит, оставляя за собой неприятный шлейф коньяка.

– Интересно, блять, почему, – кудрявый откладывает книгу и шагает в соседнюю комнату. Он усаживается рядом с сестрой и внезапно осознаёт, что она трясётся, а всё личико девочки в слезах. – Алинка, ты чего? – он прижимает к себе сестру, вытирая каждую слезинку рукавом кофты. Девочка показывает ему учебник с упражнением, которое у неё не получилось сделать с отцом. – Сейчас сделаем всё, только не плачь, хорошо? – сестра кивнула и стала читать задание вслух.

Справились они с ним довольно быстро, поэтому младшая отправилась спать, а Ваня обратно читать. Книга его поистине увлекла, что-то было в ней такое... Перед тем, как вернуться к Печорину, он мельком посмотрел сообщения на телефоне: одно из чата класса, другое из телеграмм-канала. Пролистывая все, Марголдин натыкается на сообщение от Андрея:

андрей вроде норм, 02:11 «я соскучился...»

– Я тоже, Дрюш...

По будильнику в семь тридцать утра он вскочил с кровати. Увидев пропущенные звонки, он сразу же стал собираться. Носки натягивались с трудом, штаны он сначала надел навыворот, потом задом наперёд, а футболка и вовсе оказалась грязной. Матерясь и проклиная всё вокруг, Марголдин всё же нашёл другую не менее хорошую футболку. Захватив фланелевую рубашку, он выскочил из дома в подъезд, где его уже ждал тёмный.

– Ваня-я... Ты что, только что проснулся?

– Ну, есть момент... Идём?

– Я тебя ещё даже не поцелова-ал, – протянул Андрей, впиваясь в покусанные губы того. Марголдин протянул руки вперёд, захватывая его в объятия.

В школе никому из них сидеть не хотелось. Всё время занимают непрофильные предметы, такие как история, биология, география, физика и химия, а на профильные не остаётся ни времени, ни сил. Ваня лежал на парте, пытаясь хоть как-то не уснуть, пока Андрей и вовсе спал, подперев щёку рукой. Появилась какая-то стабильность, что не могло не радовать. Денис, на удивление, серьёзно забил, Маша в коридоре искренне улыбалась и лезла с объятиями, а Серёжа и вовсе перестал появляться в школе. Может, это конец прошлой и начало новой жизни?

Время шло достаточно незаметно. Ещё через неделю парни смогли собраться на студии, чтобы наконец закончить альбом. Саша провёл всю ночь за компьютером вместе с Марголдиным, добавляя всякие забавные звуки в треки. Блаженский иногда самодовольно улыбался, понимая, что выходит не просто какой-то там альбом, а нечто легендарное. Что-то, что будут помнить не один год и ждать на концертах именно эти песни.

– Сань, как думаешь, назовём альбом «песни для инцелов» или «песни для девственников»? – Ваня теребил в руках браслет, когда-то взятый у Андрея, и задумчиво глядел куда-то вдаль.

– Второй варик мне больше нравится. Давай ещё раз по песням пройдёмся, может чё поменяем, – Блаженский протянул ноутбук парню и нажал на один из файлов.

В альбом вошло всего пять песен. «Мне похуй я панк» была написана как раз после той самой драки первого сентября. Ваня вложил в неё все те чувства, которые проживал во время того, как получал по лицу от парней со школы. В ней отражены не только животная злость и обида, но и намерения защищать всех своих близких. Некий предупредительный выстрел. Песня «Другой город» - отражение внутреннего состояния. Желание забрать с собой самого близкого человека и достигнуть умиротворения в каком-то отдалённом месте. При этом, стоит отметить и иронию над современными подростками и даже внутренними чувствами. Он описывает все те моменты, когда было совсем «не очень» на душе, когда они «сбежали из дома, чтоб напиться до комы». Всё это дурацкое состояние, залитое алкоголем, и было отображено в песне. «После школы лягу в гроб» - это состояние любого одиннадцатиклассника. Во время подготовки к экзаменам не хочется абсолютно ничего, все старания кажутся напрасными. Появляются мысли о совсем маргинальной жизни, где можно и «членом трясти у детского сада», и «детей похищать за пять самокруток», и «в школе стрелять», и «бить проституток». За год подготовки к экзаменам желание жить улетучивается, остаётся лишь рутина.В альбоме было и что-то совсем ироничное. Например, песня «Топчем сраных либерах» - это буквально смех над заядлыми тусовщиками, над ребятами, которым важна только такая жизнь. Их не интересует что-либо другое. Пятая песня, «Сос мыслом», и правда со смыслом. В ней лирический герой получает буквально все деньги мира, но остаётся, по сути, ни с чем. У него нет друзей, нет любимого человека, нет вообще ничего кроме нулей на карте. Он торгует судьбой, покупает время других, чтобы они с ним хоть как-то пообщались. В деньгах нет смысла, когда кроме них ничего нет.

Закончили парни ближе к шести утра. Ваня с одним открытым глазом в очередной раз переслушивал какую-то из песен, а Блаженский и вовсе спал, держа ноутбук на коленях. Выдохнув, фронтмен убрал компьютер на тумбочку и ушёл на кухню, где Паша в очередной раз пил чай.

– О, готово? – поинтересовался он и убрал телефон в карман халата.

– Да, там Саня утомился слегка и уснул. Андрей спит?

– На диване, в соседней. Его вырубило. Мне кажется, он приболел, – Фраев обеспокоенно окинул друга взглядом, который потирал глаза, уперевшись о стену.

– Подлечим, ничего. Фраер, сорян, но я на боковую. И ты ложись, – Марголдин медленно зашагал в комнату к тёмному, который сразу же вскочил, услышав шаги. – Дрюш, ты чего? Спи, спи...

– Я, надеюсь, ты пришёл ко мне, а не просто взять сиги из рюкзака... – Абдрашитов обернулся в одеяло и закашлялся.

– Конечно к тебе, – Ваня улёгся рядом, прижав к себе парня. – Плохо себя чувствуешь?

– Есть такое... Ебучая школа с болеющей математичкой... – тёмный упёрся носом тому в грудь и стал тереться им и выпрашивать ласку.

Дождавшись славного часа с четверга на пятницу, альбом был выпущен. Обложка тоже была не простая. На ней Марголдин бьёт Андрея гитарой по лицу, пока за ними сияет радуга. Такую идею подсказал именно Фраев. И если Абдрашитов понимал, почему она именно такая, то Ваня интерпретировал её абсолютно по-другому. Мол, он ударяет Андрея, дабы показушно для отца вычеркнуть его из своей жизни, а радуга лишь подкрепляет версию нетрадиционных отношений. В общем, каждому своё. Выложив альбом, было принято решение создать телеграмм-канал, в котором появятся не только анонсы новых песен и концертов, но и всякие приколы, фотки и подобный контент.

Через ещй две недели должен был проходить их первый концерт не в родном городе. Переживали все безумно, особенно Ваня. Вспомнив об их канале, Марголдин выложил, конечно же, свою фотку из гримёрки. Тем временем, до выступления оставалось всего три часа...