глава 26

Логан Прайс

Мы кружились в танце. Музыка звучала мягко и размеренно, будто сама судьба играла нам мелодию. Я чувствовал её дыхание рядом, её волосы едва касались моего лица, а её лёгкое платье скользило по моим ногам, когда я крутил её, поднимал, резко наклонял. Она доверялась мне всем телом, и от этого доверия внутри меня разгорался огонь.

Каждый её шаг, каждое движение рук было словно искра, пробегающая по моим венам. Я видел, как её глаза светятся счастьем, как губы складываются в лёгкую улыбку, и это сводило меня с ума. Я чувствовал — ещё немного, и я потеряю контроль.

Я хотел её. Хотел больше, чем просто танца. Хотел прижать её к стене, ощутить её дыхание у себя на губах, услышать её стон, почувствовать её близость. Желание захватывало меня с головой, в крови бушевала жажда обладания.

Но я знал — слишком рано. Нельзя. Не сейчас. Ей нужно время. А я… я должен сдержаться, каким бы тяжёлым это ни было испытанием.

Когда я в очередной раз закрутил её, она слегка споткнулась и слабо ударилась грудью о мою. Я поймал её, прижал к себе и замер.

Мы оказались так близко, что наши носы соприкоснулись. Я слышал её дыхание, чувствовал аромат её кожи — нежный, тёплый, с оттенком чего-то домашнего, родного.

Я заглянул в её глаза и увидел там жизнь. Настоящую, чистую, без фальши. Она была прекрасна. Никогда в жизни я не встречал кого-то лучше. Лорен — та, ради которой я был готов на всё. Ради неё я мог бы убить, и ради неё же — умереть. Она стала моей целью, моим смыслом, моей жизнью.

Мы смотрели друг на друга долго. Секунда казалась вечностью. И я понимал — каждый из нас хочет одного. Поцелуя.

Я поднял руку, обхватил её затылок и осторожно притянул ближе. Она закрыла глаза, я последовал её примеру. Наши рты чуть приоткрылись, губы должны были соприкоснуться — и в этот момент раздался звонок в дверь.

Звук разорвал атмосферу, как нож по натянутой струне. Мы замерли. Не отстранились, просто остановились, словно боялись потерять этот миг, если кто-то вмешается ещё сильнее.

Я нервно выдохнул, сдерживая ярость. Мы могли бы… но нам помешали. Кто-то осмелился прервать наш первый поцелуй. В груди поднялась тёмная волна злобы — я был готов убить этого человека, даже не зная, кто это.

Она отстранилась первой. Её лицо вспыхнуло румянцем, и она быстро отошла. Я пошёл к двери, и она пошла за мной.

Я открыл дверь и увидел Эрила.

Он шатался, пьяный до беспамятства. Футболка мятая, глаза мутные, в руках бутылка виски, а за его спиной — девушка в короткой юбке и с ярким макияжем, очевидно, проститутка.

— Выпьем? — протянул он, ухмыляясь, и его взгляд тут же упал на Лорен за моей спиной. Взгляд был пошлый, грязный, липкий.

Я мгновенно шагнул вперёд, закрывая её своим телом. Сжал челюсть так, что заскрипели зубы.

— Уходи. Я занят, — сказал я холодно, но внутри уже закипала ярость.

Он усмехнулся и, пошатываясь, обвёл меня взглядом, будто пытаясь задеть.

— Да ладно тебе, Логан. Покажи Лорен. Она в платье такая красивая… — сказал он, нарочито растягивая слова и глядя мне за спину.

Во мне что-то взорвалось. Раздражение и ревность смешались в одно, и эта смесь закипела в моих венах.

— Ты ахуел? — прорычал я и резко вышел на улицу, захлопнув дверь у него за спиной, чтобы Лорен не слышала больше ни слова.

Эрил отшатнулся на шаг, смотря на закрытую дверь. Его глаза стали наглыми, голос хриплым:

— Я для тебя, между прочим, ничего не жалел! — он кивнул на девушку рядом. — Видишь? Даже привёл. Поделиться хотел. А ты… вот так меня гонишь.

Я медленно подошёл к нему, вцепился в его ухо и сжал так, что он зашипел.

— Если через пять секунд я увижу тебя на территории моего дома, я отрежу твой член, — сказал я тихо, но в голосе было столько стали, что он дёрнулся. — Время пошло.

Эрил вырвался и, матерясь, побежал прочь. Девушка осталась стоять, не понимая, что происходит. Я бросил на неё один взгляд, и она мгновенно поняла, что лучше исчезнуть.

Когда я вернулся в дом, Лорен уже успела переодеться. Она сидела в гостиной, её глаза выдали тревогу.

— Логан, всё хорошо? — спросила она тихо, заметив, как я тяжело дышу.

Я подошёл ближе и взял её за подбородок.

— Если он ещё раз посмотрит на тебя так, как сегодня, ты скажешь мне. Понятно? — произнёс я, сжимая её подбородок сильнее, чем следовало.

Она нахмурилась, растерянно посмотрела на меня.

— Как? — спросила она.

Я отпустил её, отстранился и сжал кулаки в карманах брюк.

— Как на кусок мяса, — ответил я.

Она нахмурила брови ещё сильнее. Её голос дрогнул:

— Почему, когда ты ревнуешь… ты становишься грубым ко мне?

Я тяжело выдохнул, провёл рукой по лицу и потёр виски.

— Я… не могу контролировать эту чёртову ревность, — признался я.

Она встала, подошла ближе и положила руку мне на плечо. Это было просто прикосновение, но оно будто разрядило напряжение. Я поднял глаза и посмотрел на неё.

Улыбка сама собой появилась на моём лице. Я не мог по-другому. Она была настолько прекрасна, что мне хотелось видеть её рядом всегда. Каждый день. В каждом моменте моей жизни.

Я обнял её за талию, прижал к себе и прошептал:

— Переедь ко мне.

Её голова опустилась вниз, плечи чуть дрогнули.

— Бабушка… — тихо сказала она. — Я не могу оставить её одну.

Я кивнул. Она была права.

— Да, ты права… — прошептал я, чувствуя, как внутри клокочет разочарование.

Она отстранилась и села на диван. Я ушёл переодеться, стараясь справиться с собой, и вскоре вернулся.

Сел рядом и, стараясь не выдать нетерпение, спросил:

— Может, сегодня останешься у меня?

Она покачала головой.

— Я не предупреждала бабушку.

Я глубоко выдохнул.

— Позвони ей, — предложил я, кладя ладонь ей на колено.

Она молчала. Не сказала ни слова, не сделала ни одного движения.

— Тебе некомфортно со мной? Ты не доверяешь мне? — спросил я, стараясь поймать её взгляд.

Она выдохнула, облизнула губы.

— Мне комфортно… но… — сказала она, и я заметил, как она задумалась, словно подбирала слова.

Я прищурился.

— Но? — повторил я.

Она вздохнула и опустила глаза.

— Но мне трудно сближаться с тобой. Мне кажется, что всё это временно, — сказала она тихо.

Временно? Эти слова ударили по мне, как нож. Она думает, что я рядом ненадолго. Что всё, что я делаю, — мимолётно.

Но я знал истину.

Нет. Это не временно. Это навсегда. Я сделаю её своей женой. Она подарит мне дочь. Мы будем жить вместе. До конца. До гроба.

Я не разлюбил её за семь лет. И значит, не разлюблю никогда.