Искрящаяся стена

— Что происходит? — Орион не знал, на что первым обратить внимание, поэтому спросил сразу обо всем.

Сапфира тихо хрипела и отплевывалась, поэтому ответил Урри:

— Может, землетрясение?

— На... На деревья, скорее! — с трудом выдавила принцесса.

Ее лапы вдруг ослабели, но она показала всем пример, обняв ствол ближайшего дерева. Рыжий кот без лишних вопросов залез на ветку и помог наследнице. Урри прекрасно справлялся сам — он был уже намного выше остальных. Пока Орион с Сапфирой пытались подняться выше, все вокруг начало трещать и щёлкать. Все трое сразу смекнули, что сейчас лучше не дышать, не то, что шевелиться. И тут оно случилось.

Отовсюду поползли страшные коричневые существа с сотнями изогнутых ножек. У всех было ярко-оранжевое жало, наверняка наполненное сильным ядом.

— Сколопендры, — шепнул Урри. — Никогда не видел их так много и такими большими.

Сапфира и Орион поежились. Рыжий кот на всякий случай обнимал принцессу лапой, потому что чувствовал ее слабость. Наследница была очень благодарна ему за это, хоть ничего и не сказала. Белая кошка заметила, что ей невероятно уютно в его объятиях.

Тем временем сколопендры, щелкая своими жвалами, закружились на том самом месте, где буквально только что стояли коты. Видимо, они учуяли незнакомый им запах. Одна особь даже слегка залезла на дерево, где сидели путники, но быстро спустилась обратно и присоединилась к своим. Насекомые скоро удалились, отправившись дальше. Страшные звуки затихли. Но никто из присутствующих так и не пожелал спуститься.

— Не знаю, как вы, а я вниз не пойду, — заявил Урри. — У меня и до того прекрасно получалось перемещаться по деревьям.

— Ты думаешь, здесь есть хоть один безопасный путь? — скептически спросила Сапфира и выбралась из-под лапы Ориона.

— Может, и нет, но мы уже увидели, что ждёт нас внизу.

— Мелкий прав, — неожиданно поддержал его Орион. — Трепещущий лист, кабаниха, теперь эти твари... С меня хватит так рисковать. По крайней мере, деревья еще не изучены, а спуститься можно всегда.

Затем кот наклонился и прошептал принцессе на ухо:

— Что с тобой случилось?

В это время Урри радостно заплясал на месте. Сапфира удивлялась, как хорошо этот малыш держится на ветке, что даже может на ней танцевать.

— Убедили, — сказала она, проигнорировав вопрос Ориона. — Значит, показывай, куда и как нам идти.

— Му-у-рк! Урри молодец, Урри герой! — ликовал котенок. Но затем он напустил на себя серьёзный вид и побежал в неизвестную сторону по толстым лианам.

— Теперь нас ведёт котенок, — произнес рыжий кот.

— Этот котенок здесь не чужой, как мы. Его знания компенсируют возраст, — ответила Сапфира.

Ей стало лучше, и она последовала за маленьким унгалом. Зеленоглазый кот бросил последний взгляд на землю и поспешил за ними.

***

Несмотря на то, что кошки стали идти на уровень выше, солнечный свет совсем не проникал сюда. Могучие и густые кроны высоких деревьев не пропускали ни одного желанного лучика, как бы солнце ни старалось. Здесь, как и на земле, царили тьма и неизвестность. Слышались отдаленные голоса тропических птиц.

Они были какими-то приглушенными. Толстые ветви и листья, переплетенные с многочисленными лианами, проводили барьер между двумя мирами. Там, наверху, был мир золотого солнца и небесной голубизны. Мир радости и свободы. Здесь же, среди нижних веток старых деревьев, спал мир секретов и изумрудного света. На деревьях иногда встречались обезьяны с синими хвостами, которыми цеплялись за лианы.

Сапфире пришлось признать, что перемещаться таким образом не менее удобно, чем по земле. Многие лианы были крепкими и широкими, а также крайне мягкими, чтобы в них легко входили когти.

Кошки шли за Урри очень долго, изредка делая перерывы на отдых. Естественно, ни о какой еде и воде ни шло и речи, потому что путники банально не знали, где все это искать.

Утром следующего дня путешественники увидели гигантскую бофмалу — то самое дерево с сонными цветами. Оно было настолько высоким, что его верхние ветви выходили за пределы тёмного мира джунглей и терялись где-то в высоте. Чудесный аромат цветов, уже знакомый Сапфире, щекотал ноздри.

— Это бофмала, — просветила принцесса Ориона, который до сих пор принюхивался. — Лучше нам на ней долго не задерживаться, иначе она нас усыпит.

— Откуда ты знаешь это?

— Мне уже удалось с ней столкнуться. Именно на ней мы с Урри и познакомились.

Наследница вспомнила маленький мокрый комочек, который едва не стал обедом для гурунгу. Но к ней незаметно подкралось и другое воспоминание: отражение Ориона в волшебном свете. Белая кошка украдкой взглянула на него, но кот успел заметить это.

Совсем скоро путники, перебегая по зелёным лианам, добрались до цветущей бофмалы. С первых секунд пребывания на дереве всех охватила лёгкая сонливость, с которой приходилось постоянно бороться. Сапфира шла вперед, любовалась сиреневыми соцветиями и пыталась заглушить все чувства, которые возникали у нее в тот момент. Мысли об Орионе занимали все пространство ее сознания. Кошки случайно касались хвостами или боками, и принцессу словно било электрическим током. И, самое главное, ей казалось, что рыжий кот чувствует то же самое.

— Ой, смотрите, что я нашел! — воскликнул вдруг Урри, который забежал вперёд.

Сапфира и Орион бросились в сторону котенка, готовясь к худшему. Но они обнаружили лишь птичье гнездо, устланное бледно-зелёными перьями. Внутри, опираясь друг на друга, лежали три синих яйца. Скорлупа была испещрена серебристыми пятнами разных форм и размеров.

— Что это за яйца, Урри?

— Вы имеете в виду, что за птица? — золотой котенок с видом знатока обнюхал находку. — Так, на загала не похоже и на халова тоже...

— Ну? — стал терять терпение Орион. Для него все эти слова ничего не значили.

— Не знаю, — честно ответил маленький унгал. — Как думаете, их можно есть?

— Почему бы и нет? — бодро отозвалась Сапфира. — Мне не доводилось таким питаться, но у нас безвыходное положение.

— А я бы на вашем месте не трогал это, — поморщился Орион. — Что, если их отложил монстр пострашнее гурунгу?

— Не говори глупостей, — возразила будущая королева. Она насмешливо посмотрела прямо в глаза рыжему коту:

— Ты же видишь размер яиц. Значит, тот, кто снёс их, совсем не большой.

— Что у тебя с глазами? — вдруг спросил друг.

— Ты о чем?

Молодой кот приблизился и посмотрел на нее так, как будто хотел взглядом вытянуть душу.

— Зелёные прожилки. Едва заметные, но у тебя их не было раньше.

В этот раз Сапфира, несмотря на нервы, смогла быстро сориентироваться.

— У моей матери салатные глаза, Орион. И при некотором освещении у меня...

Громкий треск прервал оправдания белоснежной кошки. Друзья повернули голову и увидели, как Урри стоит у разбитого яйца и облизывается.

— А что, довольно вкусно! Посмотрите, у него желток розовый.

И тут раздался громкий пронзительный крик. Он был такой мощности, что, казалось, может напополам перерезать все лианы в джунглях. По голосу Сапфира сразу поняла, кто это.

— Гвисоль! — заорали они с Урри одновременно.

И она не заставила себя долго ждать. Не прекращая визжать, прекрасная птица появилась из ниоткуда и упала на свое гнездо, обняв его длинными крыльями. Унгал быстро смекнул, что пора ретироваться, и спрятался за спиной принцессы.

Чудесная гвисоль, защищая оставшиеся яйца, продолжала истошно кричать.

— Почему она не умолкает, мы же ничего не делаем? — спросил Орион, не сводя глаз с красивой птицы.

— О нет, — вдруг сказала Сапфира.

— Что?

— Она не плачет... Она зовёт!

— Кого?! — в один голос мяукнула Орион с Урри.

Ответ не заставил себя долго ждать. Со всех сторон начали мелькать опасные тени. Они быстро перемещались по веткам бофмалы, окружая ничего не понимающих путников. Наконец одна из теней показала себя — и вперед выступил огромный сияющий зверь с шоколадными пятнами по всей шкуре. Узкие глаза солнечного кота горели огнём угрозы.

— Вы тронули яйца священной гвисоли. Это карается смертью, — пророкотал он.

Сапфира едва заметно выдвинула одну лапу вперед, готовясь с честью встретить свою гибель. Смотря на морду этого грозного хищника, она видела своих подданных, которые умирают от волчьих лап.

«Ты не справилась, и даже короли прошлого не примут тебя к себе. И пусть это будет твоя последняя мысль».

— Равнодушный, подожди! — послышался другой голос. Он явно принадлежал самке.

— Ну, что там? — не оборачиваясь, прорычал зверь. — Царь Солнечный Лап распорядился чётко: убивать всех, кто притронется к...

— Я знаю, что сказал царь. Но знаю также, что пожелала бы моя царица. Берем их в плен! — приказала она другим ягуарам.

— Ну, уж нет! — взревел тот, кого назвали Равнодушным. — Мягкость, ты забываешься.

— Нет, это ты забываешься, — изящная ягуариха медленно подошла к нему и встала рядом.

По размеру она была ощутимо меньше своего соплеменника, но, казалось, совсем не боялась его.

— Хватит рычать попусту. Мы обязательно казним преступников. Но для начала моя царица посмотрит на них. Ты не видишь, что ли, как выглядят эти... коты? Их шерсть явно не для нашего климата.

Пока ягуары спорили, Сапфира обернулась, надеясь спастись бегством. Но там уже стояло несколько мускулистых зверей, готовых разорвать в клочья любого, кто попытается сбежать.

— Ладно, — наконец согласился Равнодушный. — Хватайте их, но пока не применяйте слишком много силы.

Принцесса протестующе мяукнула, когда ее опутали крепкой лианой. Тоже самое сделали с Орионом и Урри. Шеи и тела друзей оказались связаны толстыми зелёными верёвками.

Концы лиан ягуары взяли в зубы и быстро пошли вперед, постоянно дёргая пленников. Наследнице было тяжело поддерживать темп, но хуже всего пришлось Урри. Малышу никто не сделал поблажку, и он вынужден был поспевать за теми, кто шёл в несколько раз быстрее него.

Острое чувство вины легло на плечи будущей королевы, пока она наблюдала за мучениями золотистого котенка. Почему она не отвела его назад к матери? Почему не заметила его присутствия раньше? Мысль, что из-за нее погибнет невинный котенок, съедала ее изнутри.

Пока белоснежная кошка утопала в своих мыслях, к ней подошла та самая самка ягуара, что на определённый срок спасла ей жизнь.

— Твое имя? — спросила она.

Сапфира злобно отвернулась и не стала отвечать.

— Дорогая, сейчас от меня зависит, увидишь ли ты завтрашний рассвет. Вы совершили самое страшное преступление, какое только можно. Так что, будь добра, удовлетвори мое любопытство.

Сапфира фыркнула, но все равно продолжала молчать. Она считала, что ее убьют независимо от того, ответит она или нет.

— Может быть, если я откушу хвост унгальскому детёнышу, ты заговоришь? — ягуариха кивнула на бедного Урри, который постоянно спотыкался, не поспевая за другими.

Принцесса решила, что ей уже нечего терять, что ее вскоре казнят ягуары или добьет яд зелёного хрепа. Поэтому она, смотря только вперед, сильным голосом ответила:

— Меня зовут Сапфира, и я наследница трона королевства кошек, что находится в другом мире.

После этих слов она украдкой взглянула на Ориона. Их глаза встретились лишь на секунду: во взгляде рыжего кота не было удивления, нет, там мелькнуло что-то другое, похожее на разочарование и неприязнь. Белой кошке и так хотелось провалиться под землю, но ей было некуда деться от обстоятельств.

— Я так и подумала, — восторжествовала Мягкость. — Чужестранка, да еще и королевских кровей, если не врёшь! Хотя зачем тебе врать? Наоборот, ты продлила себе жизнь.

— А что ты, кот? Тоже какой-нибудь король?

— Мне не удалось родиться принцем в этой жизни, — обаятельно улыбнулся Орион. — Но я обладаю многими достоинствами, благодаря которым мне тоже можно продлить жизнь.

Сапфира незаметно выпустила когти в дерево: она приняла эти слова на свой счет.

— Ты мне нравишься, малыш, — промурлыкала Мягкость. — Но твою судьбу решать имеет право лишь царица.

— Надеюсь, она не менее прекрасна, чем вы, — молодой кот пустил вход все свои чары.

Принцесса, идущая рядом, решительно не понимала, зачем ее спутник так любезничает с ягуарихой, которая принесёт ему смерть. У наследницы настолько пересохло в горле, что стало трудно дышать. Она ощущала, что без нужного количества влаги в организме, яд зелёного хрепа быстрее убивает ее.

— Думаю, вы не видели воды довольно долгое время. Ну, ничего, скоро у вас ее будет предостаточно, — рассмеялась Мягкость.

Будущая королева покосилась Ориона, но тот упорно не смотрел на нее.

«Неужели из-за своей лжи я потеряю его?» — удрученно думала синеглазая кошка.

Через какое-то время пленники почувствовали потрясающий запах свежей воды. Его приносил ветерок, тоже взявшийся, не пойми откуда. Затем в воздухе появилась водяная пыль и странный шум, который постепенно усиливался. В какой-то момент ягуары перешли с веток на скалы. Сапфира шла вслед за другими по узким каменистым тропинкам и думала, что же ее ждёт впереди.

Затем камни и трава под лапами стали влажными. Из горной породы сочились ручейки.

— Мы почти на месте, — сообщила пятнистая Мягкость. Она выглядела крайне довольной.

И принцесса увидела то, чему сначала не поверила. Это был голубой водяной поток, падающий с крутого обрыва. Вода пенилась и бурлила, низвергаясь в пропасть.

— Это называется водопад, — пояснила ягуариха, заметив шок Сапфиры. — Сейчас будет очень скользко, так что осторожно. Если упадете отсюда, то умрёте скорее от жажды, чем от удара.

Принцесса внимательно наблюдала, как Равнодушный и другие ягуары идут по тропинке, которая была едва ли шире одной их лапы. Никто из них даже не пошатнулся — они наверняка ходили по ней очень часто. А затем случилось невероятное: один из хищников, не останавливаясь, вошел прямо в водяную стену и исчез. Остальные сделали то же самое.

— Ваша очередь. И не делайте глупостей — я иду сзади, — за спиной послышался голос Мягкости.

Сапфира обернулась — за ней стояли Орион, Урри и огромная пятнистая кошка.

— Разве это возможно? — обратилась принцесса к ягуарихе, но ее взгляд был устремлен на рыжего кота. Кот равнодушно смотрел сквозь нее.

— Иди, а то я потеряю терпение и потащу тебя за хвост, принцесса, — солнечная кошка сделала акцент на последнем слове, чётко обозначая, что этот титул ничего не значит здесь.

Белоснежная кошка вся задрожала. И она не понимала, по какой причине: от страха упасть в пропасть или от злости на такие слова?

«Я — будущая королева, и главное, что я это знаю».

С этой мыслью Сапфира стала шаг за шагом шествовать к водопаду. Узкая дорожка оказалась куда более скользкой, чем казалась на вид. Принцесса как будто шла по льду. Несколько раз она останавливалась, потому что у нее из-под лап сыпались камни и куски грязи.

Больше наследница не оборачивалась — в такой ситуации это было противопоказано. Очень медленно она достигла своей цели: могучая вода бурлила совсем рядом.

Густая шерсть будущей королевы мгновенно стала мокрой. Но ей не было неприятно, наоборот, ледяные капли показались ей райским наслаждением. Сапфира внимательно присмотрелась к водяной стене.

Оказалось, она была совсем не плотной, а состояла из множества отдельных потоков, которые то сливались воедино, то разъединялись. Они казались живыми — настолько невероятными и непредсказуемыми были их гонки.

Наследница закрыла глаза и сделала шаг вперед, задрав голову. Водяной столб тут же залил ее с лап до хвоста, не оставив ни единого сухого места.

— Вода же ледяная, что она делает? — запищал Урри, вытаращив глаза.

— Дело даже не в этом. В любой момент его может заменить более сильный поток воды, который просто смоет ее с этого уступа.

— Надо ей помочь! Сапфира!

— Тише, — шикнул на него Орион, не отрывая взгляда от сошедшей с ума кошки. — В такой ситуации кричать нельзя. Я пойду за ней.

Сапфира не слышала ничего. Ей еще никогда не было так хорошо. У нее сложилось впечатление, что кристально-чистая струя воды смывает с нее не только горький яд, но и все ошибки, всю душевную боль и вину.

Она готова была прямо сейчас раствориться в вечном потоке и стать водяной пылью, чтобы освободить себя от бремени страданий. В какой-то момент поток, что обрушился на нее, стал уже, и кошка увидела великолепный драгоценный камень насыщенного синего цвета. Он был на самом потолке, высоко-высоко.

— Ты правда здесь? — беззвучно спросила она.

— Сейчас тебе до меня, как до этого потолка. Но ты выживешь и найдёшь то, что тебе предназначено.

Принцесса открыла рот, и тут прямо из сапфира полился широкий водяной поток — она едва успела увернуться. Кошка находилась в чем-то наподобие маленькой пещерки, где в любой момент ее могло залить водой.

— Сапфира, — приглушенно позвал кто-то.

Наследница обернулась. За искрящейся водяной стеной она увидела очертания огненного кота. Вода не давала ясно рассмотреть его тело — лишь зелёные глаза, подобные двум изумрудам, просвечивали сквозь преграду.

В них принцесса прочла такое сильное чувство, что ей стало не по себе. Сапфира и Орион стояли близко друг к другу, но в то же время не могли окончательно сблизиться, потому что стена водопада на несколько минут стала сплошной, и через нее нельзя было пройти. Вспышка озарения поразила промокшую кошку: то же самое было в одном из ее снов! Только там, в отличие от реальности, водопад придавила упавшая луна.

Внезапно синеглазая кошка очнулась и поняла, что она может легко простыть, долго находясь под ледяным душем. С трудом отведя взгляд от рыжего кота, она развернулась и направилась в противоположную сторону. Последний поток воды был пройден, и тут Сапфиру ослепил золотой свет. Зажмурившись, она неуверенно выступила из тени. Когда дочь Антрацита привыкла к яркому освещению и открыла глаза, ее лапы стали ватными. Она оказалась в раю...