Глава 11. Ветряной ключник

Наступило раннее утро. Температура на улице опустилась ниже нуля, и наконец-то пошёл первый снег, а бушующий в последние дни ветер стих. Крохотные снежинки падали с неба, слабо сверкая в свете, сочившемся из окон.

Лефа спала в кровати беспокойным, прерывистым сном. Душу скребли боль и обида, которые никак не хотели уходить. В один момент, устав от бесполезных попыток в очередной раз заснуть, она резко поднялась и швырнула подушку в стену напротив. Сев на кровати, Лефа глянула в окно и распахнула его. Ветер сию же секунду потушил слабо тлеющие угли в камине, и несколько снежинок упали на лицо девочки. Холод отрезвлял, и Лефа, глубоко вздохнув, скрестила руки на подоконнике, положив на них голову.

Снег падал ей на волосы, а ветер слабо гудел в ушах. Она немного посидела, остужая вскипевшие в голове мысли, но, замёрзнув, закрыла окно. Ей захотелось принять душ, но, когда она уже собралась включить воду, вдруг вспомнила, что сегодня нельзя пользоваться предметами, созданными вереванием, другими словами — всем верейным. Тяжело вздохнув, она оделась, и в этот момент в её комнату постучали. Выглянув из ванной, Лефа увидела, как в комнату зашла Марьяна.

— Доброе утро, — тихо поздоровалась Лефа, и, глядя в глаза Марьяны, вновь заметила в них тень беспокойства.

Увидев девочку в том же состоянии, что и вчера, Марьяна мягко улыбнулась, стараясь не показывать своих переживаний. Пройдя вперёд, она поставила на прикроватный столик поднос с принадлежностями для церемонии — старинным гребнем с резным узором, традиционным белоснежным, аккуратно свёрнутым нарядом и прочими мелочами. Однако Лефу заинтересовало совсем другое. Она внезапно заметила, что позади тёти, в дверях, стоит незнакомый ей парень с лавандовыми волосами. Несмотря на то, что выглядел он очень молодо, на удивление он казался крепким и высоким настолько, что чуть было не ударился головой о дверной косяк. Но больше всего Лефу удивило, что несмотря на холодную погоду на юноше были лишь длинные коричневые штаны и белая майка. Поймав удивлённый взгляд девочки, парень вошёл в комнату. Марьяна, в свою очередь обернувшись, представила юношу.

— Лефанька, вчера вечером к нам прибыл гость. Он поживёт у нас ближайший месяц, может, даже чуть дольше. У вас с ним есть кое-что общее, так что, надеюсь, вы подружитесь, — Марьяна, улыбнувшись, положила руку на плечо девочке.

— Вентарий Келеванский, пятнадцать лет, я ветряной ключник. Приятно познакомиться, — немного официально представился парень, поклонившись девочке и улыбнувшись. Лефа ещё сильнее удивилась, узнав его возраст, но не мешкая решила подыграть.

— Аникина Алефия, тринадцать лет, полагаю, водная ключница? — вопросительно посмотрела девочка на тётю, и та быстро кивнула. За всё это время никто так и не сказал девочке, каким же конкретно ключом она владеет, так что оставалось догадываться лишь по его цвету и камню. — Мне тоже очень приятно, — Лефа сделала лёгкий книксен, после чего оба ключника пожали друг другу руки. Марьяна легко улыбнулась и, сказав, что ненадолго отойдёт, оставила ребят одних в комнате.

— Что же, Вентарий, садись, расскажи, что ты тут делаешь? В смысле здесь, в доме моего отца, — Лефа снова вернулась на кровать и пригласила гостя сесть рядом, в кресло.

— Зови меня просто Вет. Вентарий — звучит слишком официально и сложно, — сказал парень, на секунду отвернув голову в сторону. Как показалось Лефе, это было что-то вроде привычки, проявлявшейся в некомфортных ситуациях. Повисло недолгое молчание, и девочка решила спросить парня прямо.

— Всё в порядке? Ты какой-то зажатый, — мягко уточнила она, наклонив голову на бок. Гость вскинул бровь и машинально облокотился на спинку кресла. Лефе показалось, что он одновременно удивился и обрадовался тому, что его так быстро расшифровали.

— А от тебя ничего не скроешь. Уф... прости. Просто трагедия семьи Аникиных слишком известна всей Фиоре... — В голове Лефы пронеслась мысль: "Значит так в мире называют нападение черногласов на мою семью... драматично". — Я словно с призраком сейчас разговариваю, — сказал Вет, однако сообразив, что именно он только что сказал, начал извиняться.

— Прости, я не это имел в виду. Не хотел тебя обидеть... — Но Лефа остановила его жестом руки, после чего тяжело вздохнула.

— Котой, фантэ. Помолчи, пожалуйста, — этими словами она, мягко говоря, удивила парня. – Я не обижаюсь, но давай договоримся. Я... расскажу тебе мою историю, если хочешь, а потом мы её забудем, хорошо? И да, я прекрасно разговариваю на древнефирском, колидском... Сколько названий у этого языка?Хлопая глазами, Вет молча слушал и в конце кивнул.

— Для удобности остановимся на менском. Среди людей и эльфов это более распространённое название, позже скажу, почему. По рукам? — Пожав руку Вету, Лефа слегка приподняла уголки рта, а парень, видимо уловив смену настроения, успокоился и решил продолжить. — Просто пойми, я только позавчера узнал, что в Манафии объявилась водная ключница. Я думал, меня снова отправят знакомиться с ещё одним подростком, о котором до сих пор никто ничего не слышал, — активно жестикулировал Вет. — А в итоге ты не неизвестная личность! Мне неловко, с живой легендой разговариваю. Плюс, я не ожидал, что ты на менском говоришь. Откуда ты его знаешь? Я этот язык с трудом понимаю. А я его учил столько лет... Ааа, я сейчас заплачу, — продолжил Вет, схватившись руками за волосы, что рассмешило Лефу.

— Лан ри фонто, эк ифта разар риай. Если хочешь, я могу помочь тебе, — сказала Лефа, наигранно накручивая волосы на палец.

— Фантэ! — попросил юноша, всё ещё удерживая на лице грустное выражение. Он неправильно поставил ударение, но Лефа решила не поправлять его, а просто улыбнулась.

— Извини, а что значит «снова отправят»?

— Не извиняйся. Ну, то и значит. Месяц назад я уже приезжал сюда — знакомился с огненным ключником. Кстати, классный пацан! У него, как и у тебя, отец министр. Я лишь неделю назад домой вернулся, как меня обратно позвали в Манафию. Соскучились, наверное.

— Так, а зачем ты приезжаешь уже во второй раз?

— Познакомиться, я же говорю. А в идеале — подружиться, как мне сказали в Менсу. Надвигающийся катаклизм нам вчетвером останавливать, потому чем слаженнее мы будем работать, тем лучше, — при упоминании мирового катаклизма Лефа начала сверлить юношу взглядом. — Ну, не важно.

— Понятно, — Лефа потянула время несколько секунд, затем вздохнула и продолжила: — Получается, я тоже должна буду познакомиться с другими ключниками? Огненным и земным?

— Да. Правда, с земным я пока и сам не знаком — он, вроде, ещё не объявился, — Вет почесал затылок.

— Хорошо. А тебя действительно отправили сюда так просто, без охраны?

— Кто сказал? — Вет задрал правую штанину. Лефа пригляделась и заметила у него на щиколотке еле заметный круглый узор, похожий на белую татуировку.

— И что это?

— Без понятия. Это высшее веревание. Как мне объяснили — вроде верейного смотрителя. На случай, если Манафия позволит себе лишнего, — юноша остановился, но Лефа через несколько секунд покрутила ладонью в воздухе, призывая его продолжить. — Ох, это будет сложно объяснить... Насколько я знаю, страны подписали договор, где выписали условия моего пребывания здесь. И если Манафия нарушит эти условия, будет меня силой удерживать или промывать мозги, или ещё чего, то этот смотритель отреагирует на триггер. Пошлёт сигнал в Менсу и в местное посольство, куда меня моментально телепортирует человек, отслеживающий сигнал.

— И почему Манафия на это согласилась? Разве ты не выглядишь как шпион? — Лефа придвинулась ближе.

— Нет, потому что... — Вет задрал левую штанину: на второй щиколотке находился очень похожий магический след. Лефа протянула длинное «А-а-а» и уже собиралась что-то спросить, но Вет перебил её с молящим видом. — Пожалуйста, даже не спрашивай. Я и так рассказал тебе всё, что знаю. Мне сказали, что остальное — не для моих ушей.

— Досадно! — Лефа легонько ударила кулаком по матрасу. — Ну почему взрослые всегда так? Чуть что самое интересное — сразу дверь перед носом закрывают и говорят: «Не подслушивай».

— И часто тебя так ловили? — ухмыльнулся Вет.

— В детстве — да... — в голове друг за дружкой всплыли несколько эпизодов из жизни среди колидов, когда Лефа подслушивала старейшин через щели в дверях и окнах. Из раздумий её вернул голос Вета:

— А насчёт твоего первого вопроса... — в глазах у юноши заблестели огоньки, он стал выглядеть сосредоточеннее. — Без понятия, видимо, им это зачем-то нужно. Как я знаю, у Манафии много союзников и много недоброжелателей в мире. Возможно, они пытаются через политику показать себя с лучшей стороны. А может, они просто хотят, чтобы я стал к ним лояльнее, — Вет на секунду замялся. — Как минимум, это официальная версия, так что будем довольствоваться ей. Всё равно нам больше не скажут...

— А Менсу зачем тебя сюда отправлять?

— Вероятно, по тем же причинам. Политическая выгода, а ещё... Ты в курсе, что тебе самой в один момент придётся пожить в Менсу?

— Зачем это ещё?

— Мы туда поедем справляться с катаклизмом. Менцы заняли территорию, на которой когда-то давно были сотворены ключи. Если во время горячки мы будем находиться там, это сильно облегчит нашу работу. Ну не смотри на меня так, ты сама спросила!

— Ладно, извини... Просто я не способна сейчас говорить о катаклизме, позже объясню, почему, — Лефа поникла. — То есть это как бы обмен? Сначала ты у нас гостишь, а потом мы у тебя? — Вет кивнул. — Интересно.

— Уф, ладно, мы как-то отвлеклись. Всё, давай знакомиться.

Лефа тяжело вздохнула и принялась снова рассказывать свою историю. На этот раз рассказ шёл чуть легче, ей не было так больно вспоминать те события, даже наоборот, многие детали сейчас, уже смешили. Как, например, странная тенденция засыпать в одном месте, а просыпаться в другом. Когда девочка поведала о том, что до шести лет росла в поселении колидов, парень, смекнув, откуда она знает древнефиорский, протянул длинное «а-а-а». Вскоре снова пришла Марьяна и принесла еду. К радости Лефы, это была нарезанная пурпурная лика, которую девочка чаще всего ела в поселении колидов.

— Не знаю, понравится ли тебе, — сказала Марьяна. — Но это самое вкусное из того, что тебе сейчас можно.

— Надо было всё-таки взять у Фиалки рецепт, как запекать пурпурную лику... Ммм, как же всё-таки вкусно, — пробормотала Лефа, медленно кладя кусочки фрукта за щеку. Аппетита не было совсем. Несмотря на то, что вкус фрукта в сыром виде действительно казался специфическим, девочка его обожала, однако чего-то не хватало. — Не хочу наглеть, но маленьких красненьких цветочков, похожих на звёздочки, нет? — спросила Лефа у Марьяны. Та нахмурила брови, но попыталась понять, о чём говорит племянница.

— Ты про пиним?

— Кто их добавляет к фруктам? Это же приправа для мяса, — у Вета округлились глаза.

— Но я так всё детство ела... Вы многое упускаете на самом деле, — продолжила девочка, положив ещё кусочек за щеку. Пожав плечами, Марьяна через минуту вернулась с баночкой сушёных цветов и поставила на стол. Завидев любимую приправу, Лефа радостно поблагодарила Марьяну и посыпала ею фрукт. Да, пиним идеально подчеркивал вкус блюда. Лефа предложила Вету и Марьяне попробовать столь странное сочетание и, на удивление, им понравилось.

После завтрака Лефа продолжила рассказывать свою историю. Она чувствовала себя уютно с Ветом. Тело перестало ощущаться как каменное, она больше не пыталась обхватить себя руками, а слова сейчас уже без труда сходили с губ. Лефа заметила, что Вет тоже расслабился, хотя его глаза смотрели с сочувствием. Но отчего? Она ведь так чудесно себя чувствует, в первый раз за последние несколько дней. Лишь глянув на своё отражение в зеркале, Лефа поняла, что никогда так ужасно не выглядела. Бледное лицо, уставшие красные глаза, помятый вид, сутулая осанка. Даже не сравнить с опрятным, уверенным Ветом, сидящим напротив с расправленными плечами, с бойкостью в глазах.

Закончив рассказ, Лефа посмотрела на карман, в котором таился ключ. Вдруг зажмурившись и помотав головой, она сняла поясок с карманом и убрала в полку тумбочки. Повернувшись к Вету, она хотела заговорить, но тот опередил ее.— С тобой всё в порядке? — Вет с искренним волнением наблюдал за реакцией и жестами Лефы. Она боялась произносить эти слова вслух, но ей вдруг показалось, что, если она этого не сделает сейчас, то навсегда потеряет возможность во всём себе признаться.

— Я ненавижу его, — сказала Лефа, уткнувшись лицом в колени. — Всего за несколько дней он всё испортил. — Она почувствовала, как заболела голова, видимо, от подступающих слёз. — У меня был дом, любимая тётя, подруга, благодаря которой я хотя бы не чувствовала себя одинокой. Я жила спокойно ровно до того момента, пока не нашла его. — Девочка кинула быстрый взгляд на тумбочку, а затем подняла наполненные слезами глаза на парня. — Зачем я забрала его тогда? Почему не оставила просто лежать там, на полу? Почему это происходит со мной? — Лефа смотрела на свои руки сквозь слёзы стеклянным взглядом. — У меня появились новые родственники, старые друзья, я стала веревщицей, вроде, всё хорошо, но почему-то мне слишком больно.

Лефа вскочила было с кровати, чтобы умыться и успокоиться, но только она встала на ноги, резко почувствовала недомогание и тело потянуло к полу. В голове звенело, вокруг всё поплыло, начало подташнивать. Поняв, что Лефа вот-вот упадет в обморок, Вет мигом вскочил и, подхватив её, уложил на кровать. Взяв со стола графин, он налил воды в стакан, ожидая, пока Лефа придёт в себя. Вскоре она очнулась, но по-прежнему ничего не видела, звуки стихли, словно на неё надели наушники, тело онемело. Вспомнив случай в больнице, когда она в первый раз упала в обморок, Лефа попыталась поднять ноги вверх, как её научила врач на случай, если такое повторится. Вет помог ей.

Через время кровь прилила к мозгу, стало легче, и Лефа смогла сесть на кровати. Она слишком мало ела в последнее время, неудивительно, что ей стало так плохо. Вет протянул ей стакан воды, однако Лефа только отвернулась в сторону. Стало неловко от того, что она предстала перед малознакомым человеком в таком виде. Тем не менее парень настоял, и Лефа выпила весь стакан залпом.

— Знаешь... Я не буду с тобой соревноваться в том, у кого жизнь веселее, но я тебя понимаю. Сам подобное проходил недавно, — сказал Вет, снова отвернув голову в сторону на секунду. Повернувшись обратно, он увидел, что Лефа вопросительно смотрит на него грустными глазами. Он вздохнул. — Ну, приготовься, это будет долгая история. Я очень...

— Красноречив? — У Лефы дрогнули уголки рта. — Я тоже.

— Значит споёмся, — Вет улыбнулся. — Это произошло два года назад, в тот день мне исполнилось тринадцать. Нарин, открой карту мира, — с этими словами Вет стукнул по циферблату своих часов.

Через несколько секунд, перед ним возник экран, на котором была изображена физическая карта Фиоры. На ней располагались шесть континентов, много маленьких островков, а также океаны, горные хребты, города и страны. Девочка быстро нашла Лелеян горный хребет и поселение колидов на континенте Фира.

— Я родился и вырос здесь, — сказал Вет, указывая на северо-западную часть Иридийского горного хребта, занимавшего большую часть континента западнее Фиры. — В самой дикой и непроходимой части гор возле Драконьей долины. Её до сих пор так называют несмотря на то, что драконы вымерли несколько веков назад. Когда мне исполнилось тринадцать, мы с родителями и моей младшей сестрёнкой, Лилиной — я зову её Лилей — решили наконец выбраться на несколько дней в столицу эльфов, Менсу. Моя родная страна, Кенера, очень маленькая, у нас практически нет армии, потому мы находимся под защитой и юри... юрди... Секунду, — Вет неловко улыбнулся и смахнул пальцем вверх по циферблату и перед ним возник голубой, непрозрачный экранчик. Он что-то напечатал на нём, а затем произнёс. — Юрисдикцией, во! — более процветающей страны-соседки — Менсу. — Вет убрал экранчик, надавив на него и смахнув вниз. — Мы, короче, подчиняемся её законам. Так что, можно сказать, что это и наша столица тоже. Но я даже рад, Менсу очень сильная странам, как говорили нам в школе — без неё мы бы загнулись.

— Раз она такая мощная, то может по этому этот называют "менский"? Ну, всё время на слуху... — задумчиво проговорила девочка.

— Почти верно, но там долгая история и я в ней не очень разбираюсь. Хотя есть у меня хороший знакомый, который, бьюсь об заклад, тебе длинную лекцию расскажет на эту тему. Ну, короче, тот ещё задрот, — Вет прокашлялся и продолжил. — Тем не менее тогда я впервые выбрался куда-то за пределы гор. — Лефа ещё раз оглядела Вета с головы до пят и нашла объяснение его телосложению. В горах, должно быть, без хорошей физической подготовки никуда. — В общем, мы выехали посреди ночи и добирались на скоростном поезде около двенадцати часов. Утром мы пошли исследовать город, а ближе к вечеру родители отправились заселяться в местный отель. Мы же с сестрёнкой отпросились прокатиться до Гитаевых гор на фуникулере. Честно, не знаю почему, я вел себя, словно ярошенный, ну, одержимый, так захотел там побывать, именно там. Я уверен, что у тебя было точно такое же ощущение, когда ты нашла свой ключ, — сказал Вет, указав пальцем на тумбочку, но быстро отдёрнул руку, заметив, как нахмурилась Лефа. — Так вот, — продолжил парень, кашлянув. — Когда мы сели в фуникулер, когда тронулись с места, да даже когда сошли на конечной, мне не терпелось оказаться на самой вершине. В общем, выйдя на тропинку, я взял сестру за руку и повел ее вглубь леса, растущего на этой горе. Сначала мы были шокированы тем, насколько же окультуренным выглядел склон, особенно по сравнению с нашими краями. Указательные знаки, вымощенные камнем тропинки, лестницы с перилами! Однако наша мирная прогулка закончилась примерно тогда, когда мы с Лилей прошли мимо гладкого скалистого склона. Боковым зрением я заметил в стене какой-то проход, но остановившись обернулся и уже не нашел его. Следующие минут десять я скакал перед стеной, пытаясь обнаружить тот проход. Каждый раз, когда вспоминаю это, мне становится жаль Лилю, которая стояла там и смотрела, как я схожу с ума, — улыбнулся Вет и, приложив ладонь ко лбу, поджал губы. Лефа и сама улыбнулась при мысли о том, как она, наверное, выглядела со стороны, пытаясь разглядеть тропинку, ведущую к поляне с фонтаном.

В комнате стало прохладно. Лефа уже было встала, чтобы подкинуть поленьев, но Вет остановил её и сделал всё сам. Усмехнувшись, он проговорил.

— Всё же, вы, манафцы, очень мерзлявые, не то, что мы, кенерцы. Я даже не заметил, что дрова догорели, — он улыбнулся и ударил себя в грудь. Однако скоро его задор сменился неподдельным удивлением.

— Да ладно... Манафцы, нация, живущая в Манафии, самой большой стране во всём мире. Мы где сейчас находимся-то? На территории Манафии, ты ж родилась тут.

Но Лефа, поджав губы, не ответила ему, завернувшись в плед. Ну не знает она этого, и что? Она много ещё чего не знает.

— Да ладно, не дуйся, я не в обиду, — произнёс Вет, легонько хлопнув её по плечу.

— Дурак ты, — ответила Лефа, треснув его в ответ.

— Как прикажешь, — продолжая улыбаться, Вет сел в кресло и, откашлявшись, продолжил рассказ.

— В итоге мне снова удалось разглядеть проход. Не двигая головой, я медленно направился к лестнице, ведущей куда-то наверх, в глубь скалы. Пока шёл, пару раз терял из виду проход до тех пор, пока не ступил на первую ступеньку. После этого я мог отойти хоть на десять метров в любую сторону, а проход оставался на месте. Думаю, таковы меры предосторожности, только ключник может найти это место, поскольку на мою сестрёнку это не распространялось. Она до жути перепугалась, когда увидела, как моя нога исчезла в стене. Но очень скоро я её успокоил и провёл за собой. Поднявшись по лестнице, мы очутились на заброшенной смотровой площадке, находящейся с другой стороны горы, как мы тогда подумали. Мы первым делом побежали полюбоваться пейзажами, хотелось увидеть свою родную долину и горы с высоты, вот только... Мы оказались абсолютно в другом месте. Клянусь, я знаю эти горы как свои пять пальцев, я родился и вырос там. Но пройти дальше смотровой площадки я не мог, там была стена. Прозрачная, но прочная, как барьер в видеоиграх на границах мира. – На этом моменте у Лефы непроизвольно открылся рот, и она остановила парня.

— У вас здесь есть видеоигры?

— В каком смысле «у вас здесь»? Ну да, разумеется, мы ж не в Средневековье живём, у нас техника в разы более продвинутая, чем в Катании, так как мы дополнили её вереванием.

— Да неужели, может, у вас тогда ещё и вечный двигатель найдётся? — скептически сказала Лефа. В душе взыграл патриотизм партанки, захотелось доказать, что южно-катанийцы не отстают от других народов и стран.

— Нет, но это, видимо, невозможно в принципе... Его пытались изобрести, используя в качестве основы звёздную пыль, но что-то пошло не так. Буду объективным, Катания развивается быстрее всех, в сфере экономики и других она лидирует. В общем, вернусь к рассказу, — оборвал Вет, по видимому, не желая устраивать спор, а Лефа не противилась. — Короче говоря, всё, что нам оставалось делать, — это гулять по смотровой площадке. Когда я отвернулся от стены, то увидел, как Лиля таращится в пол, и, приглядевшись, рассмотрел за слоем грязи узор на нём. Линии вели в центр площадки к небольшому выступу, вокруг которого были разбросаны обломки камней. Подойдя ближе, я заметил, как что-то сверкнуло на выступе в свете солнца и, присев, стёр пыль с найденного предмета. Это оказался камень, а если точнее, аметист, — сказал парень, улыбнувшись, и достал из кармана на поясе ключ с драгоценным камнем в форме капли.

— Как только я нажал на камень, маленькая иголочка проколола мне палец, и, когда на аметист попала моя кровь, он начал светиться. Уже через секунды все обломки и развалины вокруг словно начали откатываться назад во времени, и перед нами вырос огромный флюгер, указывающий направление ветра. А на месте разрушенных скамеек появились новые — чистые, резные, пол тоже стал чище. В общем, шикарная смотровая площадка. После того, как всё вокруг приняло презентабельный вид, в основании флюгера появилась маленькая дверка, открыв которую, я и нашёл там его.

Вет посмотрел на ключ. Глубоко вздохнул и продолжил свой рассказ, вспоминая о последующих, не самых приятных событиях.

— В общем... Поняв, что нагулялись, мы отправились в отель. Помню ещё, кстати, что, когда я взял ключ, меня пробила холодная дрожь. При моей то закалке — удивительно! Ну так вот, вернувшись в отель, я всё рассказал родителям, и был в шоке от их реакции. Как только мама увидела ключ, она прям засияла от радости, а вот отец стал мертвенно-бледным и схватился за сердце. На этом наш отдых закончился, родители решили срочно вернуться домой. Уже ночью мы поехали на поезде в очень напряжённой обстановке. Родители все время ругались между собой из-за меня.

— Так, а в чём дело? Почему они так отреагировали? — спросила Лефа, чем, кажется, озадачила Вета, однако в итоге он, выдохнув, решился.

— Мама, как оказалось, из рода хранителей ветряного искусства. Этот род живет в небольшой деревне в горах недалеко от места, где я родился. У них ключники оставляют свои исследования о том, как ключи использовать. Глядишь, в один день и мы им что-то оставим, — Вет мечтательно запрокинул голову. — А ещё там чтут ключников как посланцев богов. Потому, когда мама увидела ключ, она поняла, что я стал ветряным ключником, а для неё это было самое почётное, что только могло случиться. Мой отец, напротив, выходец из старообрядческого храма и считает, что люди, управляя магией драконов, совершают кощунство, святотатство. Эх... Как оказалось, родители и до брака часто спорили на эту тему и договорились не поднимать ее, чтобы жить мирно, но после происшествия в горах это, похоже, стало невозможным... В общем, споры велись о моей дальнейшей судьбе. Мама считала, что я должен обучаться искусству ветра, а отец хотел отправить меня в храм, чтобы из меня изгнали эту "чушь". В итоге, родители дня три ссорились каждый день, пока рано утром за мной не пришёл дед со стороны отца. Честно, до этого дня я его никогда не видел, это было наше первое знакомство. Может, потому, что он священник и живёт в закрытом храме. Он забрал меня в храм, ключ я тайком пронёс туда. Прятал под матрасом кровати, ибо меня обыскивали каждый день. Боялся расстаться с ним. Как мне позже сказала мама, — а она знала, что ключ я забрал с собой, как подобает ключнику, — она соврала отцу, что отправила ключ в храм ветра. В храме на протяжении нескольких дней священники пытались изгнать из меня бесов, короче, какой только дурью они не маялись. Меня подвешивали голым на морозе, топили, тушили об меня зажженные травы. Всё я не буду рассказывать. Это было не так ужасно, как звучит. Был бы я демоном, это бы сработало! Наверное, — сказал Вет, обратив внимание на то, каким ошарашенным взглядом на него смотрит Лефа. Девочка, в свою очередь, начала искать следы ожогов и разглядела несколько светлых шрамов на его руках. — Но потом мне повезло, посреди ночи ко мне пришёл один из священников. Он был единственным, кто понимал, что я родился с этим, и потому решил помочь мне сбежать. Он один, кстати, знал, что ключ всё это время был при мне и потому сказал, чтобы я продолжал хранить его в тайне. В итоге, он вывел меня за пределы храма и посоветовал бежать на север, так как у перевала в пяти километрах от храма есть небольшая деревня. Он добавил, что там часто принимают путников, и меня приютят. Так на протяжении всей ночи я то бежал, то шёл до этой деревни, где меня, слава звёздам, приютили, и там я прожил месяц.

— Месяц?! — не сдержалась Лефа, на что парень рассмеялся, кивнув.

— Там я тоже думал, как и ты. Мне так противен был этот ключ, я винил его и в том, что он расколол мою семью, и в том, что надо мной издевались, и в том, что я остался один и не видел сестрёнку. Я часто думал о ней, как она там одна, без меня, постоянно слушает ссоры родителей, — Вет опустил взгляд. — В той деревне я часто наблюдал за птицами кене, они гнездились неподалеку, и как-то там встретил одного человека. Он сказал кое-что, что мне помогло, — Вет откашлялся и процитировал. — «Далеко не всё в этом мире нам подвластно или дано к пониманию, например, как такие маленькие птички, единственные во всём мире, способны противостоять мощным ветрам. Однако, как правило, нам не нужно ничего понимать, чтобы быть счастливыми». Я, на самом деле, не сразу уловил связь между его словами и своими сомнениями и ещё долго сидел там, наблюдал за птицами, пока не перестал задавать себе вопрос, почему они способны так легко покорять мощные ветра, и стал просто любоваться ими. А со временем перестал интересоваться, почему со мной произошло то, что произошло, и начал практиковаться, играться с ключом. Самое забавное, что вскоре после этого ко мне пришёл ответ и на первый вопрос, и на второй, — усмехнувшись, произнёс парень, глядя на поникшую Лефу. Но, решив не задерживаться на тяжёлой ноте, он закончил рассказ.

— Через месяц мама узнала, где я, и пришла за мной. Как оказалось, за это время она развелась с моим отцом, и мы вместе с Лилей и мамой переехали жить в её родную деревню.

Следующие несколько минут они сидели в тишине. Лефа думала над словами парня, но так и не поняла, какие ответы нашел Вет на свои вопросы. Видимо, не время. Тяжело вздохнув, она подняла голову и посмотрела в окно.

— Не уходи, пожалуйста, — попросила Лефа, услышав, как парень приподнялся со стула. — Может, выйдем на улицу? Мне хочется увидеть, как ты контролируешь ветер... Если ты не против, — она решила попытаться пересилить свою неприязнь к ключу. Возможно, если она увидит, как это — работать в паре с ключом, объединяя общие силы, создавая мощные вейны, то у неё пропадёт отвращение к нему. Вет улыбнулся. Понимая, каково сейчас Лефе, он был рад помочь ей чем угодно.

— Да без проблем, идём, только... — подскочив было, парень немного замешкался. — Ммм, думаю, надо оставить записку, чтобы никто не ломал голову над тем, куда ты делась. — Вет стукнул по своим часам, и в воздухе появился маленький экран, на котором было много разных круглых иконок. Нажав на одну из них, он зашёл в раздел «записи», и на экране загорелось пустое голубое окошко. Достав из часов синюю ручку-перо, он написал в окошке записку, где было сказано, что они с Лефой пошли на задний двор практиковаться в веревании. После, убрав перо обратно в часы, Вет вышел в коридор и словно приклеил записку с обратной стороны двери, проведя по ней рукой.

— Всё, можем идти, только накинь что-нибудь сверху, — сказал парень, и, увидев возле шкафа висящую на крючке шубку, снял её и передал Лефе. Когда она оделась и обулась, ребята вышли из комнаты, погасив за собой свет.

Перед тем, как выйти на улицу, ребята зашли в гостевую комнату Вета, чтобы забрать его коричневую меховую жилетку и тёплые ботинки. Закалка — это хорошо, но болеть сейчас ни к чему.

На улице в этот момент господствовал ветер, снегопад прекратился. Промёрзшая почва была покрыта тонким белым ковром.

Во дворе Лефа встала возле ближайшего к ней дерева, а Вет отошёл метров на десять от неё, встав в центре свободной площади. Это была посадочная площадка для летающего транспорта. Открытая местность позволяла Вету не сдерживать силы и не бояться что-то разрушить.

Задорно улыбнувшись, он словно бы вспомнил что-то приятное и достал ключ из кармана на поясе, сжав его в руке. Через секунду тот засветился, повинуясь юноше. Дальше, словно бы нащупав нить в воздухе, Вет схватился за её конец и поднёс к нему ключ, продемонстрировав, как ветер на него реагирует. Ветер словно бы привязался к язычку ключа и следовал за ним, повторяя его движения. Это было заметно по тому, в каком направлении двигалась одежда Вета и его волосы, собранные сзади в небольшой хвостик. До Лефы пока что порывы ветра не доходили. Тем не менее уже скоро Вет перешёл к следующему этапу представления и начал показывать, как расширять зону своего влияния и контроля над ветром.

Выставив свободную руку на уровне груди, Вет коснулся ладони язычком ключа и словно бы начертил в воздухе прямую горизонтальную линию. Воздух как будто сделался осязаемым, и свободная рука парня тут же схватилась за конец этой линии. Зафиксировав руку с ключом на уровне плеча, Вет начал прясть ветряную нить, отводя второй рукой кончик нити в сторону. Вслед за этим движением зона его контроля над ветром начала расширяться, принимая форму купола. Через несколько секунд купол накрыл и Лефу, которая ощутила, что скорость ветра в куполе была значительно быстрее, чем снаружи.

Однако Вет не мог расширить зону контроля дальше одиннадцати метров. С той точки в воздухе, где он схватил ветер "за хвост", юноша смог отвести его не более чем на одиннадцать сантиметров. Тем не менее Вет выглядел очень мощно, заставляя ветер повиноваться. Когда обе руки Вета застыли в воздухе, зафиксировав зону контроля, началось самое интересное. Дальше ключ не принимал прямого участия в представлении и потому его можно было убрать обратно в карман на поясе, ветер начал следовать за руками юноши.

Встав в ровную прямую стойку, Вет сложил ладони вместе на уровне лица и закрыл глаза, скорость ветра начала заметно расти. Она выросла настолько, что Лефе пришлось обнять дерево, чтобы её не унесло с места. Вдруг Вет выставил одну руку в сторону, призывая к себе порыв ветра, и резко вскинул её над головой, подпрыгнув. Ветер тут же подхватил Вета и поднял его практически до самой крыши поместья. Зависнув в воздухе на несколько секунд, Вет словно бы встал на крышу и скатился вниз, как на снеждоске, со скоростью бури мчась в сторону Лефы. Испугавшись, она, повинуясь своим колидским инстинктам, быстро забралась на дерево и уселась высоко, на одной из веток, а Вет тем временем остановился в полуметре от места, где она стояла.

— Фух, ощущения, как во время конкурса механиков. Восторг! А ты чего туда забралась? — спросил он, смеясь.

— Инстинктивно! Ты куда несёшься? — дрожа, крикнула Лефа сверху.

— Не волнуйся, колида. Тебя снять оттуда? — успокоившись, спросил Вет, но Лефа покачала головой и полезла вниз сама. Однако в паре метров от земли она сорвалась и полетела к земле, не успев ничего выкрикнуть. Благо Вет поймал её и поставил на ноги.

— Спасибо!

— Пожалуйста, колида, — улыбнулся парень. — Ловко всё же лазаешь, прям как... — начал говорить он, хлопая девочку по плечу, как вдруг издалека послышался чей-то крик, и они увидели, что к ним приближается экономка.

— Ой, это Фрида, — сказала Лефа, неловко сделав шаг назад. Испытав дежавю, Лефа вспомнила Маргариту Ратаеву, которая точно так же частенько ловила девочку на любом, даже самом безобидном, проступке. Медленно она попятилась назад, пока Вет не остановил её, положив руку на плечо.

— Великие звёзды, вы совсем сума сошли? Юноша, что за демонстрацию вы тут устроили? — Начала сетовать с нескрываемым возмущением Фрида, попытавшись схватить за руку Лефу, однако Вет отодвинул девочку чуть подальше за спину. Так что служанка встала напротив него. Благодаря своему высокому росту она смотрела в глаза Вету практически под прямым углом.

— Здравствуйте, Фрида. Мы в здравом рассудке, просто вышли проветриться и попрактиковаться. Вам что-то не нравится?

— Да, — резко сказала женщина, её голос слегка дрогнул. — То, что вы открыто нарушаете правила этого дома. С чего вы взяли, что можете вывести куда-то девочку в таком тяжёлом душевном состоянии, да ещё и начать красоваться тут перед ней? Вы думаете, вам позволено веревать здесь?

— Да, конечно, — Фрида попыталась перебить парня, но тот всё равно продолжил. — Госпожа Раневская ещё вчера рассказала мне о всех моих полномочиях. — Лефе показалось, что при упоминании Марьяны у Фриды перехватило дыхание, а переведя взгляд на руки служанки, она заметила, что они нервно сжались в кулаки. — Какие конкретные правила я нарушаю?

— Девочке опасно выходить за территорию поместья.

— Но мы всё ещё на его территории.

— Юноша, прекратите спорить. Если с Алефией что-то случится, то отвечать за это буду я, как экономка. Госпожа Марьяна за ней ухаживает, а я несу ответственность за её безопасность и график.

— Хорошо, в следующий раз мы обо всём доложим вам, — невозмутимо произнёс Вет, глядя в глаза Фриде. Кажется, его не особо волновали её претензии. Лефа всё это время слушала их перепалку, изредка ощущая на себе сердитый взгляд Фриды.

— Что-то ещё? — спросил Вет, глядя на служанку. Но та лишь произнесла.

— Через час у Алефии Аникиной будет репетиция перед церемонией, так что проводите её к этому времени в её комнату, — сказав это, она развернулась и ушла. Подождав, пока Фрида скроется за углом, Вет пробормотал.

— Вот он, персонаж, которого наняли всех шугать. Ладно, видимо, это необходимо, чтобы следить за дисциплиной. Колида, ты-то чего спряталась? Она не страшная, просто выполняет свою работу, надо вести себя чуть увереннее. Ай, к тебе это придёт с возрастом, — парень похлопал Лефу по голове, отчего та улыбнулась.

— Не знаю, дежавю, наверное.

— Ну да ладно, опустим. Лучше скажи, как тебе моё маленькое представление? — глаза парня засияли, лицо украсила горделивая улыбка.

Лефа задумалась. Представление показалось ей завораживающим, Вет словно был наполнен жизнью, которая растекалась по его венам в то время, как он стал её центром. Даже представить страшно, насколько искусным волшебником Вет может стать с возрастом. А вдруг и сама Лефа так сможет...

Но в момент, когда девочка уже была готова признаться, что тоже хочет попробовать научиться этому искусству, предрассудки вновь овладели ею, в области груди появилось надоевшее ощущение.

— Эх... впечатляюще, правда.