Глава 8. Беспокойная ночь

«Добрый вечер, дорогие граждане Империи!

Сегодня я обращаюсь к вам в непростое время. Мы столкнулись с вызовами, которые ставят под угрозу нашу безопасность и наше общее будущее. Некоторые жители нашей страны сомневаются в политике Академии Прогресса и Права, и мы видим всплеск протестной активности в связи с новой резолюцией. Я понимаю беспокойство этих людей. Однако я, как премьер-консультант, заверяю вас, что все меры, принимаемые нами, направлены исключительно на защиту и благополучие каждого гражданина. Я хочу, чтобы вы знали: Академия делает всё возможное для улучшения вашей жизни. Мы стремимся к прогрессу и более справедливому обществу. Порой, чтобы защищать вас и ваши интересы, мы вынуждены принимать особые меры, но знайте – мы руководствуемся лишь ответственностью перед страной.

Дорогие друзья, нам необходимо понимать, что хакеры, о которых все вы, без сомнения, слышали, представляют собой не только техническую, но и политическую опасность. Их действия угрожают как интеграции новых технологий, так и единству народа и государства. Они используют обман и манипуляции, чтобы посеять хаос, чтобы дестабилизировать общество. В связи с этим, сегодня мною принято решение временно ввести режим чрезвычайного положения для защиты правопорядка, обеспечения безопасности граждан и недопущения антигосударственных провокаций.

Я призываю вас быть бдительными и не поддаваться панике. И я прошу вас поддержать правительство в этой борьбе. Мы должны сплотиться вокруг наших общих ценностей, чтобы отразить угрозу и оставаться верными нашему многовековому курсу к светлому и прогрессивному будущему.

Вместе мы справимся со всеми трудностями. Верьте в Академию, верьте в наше правительство! Верьте в нашу общую цель!»

***

Такси подъехало к дому. Рядом со входом стоял Норт, напряженно оглядываясь по сторонам. Нит и Хьялла вышли из машины.

– Наконец-то, – сказал он, подходя к ним. – А где Тил? У неё коннектор не отвечает.

Нит тяжело вздохнул и устало провел рукой по лицу.

– Её увезла полиция, – коротко ответил он. – Там был настоящий кошмар. Мы попали на митинг, толпа прорвалась к метро. Нас самих-то чудом не задержали.

Норт замер, услышав новость о Тилии, и его взгляд мгновенно помрачнел.

– Полиция? – переспросил он, словно не веря в случившееся. – Чёрт...

– Слушай, а ты сам-то где пропадал? – спросил Нит. – Ушел посреди концерта, мы везде тебя искали.

Норт совсем забыл придумать оправдание своему исчезновению. Он на секунду закрыл глаза, сдерживая поток эмоций, а затем быстро выдохнул и вернулся к разговору, пытаясь сохранить спокойствие.

– Я... У меня были срочные дела. Надо было кое-что проверить.

Нит нахмурился, недовольно поджав губы.

– Мог хотя бы ей написать. А теперь мы сами с ней связаться не можем.

Норт нервно потёр шею, не находя слов. Хьялла, вмешалась в разговор, уловив напряжение.

– Ладно, Нит, чего уж теперь... Никто не знал, что так получится. Нам нужно решать, что делать дальше, а не выяснять, кто где был.

– И что ты предлагаешь?

– Я уже написала отцу, но... Короче, всё сложно. Аресты на митингах – политическая проблема. Он говорит, что участие нашей семьи может вызвать конфликт, который никому не нужен. В Империи не каждую проблему легко решить, даже если твоя фамилия Хойнер.

Нит удивленно вскинул брови.

– Но у вас же руки по всей стране тянутся!

– В том-то и дело. Тётя Иллира поддерживает Стаду и фактически ведёт его кампанию в ЦК. Если папа вмешается, это ударит по нашей репутации. К тому же тётя Иллира мне не враг. Мы всегда были близки, я не хочу превращать наши отношения в поле битвы.

Нит выругался вполголоса, стиснув зубы.

– Политика, мать её... – он посмотрел на Норта. – Ты оказался прав.

Норт кивнул, ощущая, как напряжение сковывает его мышцы.

– Значит, на поддержку семьи рассчитывать не приходится, – тихо сказал он. – И где сейчас Тил? В участке?

– Скорее всего, да, но ты сам знаешь, как работает система, – пояснила Хьялла. – Если повезёт, её могут просто продержать в камере до утра и отпустить, но... Если её дело передадут в спецотдел Корпуса безопасности, начнётся настоящая жесть.

После встречи с загадочным хакером в маске Норт понимал, что Тил вряд ли грозит что-то серьезное от государства: операторы трекеров наверняка имеют протоколы на такие случаи, особые линии для распоряжений в адрес полиции и КБ. В тюрьму трекера не посадят, в этом можно не сомневаться. И всё же ситуация выбивала из колеи. Что, если этот арест – не просто случайность? Вдруг планы Академии изменились, и они выводят Тил из игры? Вдруг они каким-то образом подслушали их разговор с Тенью?

Норт почувствовал, как холодный страх поднимается по позвоночнику.

– Тут что-то не так, – пробормотал он больше самому себе, чем остальным.

– Ты о чём? – настороженно спросила Хьялла. – Этой ночью вообще всё пошло не так!

– Мне нужно кое с кем встретиться, – сказал Норт. – Я пока не могу рассказать вам всё, но у меня есть план.

С этими словами он зашагал в сторону парковки, на ходу вызывая такси.

– Эй, ты куда? – крикнул Нит. – Опять у него какие-то тайны... Самый странный инженер из всех, что я знаю.

– И много ты знаешь инженеров? – поинтересовалась Хьялла. – По мне, так они все с причудами.

***

Тилия сидела на полу в углу камеры, прислонившись к холодной поверхности бронепластика. Скамеек на всех не хватило – в тёмную комнатушку запихнули человек двадцать. Рядом с ней расположилась девушка с короткой стрижкой и пирсингом на нижней губе: её с друзьями арестовали в той злополучной давке. Задержали и протестующих, и случайных прохожих, попавших под горячую руку – была даже одна беременная женщина, но её, правда, уже вывели. Всех «подозрительных» оставили для допроса, но дело продвигалось медленно: камера освобождалась по одному человеку в полчаса.

– Самое смешное, – нарушила тишину подруга Тилии по несчастью. – что мы вообще-то тоже собирались на митинг пойти, но засиделись в баре. Думали уже домой ехать, а тут этот блэкаут...

– От судьбы не уйдёшь! – с улыбкой отозвался один из её приятелей, и все рассмеялись, оценив горькую иронию.

– Тебя ведь, кажется, тоже рядом с метро взяли? – спросила она, обращаясь к Тил.

– Да, мы с друзьями с концерта ехали... и застряли там, недалеко. Нам машину заблокировали, как и всем.

– С какого концерта? Диттены?

– Ага.

– Круто! Я вот тоже как-то раз...

Её воспоминание прервал грохот открывающейся железной двери. В камеру втолкнули ещё двоих, молодого человека и девушку.

– ...Это беспредел! Что за произвол, мать вашу? – громко возмущалась девица с фиолетовыми волосами. – Вы за это ответите! Один звонок Элу Диттене, и...

К изумлению Тил, это были Кайт и татуированная, техники из команды Эла. Парень нервно похлопывал коллегу по плечу, пытаясь успокоить, но без особого успеха.

– Ах, оставь меня, Кайт! Только лишний стресс от тебя...

– Да остынь ты, Майра. Сейчас мы им всё спокойно объясним, и всё будет нормально. А твоя истерика только хуже делает.

Майра ничего не ответила и устало прислонилась к стенке. Внезапно она увидела Тил, и её настроение переменилось.

– О, это же ты, рыженькая с афтерпати! Вот совпадение!

Кайт тоже узнал её и сел рядом.

– Как тебя зовут? Эл нам такое устроил, когда вы ушли... Никогда не видел его таким.

– Точно! – кивнула Майра. – Не просканировали, мол, как следует. Хотя стопудово сам что-то там начудил во время синхро. Напился, наверное.

Тил хотела было что-то ответить, но тут посыпались вопросы от остальных задержанных.

– Ого, вы у Эла работаете? А как вас взяли-то?

– Да, чиним ему аппаратуру и вообще решаем всякие вопросики... Вышли прогуляться, развеяться после концерта, а тут такое.

– Да уж, та ещё ночка выдалась...

Узники продолжали делиться своими историями и переживаниями, изредка прерываясь, когда охранник выводил кого-то на допрос. Обратно никого не возвращали, и оставалось лишь догадываться, что происходило с ними потом.

– Геннер, Кайт! Ингварт, Майра! – скомандовал голос охранника, когда дверь в очередной раз отворилась.

Тил вздрогнула, услышав фамилию Ингварт. Просто однофамилица? Она подняла голову, и Майра перед уходом бросила ей короткий взгляд – не прощание, а скорее немой вопрос, как будто ей хотелось что-то сказать, но не хватило времени. Охранник нетерпеливо кивнул в сторону коридора, и девушка вышла вслед за Кайтом.

Когда дверь за ними захлопнулась, в камере повисла напряжённая тишина. Казалось, что вместе с этими двумя ушла атмосфера свободы. Кайт и Майра помогли ненадолго отвлечься от тяжелого ожидания, а теперь каждый снова остался наедине со своими мрачными мыслями. Люди смотрели на дверь, и каждый ждал, что в следующий раз охранник позовёт именно его. Ожидание тянулось бесконечно.

Тил почувствовала, как кто-то слегка коснулся её плеча. Это была девушка с пирсингом.

– Ты как? – тихо спросила она. – Держись, всё будет нормально.

Тил благодарно кивнула и попыталась улыбнуться, хотя на душе у неё было тяжко.

***

– Дядя Маркон!

Веннер поднял усталый взгляд на племянницу. Он сидел за столом в своём кабинете, разбирая бухгалтерские отчёты.

– Что, детка?

– Тут тебя просят из ЦК.

– Небеса! Этого ещё не хватало... Ну, соединяй, что поделать.

На этой неделе одни неприятности. Сначала эта авария в цеху, потом транскодер куда-то запропастился... Конечно, это был всего лишь сувенир, который учёный оставил себе на память о былых временах, но всё же – секретная разработка. Нельзя так просто раскидываться такими вещами. И теперь вот звонок из высшего органа власти!

Включилась громкая связь.

– Доктор Маркон Веннер? Это советник Прейтон Восс.

– Я слушаю, господин советник. Чем могу быть полезен? Это такая честь...

– Оставьте реверансы, доктор, – нетерпеливо прервал его Восс. – Нам очень нужна ваша помощь. Насколько я знаю, вы один из главных экспертов по мозгу и нервной системе. Нас интересует проект в области нейрообработки, который вы вели десять лет назад.

– Да, было дело... Но его закрыли, и я ушёл в частный бизнес.

– Я знаю. Но, полагаю, у вас остались какие-то технологии, методики... Я не специалист, вам виднее. Нам нужно разбудить человека, находящегося в коме.

Веннер напрягся.

– Это непростая задача, но шанс есть. Я как раз сейчас испытываю генератор частот, который может помочь... А как давно он без сознания?

– Несколько дней. Но, понимаете ли, это особый пациент. Я не буду называть его имя в телефонном разговоре. Достаточно сказать, что дело государственной важности и чрезвычайной секретности. Мы на вас рассчитываем, доктор Веннер. И, конечно, в долгу не останемся.

Учёный, конечно, догадался, о ком идёт речь.

– Что ж, я готов. Но должен предупредить, что последствия непредсказуемы. Пациент либо очнётся, либо...

– Я понимаю. Оставим подробности до личной встречи, доктор. За вами заедут утром. Всего доброго. Спасибо вам.

Когда связь отключилась, Веннер вздохнул и нервно постучал пальцами по столу. Всё это, конечно, не сулит ничего хорошего, но и отказываться от таких просьб никак нельзя. Если «единица»-советник лично обращается к предпринимателю, то в интересах последнего сделать максимум того, что возможно.

Он много лет работал в тени, занимаясь исследованиями за свой счёт. Академию до сих пор всё это не особо интересовало, если не считать пару публикаций в научном вестнике. Эксперименты по электроакустическому воздействию на сознание, считыванию и стимулированию нейронной активности могли дать впечатляющие результаты, но всегда существовал риск. И теперь, под давлением ЦК, ему предстояло проверить свои теории на одном из самых влиятельных людей государства. Хорошо, если всё получится – но что, если Гилан Эркад умрёт?

***

– Слушай, ну ты хочешь сохранить её, разве нет?

– Допустим. У тебя есть идея, как это сделать?

Вместо ответа Вин загадочно усмехнулся и подошёл к его столу.

– Смотри.

Он открыл панель авторизации и вбил чьи-то логин и пароль. Отобразился новый, незнакомый Арди интерфейс: настройки протоколов, шифрование, какие-то малопонятные команды...

– Чей это аккаунт?

– Тише ты. Старая вещь, одного бывшего «супера». Он сам уже давно в отставке, а аккаунт удалить забыли... Короче, есть тут одна штука. Я сам ни разу не пользовался, но... – Вин открыл вкладку «Неактивные узлы». – ...вот тут можно разбудить «спящих» рядом с твоей рыженькой. Никто не заметит, но это усилит сигнал, и, может, мы получим её обратно. Тогда задержание отменяется.

– А это не нарушение регламента?

Вин пожал плечами.

– Если «суперу» можно – значит, нет.

– Ну ладно, а скольких надо будить?

– Введи штук двадцать для начала, а там посмотрим.

Арди ввел число и нажал «Активировать». Первые несколько секунд ничего не происходило, лишь медленно загорались красные точки на интерактивной карте транскодеров. Но затем...

– Слушай, Вин! Что это?

Число точек резко перевалило за двадцать. Мгновение – и весь центр стал красным.

Вместо ответа Вин резко схватил мышь Арди и ткнул «Отменить».

– Ты сколько ввел?! Я же сказал двадцать, не больше!

– Я и ввел двадцать... Не знаю, как так вышло.

– Ну и денёк выдался... – Вин торопливо вышел из аккаунта супервайзера и вернулся на своё место. – Хрен знает, что из этого выйдет теперь!

– Думаешь, начальство узнает?

– Если случится то, о чём я думаю, узнает обязательно. Но это не самое худшее, поверь... Столько народу разом никогда не будили. Не меньше тысячи! Никто не знает, что случится, если так сделать, понимаешь? Может, ничего, а может, катастрофа. Массовый психоз. Срабатывание «Хаоса» у всех подряд... Нас же сразу раскроют, проекту хана!

– Но я ничего не сделал, они сами... Какая-то цепная реакция.

– Надо было сразу отменить! Я сам виноват, не стоило вообще пробовать... Ну ладно, авось пронесет. Никому ни слова, ясно?

Арди кивнул и снова посмотрел на экран. Красные точки одна за другой пропадали, и вскоре карта вернулась в свой обычный вид, словно ничего и не произошло.

***

После того, как вывели Кайта и Майру, прошла, казалось, вечность. Тил даже не знала, день сейчас или ночь. Коннектор она выронила ещё на площади, когда её запихивали в фургон.

«Будем считать, что ночь». В камере выключили и без того тусклое освещение, и арестованные – их оставалось семеро – сидели молча, некоторые с закрытыми глазами, но, кажется, никто не спал.

Девушка тоже прикрыла отяжелевшие веки. Спать в таком положении было трудно, но она всё же попыталась забыться.

«Свободен лишь тот, кто владеет собой», – пришли на ум слова из новой книги Цариви. – «Разум нельзя заключить в темницу, и не существует границ для ищущего истины; есть лишь рабство ложных идей, в которое люди добровольно себя загоняют».

Тил вдруг подумала: как было бы здорово мысленно переноситься в другое место! Не просто думать об этом, а видеть, слышать и осязать, как будто ты там. Видеть мир глазами другого человека за тысячу миль от тебя. Как виртуальная реальность, только по-настоящему.

Она вспомнила тот сеанс после концерта, когда Диттена показал ей свои мысли. Или то, что выглядело как его мысли. Так или иначе, эта технология, как её... синхро. Наверное, с её помощью можно передавать и ощущения. Странно, что про это не говорят, это же настоящая революция! Должно быть, какой-то секретный прототип.

Думая о том, что случилось в этот вечер, Тил начала заново переживать все эмоции. Лазеры концерта и фантастический трип синхронизации с Элом смешались в голове с воем полицейских сирен и криками толпы. Девушка погрузилась в транс. Ей хотелось перенестись куда-нибудь подальше отсюда – к солнцу и теплу, к морю, которое она мечтала увидеть с детства. К которому они с Нортом так и не доехали...

Золотистое сияние заполнило внутренний взор. Метрополия с её огнями и шумом внезапно унеслась куда-то за горизонт. Тил «вспомнила» улицу, по которой никогда не ходила. Солёный ветер. Женщина в красном платье ведёт за руку мальчика с чёрными кудрявыми волосами. Блики на глади залива слепят глаза.

Кто это? Она не знает.

Но... она знает – непонятно откуда. Мальчика зовут Хедан. Его маму – Саади. Маленький городок в Истаде в самый разгар лета.

Тил посмотрела на свои руки. Смуглая кожа, браслеты с ракушками и зелёными камнями.

Она была в теле другого человека. И – в это невозможно поверить – в сознании другого человека! В её голове как будто раздавалось эхо чужих мыслей.

– Кастер, Тилия!

Девушка вздрогнула и открыла глаза. Резкий голос охранника вернул её в реальность. Что это было? Всего лишь сон?..

Она молча встала. Её проводили по узкому коридору в комнату для допросов – маленькое пространство с металлическим табуретом, огороженное решеткой. За ней был стол, за которым сидел дежурный следователь – маленький пухлый человечек с блестящей лысиной и в форме цвета хаки.

Рядом же с ним стоял не кто иной, как Эл Диттена. Музыкант о чём-то спорил со служащим.

– ...Послушайте, у меня через два часа важная встреча в городской администрации. Давайте не будем затягивать, а то они там сами захотят разобраться, почему моя ассистентка в участке. Я вас уверяю, мои люди никаких серьёзных законов не нарушали. Всё это лишь досадное недоразумение. Разве у вас нет какого-то протокола для подобных инцидентов?

Тил удивленно смотрела на него, но ничего не сказала. Следователь вздохнул, положил свой планшет на стол и поправил галстук.

– Разумеется, господин Диттена... Но тут особая ситуация. Политический момент, вы должны понимать. Нам необходимо проверить всех, иначе могут быть проблемы. Техников ваших мы знаем, а вот эту Кастер видим впервые.

Музыкант одним лишь взглядом дал понять, что не намерен уходить без девушки. Он молча достал из внутреннего кармана золотистую пластиковую карточку и положил на стол, придвинув пальцем в сторону полисмена.

– Я всё прекрасно понимаю. Между прочим, вот, совершенно случайно нашёл тут за углом... Может, вы потеряли? Сертификат на сто тысяч ГОЗов на предъявителя.

Следователь многозначительно посмотрел на него исподлобья, но карточку взял, сразу спрятав в карман.

– Ладно, – произнёс он, понизив голос, и повернулся к Тилии. – На первый раз отпускаем, раз уж господин Диттена так о вас печётся. Но если я снова вас здесь увижу, будь вы кем угодно, мы будем говорить совсем по-другому. Ясно?

Эл, широко улыбаясь, сделал шаг вперёд.

– Отвечаю за неё лично. Мы вас больше не потревожим.

Следователь нажал на кнопку, и дверь изолятора отъехала в сторону.

Они вышли из участка в предрассветный сумрак. Влажный воздух обещал скорый дождь, и Тил невольно поёжилась от холода. Эл, заметив её состояние, сбавил шаг и посмотрел ей прямо в глаза. Лицо его оставалось серьёзным и слегка взволнованным.

– Ты в порядке? – его голос звучал мягко и непривычно заботливо.

Тил кивнула, но ответить сразу не смогла. Всё произошедшее казалось каким-то нелепым сном, из которого она ещё не полностью проснулась.

– Майра и Кайт сказали, что ты тоже здесь. Не мог же я тебя тут оставить!

Она вздохнула и, собравшись с мыслями, едва слышно пробормотала:

– Спасибо, господин Диттена...

– Зови меня просто Эл, – мягко перебил он, подмигнув.

Её собственная серьёзность внезапно показалась ей немного нелепой.

– Да, Эл, я просто хотела... Я потеряла коннектор – видимо, выпал из кармана тогда, ночью. Можно попросить ваш? Мне нужно с друзьями связаться.

Музыкант нахмурился.

– Слушай, Тилия, крошка... С этим не всё так просто. На тебя хотели завести политическое дело, и если ты будешь звонить с моего коннектора через Госсеть... У этого могут быть последствия. Ты понимаешь? Мне пришлось соврать, сказать, что ты моя ассистентка – предлагаю придерживаться этой легенды, пока всё не уляжется.

– Но я недавно в городе, мы сюда приехали с другом. У меня никого тут нет, кроме него и Хьяллы... Мне некуда идти.

– Не надо никуда идти, дорогая! Поехали ко мне, переждёшь бурю у меня дома.

Он положил руку ей на плечо.

Вот так, сразу? Уверенность Эла заразила её, хотя сомнения не исчезли до конца. Всё ещё немного растерянная, она кивнула, но в её глазах оставался лёгкий налёт тревоги.

Эл, казалось, не замечал её сомнений. Он умел держать дистанцию и в то же время проникаться моментом.

Он открыл дверцу автомобиля, но перед тем как сесть сам, повернулся и произнёс:

– Как только всё уляжется, вернёмся к обычной жизни. Просто забудь обо всём ненадолго. Истинная свобода, не забывай!

Тилия молча села в машину, оглядываясь ещё раз на пустую улицу. Она не могла отделаться от ощущения, будто всё, что происходило с ней – часть какой-то большой игры, в которой ей не были даны все карты. Но отчего-то она доверяла Элу. С ним всё казалось более стабильным, пусть и неясным. И хотя ей не хватало уверенности в своих поступках, она надеялась, что хотя бы это время с ним принесёт ей немного покоя.

***

Норт ехал в метро. Он выбрал самую длинную ветку и устроился в углу вагона. В руке он сжимал заветный серебристый коннектор, на котором набирал сообщение.

– Тень, я не могу больше сидеть и смотреть. Тил арестована, она в полиции, и видимо это не случайность. Что-то началось. Надо действовать!

Минута нервного ожидания. Время растянулось, как вязкая субстанция. Он пытался сохранять хладнокровие, но воспоминание о Тилии, её тёплых взглядах и смехе заставило его сжать зубы от бессилия.

Наконец, Тень ответил. Его тон был как всегда сдержанным.

– Норт, не паникуй. Я думаю, это какая-то ошибка. С ней ничего не случится. Лишнее внимание нам сейчас не нужно.

– А если они что-то выяснили и изменили свои планы? Это произошло, когда меня не было рядом. Ты думаешь, её просто так отпустят, и всё будет по-прежнему? Я сомневаюсь.

На мгновение Норту показалось, что пассажиры в вагоне как-то по-другому на него смотрят, как будто его тревога и напряжение стали видимы, проступили сквозь кожу, словно радиоактивное излучение.

– Я тебя отлично понимаю, но если нас заметят сейчас, твоя девушка будет в ещё большей опасности. Ты сейчас не сумеешь ничем ей помочь. Скажу честно, я не знаю, что им уже известно, но мы не можем рисковать. Жди сигнала.

«Жди сигнала». Это было как пощечина. Ждать? Сколько ещё можно ждать?

– Тень, погоди. Ты сказал, что работаешь на Скорпиона. А если его попросить о помощи?

Тень снова пропал на несколько минут. Норт уже хотел было сойти на следующей станции, как вдруг пришёл ответ.

– Всё не так просто. Ты не понимаешь, что тут происходит. Скорпион – не тот, кого ты себе представляешь. Я не могу говорить об этом в переписке, так что повторяю – жди сигнала. Встретимся и всё обсудим.

Норт сунул коннетор в карман и устало согнулся, подперев голову руками. Опять это «жди сигнала»... Какая-то навязчивая формула, которую он не мог ни понять, ни принять. А ведь ещё час назад ему казалось, что они с Тенью – практически одна команда, с общими целями и единым порывом. Теперь же всё становилось зыбким и неуловимым, как лестенский туман.

Скорпион. Враг или союзник? Как много тайн было связано с этим именем, которое в Империи произносили чуть ли не шёпотом... И почему Тень не может ничего объяснить? Что за секреты сковывают его настолько, что он вынужден отмалчиваться даже в такой критический момент?

Рядом раздался звонкий детский смех. Девочка лет пяти вцепилась в руку матери и показывала на красочную анимированную рекламу на дисплее. Какой-то кафетерий обещал «лучшие завтраки в Дентоне», и этот обыденный момент неожиданно вернул Норта в реальность. У этих людей была своя нормальная жизнь, свой ритм, не нарушаемый ни хакерами, ни АПП. Он смотрел на них, пытаясь вспомнить, когда в последний раз чувствовал себя так же спокойно, как эта девочка и её молодая мама – как люди, живущие в уверенности, что их мир завтра не рухнет.

Состав сбросил скорость, плавно останавливаясь на станции. Норт не успел заметить, на какой именно.

Небо над Метрополией заволокло тучами. Потоки воды обрушились с небес, стекая по стеклянным фасадам небоскрёбов и превращая улицы в стремительные реки. Норт побежал по узкому тротуару. Одежда промокла насквозь, волосы липли ко лбу, руки дрожали – не столько от холода, сколько от тревожных мыслей. «Что теперь?» – пульсировал в голове вопрос. – «Кому вообще можно доверять?..»

Он свернул на боковую улицу, заметив козырёк магазина на противоположной стороне, и ускорился, надеясь укрыться под ним. Но не успел он сделать и пары шагов, как сквозь гул дождя раздался оглушительный визг тормозов. Чёрный седан вылетел из-за поворота, не сбавляя скорости. На мокрой дороге машину повело в сторону, и Норт оказался прямо на её пути. Он резко остановился, повернув голову, но не успел отскочить назад.

Удар.

Норта отбросило на несколько метров. Он рухнул на землю, почувствовав, как воздух выбит из лёгких. Всё вокруг завертелось в хаотичном вихре света и звука. Боль прокатилась волной от висков до ног, но вскоре её сменило оцепенение. Даже холод мокрого асфальта казался чем-то далеким, едва различимым.

Норт заметил, как из автомобиля выскочили двое мужчин. Один – высокий, в тёмно-синем костюме, второй – ниже и старше, в очках, с седыми волосами и бородкой.

– Проклятье! – выругался высокий. – Этого нам ещё не хватало сейчас!

– Мы не можем бросить его здесь, господин Восс, – отозвался старик. – Надо везти его в клинику.

– Да, ничего не поделаешь, придётся...

Норта подхватили за плечи, его голова безвольно свесилась на грудь. Он хотел что-то сказать, но сознание тонуло в вязкой темноте. Последнее, что он запомнил – как его затаскивали в салон.

Машина сорвалась с места, и, набрав скорость, исчезла в плотной пелене дождя, сиявшей блеклым неоном.