23. Сила или проклятье

Моё решение было почти инстинктивным, словно неведомая сила тянула меня к этой башне. Я сделала шаг, потом ещё один, и вскоре уже шла, не обращая внимания на всё вокруг.

- Это плохая идея, - резко заговорила тень, скользнув рядом. - Очень плохая идея. Развернись, Розалия.

Я молча шагала дальше, чувствуя, как странное волнение наполняет меня с каждым шагом.

- Ты хоть понимаешь, что там может быть? - тень не унималась, теперь уже вилась у моих ног. - Это место пропитано смертью. Это не для тебя. Остановись!

Я устало взглянула на неё и, почти машинально, наступила на её проекцию. Тень издала какой-то шипящий звук, словно змея, попавшая под каблук, и тут же испарилась, оставив за собой ощущение пустоты.

- Всё-таки можно заткнуть тебя, - пробормотала я, сдвинув брови.

Оставшись одна, я остановилась перед дверью башни. Она выглядела массивной и древней, дерево потемнело от времени, а кованые петли покрылись ржавчиной. Я едва дотронулась до неё, как услышала тихий скрип, будто башня знала, что я здесь, и сама позволила мне войти.

Внутри башня оказалась ещё более зловещей, чем снаружи. Тёмные стены, покрытые трещинами, казались словно живыми. Воздух был тяжёлым, отдавал сыростью и плесенью. Где-то в углу слышался капель - вода падала с потолка на холодный камень, создавая ритм, напоминающий удары сердца.

Я шагнула на первую ступень. Скрип дерева под моими ногами эхом отразился от стен, будто предупреждая меня, что дальше будет только хуже. Ступени были узкими, неудобными, покрытыми толстым слоем пыли. Мои пальцы инстинктивно скользнули по холодным камням стены, пытаясь удержать равновесие.

С каждым шагом паутина становилась гуще. Она тянулась между балками и стенами, цеплялась за мои волосы, за подол платья. Где-то шевельнулся паук, крупный и черный, он взглянул на меня своими многоглазыми глазами и тут же скрылся в глубине тёмного угла.

- Ненавижу пауков, - пробормотала я, но мой голос прозвучал слишком громко в этой зловещей тишине, словно кто-то услышал и ответил мне невидимым эхом.

Чем выше я поднималась, тем сильнее нарастало чувство тревоги. Здесь всё казалось забытым временем: стены покрывала плесень, будто съедающая их изнутри, деревянные балки прогибались под моим весом. Иногда сквозь трещины мелькал дневной свет, прорезая темноту тонкими золотистыми полосками.

Я остановилась, переводя дыхание. Под ногами лежал сломанный кусок ступени, который обнажал внутренности башни - сгнившие доски и что-то, что напоминало гнездо какого-то животного.

- Если здесь живёт кто-то больше паука, - пробормотала я себе под нос, - то я точно разворачиваюсь.

Но что-то внутри всё равно подталкивало меня двигаться дальше. Казалось, что башня знала, что я иду. Она не хотела меня пускать, но и не могла остановить.Наверху башни не было окон - лишь узкий, пыльный подоконник, пробивающийся через толстые каменные стены. Свет едва просачивался внутрь, создавая слабый отблеск на полу, покрытом грязью и плесенью.

Я приблизилась к этому небольшому отверстию, с трудом протиснувшись к подоконнику, и выглянула наружу. Сверху всё выглядело совершенно иначе. Поместье Мормонтов раскинулось внизу, как миниатюрная картина. Узкие тропинки переплетались между собой, словно в узоре, ведущем к большому дому, утопающему в тени старых деревьев.

Сад выглядел ещё более поразительно. Отсюда кусты красных роз казались сплошным кровавым ковром, распластанным у подножия башни. Их яркий цвет резко выделялся на фоне зелени и серых камней. Лепестки слегка колыхались от ветра, будто манили к себе.

Сверху также открывались далекие просторы земель Мормонтов. Поля и холмы, выжженные солнцем и отливающие золотистым светом, уходили за горизонт. Это была жуткая и в то же время завораживающая красота - природа казалась живой, как и всё вокруг этого странного места.

Я провела рукой по шероховатому камню подоконника, чувствуя, как внутри растёт глухая тревога. Будто башня помнила всё, что здесь происходило, и её холодные стены теперь пытались донести до меня что-то важное.Я так сильно погрузилась в свои мысли, что реальность вокруг словно перестала существовать. Образ моего переломленного тела не отпускал - как оно валялось среди этих алых роз, в окружении их дурманящего запаха. Грудь будто сдавило, а сердце замерло, лишь чтобы в следующее мгновение ударить с такой силой, что я едва не задохнулась.

Мои ладони похолодели, и от пальцев вверх начала подниматься странная дрожь. Ноги словно превратились в камень, а дыхание стало прерывистым, будто воздух вдруг наполнился тяжестью. Сердце забилось где-то в горле, отдаваясь гулким эхом в ушах. В какой-то момент мне показалось, что стены башни начали сжиматься вокруг меня, а мир за подоконником затянулся густым туманом.

И тут я почувствовала что-то ещё. Не просто холод или страх. Это было глубже, как будто моя душа зацепилась за невидимую нить, предупреждающую меня об опасности. Медленно, с трудом преодолевая тошноту и слабость в коленях, я обернулась.

На верхней ступени, всего в нескольких шагах от меня, стоял Дариус. Его лицо оставалось непроницаемым, но взгляд... он был таким внимательным, будто пытался разгадать мои мысли. Или, может быть, уже знал о них?

- Ты что здесь делаешь? - его голос звучал тихо, но от этого не менее властно.

Моя спина замерла, как натянутая струна, но я с трудом смогла заставить себя ответить:

- Просто смотрела на сад... - мой голос дрогнул, словно выдал меня с потрохами.

- Просто смотрела? - его голос прозвучал на грани недоверия, и я заметила, как угол его губ едва заметно дёрнулся. - Розалии, ты же понимаешь, что я не из тех, кто легко верит в такие объяснения.

Он сделал шаг вперёд. Я словно почувствовала, как его тяжёлый взгляд пронзает меня насквозь, срывая все мои жалкие попытки скрыть правду.

- Ты что-то скрываешь, - продолжил он, приближаясь ещё на шаг. - Скажи мне, что.

Я машинально сделала шаг назад, но забыла, что позади меня не стены, а подоконник. Ноги упёрлись в камень, а за спиной почувствовался холодный поток воздуха. Отступать больше было некуда.

- Дариус... - мой голос дрожал, как лист на ветру. - Ты странно себя ведёшь.

Его глаза прищурились, и он склонил голову чуть набок, словно изучая меня.

- Это ты странно себя ведёшь, Розалия, - сказал он медленно, почти нежно, но я заметила, как напряглись его плечи. - С тех пор как мы приехали сюда, ты... другая.

Я сжала кулаки, стараясь не выдать дрожь, охватившую всё моё тело.

- Другая? - переспросила я, пытаясь держать голос ровным. - Что ты хочешь этим сказать?

- Я хочу сказать, что ты слишком любопытна к вещам, которые тебя не касаются, - его голос стал холоднее, как будто в нём звенела едва сдерживаемая угроза. - И слишком много времени проводишь одна.

Он сделал ещё один шаг. Теперь расстояние между нами можно было измерить в ладонях. Я почувствовала, как от его присутствия по коже пробежал мороз.

- Что ты хочешь от меня? - выдохнула я, с трудом удерживая его взгляд.

- Хочу понять, что ты скрываешь, сестра, - сказал он тихо, но каждый его слог резал, как лезвие. - А ещё... убедиться, что это не представляет угрозы для семьи.

Его слова прозвучали как приговор. В этот момент я ясно осознала: что-то изменилось. Это был уже не просто брат. От него исходила опасность, и я всем своим существом почувствовала её.

- Я... я просто не хотела вам мешать, - торопливо заговорила я, пытаясь скрыть дрожь в голосе. - Ты ведь хотел поговорить с Рейнольдом наедине, а я... просто случайно забрела сюда, хотела посмотреть башню.

Дариус замер, явно взвешивая мои слова. Его взгляд всё ещё был тяжёлым, но теперь в нём мелькнуло что-то человеческое, что-то от того Дариуса, которого я знала .

- Забрела, - повторил он, чуть насмешливо, но голос смягчился. - И решила полюбоваться видом, да?

- Да, - я кивнула, с трудом удерживая улыбку, чтобы казаться искренней. - Тут действительно красиво... несмотря на обветшалость.Он пристально смотрел на меня ещё несколько секунд, словно пытаясь выудить истину, но потом, кажется, выдохнул и снова стал самим собой. Его лицо расслабилось, а во взгляде появилась прежняя теплота.

- Ты всегда была любопытной, - наконец сказал он с лёгкой усмешкой, но я заметила, как его плечи расслабились. - Хотя иногда ты доводишь это до крайностей.

Прежде чем я успела что-то ответить, он протянул руку и притянул меня к себе в объятия.

- Прости, если напугал, - тихо сказал он, его голос звучал виновато. - Я просто беспокоюсь за тебя, Розалия.

Его объятия были крепкими, почти защитными, как будто он хотел оградить меня от чего-то, чего я пока не видела. Но в этот момент я ощущала лишь чувство облегчения, что напряжение ушло и мне удалось унять этот опасный разговор.Он посмотрел мне прямо в глаза. Его взгляд больше не был холодным или подозрительным - в нем читалась искренняя забота и обещание.

- Ты знаешь, я всегда буду рядом. Что бы ни случилось, ты всегда можешь на меня рассчитывать. Даже если весь мир повернется против тебя, я буду твоим защитником.

Эти слова зацепили что-то глубоко во мне. Комок подкатывал к горлу, а я не могла его проглотить. В груди всё словно защемило, и я почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы.

Я отвела взгляд, пытаясь не разрыдаться прямо перед ним, но было бесполезно. Его слова наполнили меня таким противоречивым чувством - смесью облегчения, вины и какого-то странного страха. Он верит в меня. Он готов быть моей опорой, а я? Что я делаю? Прячу от него правду?

- Дариус... - выдохнула я, голос сорвался, - спасибо...

Я сделала шаг назад, чтобы скрыть своё лицо. Мне казалось, что, если он увидит мои слёзы, то всё поймет. Этот момент, наполненный искренностью и теплом, вызывал во мне и счастье, и острую боль.- Что здесь происходит?! - голос Рейнольда, прозвучавший за спиной Дариуса, заставил меня вздрогнуть. Он звучал так резко и громко, что эхом отдался от стен башни.

Я взглянула, и передо мной предстал Рейнольд с растрепанными волосами и лицом, полным паники. Его дыхание было тяжелым, словно он бежал сюда со всех ног.

- Ты ушел, не предупредив, - продолжил он, глядя на Дариуса. Но внезапно его взгляд переместился на меня, стоящую на краю подоконника. Его глаза расширились. - Что, черт возьми, здесь творится?!

Он сделал шаг вперед, напряженно осматривая нас обоих.

- Посмотри на неё! - воскликнул он, указывая в мою сторону. - Она стоит на краю!

Я моргнула, осознав, что до сих пор опираюсь спиной на каменный край подоконника. Мой разум метался, не успевая догнать происходящее.

- Розалия, какого черта ты творишь?! - Рейнольд обратился ко мне так резко, что у меня перехватило дыхание.

Я была сбита с толку. Его слова звучали как обвинение, но в них была тревога, которая будто обжигала.

- Я... я не понимаю, о чём ты, - пробормотала я, чувствуя, как моё сердце забилось ещё сильнее.

Кто именно был в его гневе? На кого он кричал - на меня или на Дариуса?

Я шагнула к Рейнольду, ощущая его напряжение каждой клеткой своего тела. Его грудь вздымалась слишком быстро, а взгляд метался, словно он не мог сфокусироваться. Это было так похоже на то, что однажды случилось со мной.

Я осторожно положила руки на его щеки, ощущая, как его кожа пылает от волнения.

- Рейнольд, - мягко сказала я, глядя прямо в его глаза. - Смотри на меня. Только на меня.

Его взгляд замер, но дыхание оставалось сбивчивым.

- Всё хорошо. Дыши медленно, со мной, - я показала пример, глубоко вдохнув и выдохнув. - Вдох через нос... медленно, не торопись... теперь выдох через рот.

Его глаза на мгновение закрылись, и я услышала, как он сделал попытку следовать моим словам.

- Отлично, - продолжала я. - Ещё раз. Вдох. Выдох. Слушай мой голос. Всё в порядке. Я рядом.

Его дыхание стало ровнее, но я всё ещё чувствовала его напряжение под своими пальцами.

- Ты не один, Рейнольд, - тихо добавила я, заглядывая ему в глаза. - Я здесь. Всё будет хорошо.

Я почувствовала, как его плечи немного расслабились. Он посмотрел на меня, всё ещё тревожно, но с ясным проблеском в глазах.

Дариус подал голос, стоило нам спуститься по лестнице.

- Всё ли нормально? - спросил он, но в его голосе сквозила тревога.

Рейнольд коротко кивнул, стараясь выглядеть спокойным, но я видела, как его плечи все ещё напряжены, а рука дрожит едва заметно, будто остатки страха не отпускают его до конца.

- Всё в порядке, - ответила я, стараясь говорить ровным голосом. - Пойдём в гостиную.

Мы втроём направились туда, оставив за спиной холодную тишину башни. Меня переполняли мысли и эмоции, которые я тщетно пыталась заглушить. Там, в башне, я почувствовала страх, который накрывал не только меня, но и Рейнольда. Это странное совпадение, этот взгляд, полный ужаса... Я не могла избавиться от мысли, что он что-то знает. Но что?

В гостиной нас встретила горничная с подносом, на котором стоял чайник и несколько чашек. Я даже не заметила, как Рейнольд сел напротив меня, а Дариус, нахмурившись, взял чашку и молча сделал глоток. В комнате воцарилась напряжённая тишина, нарушаемая лишь звуком разливаемого чая.

- Вы успели обговорить всё, что хотели? - спросила я, глядя на Дариуса.

Он посмотрел на меня внимательно, будто пытаясь понять, к чему я клоню, но затем коротко кивнул.

- Успели, - сказал он.

Я не стала уточнять, о чём именно шла речь. Вид у Дариуса был такой, будто он явно не хотел обсуждать это сейчас, а Рейнольд и вовсе молчал, потирая виски, словно его мучила головная боль.

Я сделала несколько глотков чая, успокаивая себя. Что бы там ни произошло в башне, поговорить с Рейнольдом позже будет правильным решением. На императорском приёме у меня будет возможность узнать, что именно он знает.

"Терпение, Розалия. Ты узнаешь всё в своё время," - мысленно напомнила я себе.Рейнольд вдруг нарушил тишину:

- Мне очень жаль. И... мне стыдно.

Его слова прозвучали так искренне, что я невольно подняла на него взгляд. Он смотрел на чашку в своих руках, избегая встречаться со мной глазами, будто боялся, что я увижу в них что-то лишнее.

Я мягко улыбнулась, касаясь его руки в знак поддержки.

- Всё в порядке, Рейнольд. Ты ничего не сделал.

Он коротко кивнул, но напряжение всё ещё не покидало его.

Я почувствовала взгляд Дариуса, который внимательно следил за моими действиями. Его глаза чуть сузились, и я знала этот взгляд слишком хорошо. Он был похож на хищника, который заметил что-то, заслуживающее внимания.

- Всё ли хорошо? - обратился он ко мне, но его вопрос был не столько заботой, сколько проверкой.

Я знала, что он имел в виду, но не могла сказать ему правду.

- Конечно, всё хорошо, - ответила я, стараясь звучать как можно увереннее. - Просто... стрессовая ситуация.

Дариус нахмурился, но не стал задавать больше вопросов. Вместо этого он перевёл взгляд на Рейнольда, который, казалось, напрягся ещё сильнее.

- А ты что скажешь, Рейнольд? - неожиданно спросил он.

- Я... - Рейнольд замялся, как будто не ожидал такого прямого вопроса. - Всё нормально. Просто немного... перегрелся.

Я едва сдержала улыбку, заметив, как Дариус прищурился ещё сильнее. Он явно не верил в это объяснение, но решил оставить свои подозрения при себе.

"Ему интересно поведение своего друга. Почему он так бросился к нам в башню? Почему он вообще оказался там в тот момент?" - я поймала его взгляд, полный вопросов, но ничего не сказала.

Эта ситуация становилась всё запутаннее.

Мы просидели в гостях ещё немного, но ощущение напряжённости, которое висело в воздухе, так и не рассеялось. Когда Дариус счёл, что времени прошло достаточно, он поднялся, коротко попрощался с Рейнольдом, и мы сели в карету, чтобы вернуться домой.

Внутри было душно и тихо. За всё время поездки прозвучал лишь один вопрос.

- Что у вас с Рейнольдом?

Его голос был ровным, но я заметила, как он чуть сжал подлокотник.

Я подняла на него взгляд, сохраняя спокойствие, и натянуто улыбнулась:

- Ничего, о чём тебе бы стоило волноваться, братик.

Мои слова прозвучали легко, но внутри у меня всё напряглось. Я скрестила руки, стараясь не выдать своё волнение.

Дариус медленно перевёл взгляд в окно, но атмосфера в карете только усиливала мой дискомфорт. Я чувствовала себя, словно под пристальным наблюдением.

"Мне кажется или от него сейчас исходит угроза?" - мелькнула мысль.

Он не говорил ни слова, но мне казалось, будто его молчание кричит. Сердце забилось быстрее, словно тело предупреждало об опасности, которая могла исходить от моего собственного брата.

Однако это чувство быстро прошло.

Дариус расслабился, его черты вновь обрели привычную строгость, но без намёка на ту скрытую агрессию, которую я почувствовала.

Я сделала вид, что ничего не заметила, и перевела взгляд на окно.

"Лучше не поднимать эту тему снова. Хотя... что он действительно хотел услышать? И почему этот разговор вызывает во мне столько беспокойства?"

Была уже глубокая ночь, но сон не приходил. Я сидела в библиотеке, окружённая стопками старых книг, исписанных выцветшими чернилами. В свете свечей страницы казались ещё более древними, а буквы - танцующими тенями.

Я снова и снова перечитывала историю семьи Бладвордов, выискивая хоть что-то полезное, что могло бы пролить свет на мою силу.

Факт первый: Бладворды всегда были приближены к императорской семье, но никто из них не оставался в тени. Они либо возвышались, становясь великими советниками, генералами и магами, либо падали, становясь предателями, изгнанниками, обвинёнными в колдовстве.

Факт второй: один из Бладвордов, Артемий Бладворд, обладал схожими со мной способностями - он мог управлять тенью, но был записан в хрониках как "проклятый". По легенде, его собственная тень поглотила его, когда он попытался нарушить договор с ней.

Факт третий: среди женщин нашего рода было много ясновидящих, но их предсказания редко воспринимали всерьёз, а порой они исчезали при загадочных обстоятельствах.

Факт четвёртый: Бладворды редко умирали естественной смертью. Их судьбы были полны загадок, убийств и странных несчастных случаев.

Я нахмурилась, переворачивая страницу.

"Кажется, мой род всегда был окружён тайнами и страхом. Неудивительно, что все смотрят на нашу семью с опаской "

Я отложила книгу и провела пальцами по виску.

Эта история... Моя история...

Что, если меня ждёт та же участь?

- Ты не спишь? - раздался низкий голос отца.

Я вздрогнула и подняла взгляд. Габриэль стоял в дверях библиотеки, скрестив руки на груди. По его лицу было видно, что он не ожидал найти здесь меня.

- Не могу уснуть, - ответила я, закрывая книгу.

- И поэтому ты решила зарыться в древние хроники?

- Разве не это делают люди, когда не могут спать? - усмехнулась я.

Отец хмыкнул и прошёл вглубь комнаты, его взгляд скользнул по стопке книг.

- История Бладвордов, - пробормотал он, взяв один из томов. - Решила изучить наше наследие?

- Можно и так сказать, - кивнула я.

Габриэль сел в кресло напротив и какое-то время просто молча смотрел на меня.

- Надеюсь, ты не слишком углубляешься в прошлое, - наконец произнёс он.

Я пожала плечами.

- Разве это плохо?

- Иногда, - он провёл пальцем по обложке книги, - прошлое лучше оставить мёртвым.

Его слова задели меня, но я промолчала.

- А ты почему не спишь? - спросила я в ответ.

Габриэль усмехнулся.

- Думаешь, заботы исчезают с наступлением ночи?

Я улыбнулась.

- Тогда, выходит, у нас с тобой одна проблема.- Как дела на границе? - спросила я, стараясь говорить непринуждённо.

Отец вздохнул, убирая книгу обратно на полку.

- Относительно спокойно. Пока. Но это шаткое равновесие.

- То есть всё может измениться в любой момент?

- Всегда может, - коротко ответил он.

Я кивнула, осмысливая его слова, а потом спросила:

- А что говорит император о предстоящем приёме в соседнем государстве?

Габриэль усмехнулся, наклонив голову.

- Интересуешься политикой?

- Скорее тем, что меня там ждёт, - призналась я.

- Обычная дипломатическая игра, - пожал плечами он. - Никто не хочет показывать слабину, все улыбаются друг другу, а за спиной затачивают ножи.

- Звучит как бал в миниатюре.

- Разве что с более серьёзными ставками, - он посмотрел на меня внимательно. - Но тебе не стоит об этом беспокоиться.

Я едва заметно улыбнулась.

- Конечно, не стоит.Отец сел напротив меня, задумчиво глядя на раскрытую книгу передо мной. Некоторое время он молчал, будто подбирая слова. Я не привыкла к таким моментам между нами. Обычно он был либо сдержан, либо сосредоточен на делах, а сейчас казался просто... отцом.

- Ты стала часто задерживаться допоздна, - сказал он наконец.

- Иногда мысли не дают уснуть, - пожала я плечами, скользя пальцами по краю страницы.

- Ты ищешь ответы?

Я посмотрела на него. Он не уточнил, какие именно, но я поняла, что речь не только о Бладвордах.

- Возможно, - тихо ответила я.

Отец кивнул, переведя взгляд на огонь в камине.

- Я был таким же в твоём возрасте. - В его голосе мелькнула тень усталой улыбки.

- Правда? - удивилась я.

- Правда, - он чуть наклонился ко мне, и мне показалось, что впервые за долгое время он говорит со мной не как с дочерью, а как с равной. - Я тоже искал ответы. Пытался понять, кто я, какое место занимаю в этом мире.

Я внимательно слушала, ловя каждую его эмоцию. Он редко говорил о себе, и мне не хотелось спугнуть этот момент.

- И нашёл?

- Частично, - усмехнулся он. - Но с возрастом понимаешь, что не все ответы нужны. Некоторые вещи лучше оставить неизведанными.

Я опустила взгляд.

- Но что, если мне нужно знать?

Он посмотрел на меня долгим, проницательным взглядом, затем медленно протянул руку и осторожно коснулся моей ладони.

- Тогда я надеюсь, что ты найдёшь то, что ищешь. Но помни, что не всё в этом мире стоит того, чтобы познать его цену.

Его тёплая рука на мгновение сжала мою, затем он отпустил меня, словно давая понять, что уважает моё решение, но всё же предостерегает.

Я сжала пальцы, ощущая в ладони его тепло, и кивнула.

- Спасибо, отец.

Отец какое-то время молчал, будто решая, стоит ли продолжать. Его взгляд снова потеплел, в нем отразились воспоминания, уносящие его далеко отсюда.

- Я нашел себя в этом мире благодаря твоей матери, - тихо сказал он, и в его голосе было что-то такое... что заставило меня затаить дыхание.

Габриэль редко говорил о Люсии. Я знала, что он любил её, знал, что она значила для него весь мир, но сейчас, когда он сам заговорил об этом, я почувствовала, что не осознавала всей глубины.

- Как ты влюбился в неё? - прошептала я.

Он усмехнулся, глядя в огонь.

- Она была как буря, - сказал он с такой нежностью, что у меня по коже побежали мурашки. - Я не успел понять, что происходит, как она ворвалась в мою жизнь, разрушила все мои убеждения и оставила только одно - её.

Я не перебивала. Отец говорил так, будто снова видел её перед собой.

- Она смеялась, даже когда мир вокруг рушился. Могла превратить самые мрачные дни в что-то светлое. Я никогда не видел никого, похожего на неё. Люсия не боялась ничего. Ни гнева высшей знати, ни сплетен, ни опасностей, ни даже... меня.

Я удивлённо моргнула.

- Тебя?

Он кивнул, а в его глазах сверкнул слабый отблеск чего-то, что было ему дорого и больно одновременно.

- Я был другим человеком. Слишком серьёзным, слишком замкнутым. Всегда думал, что любовь - это слабость. Но она... она была силой. Её любовь не была тихой или робкой, нет. Она ворвалась в меня, как ураган, смела все мои страхи и сомнения.

Он вздохнул и посмотрел прямо на меня.

- И знаешь, что самое странное?

- Что?

- Я любил её даже тогда, когда злился. Когда пытался оттолкнуть её. Когда говорил себе, что она слишком яркая для меня, что я сожгу её своим мраком. Но она не боялась огня. Она смеялась мне в лицо и говорила, что это я боюсь света.

Я почувствовала, как у меня сжимается горло.

- Она была твоим светом?

Отец кивнул, с грустной улыбкой.

- Да. И когда её не стало... - Он ненадолго замолчал, но затем мягко произнёс: - Этот мир стал темнее.

Я опустила голову, не зная, что сказать.

- Но, знаешь, - он снова посмотрел на меня, теперь уже с каким-то загадочным выражением, - дар нашей семьи не так страшен, как может показаться.

Я подняла взгляд.

- Что ты имеешь в виду?

Он не ответил сразу. Улыбнулся едва заметно и встал.

- Это тебе предстоит узнать самой.

А затем, прежде чем я успела его остановить, развернулся и вышел из библиотеки, оставляя меня наедине с мыслями и бешено стучащим сердцем.