Глава 34. Девять причин

Стеклянная дверь офиса бесшумно открылась. Запах кофе смешивался с ванилью от магических освежителей. Виолетта вошла первой, и Гарри невольно замедлил шаг, оглядываясь с плохо скрытым удивлением.

Морроу понимала его — офис разительно отличался от всех магических мест. Это был островок магловской реальности в мире волшебства.

— Я и не думал, что в магическом мире такое бывает, — тихо пробормотал Гарри, разглядывая современное пространство.

— В мире магии бывает всё, — философски ответила она, направляясь к стойке.

Знакомая секретарша подняла голову от документов.

— Доброе утро! О! Мисс Морроу! — приветливо начала секретарша, но тут её взгляд скользнул мимо Виолетты на Гарри.

Глаза расширились. Губы приоткрылись. Девушка буквально вскочила с места, едва сдерживая восторг.

— Мисс Кларк предупреждала о вашем прибытии, — поспешно выдала секретарь, с трудом отрывая взгляд от знаменитого шрама на лбу Гарри.

Виолетта кивнула с профессиональной вежливостью:

— Она уже здесь?

— Конечно! — секретарша нервно поправила волосы, украдкой бросая ещё один взгляд на Гарри. — Мисс Кларк ожидает вас. Сейчас провожу!

Девушка обогнула стойку, и Морроу заметила, как она незаметно ущипнула себя за запястье — проверяя, не сон ли это.

Они прошли мимо мягких диванчиков, где на журнальном столике аккуратной стопкой лежали магические журналы и газеты, мимо охранника, который проводил их взглядом с профессиональным любопытством. Поднялись на второй этаж к уже знакомому кабинету.

Секретарша тихо постучала и, не дожидаясь ответа, приоткрыла дверь:

— Мисс Кларк, к вам мисс Морроу и... гость.

— Спасибо, Кэйт, — донёсся знакомый голос изнутри. — Впусти их.

Девушка распахнула дверь шире и отступила в сторону, всё ещё не сводя глаз с Гарри. Виолетта едва удержалась от усмешки — похоже, бедняжка будет весь день мучиться, не решаясь попросить автограф.

Кабинет встретил их простором и светом — большое окно пропускало полуденное солнце, высвечивая стеллажи с аккуратно разложенными папками и свитками. За массивным рабочим столом из тёмного дерева поднималась Пенелопа Кларк.

— Мисс Морроу, добрый день, — её взгляд переместился на Гарри, и в нём мелькнуло узнавание. — Мистер Поттер? Как неожиданно. Добро пожаловать.

Виолетту привлекло движение у окна. Мужчина средних лет шагнул вперёд из залитого солнцем угла — подтянутый, с военной осанкой, одетый сдержанно, но со вкусом. Его спокойный оценивающий взгляд, короткие тёмные волосы с проседью, жёсткие черты лица и тонкий шрам над бровью завершали образ опытного аврора и вызывали волнение внутри девушки.

Кларк обернулась к мужчине, слегка улыбаясь.

— Том, познакомься — это Виолетта Морроу, моя клиентка.

Мужчина шагнул вперёд с выверенной лёгкостью движений человека, привыкшего контролировать своё тело.

— Том Уилкинс, — представился он низким спокойным голосом. — Приятно познакомиться, мисс Морроу. Наслышан о вас.

Он повернулся к Гарри, протягивая руку:

— Мистер Поттер, рад знакомству.

— Здравствуйте, — Гарри пожал протянутую руку.

— Взаимно, мистер Уилкинс, — ответила Виолетта с профессиональной вежливостью, но внутри бушевала целая буря.

— Присаживайтесь, пожалуйста, — Кларк жестом указала на удобные кожаные кресла перед массивным столом.

Том Уилкинс.

Имя наконец соединилось с лицом.

«Так вот, как вас звали».

В голове у неё мелькнуло острое удовлетворение. Том Уилкинс. Именно тот человек, который нужен. Опытный бывший аврор с министерскими связями, спокойный, рассудительный, с твёрдыми принципами. Пенелопа не зря держит его при себе — такой специалист на вес золота в их непростом мире.

А главное, Морроу знала его. Не лично, но помнила по третьей и седьмой петлям. Лицо врезалось в память намертво. Виолетта дважды встречала его — и дважды мужчина добровольцем вставал между детьми и угрозой маглов. В третьей петле он вытащил её с ребятами из лап антимагов и прикрыл их отход.

Но особенно ей не забыть, начало ада седьмого цикла. Хогвартс-экспресс, сошедший с рельс из-за взрыва. Паника, крики, усыпляющий газ. Первых детей поразили транквилизаторами маглы в костюмах химзащиты. Попытки защититься обернулись пулями, скосившими старшекурсников...

А потом на помощь пришли авроры и добровольцы. И именно Том Уилкинс стоял в первых рядах защитников. Виолетта помнила его фигуру, окружённую радужными переливами защитных чар — щиты сдерживали атаку, отражали пули, давая детям время отойти через порталы в Хогвартс. Он не отступал. Держал оборону, пока последний ребёнок не был в безопасности.

Она не забудет никогда — как он стоял, весь в крови от осколков стекла и магловского оружия, но продолжал защищать с ледяным хладнокровием на лице.

Такому можно доверять.

Кларк села за массивный стол, переплетя пальцы и положив руки на полированную поверхность. Она выжидающе посмотрела на Виолетту — инициатора встречи. В кабинете царила деловая тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом бумаг и едва слышным гулом Косого переулка за окном.

— Итак, мисс Морроу, — голос Кларк был спокойным, профессиональным, — чем я могу вам помочь?

Девушка чуть склонила голову, мягко улыбаясь.

— Полагаю, вы уже поняли, мисс Кларк, помощь нужна именно мистеру Поттеру, — она сделала небольшую паузу. — Дело, как вы понимаете, деликатное. И простым точно не будет.

Кларк едва заметно кивнула, не отрывая взгляда.

— Но, как я уже убедилась, трудности вас не остановят, — продолжила Виолетта, слегка расправив плечи. — Тем более мистер Поттер прямо-таки образцовый пример вашей специализации. Сирота, с опекунами маглами, с проблемами с наследством.

Кларк перевела спокойный, но цепкий взгляд на неуютно сжавшегося Гарри. Поттер сидел на самом краю кресла, будто готовился в любой момент сбежать. Пальцы нервно теребили край школьной рубашки.

— Мистер Поттер, — голос Пенелопы стал заметно мягче, успокаивающе, — не могли бы вы поделиться проблемами, которыми нам следует заняться?

Гарри нервно сглотнул. Он бросил быстрый, почти отчаянный взгляд на Морроу, словно ища поддержки, и неуверенно поёрзал на краю кресла.

— А, ну...

Кларк уже раскрыла кожаный блокнот, ручка замерла над чистой страницей. Похоже, Поттер не знал, как и с чего начать, и что говорить.

Виолетта вздохнула про себя и решила взять инициативу.

— Мы с Гарри столкнулись сегодня совершенно случайно, — спокойно начала Морроу, переложив вес на одну ногу и сцепив ладони перед собой. — В ходе нашего недолгого разговора выяснилось, что Гарри не знает о месте захоронения родителей.

Кларк резко подняла взгляд, Уилкинс, прислонившийся к окну, нахмурился.

— Мы исправили это и посетили Годрикову впадину, — продолжила Виолетта ровным тоном. — Однако это выявило новые проблемы.

Девушка сделала паузу, давая словам осесть.

— Самая первая — его семейный дом в Годриковой впадине превращён в публичный мемориал.

Кларк тут же нахмурилась и быстро написала несколько строк в блокноте. Звук перьевой ручки по бумаге был резким в тишине кабинета.

— Без вашего согласия? — уточнила она, посмотрев на Поттера.

— Я даже не знал, что у меня есть дом, — выдохнул Гарри, голос дрогнул. Он растерянно оглядывался между взрослыми, будто ища подтверждение, что это всё реально.

Кларк молча отметила ещё что-то, продолжая методичные пометки. Том чуть подался вперёд, слушая внимательно.

— Второе, — невозмутимо продолжала Виолетта, — неясно состояние родового особняка Поттеров и прочего имущества. Финансовые дела, вероятно, запущены.

Девушка повернулась к Кларк.

— У нас ведь схожа ситуация с магловским миром? У сирот должен быть траст-фонд, верно?

Женщина кивнула, не отрывая пера от бумаги:

— Да, система существует. Министерство обязано создавать счета для несовершеннолетних, куда переносится наследуемое имущество. Мы уточним это в Отделе по работе с сиротами — там должны быть все документы.

Гарри резко выпрямился, словно его ударили током:

— Погодите, а сейф в Гринготтсе? — он растерянно взглянул на Морроу, потом на Кларк. — Это и есть траст?

Пенелопа приподняла бровь, задумчиво постукивая ручкой по блокноту:

— Вероятнее всего, да. Или это детский сейф, куда родители откладывали средства на ваше образование и содержание, — она сделала паузу. — Но мы это выясним. Нужно запросить полную информацию в банке и Министерстве.

Уилкинс чуть наклонился вперёд, скрестил руки на груди. Взгляд его стал задумчивым, будто что-то вспоминал.

— Насколько я помню, тот дом-мемориал относительно новый, — медленно сказал он. — Джеймс и Лили Поттер переехали туда специально. Они не жили в родовом особняке.

Гарри удивлённо, почти растерянно посмотрел на него:

— Почему? С домом что-то не так?

Том на мгновение замолчал, взгляд стал мягче, почти сочувственным.

— Родители Джеймса, — тихо начал он, подбирая слова, — ваши бабушка и дедушка, Флимонт и Юфимия Поттер, умерли от драконьей оспы незадолго до вашего рождения, мистер Поттер.

Гарри замер, губы приоткрылись.

— В те дни была целая эпидемия, — кратко добавила Кларк, не поднимая взгляда от бумаги, но голос звучал мягко. — Драконья оспа унесла много жизней. Эта болезнь практически неизлечима. А люди угасали за считанные дни.

Уилкинс кивнул, продолжая:

— Предполагаю, ваши родители не стали рисковать, — он задумался на миг, будто пересчитывая в уме. — Если так прикинуть, то миссис Поттер как раз должна была быть беременна вами. Болезнь очень заразна. Вероятно, они купили новый домик в Годриковой впадине и переехали туда, чтобы не рисковать вашей жизнью.

Мужчина выдержал паузу.

— Так что тот дом — новый, купленный специально для безопасности. А родовой особняк Поттеров — это другое место. Скорей всего ваш отец закрыл его на карантин. Координаты нужно смотреть в документах. Или уточнить у тех, кто его посещал.

Гарри уткнулся взглядом в столешницу, пальцы сжались в кулаки на коленях. С трудом, словно каждое слово причиняло боль, он выдавил:

— Я... не знал, что бабушка и дедушка умерли от болезни.

В голосе звучало что-то большее, чем удивление — горечь, обида, боль от осознания, сколько всего от него скрывали.

Том тихо вздохнул, чуть опустив голову:

— К сожалению, мало кто об этом помнит, мистер Поттер. В те дни разгорелась война. Эпидемия драконьей оспы отошла на второй, а то и на третий план. Вперёд вышли стычки между всеми сторонами, убийства, пытки. Война стёрла многие воспоминания, люди боялись говорить. Но документы должны быть, их вполне реально поднять. Мы этим и займёмся.

Кларк подняла взгляд от блокнота, посмотрела на Гарри с профессиональным, но искренним сочувствием. Голос её стал мягче, почти материнским:

— Мистер Поттер, я понимаю, что это тяжело. Но мы разберёмся. Шаг за шагом. Обещаю.

Пенелопа сделала паузу, давая ему время собраться, а затем аккуратно продолжила, переходя к следующей теме:

— А теперь расскажите мне о ваших опекунах. Кто они?

Гарри дёрнулся, будто ожидал этого вопроса, но не был к нему готов. Пальцы сжались на коленях.

— Дурсли, — выдавил он. — Тётя Петуния и дядя Вернон. Сестра моей матери и её муж. Есть ещё Дадли, мой кузен.

— И как они к вам относятся? — мягко спросила Пенелопа, продолжая делать пометки.

Гарри скомкано пожал плечами, не встречаясь взглядом:

— Нормально. То есть... они меня кормят, я живу в доме. У меня своя комната.

Виолетта краем глаза заметила, как Уилкинс чуть нахмурился — явно почувствовав недосказанность.

— Но магию они не любят, — добавил Поттер тихо, глядя в пол. — Совсем. Говорят, что это... ненормально.

Кларк кивнула, записывая.

— Они применяли физическое насилие?

— Нет, — быстро ответил Гарри, поднимая голову. — Нет, ничего такого.

— Ограничивали в еде? Запирали?

Гарри замялся, не зная, как ответить:

— Иногда... когда я что-то натворил... но это было давно. Сейчас всё нормально.

Том и Пенелопа переглянулись. На какой-то момент в комнате повисла тяжёлая пауза. За окном по стеклянной панели проскользнула тень облака, на мгновение затеняя кабинет. Солнце снова проглянуло, заиграло на металлических ручках папок на стеллажах, отбрасывая блики на стены.

Вдруг Гарри поднял голову резко, будто что-то внутри него переключилось. В глазах появилась решимость — будто он наконец решился защищать себя:

— Мисс Кларк, а можно... — он сглотнул, собираясь с духом. — Я могу избавиться от опеки Дурслей?

Морроу заметила, как Пенелопа мгновенно устремила взгляд на неё — быстрый, оценивающий, с явным немым вопросом: «Насколько всё плохо?»

Виолетта едва заметно закатила глаза и чуть качнула головой, давая понять: не ангелы, но и не монстры. Не идеальная семья, но жив, цел, не избит. По крайней мере, Дурсли, в отличие от её опекунов, не кинулись первым делом к телефону, чтобы вызвать полицию или, того хуже, какие-то спецслужбы для изучения «ненормальности».

Кларк чуть кивнула, понимая. Повернулась обратно к Гарри:

— И почему вы этого хотите, мистер Поттер? — спросила она спокойно, без осуждения.

Гарри поёрзал на кресле, с трудом подбирая слова:

— Они... Ну, они не любят магию. Вообще. И они... они не хотят, чтобы я там был. Я им в тягость.

Голос дрогнул на последних словах.

Пенелопа задумчиво постукала перьевой ручкой по блокноту, взвешивая ответ:

— В магическом мире это возможно, при определённых обстоятельствах, — медленно начала она. — С тринадцати лет у вас уже есть право совершать некоторые сделки, подписывать определённые бумаги, частично распоряжаться финансами. Вы частично дееспособны в магическом обществе.

Гарри приподнялся на кресле, в глазах мелькнула надежда.

— Но, — продолжила Пенелопа жёстче, — в мире маглов, где вы официально зарегистрированы и живёте, вам до восемнадцати лет менять опекуна практически невозможно. Как понимаете, магловское законодательство не признаёт магические законы.

У Гарри упали плечи, лицо вытянулось:

— То есть... никак?

Том, который до этого молча слушал, отошёл от окна, скрестил руки на груди и усмехнулся. Голос его остался мягким, почти сочувственным:

— Магловское законодательство очень жёсткое к подросткам, парень. Система защиты детей там работает по-другому. Если только будет доказана прямая угроза жизни или здоровью, или будет особое решение суда по вопиющим нарушениям.

Он сделал паузу, взгляд стал жёстче:

— Но даже если тебя и передадут кому-то другому, захочешь ли ты оказаться у совершенно незнакомых людей? В приёмной семье? Там может быть тоже не всё так гладко.

Гарри куснул губу:

— Но они...

Парень замолчал, не закончив мысль.

Пенелопа мягко, но твёрдо вмешалась:

— Мистер Поттер, мы не можем в данный момент изменить вашу опеку просто по вашему желанию. Тем более это ваши кровные родственники. Но мы можем попробовать наладить отношения с вашими тётей и дядей.

Кларк наклонилась чуть вперёд, голос стал увереннее:

— Нам в любом случае нужно с ними поговорить для решения юридических и финансовых вопросов. Потому что мне нужно будет работать и в магловском мире.

Гарри скептически помрачнел, губы сжались в тонкую линию:

— Они не будут рады видеть магов. Вообще. Дядя Вернон терпеть не может всё, что связано с магией.

Кларк уверенно улыбнулась — профессионально, с той лёгкой долей превосходства, что говорила о большом опыте:

— Взрослые всегда могут найти общий язык, если знают, как правильно подступиться, мистер Поттер. Я привыкла работать со сложными случаями. Это моя специализация.

Уилкинс тоже кивнул, его голос стал спокойнее, увереннее:

— У меня есть богатый опыт общения с магловскими семьями. Не волнуйся, мы справимся. Главное — правильный подход и понимание их мотивации.

Гарри смотрел на них ещё несколько секунд — недоверчиво, настороженно. Но постепенно плечи опустились, напряжение чуть отпустило. Он нехотя кивнул:

— Ладно... Попробуем.

Но по тому, как он сжал кулаки на коленях, было ясно: он не верил, что что-то изменится.

Кларк открыла нижний ящик массивного стола и достала оттуда аккуратно сложенный лист пергамента и развернула его на столе перед Гарри.

— Это договор о представительстве, мистер Поттер, — начала она, проводя пальцем по первым строкам. — С ним я смогу действовать в ваших интересах в юридических вопросах, финансовых и во взаимодействиях с Министерством Магии.

Гарри придвинулся ближе, взял пергамент обеими руками и начал читать внимательно, медленно пробегая глазами по строкам. Губы беззвучно шевелились, отмечая для себя ключевые слова. Он явно читал не для галочки — вчитывался, останавливаясь на отдельных формулировках, хмурясь, когда что-то казалось непонятным.

Виолетта со своего места пробежалась взглядом по договору. Не заметив ничего критического, она откинулась на спинку кресла, позволяя себе наконец расслабиться. Утро выдалось слишком насыщенным, голова гудела от обилия эмоций. Она прикрыла глаза, позволяя голосам Кларк и Гарри течь приятным, убаюкивающим фоном.

— А это что значит? — тихо спросил Гарри, ткнув пальцем в длинный абзац мелким шрифтом. — Вот этот пункт?

— Стандартная формулировка для защиты интересов клиента, — терпеливо пояснила Кларк. — Я обязана согласовывать с вами решения в особо важных вопросах: продажа недвижимости, крупные финансовые операции... Ничего без вашего письменного согласия.

Гарри впервые за весь день по-настоящему оживился. Он задавал вопросы о вознаграждении, о сроках, о возможности отозвать доверенность. Голоса текли мягким гулом, сливаясь с тиканьем настенных часов и далёким шумом Косого переулка. Виолетта погрузилась в приятную полудрёму, пока её не вырвал из неё решительный голос Поттера:

— Ладно. Я согласен.

Виолетта приоткрыла глаза. Гарри аккуратно выводил пером свою подпись. Закончив, он достал палочку и коснулся кончиком подписи. Чернила вспыхнули ярким золотом, словно вобрав в себя свет, и медленно растеклись по строкам мерцающим следом.

Кларк взяла свою копию и проделала то же самое. Её подпись загорелась серебром, сливаясь с золотом Гарри. Обе бумаги на миг осветились мягким светом, будто внутри зажглась свеча, а затем медленно погасли, оставляя едва заметное мерцание по краям пергамента.

Контракт заключён.

Девушка почувствовала, как напряжение окончательно отпустило. Она позволила себе настоящую, искреннюю улыбку — не натянутую, не вежливую, а настоящую. Теперь у Гарри наконец появился шанс. Шанс вернуть себе голос в мире, где слишком часто за него решали другие. Шанс перестать быть символом, иконой, знаменитостью — и стать собой.

Уилкинс развернулся к Виолетте, понизив голос почти до шёпота, будто предлагая тайный сговор:

— Мисс Морроу, составите мне компанию внизу?

— Конечно, — кивнула она без лишних слов, тут же поднимаясь с кресла.

Виолетта заметила, как Гарри резко повернул голову, в глазах мелькнула растерянность:

— Морроу?

Девушка остановилась в дверях, обернулась и бросила на него спокойный, почти ободряющий взгляд.

— Это твои личные дела, Поттер. Есть конфиденциальные вопросы, которые мне знать не нужно. Я здесь лишь для того, чтобы свести тебя с профессионалами. Дальше — сам. Мисс Кларк не кусается, — усмехнулась она, чуть приподняв бровь.

— Очень даже кусается, — с широкой ухмылкой не согласился Уилкинс. — Правда, всё больше своих противников. Так что тебе не о чем волноваться, парень.

Гарри смущённо кивнул, но в глазах промелькнула благодарность и лёгкая тревога:

— Спасибо.

Виолетта с Уилкинсом вышли из кабинета и тихонько прикрыли за собой тяжёлую дверь. Звук щелчка замка эхом разнёсся по узкому коридору. Спустившись по аккуратной лестнице обратно на первый этаж, они оказались в зоне ожидания с мягкими кожаными диванчиками.

Секретарша Кэйт, заметив их, мгновенно вскочила с места, обрадованная возможностью быть полезной:

— Кофе? Чай?

— Кофе, пожалуйста, — кивнул Том, усаживаясь.

— Чай, — добавила Морроу.

Кэйт юркнула в небольшой закуток и через минуту вернулась с подносом — дымящаяся чашка чёрного кофе для Уилкинса и изящная фарфоровая чашка с ароматным чаем для Виолетты. Запах жасмина смешался с горьковатым ароматом свежезаваренного кофе.

Том одним лёгким движением уселся, обозначив жестом место напротив. Девушка опустилась на диван, взяла чашку и с удовольствием сделала глоток горячего напитка — приятное тепло разлилось по груди, прогоняя остатки утренней усталости.

— Вы произвели сильное впечатление на Пенелопу, мисс Морроу, — начал мужчина негромко, попивая кофе. — Да и аврора Стоуна — помните такого?

Она кивнула.

— После новостей о ваших приключениях в Карпатах он заявил, что всегда догадывался: вы не были такой простой школьницей, какой хотели казаться.

Девушка опустила чашку на блюдце с тихим звоном фарфора.

— Конечно, я непростой человек, — протянула она с лёгкой иронией. — Простых людей не бывает, мистер Уилкинс. Все с изюминкой, просто не все своими делятся.

— Том. Только Том, — мягко поправил он, ставя чашку на низкий столик.

— Тогда Виолетта, — откликнулась она, не скрывая лёгкой усмешки.

Уилкинс посмотрел на неё пристально, оценивающе, будто ещё раз взвешивал всё услышанное о ней. Несколько секунд тишины, нарушаемой лишь тиканьем настенных часов.

— Пени, — сказал он наконец, понизив голос, — просила меня присмотреть за твоим делом в Министерстве.

Голос был деловым, но Морроу невольно напряглась, выпрямив спину. Прямота подобного вопроса всегда означала одно: что-то не так или могло пойти не так.

— И что вы узнали? — спросила она, стараясь сохранять спокойствие.

Том задумчиво повёл плечами, взгляд стал чуть жёстче, профессиональнее:

— К тебе проявлен интерес. Несколько семей... влиятельных семей. Они рассматривают возможность опеки.

Виолетта фыркнула, приподняв брови, и усмехнулась:

— Ну, это было ожидаемо.

— Пока тебя защищает директор Дамблдор, — продолжил Уилкинс, ещё больше понижая голос, наклоняясь вперёд, — и твой конфликт с Блэквуд многим мешает приблизиться. Это отпугивает желающих. Никто не хочет с ней конфликтовать. Но это не вечно, Виолетта. Баланс может быстро измениться.

Морроу медленно кивнула, обдумывая слова:

— Кого-то может и не отпугнуть такая вот «защита».

— Именно, — подтвердил Том, голос стал строже. — Будь осторожна. А ещё лучше залегла бы ты на дно.

Виолетта покачала головой. Для неё стала тесна маска скромницы. Да и в эту роль уже никто не поверит. Так что она не собиралась прятаться. Это выбранный путь её девятого цикла. Честно говоря, девушка не видела угрозу в возможной опеке. В конце концов, Морроу дерзила Тёмному лорду лично, что ей какие-то чистокровные прихвостни с их древней кровью и манией величия. Голос её стал тверже, в нём зазвучала та самая сталь:

— Вот о чём я не волновалась бы, так это о них, — Виолетта чуть наклонила голову, в глазах плеснул огонёк. — Волноваться стоит тем, кто решит меня «прибрать к рукам». Я ведь могу не играть в маленькую благовоспитанную леди, а начать эпатировать. Да так, что кто-то разорится и подмочет репутацию.

Девушка хитро сузила глаза и наигранно задрала нос, изображая аристократическое презрение.

— Возможно, даже так и сделаю. Пусть гадают, на какое ещё чудачество я способна.

Уилкинс на это усмехнулся уголком губ и чуть качнул головой.

Вздохнув, Морроу стёрла с лица выражение высокомерия, сделала пару глотков чая. Вновь выдохнула, крутя чашку в руках:

— На самом деле меня волнуют другие вопросы, — она подняла взгляд на мужчину перед ней. — Том, у меня есть к вам просьба. Касательно Поттера.

— Слушаю, — сказал Том, внимательно глядя на неё.

— Вы же видели, во что он одет, — тихо проговорила Виолетта, не глядя мужчине в глаза, разглядывая чай в чашке. — Судя по всему, это единственная приличная вещь, и то... мне пришлось в буквальном смысле ругаться с ним, чтобы он переоделся. Эти гордые мальчишки...

Она досадливо поморщилась.

— Гарри нужна помощь в обычных вопросах. Одежда, манеры, как вести себя с людьми. У него нет никого, кто мог бы этим заняться по-человечески. Нет примера. А меня он слушать не будет.

Уилкинс удивлённо приподнял бровь, он точно не ожидал такого:

— Ты хочешь, чтобы я?..

— Взрослые на него забили, понимаете? — оборвала Морроу и прикусила губу. — Есть, конечно, Уизли, с которыми он дружит. Они прекрасные люди, но куда им ещё за одним пацаном смотреть? — усмехнулась она и окинула мужчину взглядом: тёмно-серые брюки безупречной выделки, светлая рубашка, тёмный жилет. — А у вас, между прочим, прекрасный вкус, Том. Вы — бывший аврор. Это уже плюс к харизме в глазах Гарри. Авторитет, понимаете?

Виолетта встретилась с ним глазами.

— И что важнее всего, Поттер остро нуждается в мужской фигуре, которая не станет его жалеть, но и не проигнорирует.

Пока не набрался мародёрских придурей от Блэка и Люпина. Да и Дамблдор не будет против таких фигур как Кларк и Уилкинс. Первая полукровка, которая защищает маглорожденных. Уилкинс и вовсе бывший аврор. А учитывая те эпизоды, когда они встречались, то человек достойный доверия.

Том задумчиво провёл ладонью по подбородку, взвешивая предложение. Пальцы постукивали по подлокотнику.

— Пени взялась за его, как я понял, запущенные юридические дела, так что мы будем часто видеться... — пробормотал он вполголоса, больше себе.

Виолетта мягко улыбнулась:

— Я не настаиваю. Просто подумайте. Помочь сироте — это всегда плюс к карме, мистер Уилкинс, — с юмором подметила она.

Мужчина на миг закрыл глаза, а потом вдруг рассмеялся — открыто, тепло, искренне. Таким смехом редко смеются за стенами министерских кабинетов.

— Наставник... — покачал он головой с улыбкой. — Давно я не был старшим братом. Постарел уже. Ладно, Виолетта. Давай так, я попробую поболтать с пацаном. Это, как минимум, будет интересно. А там посмотрим.

В её груди стало гораздо легче, словно тяжесть спала. Голос прозвучал искренне, с настоящей благодарностью:

— Спасибо, Том. Большего и не прошу.

Морроу сделала паузу, потом продолжила:

— Есть ещё один вопрос. Хотела задать мисс Кларк, но, возможно, вы сможете подсказать.

— Продолжаешь интриговать, — Уилкинс приподнял бровь.

Виолетта неуверенно покрутила чашку в руках:

— Я поменяла палочку во Франции, да и как-то привыкла там свободно колдовать. Ну и продолжила использовать палочку уже в Англии. А потом опомнилась, что мне вроде как запрещено здесь колдовать вне школы. Но нарушение не фиксируется, совы из Министерства нет.

Задумчиво кивнув, Том откинулся на спинку дивана:

— Это не афишируется, но на палочках у Олливандера или Кидделла, когда их покупают дети, устанавливаются магические маячки. Они работают только в магловском мире. Это нужно больше для безопасности — чтобы отслеживать случайную магию вблизи маглов.

Он сделал паузу, попивая кофе.

— Эти маячки автоматически отключаются, когда рядом находится взрослый маг или когда школяр колдует в магическом месте — в том же Косом, например. Там ещё и настройка по возрасту. Ну а твоя палочка, вероятно, чистая, раз уж новая и создана в Европе. Французские мастера не используют британские системы отслеживания.

Том чуть усмехнулся.

— Плюс к этому, я видел в твоих документах — ты оформилась в Международной конфедерации магов. Ты проходишь теперь не по английским спискам несовершеннолетних, а по международным. Это тоже такая уловка, которую используют семьи с детьми-дипломатами.

Виолетта удивлённо выдохнула:

— Надо же. Не знала, а нащупала случайно. Спасибо за объяснения. То есть я могу расслабиться?

— Для тебя теперь работают лишь стандартные правила, по которым колдуют все остальные взрослые маги, — подтвердил Том с усмешкой. — Не устраивай шоу на глазах у маглов — и никто до тебя не докопается.

Спустя минут десять они услышали, как с щелчком на втором этаже открылась дверь кабинета. Пенелопа Кларк спустилась первая — сдержанно, деловито, с портфелем в одной руке. Гарри шагал за ней чуть медленнее, прижимая к груди папку с документами, но выглядел уже не потерянным, а напряжённо собранным. В глазах мелькали новые вопросы — и некоторая решимость.

Пенелопа остановилась посреди небольшого уютного холла напротив них, оглядела всех собравшихся и спокойно объявила:

— Ну что ж, следующий шаг — встреча с мистером и миссис Дурсли.

В её голосе не было ни капли сомнения, только чёткая уверенность профессионала, привыкшего вести переговоры даже с самыми сложными клиентами.

Гарри скривил губы, и стало мгновенно понятно, что его энтузиазм по поводу дальнейших событий весьма условен:

— Это будет... весело, — протянул он с такой горечью, что даже охранник поморщился сочувственно.

Виолетта поднялась с дивана, разглядывая Поттера. Он всё ещё сжимал папку с документами, будто это был щит. Как это напоминало её щит из пергаментов.

— Мне пойти с вами? — мягко спросила девушка, но не удержалась от лёгкой колкости. — Или дальше сам справишься?

Гарри резко повернулся к ней. На этот раз во взгляде не было ни детской растерянности, ни слепой благодарности. Только серьёзное, испытующее изучение.

— Почему? — медленно спросил он, каждое слово взвешивая. — Почему ты мне вообще помогаешь?

Том и Пенелопа мгновенно переглянулись — быстрый обмен взглядами, который говорил больше любых слов: «О, интересно. Мальчик наконец начал задавать правильные вопросы». Оба чуть отступили в сторону, давая им пространство, хотя в небольшой приёмной и так всё было прекрасно слышно. Но Кларк взмахнула палочкой, очерчивая пространство холла чарами конфиденциальности. Кэйт за стойкой замерла, не сводя с них любопытных глаз. Даже охранник в кресле медленно опустил газету, откровенно прислушиваясь.

— Дай-ка подумать, — наигранно протянула Морроу и демонстративно подняла руку, загнув указательный палец. — Во-первых, я тоже сирота.

Гарри дёрнулся, будто его ударили, а взгляд на миг опустился к полу.

— Во-вторых, — невозмутимо продолжила Виолетта, загибая второй палец, — у меня тоже опекуны маглы.

Том скрестил руки на груди, откинувшись на стену, наблюдая за ней с явным интересом.

— В-третьих, — голос её стал жёстче, в нём появилась та самая стальная нотка, что иногда проскальзывала, когда речь заходила о прошлом, — эти опекуны, хоть и очень хорошие люди, которые мне очень дороги, но они ненавидят магию.

Третий палец загнулся.

— Правда, в отличие от твоих, мои опекуны настолько испугались «неправильности» воспитанницы, что готовы были сдать меня магловским властям, — в её голосе зазвучала едкая усмешка. — Ну знаешь... на исследования паранормальщины, мутаций и прочего.

Поттер смотрел на неё во все глаза, рот слегка приоткрылся. Пенелопа тихо присела на край стола.

— Но профессор МакГонагалл эту проблему решила, — добавила девушка с лёгкой усмешкой, пожав плечами. — Они забыли о магии. А я для них теперь просто одарённая воспитанница.

А её жизнь с тех пор пропиталась ложью.

— Что там у нас ещё? — Виолетта слегка наклонила голову. — В-четвёртых, пусть и не с детства, но долю известности я всё же получила. И поделилась с тобой своим видением, как сбавить накал внимания. Ну или как им управлять.

Морроу, загнув четвёртый палец, выразительно посмотрела на него.

— А то смотреть невыносимо на то, как тебя готовы на лоскутки порвать.

Девушка медленно перевела взгляд на Кэйт, которая густо покраснела и тут же отвернулась, делая вид, что срочно ищет что-то в папках на столе. Виолетта вернула взгляд к Гарри.

— К слову, скоро очень многие девочки захотят прибрать такой приз, как ты, к рукам, — невозмутимо продолжила она. — Приворотные — это будет лишь вершина айсберга твоих будущих проблем, Поттер. Ты известен. И ты должен уметь этим пользоваться и защищать себя. Или попадёшь в какую-нибудь интрижку. Повяжут как породистого... оленёнка.

Том прикрыл рот рукой, скрывая усмешку. Пенелопа вздёрнула бровь, с явным интересом наблюдая за реакцией мальчика.

Поттер весь раскраснелся, дико заозирался, видя улыбающиеся лица взрослых. Даже охранник у двери усмехнулся в свою газету. Морроу лишь фыркнула.

— Так может, ты как раз из этих? — неожиданно едко ударил Гарри. — Искательниц приза?

В зале повисла тишина. Виолетта артистично отшатнулась назад, натянув маску комичного ужаса, и быстро перекрестила его двумя пальцами:

— Чур тебя, чур! — громко возопила она. — Выбрось эти мысли из головы, Поттер! Магия упаси! Ни за что!

Если Гарри думал, что давлением заставит её замолчать, пусть готовится краснеть ещё сильнее. Уилкинс уже откровенно посмеивался, даже Пенелопа не сдержала улыбку. Кэйт прикусила губу, сдерживая смех. А вот Поттер смутился, опустил взгляд, точно пожалев о своей попытке реванша.

Виолетта настороженно посмотрела на него — краснота на щеках, замешательство... Ей вот только интереса Избранного не хватало. Нет уж, ей второго цикла хватило, когда они попытались «встречаться» по её инициативе.

Вот только Пенелопа, не удержавшись, ехидно подметила:

— А вы очень даже неплохо смотритесь вместе.

Том прыснул. Охранник у двери откровенно захихикал. От ушей Гарри, кажется, пар пошёл.

— Мисс Кларк, — невинно посмотрела на неё Морроу, широко распахнув глаза, — вы так хотите избавиться от двух проблемных клиентов?

Женщина насмешливо приподняла бровь, скрестив руки. Виолетта вздохнула с театральной печалью:

— Я ж тогда исполню мечты профессора Снейпа и Тёмного лорда, — она развела руками. — Избавлю мир от последнего Поттера.

Кларк закрыла ладонью губы.

— Я, конечно, понимаю, что Поттер у нас — гриффиндорское пламя в человеческом обличье, да и я ещё тот огонёк, — продолжила Виолетта, поворачиваясь к Гарри, который уже не знал, куда деваться. — Как и понимаю, что пал тушат встречным палом. Но это уже будет разжиганием адского пламени или взрывом в нашем случае.

Девушка сделала паузу, разводя руками ещё шире.

— А я не хочу в Азкабан — там сыро.

Их невольные слушатели уже не могли скрывать веселье и смех.

— Ну ладно, что там дальше? — Морроу вернулась к загибанию пальцев, будто ничего не произошло. — В-пятых, я сама знаю, насколько трудно бороться за свои права. Поэтому и познакомила тебя с мисс Кларк, которая поможет тебе через официальные каналы.

Пятый палец аккуратно загнулся.

— В-шестых, — Виолетта подняла другую руку, и в её голосе прозвучала лёгкая назидательность, — в отличие от тебя и твоих геройств в школе, я училась все эти годы. Узнавала мир вокруг меня, — она чуть наклонила голову. — Суровый и опасный мир. Который гораздо опаснее магловского. Поэтому мне не трудно поделиться опытом.

Девушка сделала паузу, оглядев его с ног до головы.

— Тем более я понимаю, с какими примерно проблемами ты, как магловоспитанный, можешь столкнуться.

Шестой палец аккуратно загнулся.

— В-седьмых, — Виолетта закатила глаза так театрально, загибая седьмой палец, — если я перестану слышать стоны Лаванды Браун о том, что Поттер ведёт себя как бездомный невоспитанный магл, то это станет величайшей радостью.

Гарри покраснел до ушей. И девушка полагала, что больше он ей никогда не задаст провокационных вопросов.

— В-восьмых, — пожала плечами Морроу, будто это само собой разумелось, — мы же гриффиндорцы и должны помогать друг другу.

Не успела она загнуть восьмой палец, как Гарри поднял руки в капитулирующем жесте:

— Всё-всё, хватит! — взорвался он. — Я понял, что ты найдёшь тысячи объяснений.

— Не просто объяснений, — невозмутимо поправила Виолетта, опуская руки, — а логичных и аргументируемых объяснений.

Морроу сделала шаг ближе, глядя ему прямо в глаза.

— Так что ты не стесняйся, спрашивай. Ответ я точно найду.

Повисла тишина. Гарри сверлил её раздражённым взглядом. Он точно хотел уколоть словами и боялся, что она вывернет всё так, что смеяться будут над ним, а не над ней.

— И, кстати, в-девятых, Поттер...

Виолетта помолчала, лицо её стало серьёзнее, голос потерял игривые нотки.

— Я. Просто. Могу. Помочь — и делаю это, — голос стал тише. — Тем более мне скучно, а ты мне на глаза попался.

Морроу чуть усмехнулась, осмотрела его с ног до головы и ехидно дополнила:

— А ты, Поттер, тот ещё генератор хаоса.

Резко выдохнув, Гарри смотрел на неё ещё пару секунд — оценивающе, настороженно. Затем медленно кивнул, и в голосе прозвучала едкость:

— Скучно. Вот как, — Поттер сощурился. — Если тебе нужны представления, не стесняйся, Морроу. Прошу.

Виолетта стесняться не стала и на его колкость ослепительно улыбнулась, кажется, даже смутив.

— Спасибо, Поттер, ты настоящий самоотверженный гриффиндорец, — хлопнула в ладоши она и кивнула, тут же поворачиваясь к Кларк с Уилкинсом. — Итак? Я уже была в Литтл-Уингинге. Могу аппарировать вас, покажу вам местечко, которое приметила там. Удобное, скрытое от посторонних глаз.

— Хорошо, — сказал Уилкинс, беря палочку из кобуры на поясе. — Прыгнем первые. Изучу место, потом уже за вами вернусь, — глянул он на кивнувшую Кларк.

Виолетта шагнула к нему, и Том крепко взял её за локоть. Девушка вспомнила в деталях место переноса, и волей и магией потянулась к нему. Знакомое ощущение сдавливания, будто весь мир сжимался в точку. Темнота. Головокружение. Невозможность дышать.

И они материализовались в небольшом парке, скрытые густыми осинами, чьи листья тихо шелестели на ветру. Запах свежескошенной травы смешался с ароматом цветущих кустов шиповника. Вдалеке слышались голоса играющих детей — звонкие, беззаботные.

— Подожди здесь, — велел Том, оглядываясь. — Сейчас заберу остальных.

Мужчина исчез с лёгким хлопком, оставив её одну. Морроу огляделась, вдыхая свежий воздух. Тихий магловский район: ухоженные газоны, аккуратные дорожки, скамейки под деревьями. Всё настолько мирно и упорядоченно, что казалось нереальным после напряжённой атмосферы офиса.

Через минуту Том вернулся с характерным хлопком, материализуясь с Гарри. Поттер пошатнулся, хватаясь за руку мужчины. Лицо его было бледным, губы сжаты.

— Похоже, я ненавижу аппарацию, — пробормотал он, отпуская Уилкинса и опираясь на ближайшее дерево.

Ещё один хлопок — и Том появился с Пенелопой. Она слегка покачнулась, поправляя очки, но быстро взяла себя в руки, разглаживая мантию.

— Привыкнешь, — бросила Морроу Гарри и двинулась по знакомой тропинке к выходу из парка.

За её спиной послышались шаги — сначала уверенные шаги Тома и Пенелопы, затем более медленные, неохотные шаги Гарри. Девушка не оборачивалась, но чувствовала, как с каждым шагом атмосфера становилась тяжелее.

Чем ближе они подходили к Тисовой улице, тем мрачнее становился Поттер. Виолетта заметила напряжённые плечи, сжатую челюсть. Он шёл, глядя себе под ноги.

Да, встреча с Дурслями будет непростой. Очень непростой.

Но необходимой, как вскрытие старого гнойного нарыва.