Глава 33. Как приручить Поттера

Уютная таверна «Золотая кружка» встретила их тёплой атмосферой и умиротворяющими ароматами. Запах свежеиспечённого хлеба смешивался с дымком от потрескивающего камина и нежными травяными нотками — видимо, хозяйка заваривала целебный чай для редких утренних посетителей. Солнечные лучи пробивались сквозь небольшие окошки в свинцовых переплётах, создавая на полированных деревянных столах мягкие золотистые пятна.

Виолетта выбрала столик у окна, откуда открывался вид на тихую утреннюю улочку Годриковой впадины. В это время дня таверна была почти пустой — лишь пожилой волшебник в углу степенно попивал кофе за утренним «Ежедневным пророком», а у стойки тихо беседовали двое местных жителей.

— Присаживайся, — кивнула она Гарри на стул напротив. — Я забыла, что ты не завтракал. Извини. Нужно это исправить.

Поттер всё ещё выглядел потрясённым после посещения кладбища. Он механически опустился на стул, рассеянно оглядывая таверну, словно не до конца понимая, где находится. Глаза за круглыми очками были покрасневшими, а волосы — ещё более взъерошенными, чем обычно.

К их столику подошла полная женщина средних лет в клетчатом фартуке. Её круглое лицо светилось добродушием, а седые волосы были аккуратно убраны под белый чепчик. Гарри она сразу узнала, глаза её метнулись к открытому лбу Поттера и округлились. Женщина уже собралась явно одарить парня всем своим вниманием и благодарностью. Но Виолетта тихо кашлянула, сбивая её и привлекая внимание. Как только удивлённый взгляд остановился на ней, Морроу нахмурилась и медленно покачала головой. Кажется, это позволило хозяйке опомниться. Тогда она, видимо, и заметила следы скорби на лице Поттера — и поняла. На лице её появилась горькая улыбка.

— Здравствуйте, дорогие! — приветливо обратилась она мягким материнским голосом. — Что будете заказывать?

Но Гарри всё ещё был мыслями не с ними. Девушка лишь вздохнула, переглянувшись с хозяйкой.

— Полный завтрак для молодого человека, пожалуйста, — попросила за него она. — Яичницу, бекон, сосиски, жареные помидоры и грибы. И побольше тостов. А ещё горячего шоколада — самого лучшего, что у вас есть.

— Конечно. А для вас, милая? — улыбнулась хозяйка.

— Чёрный чай без добавок. И может быть, сэндвич.

Когда женщина удалилась, Виолетта внимательно посмотрела на Гарри. Он по-прежнему молча следил за редкими прохожими за окном.

— Как ты себя чувствуешь? — тихо спросила она.

Поттер моргнул и перевёл на неё взгляд.

— Не знаю, — честно признался он, голос звучал хрипловато. — Всё это... это было так неожиданно. Я имею в виду, я знал, что они мертвы, но видеть их могилу, прикасаться к ней...

Он замолчал, сжав руки в кулаки на столе.

— Это нормально, — мягко сказала девушка. — Горевать нормально. И злиться тоже нормально — на то, что так долго не знал об этом месте.

Гарри кивнул, но ничего не сказал. Через несколько минут хозяйка принесла заказ. Аромат жареного бекона и яичницы заполнил их уголок, а густой шоколад в высокой кружке источал сладковатый запах, который немного взбодрил Поттера.

— Ешь, — настойчиво сказала Виолетта. — Тебе нужны силы.

Гарри машинально взял вилку и начал есть. Сначала неохотно, потом с большим аппетитом — видимо, стресс и долгая прогулка по кладбищу дали о себе знать.

— Мне нужно отойти, — пробормотал он, допив шоколад. — В уборную.

— Конечно, — кивнула Морроу. — Я никуда не денусь.

Как только Поттер скрылся за дверью в конце таверны, девушка быстро достала из мешочка небольшое зеркало связи в серебряной оправе. Поверхность мерцала лёгкой дымкой, готовая к активации.

— Пенелопа Кларк, — чётко произнесла Виолетта, направляя палочку на зеркало.

Зеркало прояснилось, показывая знакомое лицо Пенелопы с собранными в строгий пучок волосами. За спиной Кларк виднелся незнакомый кабинет — стеллажи с папками, строгий письменный стол, а где-то в отдалении слышались приглушённые голоса.

— Мисс Морроу, у вас что-то срочное? — удивлённо подняла брови Кларк, поправляя очки, но её взгляд метнулся в сторону. Она явно была не одна.

— Простите, что отвлекаю, — поспешно извинилась Виолетта, понизив голос. — У вас будет время сегодня? Мне нужна консультация.

Кларк на секунду отвернулась от зеркала — видимо, кому-то что-то сказала, потому что голоса за её спиной стихли.

— Сейчас работаю, но через полтора часа могу принять, — деловито ответила она. — Что-то срочное? Вы выглядите обеспокоенной.

— Достаточно срочное, — осторожно подтвердила девушка, косясь на дверь уборной. — И... предупреждаю заранее — буду не одна. Дело довольно деликатное.

Брови Кларк поползли вверх, а в глазах мелькнул профессиональный интерес.

— Понятно. Что ж, тогда встречаемся в моём кабинете через полтора часа.

— Спасибо, мисс Кларк. До встречи.

Зеркало потемнело. Виолетта быстро убрала его в мешочек как раз в тот момент, когда за её спиной послышались шаги.

— Всё в порядке? — спросил Гарри, опускаясь на своё место. Он выглядел немного лучше — видимо, плотный завтрак и несколько минут наедине с собой пошли ему на пользу.

— Да, — кивнула Морроу, отхлебывая остывший чай. — Я договорилась о встрече с одним человеком. Есть дела, которые нужно обсудить.

В голове у неё активно работала мысль. Проблемы Гарри были куда масштабнее, чем она изначально предполагала. Дом, превращённый в мемориал без согласия наследника. Возможные нарушения в управлении его наследством. Полная изоляция мальчика от информации о его правах и собственности. А ведь он был не просто «Мальчиком-Который-Выжил» — он был единственным наследником одной из самых старых чистокровных семей в Британии.

Не хотелось плохо думать о Дамблдоре. Но Виолетта знала и то, что Альбус прежде всего политик. А потому в голове сразу вспыхивали два варианта. Либо директор разыгрывал карту героя в лишении, закалка характера испытаниями, отсечение ненужных связей, знаний. Либо — Дамблдора надо рассматривать, как бездетного политика, который очень часто упускает бытовые потребности подопечных, полагая, что они сами откуда-то возьмут знания и понимание, что им нужно.

И Морроу больше склонялась ко второму варианту, потому что сама сталкивалась с бытовой слепотой наставника. Её часто выручало, что внутри она уже не ребёнок, но всё равно, сколько ненужных шишек девушка собрала на свою голову.

Несколько минут они сидели в мягкой тишине. Гарри медленно допивал остывший шоколад, время от времени поглядывая в окно на тихую улочку Годриковой впадины. Солнечные лучи скользили по мощёной дороге, где редкие прохожие спешили по своим утренним делам — пожилая ведьма в клетчатой шали несла корзину с продуктами, двое волшебников тихо беседовали у фонтана на площади. За окном была обычная, мирная жизнь маленького поселения, в котором жили простые люди и маги.

Виолетта внимательно наблюдала за Гарри, отмечая, как напряжение постепенно отпускает его плечи. Завтрак и тёплая атмосфера таверны явно шли ему на пользу — в глазах появились проблески любопытства вместо прежней тупой боли. Самое время для осторожного разговора.

— Кстати, — как бы невзначай заметила она, поставив чашку с чаем на стол, — если не ошибаюсь, особняк Поттеров тоже был где-то в этих местах.

Гарри резко повернул голову, очки слегка съехали на нос.

— Особняк? — переспросил он с недоумением. — Какой ещё особняк? Разве мои родители не жили в том доме, который мы видели. В руинах.

— Гарри, я точно не знаю, но, как понимаю, это был дом для молодой семьи, — мягко возразила Морроу, складывая руки на столе. — Небольшой, уютный. Место, где молодая семья могла жить тихо и незаметно. Но родовое поместье семьи Поттеров — совсем другое дело.

В глазах Гарри мелькнуло что-то между удивлением и болезненной надеждой.

— Родовое поместье? — голос звучал охрипшим. — Ты серьёзно?

— Вполне. Поттеры — уважаемая древняя семья, — спокойно пояснила Виолетта, внимательно следя за его реакцией. — Пусть и не лорды и не вошли в Священные двадцать восемь, но всё же... С ними породнились Блэки, а это чистокровные из чистокровных, тщательно следящие за кровью рода. Они бы не стали связываться с какими-то выскочками.

Где-то в глубине таверны тихо зазвенела посуда — хозяйка заклинанием мыла тарелки. За окном проехала машина. Гарри молчал, переваривая услышанное, и девушка почти физически чувствовала, как в его голове переворачивается привычная картина мира.

— Но... где он? — наконец выдавил он. — Этот дом.

— Ну это вопрос не ко мне, я только делюсь слухами и тем, что встречала в газетах, — осторожно ответила Виолетта. — Думаю, если дом ещё цел, то к нему смогут провести. Как минимум земля так точно должна числиться за тобой. Времени прошло не так много.

— Но мне и об этом опять ничего не говорят, — с горечью посмеялся Поттер. — У кого я должен спрашивать, Морроу? Если все молчат.

Виолетта сделала вид, что задумалась, слегка нахмурив брови. В реальности же она внимательно подбирала каждое слово — нужно было направить разговор к Блэку, чтобы, получив от Поттера информацию, действовать дальше.

— Полагаю, что нужно искать тех, кто посещал этот дом, — вздохнула она. — То есть друзья семьи. Кто общался со старшим поколением — это сложный вопрос. Но твои родители... Насколько я слышала, твой отец дружил с несколькими парнями из школы...

Она видела, как Гарри едва заметно напрягся, пальцы сжались на кружке из-под шоколада.

— Дай-ка припомнить... — Виолетта сделала вид, что думает. — Петтигрю мёртв, так что он не поможет. О! Есть же Люпин! Он, кажется, был старостой, когда учились твои родители. Вроде даже дружил с твоим отцом...

— Петтигрю не мёртв, — сквозь зубы процедил Гарри.

В таверне стало тише — даже хозяйка взглянула в их сторону. Голос Поттера звучал так горько и с такой ненавистью, что девушка на секунду забыла о своей игре. Вот именно сейчас она увидела след того тёмного Поттера из восьмой петли. По спине пробежал холодок. Но она заставила себя втянуть воздух, и незаметно призвала палочку, накладывая чары конфиденциальности вокруг них.

— Это он предал моих родителей, — продолжил Гарри, глядя не на неё, а сквозь неё. — Грязная крыса. Он живой, и он свободный, а Сириус...

Поттер резко замолчал, поняв, что сказал слишком много. Щёки покрылись красными пятнами.

Виолетта аккуратно подлила масла в огонь:

— Но ведь Блэк вроде как убил его и сдал твоих родителей Тёмному лорду.

Морроу внимательно наблюдала за реакцией мальчика, мысленно отмечая: «Болтун — находка для шпиона. Достаточно нажать на правильные кнопки».

— Сириус не виноват! — взорвался Гарри, голос сорвался от эмоций. — Его подставили! Он... он мой крёстный, и он никогда бы не предал моих родителей! Никогда!

Кулаки его сжались так сильно, что костяшки побелели. Глаза блестели от сдерживаемых слёз — смеси горя, гнева и отчаянной верности человеку, которому никто не верил.

— Петтигрю всех одурачил, — хрипло продолжал он. — Двенадцать лет все думали, что Сириус предатель, а настоящий предатель жил... жил как домашняя крыса у... моих друзей!

Виолетта осторожно подалась вперёд, голос стал мягче:

— Ты его видел? Сириуса Блэка?

Гарри резко кивнул, со злостью сжимая зубы.

— В конце учебного года. Он... он хотел, чтобы я жил с ним. Предлагал забрать меня от Дурслей, — его голос дрогнул. — Но потом всё пошло не так, и он опять сбежал. Теперь он где-то прячется, а я даже не знаю, жив ли он...

Тишина повисла над их столиком. Где-то в углу таверны старый волшебник перелистнул страницу газеты, за окном прозвенел колокольчик — кто-то открыл дверь соседней лавки. Морроу наблюдала за лицом Гарри, на котором боролись разные эмоции — надежда, страх, одиночество.

— Расскажи подробнее, — мягко попросила она, наклоняясь чуть ближе. — Что произошло в конце учебного года?

Поттер нервно провёл рукой по волосам, взъерошив их ещё больше. За окном проехала очередная машина.

— Это... это длинная история, — начал он, голос звучал устало. — В общем, Петтигрю все эти годы скрывался в образе крысы Коросты — домашнего питомца Рона. А мы и не знали...

Девушка рассеянно поддакивала, подталкивая наводящими вопросами: «И что дальше?», «Как же так получилось?», «Неужели никто не догадывался?» Но в голове у неё вертелись совсем другие мысли.

«Не так. Этот разговор должен был пойти не так».

Да, Морроу действительно собиралась помочь Блэку — за ней был должок. Он её выручил с деньгами в седьмом цикле, когда она влетела в штраф за инцидент с сорокой, а вернуть долг из-за начавшейся войны с маглами так и не успела. Сириус тогда не задавал лишних вопросов, молча дал нужную сумму и даже не поставил срок возврата.

Но это не означало, что она позволит неуравновешенному магу лепить из Поттера ещё более неуравновешенный аналог его отца. Азкабан никого не оставлял ментально здоровым — она знала это по собственному опыту. Только смерть в том цикле позволила ей вернуть трезвость мыслям и избавиться от кошмаров. А Блэк явно зациклился на своём друге, она прекрасно помнила, как часто он звал своего крестника Джеймсом.

— ...а потом дементоры напали, — продолжал Гарри, не замечая её рассеянности, — и Сириус чуть не получил поцелуй дементора. Мы его спасли, но он всё равно не мог остаться...

Виолетте хотелось сказать правду. Что Сириуса посадили за дело. Что он не такой уж невиновный, каким его видит Гарри. Но она не могла сейчас испортить отношения с Поттером, а тот явно возвёл крёстного на пьедестал.

Блэк с Петтигрю устроили магический бой посреди магловской улочки в Лондоне. Было множество пострадавших обычных людей. Были и убитые. И совершенно не важно, кто из двоих магов спровоцировал взрыв газа. Оба нарушили Статут Секретности в самой грубой форме — отсюда и строгость наказания, вынесенного даже только после опроса свидетелей и проверки палочек. Здесь и суд не нужен был. Наоборот, Сириусу повезло, что его не было, ведь за такое представление он вполне мог получить смертную казнь.

Два бывших мародёра засветили мир магии перед маглами. В английских газетах об этом стыдливо не писали — замели под половицу, прикрылись празднованием победы над Тёмным лордом. А вот французы, американцы, немцы от души прошлись по случившемуся в своих изданиях. Многие маглы, напуганные магическим боем, разбежались в панике. Были и те, кто бросился к ближайшим телефонам, чтобы вызвать полицию, связаться с родными, сообщить в СМИ. Статут Секретности висел на волоске в Англии несколько дней.

В этом и была причина пожизненного приговора чистокровному волшебнику из древней благородной семьи. Причина, по которой, даже имея богатство и связи Блэков, леди Вальбурга так и не смогла вытащить старшего сына, а скорее даже поспособствовала, чтобы у него не было суда. Пусть будет в Азкабане, но живым. Ведь международное магическое сообщество требовало жёстких мер, и английское Министерство не могло их игнорировать.

Впрочем, теперь у неё было прикрытие её знаний о Блэке. В случае вопросов к ней, она сможет ссылаться на рассказ Поттера.

— Он писал мне письма, — тихо продолжал Гарри, прерывая её размышления. — Но очень осторожно, чтобы не засветиться. Сириус боится, что его поймают, а меня накажут за связь с ним...

В голосе мальчика звучала такая тоска, от которой Виолетта почувствовала укол совести. Но правда оставалась правдой — Сириус Блэк был далеко не ангелом, каким его видел Гарри.

— Понятно, — осторожно сказала она, допивая остывший чай. — Сложная ситуация.

За окном послышался смех — видимо, местные дети играли на площади. Звук был таким беззаботным, что резко контрастировал с тяжестью их разговора.

— Морроу, — неожиданно серьёзно сказал Гарри, — ты же не расскажешь никому? О Сириусе, я имею в виду. Если узнают, что я с ним общаюсь...

— Не расскажу, — сказала девушка, и это была правда. У неё были свои планы относительно ситуации с Блэком, но выдавать доверие Гарри она не собиралась.

Мальчик заметно расслабился, отведя взгляд к окну. Морроу спрятала тяжёлый вздох, а ведь даже не взял с неё банальное обещание.

«Тем не менее нужно быть осторожнее, — подумала Виолетта. — Гарри слишком привязан к Сириусу. Любое неосторожное слово может всё испортить».

— Поел? — спросила она, окидывая взглядом опустевшую тарелку Гарри.

— Да, спасибо, — кивнул он, всё ещё слегка смущённый тем, что только что выболтал столько личного. — А что...

— Тогда давай прогуляемся на Косой переулок, — перебила его Морроу, поднимаясь из-за стола. — Покажу тебе, что твоя семья не заканчивается героическими родителями.

Гарри удивлённо моргнул, поспешив встать следом.

— На Косой? А что там?

Виолетта хитро улыбнулась, достав из мешочка несколько монет для расчёта с хозяйкой:

— Книги, Гарри. Там книги.

Хозяйка «Золотой кружки» радостно приняла оплату, добавив к счёту небольшой мешочек порошка летучего пороха.

— Спасибо за визит, дорогие! — тепло сказала она, провожая их к большому камину в углу таверны. — Приходите ещё!

Камин был действительно внушительным — старинная каменная арка, украшенная резными фигурами оленей, была достаточно широкой, чтобы вместить двух человек одновременно. Морроу высыпала щепотку порошка в огонь, и пламя тут же вспыхнуло ярким изумрудным светом, потрескивая и дыша прохладой.

— Пользовался? — спросила она, шагнув в камин и потянув за собой парня.

— Летал, — многозначно ответил Поттер, с опаской глядя под ноги.

— Понятно, держись за меня, — велела она Гарри, но сама взяла его под руку. — Перенеси вес на ноги. Воспринимай, как поездку в метро.

— Я не настолько плох, — буркнул Гарри, но всё-таки положил свою руку поверх её, и этим порядком смутился.

Смешно такой!

— Дырявый котёл! — чётко произнесла Виолетта, и кинула оставшийся порох под ноги.

Знакомое головокружение, вспышки зелёного света перед глазами, ощущение стремительного полёта через бесконечную трубу. Сажа щекотала в носу, а в ушах свистел ветер. Гарри крепко сжимал её руку.

Они вынырнули из камина «Дырявого котла» с лёгким головокружением. Уютный зал таверны встретил их привычным гомоном голосов, звоном кружек и ароматом эля. Несколько волшебников сидели за столиками, оживлённо обсуждая последние новости из «Ежедневного пророка».

Поттер тут же поспешно пригладил волосы, скрывая шрам, и вновь опустил голову, прячась.

— Ба! Кого я вижу! — раздался восторженный возглас бармена у стойки, и Том замахал полотенцем, привлекая внимание всего зала. — Мисс Виолетта, как ты могла оставить нас без свежих сплетен об одной отчаянной англичанке, укротительнице драконов! — громко возопил он, и несколько посетителей обернулись с любопытством.

Девушка театрально закатила глаза и вздохнула:

— Ах, Том, какие сплетни? Но я обещаю заглянуть попозже и поныть о своих гриффиндорских безумных порывах, так уж и быть!

В зале начали посмеиваться — многие её узнали и с интересом прислушивались к разговору.

— Вообще, конечно, я просто документы оформляла в МКМ, — продолжила Морроу с невинным видом, — но что-то пошло не так...

Рядом с их столом волшебники грохнули хохотом — видимо, представляя, что именно могло «пойти не так».

— И вообще, милостивые господа, — возвысила голос Виолетта, задрав нос с комическим достоинством, — не портьте мне свидание! А то у меня так кавалер сбежит!

Девушка театральным жестом схватила пунцового от смущения Гарри под локоток. По залу прокатились свист, одобрительные хлопки и громкие пожелания:

— Удачи, девочка!

— Не упусти такого красавца!

— А парень-то какой стеснительный!

Под этот весёлый гвалт они направились к выходу, ведущему в Косой переулок. Гарри был красен как рак и тщетно пытался опустить голову ниже, чтобы скрыть шрам за чёлкой.

Они остановились в небольшом тупичке за «Дырявым котлом», окружённом старой каменной кладкой. Здесь было тише — городской шум Лондона приглушённо доносился откуда-то сверху, а воздух пах старым камнем, сыростью и лёгкими нотками магии. Кое‑где на потемневших кирпичах пробивались тонкие травинки.

Гарри всё ещё пылал от смущения, яростно растирая щёки руками.

— Зачем ты так?! — взорвался он, голос дрожал от возмущения. — Как ты можешь так с ними говорить? Это же... это же...

— От тебя можно прикуривать, — весело повторила Виолетта, наблюдая, как его лицо становится ещё краснее.

— Морроу! — простонал Гарри, закрывая лицо руками. — Они же теперь думают, что мы... что между нами...

Девушка пожала плечами.

— Лучше я буду им рассказывать о себе и о своих безумствах, чем они будут небылицы выдумывать, — спокойно объяснила она, поправляя волосы. — А щепотка самоиронии и юмора, как с этим «свиданием», сразу располагает людей. Они прекрасно поняли, что я шучу и чуть дразню тебя.

Гарри недоуменно посмотрел на неё из-под растрёпанной чёлки.

— Не понимаю...

— Это было шутливое представление, — продолжила Виолетта, подходя к глухой кирпичной стене. — После него остаётся лишь флёр юмора, а не интересной интриги, которую хочется раскопать и раздуть. Так я лишаю сплетников тем, ведь говорю прямо — да, я оформляла документы в МКМ. Да, я подалась порыву и занималась безумством.

Она пожала плечами с лёгкой усмешкой:

— Вот и всё. Никакой тайны, никаких секретов. О чём тут сплетничать?

Гарри хмуро посмотрел на неё, всё ещё не до конца понимая логику.

— Но зачем вообще что-то рассказывать? Можно же промолчать...

— А вот молчание порождает фантазии, — терпеливо объяснила Морроу, начиная отсчитывать кирпичи в стене. — А фантазии и домыслы обрастают подробностями. Маги очень любят приукрашивать и доводить до абсурда. Так что если я буду угрюмо молчать, то через месяц по всему магическому миру пойдёт легенда о том, как я в одиночку победила целую стаю драконов. Голыми руками. А ещё попутно соблазнила половину румынских драконологов.

Усмехнувшись, она нашла нужный кирпич и легко коснулась его палочкой. Камень чуть дрогнул под прикосновением.

— А так, своим шутливым выступлением, я если уж не обрываю эти фантазии, то прибиваю их к реальности, — она коснулась ещё двух кирпичей в определённой последовательности, и стена начала расступаться с тихим скрежетом. — Я всего лишь обычная девчонка, которая попала в историю из-за своей импульсивности. Скучно. Неинтересно.

Проход открылся. Косой переулок встретил их привычной утренней суетой. Мощёная булыжниками улица гудела приглушённым говором покупателей, скрипом вывесок, позванивающих на лёгком ветру, и звонкими голосами уличных торговцев. Воздух был насыщен самыми разными ароматами — острыми запахами из аптекарской лавки, где сушились травы и варились настойки, сладкой выпечкой из кондитерской, ванильными нотками мороженого Фортескью и той особенной, древней магией, которая словно впиталась в сами камни мостовой за столетия существования торгового квартала.

— Понял теперь? — спросила Виолетта, обернувшись к всё ещё озадаченному Гарри. — Лучшая защита от любопытства — это открытость. Парадоксально, но действенно.

Гарри неуверенно кивнул, всё ещё переваривая услышанное. Девушка улыбнулась и шагнула в проём.

— Ну что, идём искать информацию о твоих предках?

Морроу уверенно повела Гарри через толпу к знакомому зданию «Флориш и Блоттс». Книжный магазин встретил их тишиной и прохладой — резкий контраст с шумной улицей. Здесь пахло старым пергаментом, выделанной кожей переплётов и магическими чернилами. Высокие полки тянулись к потолку, заставленные книгами самых разных размеров и возрастов, а лестницы на колёсиках позволяли добраться до самых верхних ярусов. Мягкий свет магических ламп создавал уютную, камерную атмосферу.

— Идём, — негромко сказала Виолетта, проводя Гарри между рядами к дальней стене магазина.

Там она остановилась и театральным жестом указала на четыре полки, занимавшие значительную часть стены.

— Вот, Гарри, — торжественно произнесла она. — Познакомься со своей семьёй.

На полках красовалась аккуратная табличка с золотыми буквами: «ПОТТЕРЫ». Десятки книг разных размеров и толщины стояли корешками наружу, и на каждом из них блестела фамилия «Поттер» золотыми буквами.

Гарри остановился как вкопанный, широко раскрыв глаза за круглыми очками.

— Это... — голос дрогнул, — это всё наша семья писала?

Дрожащими пальцами он коснулся ближайших корешков, с трудом читая имена авторов:

— Чарльз Поттер... Флимонт Поттер... — он обернулся к Виолетте с недоумением. — Кто они?

— Твои предки, — мягко ответила Морроу, наблюдая за его реакцией. — Основное семейное состояние Поттеры заработали благодаря потрясающим зельям. Их рецепты до сих пор популярны и приносят стабильный доход.

Гарри жадно схватил одну из книг — «Целебные зелья для повседневной жизни» авторства Флимонта Поттера — и стал листать пожелтевшие страницы.

— А это кто? — спросил он, показывая имя на обложке.

— Это твой дед, — улыбнулась Виолетта. — И знаешь что самое интересное? Даже твой отец в шестнадцать лет уже защитил ранг подмастерья, создав карту Хогвартса, на которой были видны все живые существа.

Гарри резко поднял голову:

— Карту Хогвартса?!

— Это была его работа на звание подмастерья артефактора, — кивнула Морроу. — Карта Хогвартса — настоящий магический артефакт, требующий глубочайших знаний чар и зелий для создания. Жаль, неизвестно, куда она делась, — артистично посетовала она.

Глаза Гарри округлились. Он погрузился в изучение книг, жадно беря одну за другой, читая аннотации и авторские предисловия.

— А это дед написал? А это прадед? — спрашивал он, показывая разные тома.

Девушка терпеливо отвечала на те вопросы, на которые знала ответы. И с грустной улыбкой наблюдала, как Гарри буквально пожирает информацию о своей семье. После тринадцати лет полного неведения это было как прорыв плотины — он не мог остановиться, изучая книги, рассматривая портреты на обложках. Но может, хотя бы это заставит парня взяться за ум.

— Только, Поттер, — сказала Виолетта, отставляя в сторону очередную книгу, которую он совал ей под нос, — найди лучше родовой особняк. Там должны быть книги намного лучше, чем эти коммерческие издания. Настоящие семейные секреты хранятся дома, а не на публичных полках.

Она окинула взглядом ряды книжных шкафов и добавила:

— Пойдём поищем живых родственников. Наверняка у тебя есть дальние.

Гарри удивлённо поднял голову:

— Родственники? Живые?

— Весь мир чистокровных повязан сетью родственных связей, — пояснила Виолетта, направляясь к другому разделу магазина. — Семей не так много, а для сохранения магической крови жениться им приходится друг на друге. Рано или поздно все становятся родней.

Морроу подошла к массивной полке с толстенными фолиантами и вытащила огромный том в потрёпанном кожаном переплёте.

— «Древние и Благороднейшие роды Великобритании», — прочитала она вслух. — Вот что нам нужно.

Книга была настолько тяжёлой, что девушка едва удержала её в руках. Поэтому сдвинула пару тонких книг на полке и уложила фолиант на образовавшуюся площадку. Выдохшийся от времени запах старой кожи и пергамента щекотал ноздри. Она осторожно открыла том и направила на него палочку, невербально создавая заклинание книжного поиска.

— Гарри Поттер, — чётко произнесла она.

Страницы зашелестели сами собой, быстро перелистываясь, пока книга не открылась на нужном месте. Перед ними развернулась сложная магическая схема — ветвящееся древо с именами, датами, соединительными линиями разных цветов. Некоторые имена светились золотом, другие были написаны серебром, а несколько мерцали тревожным красным светом.

— Смотри, — Виолетта указала пальцем на одну из ветвей, — Дорея Блэк — твоя прабабушка. Отсюда связь с семьёй Блэк.

Гарри наклонился ближе, прищуриваясь на мелкие письмена:

— А это кто?

— Твои ближайшие живые родственники по этой линии, — ответила Морроу, проследив соединительные линии. — Беллатрикс Лестрейндж, Нарцисса Малфой... и Андромеда Тонкс, в девичестве Блэк.

Лицо Гарри побелело:

— Драко Малфой... мой родственник?! — голос сорвался от шока.

— Дальний, очень дальний, — успокоила Виолетта. — По линии Блэков. Но технически — да.

— Как это возможно?! Мы же враги! — воскликнул Гарри так громко, что несколько посетителей магазина обернулись.

— Дураки вы, а не враги, — тихо буркнула под нос девушка.

Морроу оглянулась и заметила подозрительный взгляд продавца — пожилого волшебника в очках, который явно прислушивался к их разговору. Они слишком долго торчали у одной полки и привлекали внимание.

— Чистокровных семей мало, — тихо объяснила она Гарри, одновременно быстро закрывая том и возвращая его на место. — Политика важнее личных симпатий — через поколение враги становятся роднёй.

— Но это же безумие! — прошептал Гарри.

— Поэтому изучение генеалогии — это власть, — серьёзно сказала Виолетта, взяв его под локоть и направляя к выходу. — Знание связей даёт преимущества. В магической политике полезно знать, кто кому кузен.

Они вышли из книжного магазина на шумную улицу. Солнце поднималось выше, и Косой переулок наполнялся всё большим количеством покупателей.

— Пока ты перевариваешь всю эту информацию, — сказала Морроу, — я познакомлю тебя с тем, кто поможет в вопросах, где я бессильна. Тебе нужна профессиональная помощь.

Гарри заинтриговано посмотрел на неё:

— Кто это? И в каких вопросах?

Виолетта загадочно улыбнулась:

— Увидишь. Я доверяю этому специалисту. К слову, он ведёт мои дела. Это человек, который не побоится бросить вызов системе, если потребуется.

Вокруг них шумела жизнь магического квартала — звенели колокольчики лавок, доносились голоса торговцев и покупателей, носился по улицам детский смех. Но Гарри не обращал на это внимания, всё ещё потрясённый открытиями.

Интересно, сколько времени ему понадобится, чтобы переварить всю эту информацию и начать задавать вопросы: откуда она всё это знает и почему интересовалась его семьей. Надо бы ещё и самой придумать ответ на такой вопрос. Морроу, конечно, всегда сможет прикинуться фанаткой. Но, честно говоря, эта роль ей не нравилась, и будет сложно её поддерживать.

— Я до сих пор не могу поверить, — пробормотал Поттер. — Малфой... родственник...

А ведь это Гарри ещё не знает, что и с Тёмным лордом они дальние родственники...

— Ничего, привыкнешь, — философски заметила Виолетта, с внутренним смирением замечая узнаваемую фигуру лорда Одинсона на этот раз в магловском чёрном костюме, заходящего в банк. — В магическом мире сюрпризы на каждом шагу.