Глава 31. Обещание из прошлого

Последующие дни пролетели калейдоскопом событий, впечатлений и неожиданных покупок. Но сперва тем же вечером Виолетта навестила мастера Морелли в его мастерской, заполненной ароматами металла, кожи и магии. Стены старинного здания хранили в себе тепло прошедшего дня, а сквозь открытые окна доносились голоса гондольеров и плеск воды в каналах.

Мастер методично снимал копии с рун Дюбрея — неспешно, словно разбирая сложную музыкальную партитуру. Те узлы чар защиты, что поддались его анализу, тщательно записывались на особых пергаментах.

— Невероятно! — восхищался он каждый раз, когда копировал очередную руническую цепочку. — Этот мастер был гением! Настоящим гением!

И только в самом конце, перед отъездом, Морелли торжественно поставил на чёрный чемодан не просто свою печать, а клеймо венецианской гильдии артефакторов.

А ещё пришлось раскошелиться на зеркало связи, чтобы поддерживать контакт. Эта изящная вещица стоила как отличная метла, но связь с мастером Морелли требовала этих трат. Обменявшись магическими «адресами», они договорились связаться после доклада в гильдии.

Не забыла Виолетта и о подарках. В сувенирных лавочках Венеции она долго выбирала изделия из волшебного муранского стекла. Сорока внутри неё довольно встрепенулась — переливающиеся блестящие безделушки всегда поднимали настроение.

На следующий день её ждала расслабляющая поездка в поезде в Венгрию, где был расположен знаменитый заповедник венгерских хвосторогов. Эти чёрные драконы славились не только красотой, но и особой опасностью — их усеянные шипами хвосты могли пробить самую крепкую броню.

Аппарировав в небольшой городок неподалёку от заповедника, Морроу почувствовала характерный дымный запах в воздухе — след драконьего дыхания, смешанный с ароматами степных трав и костров. Сам заповедник посещать она не стала — откровенно устала от постоянных прыжков аппарации на сотни километров, да и время поджимало. Возвращение в Англию откладывать было нельзя.

— Обязательно приеду сюда как турист, — пообещала себе девушка, разглядывая вдалеке силуэты драконов, величественно парящих над холмами.

Зато в официальном магазинчике заповедника она щедро раскошелилась. Мешки лучшего драконьего навоза для посадок — ничто не могло сравниться с этим удобрением по питательности. Новые перчатки из драконьей кожи взамен изрядно потрёпанных старых. И, наконец, то, о чём она мечтала с четвёртого курса ещё первой жизни — живую анимированную фигурку венгерского хвосторога.

Маленький дракончик размером с котёнка был выполнен с удивительной точностью. Чёрная кожа переливалась на солнце, крошечные шипы на хвосте выглядели настоящими, а золотистые глаза следили за каждым движением. Когда Морроу взяла фигурку в руки, дракончик попытался цапнуть за палец, но, получив щелчок по морде, присмирел и обвил её запястье хвостом.

Утром её ждал сюрприз. Выйдя в сад с чашкой чая, Виолетта замерла на полпути. Её новый, драгоценный анимированный хвосторог, купленный для услады собственного внутреннего ребёнка, был... оккупирован.

Самый смелый (или самый безрассудный) из гномов, которого она про себя звала Бородач, с деловитым видом пытался оседлать миниатюрного дракона. Фигурка, размером с котёнка, недовольно щёлкала пастью и взмахивала хвостом с крошечными, но острыми шипами.

— Эй, Бородач, осторожнее! — крикнула девушка, не в силах сдержать смех.

Гном, кажется, воспринял это как ободрение. Он ловко ухватился за гребень на спине дракона и закинул на него ногу. Хвосторог взбрыкнул. Бородач пискнул, но удержался. Вокруг, как на гладиаторской арене, собралась толпа — стайка фей трепетала крылышками, издавая взволнованный перезвон, а остальные гномы уважительно цокали языками.

Недовольный дракончик, поняв, что наездника не стряхнуть, расправил крылья. Резкий взмах — и он взмыл в воздух, унося на себе ошарашенного гнома. Писк ужаса мгновенно сменился восторженным визгом. Они пронеслись под ветвями цветущей яблони, едва не задев розовые лепестки, сделали крутой вираж над клумбой со звенящими колокольчиками и пронеслись мимо самой Виолетты. Она успела заметить порванные на самом интересном месте штанишки Бородача и его абсолютно счастливое лицо.

Тут же к ней подлетела целая делегация. Феи и гномы, наперебой толкаясь, показывали на летающего дракона и на себя. Их посыл был абсолютно ясен: «Мы тоже хотим!». И их даже не смутили порванные от шипов штанишки укротителя драконов.

Пришлось возвращаться в магазин и покупать ещё пять дракончиков — по одному для каждого из садовых помощников. А заодно накладывать подпитывающие чары, чтобы магия конструктов не иссякала от активного использования. И трансфигурировать сёдла из коры.

К вечеру сад превратился в хаос. Феи и гномы лихо носились на осёдланных драконах между деревьев, устраивая воздушные гонки и выписывая головокружительные виражи. Смех и восторженные возгласы наполняли воздух.

Камень-разум — который до сих пор оставался безымянным — на это буйство отвечал по-своему. Он трансформировался то в более крупного чёрного дракона, то в огромного ворона и с явным удовольствием принимался гоняться за расшумевшимися сорванцами, добавляя в игру элемент захватывающих погонь.

Вечером, когда маленькие помощники наконец угомонились, Виолетта устроилась в кресле с книгой, но мысли её были далеки от текста. Она смотрела на неказистый маленький камушек у горки карбонадо, лежавших на столе, и в очередной раз пыталась решить проблему.

— Ну хорошо, упрямец, — вздохнула девушка, откладывая книгу. — Так дело не пойдёт. Ты — часть этого дома. Тебе нужно имя. Как насчёт... «Страж»?

В ответ на это из поверхности камня медленно, словно пластилиновая, выросла небольшая, но очень выразительная кучка чего-то, подозрительно напоминающего помёт гиппогрифа.

— Я поняла, поняла! — Морроу вскинула руки в примирительном жесте. — Слишком пафосно. Хорошо. А если... «Тень»? Ты же любишь превращаться во что-то тёмное.

Куча с недовольным бульканьем увеличилась вдвое.

— Да что тебе не нравится?! — начинала терять терпение девушка. — Ты ведёшь себя, как вредный старик! Может, так и называть тебя — «Ворчун»?

Неказистый камень завибрировал, и помёт обрёл угрожающие размеры.

— Всё, сдаюсь! — в отчаянии воскликнула Виолетта. — Знаешь что?! Раз ты такой упрямый и непонятный, буду звать тебя Несси! Во-первых, тебя и так приняли за домового ниссе. Во-вторых, так зовут знаменитое лохнесское чудовище, такое же загадочное и невыносимое, как ты! Доволен?!

Кучка мгновенно втянулась обратно в камни. Поверхность их стала идеально гладкой. А потом карбонадо завибрировали снова — на этот раз с явным, неподдельным любопытством. Иллюзия в воздухе перед Виолеттой сложилась в мерцающий вопросительный знак.

— Ого, — усмехнулась она, чувствуя, что попала в точку. — Так тебе стало интересно? Чудовище, говоришь? Ну, садись поудобнее. Сейчас я тебе всё покажу...

Пришлось сперва бежать за магловской энциклопедией, а потом доставать «Чудовищную книгу о чудовищах», гладить её по корешку, чтобы она не укусила и искать информацию. Девушка показывала камне-разуму рисунки, зачитывала статьи. Когда Виолетта добралась до описания, что крупнейший в мире кельпи — водяной демон — чаще всего принимал облик не коня, а именно морского змея, восторг камня стал почти осязаемым.

И в этот момент дом затопило.

Иллюзия воды, прохладной и тёмной, поднялась по колено. По стенам побежали блики, как от подводного солнца. А посреди гостиной, величественно изгибаясь, плавало лохнесское чудовище в миниатюре, внимательно разглядывая своё новое отражение в полированной поверхности стола. С тех пор камень отзывался только на это имя.

Правда, Виолетте ещё два вечера пришлось несладко. Мало приятного проснуться от ощущения, что ты лежишь под водой, пусть и иллюзорной. К счастью, Несси это быстро наскучило. Гонять фей и гномов оказалось гораздо интереснее.

Всё-таки этот камень очень странный. И становился всё страннее.

Сад оживал с каждым днём. Весенние деревья покрылись нежным цветом — яблони, груши, вишни благоухали, привлекая пчёл. Молодая поросль набирала силу, первые побеги пробивались из земли. Не удержавшись, Морроу купила ещё и рассаду волшебных цветов — серебряные колокольчики, которые мелодично звенели на ветру, огненные лилии с лепестками, переливавшимися как пламя, и крохотные звёздочки-незабудки, светившиеся мягким голубым светом. Вместе с помощниками они украсили клумбы и газоны, превратив сад в настоящую сказку.

На осенней половине уже выпал первый снег, укрывший деревья белоснежным покрывалом. Контраст весеннего буйства красок и зимнего спокойствия завораживал. Именно в этой тишине, Виолетта погрузилась в самую кропотливую и амбициозную из своих затей — создание идеального хранилища, которое всегда будет с ней.

Морроу больше не хотела зависеть от сумок и чемоданов. Она хотела, чтобы её дом был всегда с ней, в буквальном смысле этого слова. На полу её мастерской были разложены отрезы тончайшей драконьей кожи и магического шёлка, которые она расчерчивала руническими схемами, словно архитектор — план будущего здания. Работа требовала абсолютной концентрации. Иглой с нитью из волоса единорога она вышивала на ткани сложные узлы — руны сквозных карманов. Каждый стежок был разговором. Каждая нить — магическим каналом.

Виолетта создавала не просто карманы. Она создавала порталы. Небольшие вкладыши, которые можно было просто вложить в любую одежду, каждый со своим уникальным узором: пурпурная фиалка — для личной комнаты, сорока — для «гнезда» с сокровищами и деньгами, зелёный лист — для склада с ингредиентами и готовыми зельями, жёлтая искра — для кухни. Одновременно в каждой из этих комнат, на стенах, она установила ответные рунические блоки, которые светились мягким, пульсирующим светом, ожидая команды.

А ещё на вкладыши добавила самоуничтожение на случай потери или кражи. Конечно, привязка и так настроена на неё, никто не воспользуется, но для гарантий не будет лишним.

Работа шла медленно. Она закончила первый вкладыш — с вышитой сорокой — лишь к вечеру. У Виолетты перехватило дыхание. Она вложила его в потайной карман своего платья и, зажмурившись от волнения, засунула туда руку. Вместо ткани подкладки, её пальцы погрузились в прохладное пространство. В голове сформировался образ монеты. Девушка магией потянулась, формируя безмолвные чары призыва, и вот уже в её руке лежал тот самый золотой галлеон. Это было не просто перемещение предмета.

Морроу почувствовала прохладный воздух хранилища, запах старого металла и копоти от чешуи драконов. Это было прикосновение к дому.

Но и это было не всё. Главный конструкт, оставшийся камень-разум, она вплела в саму ткань своей комнаты, создав центральный узел связи. Теперь Несси был не просто обитателем дома. Он был его нервной системой. Ей достаточно было тихо позвать: «Несси, мне нужен цветок вишни из сада», — и через несколько секунд из кармана с фиалкой можно было вытащить маленький нежный бутон. Камень-разум, принимая форму быстрого ворона или юркого змея, мог достать что угодно из любой точки чемодана, даже из тех мест, куда не вели прямые «порталы» карманов.

Это было чувство, которое хотелось сохранить навсегда, запереть в самом надёжном из своих карманов. Но мир за пределами её чемодана никуда не делся. Он ждал. И, сделав последний, глубокий вдох своего нового, безопасного мира, Виолетта с деловой решимостью вынырнула обратно в реальность, где формальности, газеты и чужие ожидания всё ещё имели значение. Впереди маячило возвращение в Англию, и к нему нужно было подготовиться основательно.

Из Венгрии путь лежал обратно во Францию. В МКМ пришлось регистрировать ещё один чемодан — формальности никто не отменял. Потом была традиционная пробежка по магазинам: пополнение гардероба в магловских и магических лавках, закупка свежих газет для изучения реакции прессы на недавние события.

В магловском аэропорту, отметившись как убывающая из Франции, Морроу превратилась в сороку и вновь устроилась в багажном отделении. Полёт дал возможность наконец-то просмотреть прессу в тусклом свете аварийных фонарей.

В целом, к её облегчению, акцент делался на взрослых героях. Её имя упоминалось как побившей возрастной рекорд, но без лишней сенсации. Хотя было удивительно прочитать, что её похвалили за героизм в «Пророке». Жаль только американскую газету раздобыть не удалось, интересно было, что там настрочила мисс Ренч.

Зато скандинавские издания оказались весьма... интересными. На одной из фотографий Морроу оказалась запечатлена в момент увлечённого разговора о реформах Турнира. А рядом с ней стоял Одинсон, и на его лице играла та самая насмешливая улыбка. Броши на его груди уже не было.

В статьях воздавались оды благородному лорду Одинсону, который «решил помочь обновить древние традиции Турнира Трёх Волшебников». Все её идеи и предложения теперь подавались как его инициатива. Детали, конечно, не уточнялись, но общий смысл был ясен.

— Наглый и ушлый, — проворчала про себя Виолетта, складывая газеты. — Все мои идеи присвоил и переработал под себя.

Впрочем, поворчав для порядка, она признала — это был лучший из возможных вариантов. Морроу и так тогда рисковала. Пусть лучше лавры достанутся тому, кто способен довести дело до конца, чем хорошие идеи погибнут в бюрократических дебрях.

Прибыв в Лондон, Виолетта нашла стойку регистрации прибывших магов — быстрая, формальная процедура, которую провёл скучающий клерк из Министерства магии. Выйдя на улицу, девушка нашла укромный тупичок и аппарировала к Дырявому котлу, где сняла у Тома комнату на ночь.

Утром после лёгкого завтрака Виолетта прошла в Косой переулок. Магический центр Англии встретил её привычным гулом голосов, звоном колокольчиков над дверями лавок и характерным запахом — смесью выпечки, пергамента и аптекарских ароматов. Морроу шла по неровным булыжникам с прямой спиной, в летнем платье в пол любимого пурпурного цвета, расшитом серебряными фиалками. Лёгкая ткань приятно развевалась при ходьбе, а волосы, завитые в модные локоны, мягко обрамляли лицо.

С тёплой улыбкой девушка вспоминала своё прошлое посещение. Тогда, хоть и натянув на лицо маску уверенности, она была порядком потеряна после очередного перерождения. Действовала больше на интуиции, раздираемая внутренним конфликтом с сорокой, истощённая психологически и магически, под давлением памяти и вины за прошлый цикл.

Сейчас всё было иначе. Виолетта лучше видела свой путь в этой петле. Конечно, психолог ей всё ещё нужен, но она чувствовала себя гораздо лучше, чем тогда, когда, откровенно говоря, сбегала из Англии под предлогом поиска палочки. Но то отступление оказалось полезным: легализация в международных структурах, испытание себя в деле, интересные знакомства, полезные приобретения, создание настоящего дома, налаживание связи с её второй половинкой — сорокой.

Сейчас птица, таясь на грани её сознания, довольно высматривала потенциальную добычу, которую сможет стащить через сквозной карман для пополнения коллекции сокровищ.

На прежнем месте указатель в контору Кларк уже исчез. Но Морроу быстро нашла новый офис — он удачно расположился рядом с книжным магазином и сразу бросался в глаза. Фасад кардинально отличался от соседних зданий своим современным магловским стилем: стеклянные панели, чёткие горизонтальные линии, ощущение технологичности и порядка.

«Умно, но сужает круг клиентов, — подумала Виолетта, оценивающе осматривая здание. — Но Маглорождённые и их родители определённо больше доверят именно такому офису, а не очередной стилизации под восемнадцатый или девятнадцатый век».

Довольно кивнув, Морроу толкнула стеклянную дверь и вошла внутрь.

Интерьер продолжал магловскую тему — современный офис в приятных бежевых тонах, с удобными диванчиками, низкими журнальными столиками и стойкой секретаря из светлого дерева. У входа в мягком кресле сидел охранник — мужчина средних лет читал газету, но его глаза мгновенно оценили её. За спиной секретаря виднелись две стеклянные матовые двери — видимо, кабинеты, — а лестница вела на второй этаж.

— Доброе утро! Чем могу помочь? — приветливо спросила секретарь, поднимая голову от документов.

Девушка была хорошенькой — аккуратная укладка каштановых волос, лёгкий макияж, подчёркивающий зелёные глаза. Она была одета в строгий костюм-тройку тёмно-синего цвета, но поверх него красовалась мантия явно от мастера Твилфитта — дорогая, идеально скроенная, из тонкой шерсти с едва заметным отливом. Секретарь выглядела профессионально и стильно одновременно.

«Очень хорошо, — мысленно отметила Виолетта. — Кларк действительно не экономит на репутации. Даже секретарь одета так, что сразу понятно — здесь работают серьёзные люди».

— Я хотела бы поговорить с мисс Кларк, — улыбнулась она.

— У вас назначено? — деловито поинтересовалась секретарь, уже потягиваясь к толстой записной книге в кожаном переплёте.

— К сожалению, нет. Я только что вернулась в Англию и решила зайти.

— Понятно... — девушка методично перелистывала страницы, водя пальцем по строчкам. — Боюсь, что сегодня у неё очень плотный график. Но завтра после обеда, скажем, с трёх до четырёх, она сможет вас принять. Записать?

— У неё сейчас есть клиенты? — с любопытством спросила Виолетта.

— Мисс Кларк занята, — секретарь слегка поджала губы, явно не собираясь вдаваться в подробности рабочего распорядка. — Так записываю вас на завтра?

Морроу расплылась в более широкой улыбке:

— Знаете что, передайте мисс Кларк, что к ней пришла Виолетта Морроу. А я пока посижу и подожду — может быть, у неё найдётся несколько минуток.

Не дожидаясь ответа, она грациозно устроилась на одном из бежевых диванчиков и взяла лежащий на журнальном столике свежий номер «Ежедневного пророка».

— Но я же вам говорю, что она занята! — с нотками раздражения повторила секретарь, явно не привыкшая к тому, что посетители игнорируют её слова.

Охранник в углу заметно выпрямился в кресле и переместился так, чтобы лучше видеть и Виолетту, и лестницу наверх — классическая позиция для быстрой реакции на любые неожиданности.

«Забавно, — мысленно умилилась Виолетта. — Интересно, как именно они меня воспринимают? Как потенциальную угрозу или как наглую посетительницу без манер?»

— Просто передайте ей, пожалуйста, — мягко, но с несгибаемой настойчивостью повторила Морроу, разворачивая газету. — Уверена, что она не откажется от короткой встречи.

Секретарь попыхтела, бросила ещё несколько неодобрительных взглядов на упрямую посетительницу, но всё-таки поднялась из-за стола. Её каблучки звонко застучали по ступеням лестницы.

«Ага, — отметила про себя Виолетта, — значит, сама Кларк всё ещё тяготеет ко вторым этажам. Ох уж эти привычки».

Наверху послышались приглушённые голоса, потом тишина. Морроу попыталась сосредоточиться на статье о том, что беглеца Сириуса Блэка якобы видели в саду одной достопочтенной леди, но вскоре звуки поспешных шагов заставили её поднять глаза.

По лестнице быстро — почти бегом — спускалась знакомая фигура. Пенелопа Кларк слегка запыхалась, явно не ожидая такого неожиданного визита. Но, как всегда, она не изменила своему стилю: практичный магловский костюм тёмно-синего цвета с юбкой до колен и поверх — идеально скроенная мантия в тон, которая подчёркивала её статус, но не мешала свободно двигаться.

— Мисс Морроу! — воскликнула женщина, едва ступив на первый этаж, и в её голосе смешались удивление, радость и лёгкое беспокойство.

— Здравствуйте, мисс Кларк, — тепло улыбнулась Виолетта и отложила газету, поднимаясь с дивана. — Надеюсь, я не слишком вас побеспокоила?

Пенелопа явно хотела её обнять — даже протянула руки вперёд — но в последний момент спохватилась и остановилась, вспомнив о профессиональной дистанции в присутствии сотрудников.

— Как вы вообще могли пойти сражаться с драконами! — вырвалось у неё с искренним беспокойством. — Это же форменное безумие! А если бы вы пострадали? Мисс Морроу, когда я прочитала об этом в газетах, у меня чуть волосы не поседели!

Виолетта с тёплой улыбкой смотрела на взволнованную женщину. В глазах Пенелопы читалась не только профессиональная забота о клиентке, но и искренняя привязанность к ней.

— Ну, как видите, мисс Кларк, со мной всё в полном порядке, — успокаивающе проговорила Морроу. — Более того, поездка оказалась весьма плодотворной.

Она запустила руку в скрытый карман платья и призвала из гнезда орден второй степени, демонстрируя его изумлённой Кларк. Тяжёлая золотая звезда с символом МКМ, украшенная сверкающими камнями, переливалась в свете магических ламп, а пурпурная лента говорила о высоком статусе награды.

— Мерлин мой! — Пенелопа всплеснула руками. — Да никакая награда не стоит вашей жизни! — но тут же её тон смягчился, и она добавила с плохо скрываемой гордостью: — Хотя... вы большая молодец. Далеко не каждый взрослый и опытный маг справился бы с тем, что пришлось пережить вам. Впрочем, я уже привыкла, что вы постоянно меня удивляете.

Кларк на мгновение задумалась, словно приходя в себя после эмоциональной вспышки, а затем спохватилась:

— Мерлин, да что это я! Пойдёмте в мой кабинет, поговорим нормально. Кэйт! — обратилась она к секретарше. — Будь добра, завари высокогорный чай. И принеси то печенье, которое я вчера купила.

— Конечно, мисс Кларк! — девушка во все глаза смотрела на Виолетту, явно пытаясь понять, кто же эта загадочная посетительница, ради которой их всегда собранная начальница так волнуется.

На втором этаже оказался широкий коридор. Несколько дверей из тёмного дерева выстроились в ряд, но Кларк без колебаний направилась к ближайшей со стеклянными вставками. Матовое стекло скрывало то, что происходило внутри, но не мешало мягкому свету пробиваться наружу.

Пенелопа распахнула дверь и пропустила Виолетту вперёд:

— Добро пожаловать в мою приёмную!

Кабинет оказался просторным и уютным: мягкие кожаные кресла цвета слоновой кости располагались вокруг низкого столика из тёмного дерева. Стены радовали глаз различными оттенками синего: от нежно-голубого в зоне отдыха до глубокого сапфирового возле рабочего стола. Книжные полки из светлого дуба занимали всю левую стену, а на правой красовались дипломы и сертификаты в синих рамках.

Большое окно выходило во внутренний дворик, где аккуратными рядками росли кусты лаванды и розмарина. Тонкий аромат трав проникал в комнату, смешиваясь с запахами кожи, старой бумаги и едва уловимыми нотами дорогих духов.

За массивным письменным столом стояли два удобных кресла для клиентов, а за ними — высокое кресло хозяйки кабинета. На столе с педантичной аккуратностью были расставлены папки в синих кожаных обложках, несколько флаконов с чернилами разных цветов — от классических чёрных до изумрудно-зелёных — и хрустальная подставка с веером самопишущих перьев.

— Знаете что, мисс Морроу, — Кларк устроилась в своём рабочем кресле и выразительно посмотрела на гостью, — вы действительно безнадёжный любитель приключений на свою голову. Но, прежде чем я начну читать вам лекцию о разумной осторожности, которую вы, разумеется, пропустите мимо себя, можно всё-таки рассмотреть этот орден получше?

— Давайте обойдёмся без лекций, зачем тратить время на бессмысленное занятие, — сказала Виолетта под наигранное фырканье Кларк и, устроившись в кресле напротив, с улыбкой протянула награду.

Пенелопа взяла её в руки с тем особым почтением, с каким берут редкие книги или дорогие произведения искусства. Поднесла к лампе, рассматривая тонкую работу ювелиров — каждая гравировка, каждый завиток узора были выполнены с безупречным мастерством.

— Честно говоря, — призналась она, поворачивая орден так, чтобы камни заиграли в свете, — я думала, что вам понадобится год-два, чтобы заслужить какую-нибудь награду. Но покой не для вас, не так ли?

— Всё вышло как-то само собой, — беззаботно пожала плечами Морроу. — Увидела, что людям нужна помощь, и не смогла пройти мимо. Вот и всё.

Кларк лишь закатила глаза — в этом жесте смешались восхищение, отчаяние и нежность одновременно:

— Мерлин мой, что же с вами делать... — пробормотала она, возвращая орден. — Хотя бы расскажите, где вы пропадали всё это время?

В дверь деликатно постучали — три негромких удара.

— Войдите! — отозвалась Кларк.

Секретарь вошла с серебряным подносом, на котором дымились две тонкие фарфоровые чашки и стояла плетёная корзинка с аппетитным печеньем. Девушка бесшумно поставила поднос на журнальный столик, и в воздухе разлился аромат высокогорного чая с лёгкими цветочными нотами.

— Спасибо, Кэйт, — тепло кивнула Пенелопа.

Секретарь кивнула и ещё раз бросила взгляд на Виолетту, после чего тихо удалилась, прикрыв за собой дверь.

— Ну что ж, — Виолетта взяла чашку и вдохнула аромат, — я действительно объездила добрую половину Европы. Заглянула, как видите, в МКМ. Испытала себя с драконами. Познакомилась с интересными людьми. Больше всего времени провела во Франции и Венеции. Скучать не приходилось.

Морроу запустила руку в карман платья — на этот раз связанный с её комнатой в чемодане — сосредоточилась, мысленно призвала и вытащила заранее подготовленную папку с документами.

— Кстати, вот вам, как моему юристу, для изучения собранные мной документы. А вот это, — она призвала из того же кармана изящную вазу, — маленький подарок из солнечной Венеции.

Ваза из муранского волшебного стекла была настоящим произведением искусства. В её стенках, украшенных голубыми и белыми завитушками, плясало живое синее пламя, то вспыхивающее ярче, то приглушающееся до тихого мерцания, создавая завораживающую игру света и тени на стенах кабинета.

Кларк буквально ахнула:

— Мерлин, какая красота! Мисс Морроу, ну зачем же вы тратились? Совсем не обязательно было...

— А мне показалось, что она создана именно для вас, — мягко улыбнулась Виолетта. — Как только увидела её в одной лавочке, сразу подумала, что она станет прекрасным дополнением к любому вашему кабинету.

И действительно — ваза идеально вписалась в цветовую гамму интерьера. Кларк бережно поставила её на полку между дипломами, где мягкое свечение добавило в строгий деловой кабинет нотку уюта и тепла.

— У вас получился замечательный офис, — искренне похвалила Морроу, оглядывая помещение. — Великолепное решение с современным стилем. Родители маглорождённых сразу поймут, что здесь им помогут, а не будут морочить голову архаичными традициями. Ну а как дела в целом? Как продвигается ваш бизнес?

Пенелопа откинулась в кресле и её глаза заблестели — явно ей не терпелось поделиться новостями:

— Знаете, поначалу этот проклятый Блишвик действительно доставил мне немало хлопот. И клевета в светских сплетнях — пришлось подавать иски за диффамацию. И внезапные проверки из Министерства — правда, придраться было решительно не к чему, да я ещё и на каждую такую проверку понаблюдать свидетелей приглашала... — она хмыкнула. — Но как только я стала членом Международной ассоциации юристов и адвокатов, все эти мелкие пакости резко прекратились. Как мы и рассчитывали, Блишвики быстро сообразили, что связываться с тем, за кем стоит международная поддержка, себе дороже выйдет.

Она сделала глоток чаю и продолжила уже с нескрываемым воодушевлением:

— А уж сколько потрясающих людей я встретила в ассоциации! Юристы со всей Европы, да что там — и из Америки тоже, которые защищают права маглорождённых и магловоспитанных детей. Столько профессиональных секретов узнала, присоединилась к их закрытому клубу. Теперь мы постоянно обмениваемся опытом, консультируем друг друга по особо сложным делам.

— Это же прекрасно! — с искренней радостью проговорила Виолетта. — А судя по всему, и контора у вас серьёзно расширилась?

— Да, представьте себе! — Кларк просто лучилась гордостью. — Наняла четверых магов-юристов — каждый специализируется на своей отрасли права. Кэйт у нас секретарь и помощник по документообороту. А к каждому сотруднику я приставила личного охранника из авроров в отставке — вон видели того мужчину внизу? После всех неприятностей с Блишвиком решила не рисковать. Со мной же работает Том Уилкинс. Я уже вам рассказывала о нём. Он просто сейчас вышел, познакомлю вас позже...

Виолетта с улыбкой слушала и наблюдала за Кларк. В ней было столько уверенности, огня. Кто бы мог подумать: чтобы вернуть ей веру в себя и своё дело, достаточно было всего лишь столкнуть её с Блишвиком. Ну а ещё, конечно, обеспечить средствами. А если Кларк уже нашла коллег и сторонников своих идей... Кажется, Морроу создала силу, с которой в скором времени придётся считаться чистокровным.

— ...И ещё заключила очень выгодное партнёрство со старым коллегой отца — когда-то он был весьма известным адвокатом, — продолжала Кларк. — Правда, в последние годы предпочитает работать не на виду, но репутация у него безупречная.

Внезапно в глазах Пенелопы зажглись лукавые искорки, и она наклонилась к Виолетте почти заговорщически:

— Но самое главное — я наконец-то отыскала ваш материнский траст!

Виолетта буквально замерла с чашкой у губ:

— И? Какие новости?

— Новости разные, — Кларк стала серьёзнее. — Проблем хватает, и весьма серьёзных. Управляющие банка явно халатно исполняли свои обязанности, а кое-где, боюсь, дело дошло и до прямых злоупотреблений. Но, как мы с вами договаривались, основную работу я буду вести осенью, когда вы вернётесь в школу и у меня освободится время, — её улыбка стала довольной. — Зато с опекунами всё прекрасно устроилось! Харрисы просто в восторге от того, что кто-то собирается увеличивать сумму в вашем трасте. Тут точно никаких препятствий не возникнет.

Виолетта рассеянно кивнула. Этот вопрос, значит, решится. Это неплохо. Надо будет ещё Кларк свести с Дагганом для расследования, откуда взялось богатство Блэквуд, да и вопрос Блишвика ещё не закрыт. Но это не сейчас.

Морроу обратила внимание на аккуратное зеркало связи в серебряной оправе, стоящее на письменном столе:

— Это действительно отличные новости! А я смотрю, у вас теперь есть зеркало связи?

— Ах, это! — Пенелопа проследила её взгляд. — После вступления в ассоциацию пришлось срочно покупать. Международное профессиональное общение без них вообще невозможно представить! Очень дорого, но до чего же полезно!

— Тогда давайте обменяемся контактами, — предложила Виолетта. — У меня тоже есть такое. Мой адрес — «Виолетта Морроу».

— А я тоже не стала изобретать что-то вычурное, — рассмеялась Пенелопа. — Обращайтесь в любое время по адресу «Пенелопа Кларк». Теперь мы сможем поддерживать связь, где бы ни находились.

Поболтав ещё немного с Пенелопой о событиях в Англии, Виолетта минут через двадцать распрощалась с ней и спустилась на первый этаж. Кэйт проводила её до двери взглядом, полным нескрываемого любопытства, а аврор-охранник едва заметно кивнул на прощание.

На улице Морроу глубоко вдохнула — после насыщенного ароматами кабинета воздух Косого переулка показался особенно свежим.

Желудок деликатно напомнил о себе лёгким урчанием. Время близилось к обеду, а завтрак был довольно давно. Виолетта направила шаги к уже знакомому заведению с вывеской «Домашний уют».

Знакомые колокольчики над дверью мелодично приветствовали её, а из глубины помещения донёсся аппетитный аромат жареного мяса и свежих овощей. За стойкой, как всегда, хлопотала миссис Стоун.

— А, мисс Морроу! — воскликнула она, узнав её. — Давненько вас не видела! Где вы пропадали, дорогая?

— Путешествовала по Европе, — улыбнулась Виолетта, устраиваясь за маленьким столиком у окна. — Соскучилась по вашей кухне, миссис Стоун.

— Ах, вы мне льстите! — рассмеялась женщина, но было видно, что комплимент её искренне порадовал. — Сегодня у меня особо удалась тушёная баранина с розмарином и молодой картошкой. А на десерт предлагаю яблочный пирог с корицей, ещё тёплый! Самое то, чтобы наполниться силами. Как вам?

— Звучит замечательно, — кивнула Морроу.

Пока миссис Стоун колдовала на кухне, девушка смотрела в окно на неспешную жизнь переулка и размышляла о дальнейших планах. Дом у неё теперь был — настоящий, уютный, с живыми помощниками и растущим садом. Деньги тоже имелись, причём в достаточном количестве. Впереди маячила необходимость развивать магическую выносливость, нужно было и отработать некоторые комбинации заклинаний. Драконы — это драконы. А с людьми её пируэты не пройдут. И, конечно, надо было продолжить кропотливую работу по вышивке защитных рун на одежде и белье, которой она занималась каждый вечер последние дни.

Тушёная баранина оказалась именно такой, как обещала миссис Стоун — нежной, ароматной, буквально тающей во рту. А ещё дарующей силы. Виолетта ела медленно, наслаждаясь вкусом и продолжая обдумывать планы.

Но постепенно на поверхность всплывала одна мысль, которую она старательно отодвигала куда-то вглубь сознания. Цель, от которой хотелось бежать куда глаза глядят. Обязательство, которое невозможно было игнорировать.

Девушка поморщилась, отложила вилку и вздохнула.

Она дала слово.

В конце прошлой петли Морроу дала слово Поттеру, что поможет ему в новом цикле. Её невероятно злило, что он сумел вытянуть из неё это обещание, поймав на пике эмоций. Подловил. Но факт оставался фактом: слово было дано. А значит, должно быть выполнено.

— Что-то не нравится, дорогая? — обеспокоенно спросила миссис Стоун, заметив, что клиентка перестала есть.

— Нет-нет, всё прекрасно, — поспешно заверила девушка. — Даже волшебно! Просто задумалась.

После обеда, расплатившись и поблагодарив хозяйку, Виолетта вышла на улицу. Она всё ещё пыталась найти причины отложить неприятную встречу.

В конце концов, решила Морроу, она даст судьбе шанс. Если до завтрашнего утра не встретит Поттера, то отложит эту проблему до школьного времени. Пусть это будет знаком — стоит ли вообще торопиться с выполнением обещания.

Найдя тихий уголок, Виолетта превратилась в сороку и полетела над знакомыми крышами. Город постепенно сменялся пригородами, промышленные районы — тихими улочками с аккуратными домиками и ухоженными садиками.

К вечеру она добралась до Литл-Уингинг. Этот район она помнила слишком хорошо — в прошлой петле некоторое время жила здесь, втираясь в доверие к Поттеру. Тихие улицы, одинаковые дома, запах барбекю из соседних дворов — всё это вызывало странную смесь ностальгии и раздражения.

Девушка приземлилась в небольшом парке и вернула себе человеческий облик. Достала из кармана маленький чёрный коробок — на вид обычная шкатулка, но на самом деле уменьшенный чемодан. Бросила его на землю, и коробок мгновенно увеличился до привычных размеров.

Открыв крышку, она достала из верхнего отделения сложенную походную палатку. Установка заняла несколько секунд, после чего Виолетта наложила чары отвлечения внимания для маглов и несколько защитных заклинаний.

Убедившись, что лагерь не привлечёт нежелательных гостей, она прошла внутрь, разместила по центру чемодан, откинула крышку и негромко прошептала:

— Несси, дом.

Воздух внутри чемодана замерцал, и вместо обычного багажного отделения с вещами появилась знакомая лестница, ведущая вниз, в её настоящий дом.

Морроу спустилась и с облегчением вдохнула аромат родного жилища — смесь дерева, трав из сада и едва уловимый запах магии. Прошла в сад, где цветущие яблони благоухали в вечернем воздухе, и устроилась в любимом плетёном кресле.

Достав из рабочей корзинки незаконченную сорочку из тонкого шёлка, Виолетта принялась за кропотливую работу. Защитные руны требовали особого внимания — каждый стежок должен был быть идеальным, каждый символ — точным. Серебряный волос единорога послушно ложился по контуру сложного узора, создавая не только красивую вышивку, но и надёжную магическую защиту.

Феи и гномы, заметив хозяйку, подлетели поприветствовать её, но, увидев, что она занята важной работой, тактично удалились. Только Несси материализовался рядом в облике большого чёрного волка и устроился у её ног, согревая шерстью.

Работа успокаивала, отвлекала от тревожных мыслей. Руны постепенно складывались в защитную последовательность, каждая дополняла предыдущую. К тому времени, когда уже пора было ложиться спать, Виолетта закончила очередной фрагмент узора.

Утро встретило её пением птиц и запахом росы. Поднявшись наверх в летнем платье, Морроу свернула лагерь, аккуратно упаковала палатку и уменьшила чемодан до размеров коробочки. Выходить малодушно не хотелось, но нужно было купить молоко для гномов и мёд для фей — припасы подходили к концу, а её маленькие помощники заслуживали лучшего. И Виолетта направилась к ближайшему магазину, который помнила по прошлой петле.

Улицы Литл-Уингинг были пусты — слишком раннее время для прогулок. Только изредка проезжали машины, да почтальон на велосипеде развозил утреннюю почту. Девушка шла быстро, надеясь, что судьба окажется к ней благосклонна и нежелательная встреча не состоится.

В магазине было прохладно и пахло свежим хлебом. Морроу быстро набрала всё необходимое: бутылку цельного молока, банку натурального мёда, несколько яблок для себя и пачку печенья — на всякий случай.

Расплатившись с сонным продавцом — пожилым мужчиной, который зевал над кассой и явно мечтал о кофе, — Виолетта направилась к выходу. Холодный воздух кондиционера приятно холодил кожу, пакет с покупками удобно лёг в руку, и она уже потянулась к ручке стеклянной двери, когда позади послышался удивлённо-неуверенный голос:

— Морроу?

Плечи Виолетты непроизвольно напряглись, а в груди что-то болезненно сжалось. Тяжко выдохнув — так выдыхают, готовясь к неприятной, но неизбежной процедуре, — она медленно обернулась.

Гарри Поттер стоял возле стеллажа с газировкой, держа в руках корзинку, наполненную разными снеками. Выглядел он откровенно паршиво: за очками покрасневшие от недосыпа зелёные глаза, взлохмаченные волосы торчали в разные стороны ещё больше обычного, футболка была помятой, словно он спал в ней. Очевидно, бессонная ночь далась ему нелегко. Он смотрел на неё с таким изумлением, словно увидел призрака.

— О, привет, Поттер, — откликнулась Виолетта.

Обречённо. Это прозвучало совершенно обречённо.