Глава 20. Зеркало

Стойка регистрации в французском Министерстве магии выглядела как произведение искусства — полированный белый мрамор с золотыми прожилками, за которым восседала уже знакомая ведьма. Мадам Дюбуа встретила их с профессиональной улыбкой, но когда капитан Морен объяснил цель визита, её брови удивлённо поползли вверх.

— Новая палочка? — переспросила она, доставая из ящика стола специальный кристаллический прибор для регистрации. — Но вы же только позавчера регистрировали...

— Обстоятельства, — коротко пояснил капитан, и женщина понимающе кивнула.

Виолетта протянула свою новую палочку, стараясь не выдать волнения. Короткая ясеневая красавица легла на бархатную подушечку прибора, и кристалл мгновенно засветился мягким золотистым светом.

— Дерево... ясень, — мадам Дюбуа склонилась над показаниями, её голос звучал всё более заинтересованно. — Длина — четырнадцать с половиной сантиметров. Сердцевина... — она замолчала, перечитывая результат. — Перо феникса... и перо сороки?

Последние слова прозвучали с нескрываемым изумлением. Женщина подняла взгляд на Виолетту, словно видела её впервые.

— Это... весьма необычное сочетание, мадемуазель, — осторожно заметила она. — Я за двадцать лет работы такого не встречала.

— Мастер Драганов сказал, что это сочетание идеально подходит моей магии, — спокойно ответила Виолетта, хотя внутри сорока гордо расправила крылья от внимания к своему перу.

— Драганов? — мадам Дюбуа быстро что-то записала в регистрационную книгу. — А, сербский мастер с Place Cachée. Да, он действительно создаёт... нестандартные работы.

Пока женщина возилась с документами, заполняя бланки изящным почерком, Виолетта краем глаза следила за столом. На его краю, рядом с чернильницей и чашкой кофе, лежала яркая конфета в блестящей серебристой обёртке, привлёкшая её внимание.

Конфета была красивой. Очень красивой. Серебряная фольга переливалась в свете магических ламп, как драгоценный металл, а под ней угадывались аппетитные изгибы шоколадного лакомства.

Виолетта почувствовала, как палочка на бархатной подушечке тоже сфокусировалась на блеске. Морроу сжала зубы, удерживая себя от желания схватить палочку и засунуть в кобуру-браслет. Конфета медленно поползла по столешнице. Ближе и ближе... — и исчезла. Просто растворилась в воздухе, словно её никогда и не было.

«О нет», — мысленно простонала Виолетта, закрывая глаза на мгновение и делая вид, что внимательно изучает убранство зала. Сердце ухнуло куда-то в область желудка. Не прошло и часа с новой палочкой, и она уже воровала в Министерстве!

К счастью, ни мадам Дюбуа, ни капитан Морен ничего не заметили — они были слишком заняты оформлением документов. Виолетта постаралась принять максимально невозмутимый вид и даже слегка улыбнулась, когда женщина подняла на неё взгляд.

— Регистрация завершена, — объявила мадам Дюбуа, возвращая палочку.

— Спасибо, — Виолетта аккуратно спрятала палочку в браслет. — А не могли бы вы сделать мне копию этого документа? Для моих личных записей.

Мадам Дюбуа удивлённо моргнула, а капитан Морен вопросительно повернулся к Виолетте.

— Копию? — переспросила женщина. — Но зачем? Все записи хранятся в Министерстве...

— Я собираю документы, — объяснила Виолетта с той серьёзностью, с какой взрослые говорят о важных делах. — На случай, если кто-то заявит, что я нарушаю законы. У меня уже целая папка — все мои права зафиксированы и заверены официально.

Капитан Морен и мадам Дюбуа обменялись странными взглядами. В них читалось что-то между удивлением и... жалостью? Словно они видели перед собой ребёнка, который слишком рано повзрослел.

— Мадемуазель, — мягко начал капитан, — вы не думаете, что... перестраховываетесь?

— Лучше перестраховаться, чем потом доказывать свою правоту, — невозмутимо ответила Виолетта. — Бумага с печатями — лучшая защита от обвинений.

Мадам Дюбуа ещё раз взглянула на неё — долгим, изучающим взглядом, — затем достала палочку и взмахнула над документом. Тот мгновенно раздвоился, создав точную копию.

— Держите, — сказала она, протягивая дубликат. — И... берегите себя, дитя.

В её голосе звучала материнская забота, которая на мгновение тронула Виолетту. Она аккуратно сложила документ и убрала в свой мешочек с расширенным пространством, мысленно отметив, что неплохо бы купить нормальную папку для растущей коллекции официальных бумаг. Там уже лежали документы на право владения чемоданом и палаткой — солидный арсенал законности.

— Спасибо, — искренне поблагодарила её Виолетта и, отойдя в сторону с капитаном Морен, продолжила: — Мне нужно ещё кое-что уточнить. Капитан Морен, не покажете ли вы мне как пройти в Международную Конфедерацию магов? Я слышала, что здесь есть филиал или вход в МКМ?

Аврор заметно удивился.

— В МКМ? — переспросил он, поворачиваясь к ней. — А туда-то зачем вам, мадемуазель?

— Хочу зарегистрироваться на международном уровне, — спокойно объяснила Виолетта, как будто речь шла о самом обычном деле. — Чтобы потом не возиться с документами в каждой стране, которую буду посещать. Лучше сразу зафиксировать все права.

Капитан Морен покачал головой с выражением добродушного недоумения.

— Обычно достаточно документов одной из стран-членов, — заметил он, направляясь к лифтам. — Французские бумаги действуют по всей Европе и в большинстве других государств. Вы, пожалуй, перебарщиваете с бюрократией.

— Зато потом не будет проблем, — упрямо возразила Виолетта. — Я не из магической семьи, месье. Я не существую в документах магического мира, не считая записи о моём обучении в Хогвартсе. Поэтом я хочу максимально вписать себя в мир магии.

«Чтобы было сложнее стереть», — добавила она уже мысленно, но, кажется, мужчина это прекрасно понял.

Лифт мягко поднял их на пятый этаж, где коридоры были заметно шире, а потолки выше. Здесь чувствовалось дыхание большой политики — по стенам висели портреты министров магии разных стран, а из кабинетов доносились приглушённые голоса, в которых слышались фразы из разных языков.

— Какая интересная вывеска, — Виолетта остановилась у одной из дверей, на которой золотыми буквами было выгравировано «Bibliothèque Magique Nationale». — Это библиотека?

— О да! — оживился капитан Морен. — Гордость нашего Министерства. Одно из крупнейших собраний магической литературы в Европе. Три этажа книг, свитков, трактатов... И что замечательно — свободный доступ для всех зарегистрированных магов.

— Как интересно, — пробормотала Виолетта, мысленно отмечая, что обязательно нужно будет заглянуть сюда и оформить на своё имя пару трудов «для чтения».

На самом деле она уже была в этой библиотеке в прошлых циклах, и не раз. И изучила уже всё, что могла про маховики времени, трансфигурацию, руны, артефакторику и создание измерений. И много чего ещё. Однажды Дамблдору пришлось её отсюда силком вытаскивать, превратив в плачущего котёнка. Виолетта тогда ушла в читательский запой и не могла оторваться от книг. Забывала даже о еде и сне. Глотала одну книгу за другой. Там было столько интересного!

Морроу даже знала, копии каких книг она обязательно возьмёт с собой, чтобы устроить хаос сперва в школе, а потом уже через детей и их письма во всей Англии. Правда, надо будет, наверное, такое развлечение отложить на пятый курс.

Они прошли ещё несколько поворотов, углубляясь в самое сердце здания, где коридоры становились всё более торжественными. Наконец капитан остановился перед странной аркой в дальнем конце коридора. Казалось, что арка ведёт в пустоту — за ней ничего не было видно.

— Вот один из входов в МКМ, — объяснил капитан Морен, указывая на арку. — Местонахождение главной штаб-квартиры хранится в строжайшей тайне ещё со времён инквизиции. Слишком много было желающих... повлиять на международные решения.

Мужчина указал на небольшую стойку рядом с аркой, за которой сидел строгий мужчина в тёмно-синей мантии с золотыми нашивками.

— Перед перемещением нужна регистрация, — пояснил капитан. — Стандартная процедура безопасности. А ещё говорят, — добавил он с заговорщической улыбкой, наклоняясь к Виолетте, — что сама штаб-квартира Конфедерации кочует с места на место. Сегодня она может быть в швейцарских Альпах, завтра — на дне Тихого океана, а послезавтра — в облаках над Гималаями. Кто знает?

Виолетта кивнула с видом заинтересованности, хотя прекрасно слышала и раньше эту байку. Как и знала правду — МКМ располагался в защищённом магическом пространстве где-то между Швейцарией и Францией, в древней крепости, построенной ещё в раннем Средневековье.

— Я всегда думала, что Международная конфедерация появилась как ответ на создание ООН, — заметила она, изображая подростковую наивность. — Вроде как, маглы создали свою организацию, и маги решили не отставать.

Капитан Морен рассмеялся — искренне и тепло.

— О нет, мадемуазель! Всё наоборот. МКМ существует уже больше тысячелетия — с тех пор, как потребовалось координировать отношения между магическими сообществами разных стран. Как и вести диалог с представителями других направлений магии. Да и кто, по-вашему, разрабатывал и подписывал Международный статут о секретности волшебства? Это была работа МКМ ещё в семнадцатом веке.

Мужчина помолчал, глядя на арку с каким-то почтением.

— Если говорить честно, то ООН — это скорее магловский аналог нашей Конфедерации. Только появился он с опозданием на несколько столетий.

— Как интересно, — кивнула Виолетта, делая вид, что эта информация стала для неё откровением. — Спасибо за объяснения, капитан. Думаю, я поняла, куда мне идти. Дальше справлюсь сама.

Капитан Морен кивнул, но не спешил уходить.

— Мадемуазель, — сказал он, и в его голосе зазвучали отеческие нотки, — прежде чем мы расстанемся... Вы уверены насчёт компенсации от леди Блэквуд? Тысяча золотых безантов — это серьёзная сумма. Она могла бы помочь вам в учёбе, или в том путешествии, которое обычно устраивают выпускники...

— Мне не нужны её деньги, — твёрдо ответила Виолетта. — Мне нужны гарантии. Чтобы она и те, кого она может нанять, держались от меня подальше.

В её голосе прозвучала такая решимость, что капитан невольно выпрямился.

— Хорошо, — сказал он после паузы. — Мы передадим ваши условия её адвокатам. Непреложный обет — серьёзная мера, но вполне применимая в данной ситуации.

Капитан Морен пожал ей руку — крепко, по-взрослому.

— Удачи вам, мадемуазель Морроу. И берегите себя.

Звук шагов капитана Морена затих за поворотом, и Виолетта медленно направилась к лифту. Её кроссовки мягко скрипели по мраморному полу, а в голове уже складывался чёткий план действий. Сначала деньги, потом внешность, а уж затем — большая игра.

В атриуме Министерства у каминов царила привычная суета. Зелёные языки пламени то и дело вспыхивали, поглощая путешественников, а из огня появлялись новые посетители, отряхивающие с мантий пепел. Виолетта подошла к свободному камину, бросила горсть порошка в пламя и чётко произнесла:

— Place Cachée!

Мир завертелся знакомым зелёным вихрем, и через мгновение она оказалась в уютной лавке каминной сети. Здесь было тише — парижские маги предпочитали более размеренный ритм жизни, чем их лондонские собратья.

Филиал Гринготтса встретил её уже знакомым прохладным мраморным залом. Кобура задрожала — палочка явно хотела на свободу. А ведь Морроу только внутреннюю сороку приструнила посиделками в клетке, так теперь палочку надо было воспитывать. Виолетта осмотрелась и нашла уже знакомого пожилого гоблина с косичками в седой бороде, к нему и направилась. Увидев девушку, кассир недовольно поморщился — видимо, тоже помнил их прошлую встречу.

— Снова вы, — проворчал он, не поднимая головы от бумаг. — Чего на этот раз изволите?

— Мне нужно снять деньги со счёта, — спокойно сказала Виолетта, протягивая ключ её личного сейфа. — Практически всё. Оставьте на счёте только двадцать золотых.

Гоблин поднял взгляд, в его глазах мелькнуло любопытство.

— Снимаете почти всё? — проворчал он. — Рискованно.

— Риск — это когда не знаешь, на что тратишь, — спокойно ответила Виолетта, выкладывая серебряные монеты. — А я знаю точно. Заранее плачу комиссию — не люблю сюрпризы.

Гоблин недовольно хмыкнул, но серебро всё же взял, а потом ушёл в хранилище, продолжая что-то ворчать на гоблинском языке. Виолетта терпеливо ждала, наблюдая за размеренной работой банка. Через десять минут гоблин вернулся с небольшим мешком, который звенел многообещающе.

— Ваши пятьдесят золотых безантов, — объявил он, высыпая монеты в специальный лоток для пересчёта. — Проверяйте.

Виолетта аккуратно переложила богатство в свой зачарованный мешочек, чувствуя, как тяжесть золота исчезает в расширенном пространстве. Теперь у неё были средства для воплощения задуманного.

Выйдя на залитую солнцем площадь, Виолетта огляделась в поисках нужного магазина. Её взгляд скользил по вывескам, пока не остановился на элегантной табличке из полированной латуни: «Mauricio Meurice Tailleurs» — «Ателье Маурисио Мёриса». Изящные золотые буквы поблёскивали на фоне тёмно-зелёной краски, а витрина демонстрировала образцы превосходного портновского искусства.

Толкнув тяжёлую дубовую дверь, Виолетта оказалась в мире изысканных тканей и безупречного вкуса. Воздух был напоён запахом качественной шерсти, шёлка и едва уловимым ароматом лаванды. Вдоль стен маникены демонстрировали роскошные плащи, платья и костюмы, каждый из которых был произведением искусства.

— Добро пожаловать, мадемуазель! — из глубины магазина появился мужчина лет пятидесяти с аккуратно подстриженной бородкой и острым взглядом профессионала. — Меня зовут Анри Боннет, я старший консультант. Чем могу быть полезен?

Рядом с ним стояла женщина примерно того же возраста, одетая в безупречное чёрное платье с белоснежной блузкой. Её светлые волосы были убраны в элегантный шиньон, а руки, украшенные тонкими золотыми кольцами, держали сантиметровую ленту.

— Мадам Клер Дювальэ, — представилась она с мягкой улыбкой. — Я помогаю нашим клиенткам подобрать идеальный образ.

— Мне нужно платье, — сказала Виолетта. — Времени у меня мало. Я хотела бы посмотреть ваши готовые предложения.

Анри и мадам Клер обменялись профессиональными взглядами.

— Конечно, мадемуазель, — кивнул Анри. — Для какого случая? Бал, приём, торжественный ужин?

— Для... важных и деловых встреч, — уклончиво ответила Виолетта.

Мадам Клер подошла ближе, оценивающе оглядывая фигуру Виолетты.

— У нас есть несколько прекрасных моделей в последнем парижском стиле, — сказала она, направляясь к одной из стоек. — Вот это платье цвета морской волны с открытыми плечами — очень модно в этом сезоне. А это розовое с кружевными вставками...

Виолетта покачала головой, едва взглянув на предложенные варианты.

— Нет-нет, это не подойдёт, — мягко, но решительно отказалась она. — Во-первых, мне нужно что-то консервативное и закрытое. Во-вторых, это не должно быть что-то яркое. В-третьих, без кружев.

Анри нахмурился, словно его профессиональное чутьё было поставлено под сомнение.

— Но, мадемуазель, Франция живёт в ногу с современностью! Эти фасоны...

— Я понимаю, они красивы, но не подходят для важных встреч, — терпеливо перебила его Виолетта. — Мне нужно что-то строгое. Или у вас нет закрытых платьев? — Морроу внимательно посмотрела на переглянувшихся продавцов и продолжила: — Если с этим проблема, то тогда изменим подход — юбка в пол со шнуровкой или широким поясом на талии, и контрастная рубашка. Такое-то есть?

Мадам Клер задумчиво постучала пальцем по губам.

— Что-то в духе викторианской эпохи? — уточнила она, и Морроу кивнула. — Это можно сделать. У нас есть превосходные модели... А какой цвет предпочитаете?

— Пурпурный, — без колебаний ответила Виолетта. — Глубокий, насыщенный пурпур. Если его нет, то фиолетовый. Лиловый тоже подойдёт.

— Пурпурный? — Анри покачал головой. — Мадемуазель, этот цвет слишком тёмен для девушки вашего возраста! Вы так молоды! А этот цвет очень тяжёлый. Вам нужно что-то светлое, воздушное — жёлтый, розовый, голубой...

— Пурпурный, — непреклонно повторила Виолетта, и в её голосе прозвучали стальные нотки. — Это мой выбор.

Консультанты снова переглянулись. Морроу мысленно вздохнула. Да, это был не сервис мастера Твилфитта.

— Хорошо, — вздохнула мадам Клер. — У нас есть прекрасная юбка глубокого пурпурного цвета из бархата. И белая блузка из натурального шёлка с жемчужными пуговицами...

Она исчезла в глубине магазина и вернулась с охапкой тканей. Юбка была действительно великолепной — тёмно-пурпурный бархат переливался в свете магических ламп, как драгоценный камень. Широкий пояс того же цвета подчёркивал талию, а длина была такой, что подол едва касался пола.

— А туфли? — спросил Анри. — К такому образу нужна соответствующая обувь.

— Я могу пригласить мастера Жана из соседнего магазина, — предложила мадам Клер. — Он делает превосходную обувь.

— Было бы неплохо, — согласилась Виолетта.

Через несколько минут в магазин вошёл невысокий мужчина с седыми усами, неся с собой ящик с образцами обуви. Мастер Жан оказался говорливым и весёлым человеком, который тут же принялся расхваливать свои изделия.

— ...А вот эти туфельки — настоящее произведение искусства! — восклицал он, доставая из ящика элегантные чёрные туфли на среднем, но устойчивом каблуке с ремешком на подъёме. — Особенная... О какая особенная кожа! Удобная колодка, каблук семь сантиметров — можно ходить хоть весь день!

Виолетта с удовольствием примерила туфли. Каблук действительно был удобным и устойчивым. Из таких туфлей она в прошлом цикле практически не вылезала: ходила, бегала, сражалась. Правда, это было в прошлой петле, в этой ещё предстояло заново научиться.

Проклятье, сколько ещё всяких навыков надо оттачивать!

— Беру, — кивнула Виолетта.

— Но мадемуазель, — вздохнул Анри, оглядывая весь комплект, — это слишком консервативно! Вы так молоды, зачем прятать красоту под столь строгие одежды?

— Классика всегда в моде, она бессмертна, — насмешливо глянула на него Морроу, взяла одежду и прошла в примерочную кабинку. Когда через несколько минут она вышла, преображение было разительным.

Пурпурная юбка в пол превратила её силуэт в классическую статую. Белоснежная блузка с высоким воротничком и жемчужными пуговицами подчёркивала изящность шеи и рук. Широкий пояс на талии создавал безупречные пропорции, а новые туфли добавляли роста и уверенности.

Виолетта подошла к большому зеркалу и чинно сложила ладони у живота. Плечи сами собой выпрямились, подбородок приподнялся, а в позе появилось что-то величественное и неприступное. Первые шаги в новых туфлях давались неуверенно — мышцы ног ныли от непривычной нагрузки. Но постепенно она находила свой ритм, и походка становилась плавной и властной.

Продавцы замолкли. В зеркале на них смотрела не четырнадцатилетняя школьница, а молодая женщина с аристократической осанкой и проницательным взглядом.

— Я возьму всё, — спокойно сказала Виолетта, не сводя глаз с собственного отражения.

Расплатившись, выслушав о чарах на одежде и убрав старые вещи в зачарованный мешочек, она бросила ещё один быстрый взгляд в зеркало. Образ был почти готов, но не хватало последнего штриха.

— Не подскажете, где здесь хорошая парикмахерская? — спросила она у мадам Клер.

— О, конечно! — оживилась женщина. — «Salon de Beauté Marguerite» через два магазина отсюда. Просите мадам Фаврёт — золотые руки!

Парикмахерская «Маргарита» встретила Виолетту ароматом дорогих масел и тихой музыкой. Интерьер был выдержан в кремово-золотистых тонах, а зеркала в изящных рамах отражали мягкий свет хрустальных люстр.

— К сожалению, мадемуазель, у нас небольшая очередь, — извинилась администратор, изящная брюнетка в элегантном сером платье. — Мадам Фаврёт освободится минут через сорок.

Виолетта кивнула и устроилась в мягком кресле с журналом мод. Время тянулось медленно, но она терпеливо ждала — образ стоил любых усилий.

Наконец её пригласили к креслу мастера. Мадам Фаврёт оказалась женщиной неопределённого возраста с проницательными карими глазами и быстрыми, уверенными движениями.

— Что желаете, дорогая? — спросила она, оценивающе оглядывая волосы Виолетты. — Стрижку? Укладку?

— Немного подровнять и... — Виолетта задумалась, вспоминая моду 1994 года. — Локоны. Мягкие, объёмные локоны.

— Превосходный выбор! — одобрила мастер. — У вас прекрасные волосы, они отлично держат форму. Мы ещё и зафиксируем их. А пока я занимаюсь стрижкой и укладкой, не желаете маску для лица? У нас есть замечательная увлажняющая смесь с экстрактом морских водорослей, снимет усталость, вернёт тонус коже.

— Почему бы и нет, — согласилась Виолетта.

Следующий час она провела в блаженном расслаблении — тёплые полотенца на лице, мягкий массаж головы, ароматы эфирных масел и зелий. Когда все процедуры закончились, в зеркале на неё смотрела почти незнакомая девушка.

Волосы лежали мягкими локонами, обрамляя посвежевшее лицо. Кожа выглядела более гладкой и сияющей, а глаза казались больше и выразительнее.

— Великолепно! — восхитилась парикмахер. — Вы прекрасно выглядите!

Чтож, Виолетта не могла с этим не согласиться.

Морроу расплатилась, убедилась, что её отстриженные волосы уничтожили, и, выйдя на улицу, направилась обратно к каминам, чтобы вернуться во французское Министерство. Настало время для главного шага.

Загадочная арка в глубине коридоров французского Министерства встретила её всё той же пустотой. За стойкой регистрации сидел тот же строгий мужчина в тёмно-синей мантии, который поднял взгляд на её приближение.

— Добрый день, мадемуазель, — вежливо поприветствовал он. — Желаете пройти в штаб-квартиру Международной Конфедерации Магов?

— Да, — твёрдо ответила Виолетта. — Хочу зарегистрироваться.

Мужчина достал толстую книгу регистрации и макнул перо в чернильницу.

— Имя, возраст, гражданство и цель визита?

— Виолетта Вера Морроу, четырнадцать лет, Великобритания. Цель — регистрация моих прав на международном уровне.

Служащий записал данные и кивнул в сторону арки.

— Проходите, мадемуазель. Предупреждаю — арка проверяет на зелья, оборотное и прочие магические изменения внешности. Стандартная процедура безопасности.

Виолетта кивнула и решительно шагнула к арке. Стоило ей пересечь невидимую границу, как воздух вокруг стал плотным и переливающимся, словно зеркальная поверхность тёмного озера.

В этом зеркальном пространстве она увидела своё отражение — и на мгновение замерла, невольно прикипая взглядом к той себе.

Маска и уход за лицом, профессиональная укладка, элегантная одежда — всё это выявило то, что она начала замечать уже несколько дней. В этом цикле она взрослела ещё быстрее, чем в прошлых. Тело словно подстраивалось под разум, ускоряя своё развитие.

Если она не вырвется из петель, то однажды школу будет заканчивать старуха.

В отражении на неё смотрела девушка, которая выглядела лет на семнадцать — именно такой она была, когда после шестого курса ушла из школы, захваченной пожирателями смерти, в которой директорствовал Северус Снейп. До того как петли времени начали свой безжалостный счёт.

Виолетта усмехнулась своему отражению. Пора было начинать строить путь к тому будущему, которое она выберет сама. Сделав ещё шаг, она слилась со своим зеркальным двойником и прошла на другую сторону арки.