Глава 14. Восьмёрка

Виолетта ещё раз провела подушечками пальцев по гладкой поверхности золотого ключика, ощущая на коже лёгкое покалывание магии и прохладу металла. Номер 888 был выгравирован изящными цифрами, которые будто переливались в тусклом свете офисной лампы. Она медленно перевернула ключик, рассматривая игру теней на его поверхности, и губы её дрогнули в едва заметной усмешке.

Забавный номер. Насмешливый даже. И очень подходящий для неё.

В нумерологии восьмёрка — число созидания, но в некоторых теориях и разрушения. Не таким ли выглядел её путь? Она стремилась созидать, но в итоге всё рассыпалось в прах. Восемь уже пройденных циклов смерти и возрождения. Двойной квадрат со значением надёжности, доведённой до совершенства.

«Ну это сорочья природа — быть верной», — мысленно пробормотала она, крепче сжав ключик в ладони. И если она кому-то посвящала свою верность в том или ином цикле, то держалась её до самой смерти.

Какие ещё символы всплывали в памяти? В буддизме — колесо с восемью спицами, обозначающее совокупность всех возможностей. Сейчас она как раз этим и пользовалась. В Таро восьмая карта — Сила. Мужество, внутренний контроль, воля. Чем не гимн Гриффиндору? А ещё... точно! Восьмой знак зодиака — Скорпион. Её знак.

И, конечно, первое, что приходило на ум при взгляде на цифру восемь — знак бесконечности. Цикличность. Проклятье без конца.

Виолетта резко качнула головой, растрепав выбившиеся из хвоста локоны, и заставила себя отогнать лишние мысли. Лёгкий сквозняк из неплотно закрытого окна принёс запах утреннего Косого — смесь ванили мороженного Фортескью, булочных ароматов и резких запахов открывшейся двери какой-то из аптек. Этот сейф мог принести больше проблем, чем пользы. Один неосторожный шаг — и уже сама Виолетта станет лотом на аукционе. Вернее, опекунство над ней.

Из тягостных размышлений её отвлёк едва слышимый звук — Кларк нервно сжала пальцы на столешнице, костяшки побелели от напряжения. Виолетта подняла взгляд и встретила такой неверящий, благодарный взор, что в первые секунды растерялась.

В глазах женщины стояли слёзы. Они собирались в уголках, готовые вот-вот пролиться, превращая обычно строгое лицо Пенелопы в маску уязвимой благодарности. Женщина прикусила нижнюю губу, пытаясь сдержать эмоции, но дрожь в голосе всё же выдала её:

— Мисс Морроу, я... я не знаю, как вас благодарить. То, что вы для меня сделали...

— Вот не надо, — резко перебила её Виолетта, спрятав ключ в нагрудный карман рубашки, где он лёг рядом с сердцем, словно талисман.

Эта неуютная сентиментальность заставляла её кожу покрываться мурашками. Морроу откинулась на спинку кресла, скрестила руки на груди — да, защитная поза, отгораживающая от чужих эмоций, но она ничего не могла с собой поделать.

— Мы сделали это вместе, — её голос стал суше. — План был мой, но воплотили его вы. Вы рисковали, вы вложились в это дело.

Виолетта сделала паузу, внимательно изучая лицо собеседницы. Кларк вытерла глаза тыльной стороной ладони — движение быстрое, почти стыдливое. Женщина явно корила себя за проявленную слабость.

— Мне больше интересно другое, — продолжила Морроу, слегка наклонившись вперёд. — Вы продолжите свою юридическую практику или найдёте тихий уголок для гнёздышка?

Вопрос прозвучал почти вызывающе, и Виолетта увидела, как Кларк мгновенно преобразилась. Смущение слетело с её лица, уступив место стальной решимости. Женщина резко выпрямилась в кресле, плечи расправились, а взгляд стал твёрдым, как у бойца, принявшего вызов.

— Я продолжу дело отца и брата, — голос Пенелопы зазвенел, как клинок, выходящий из ножен.

Кларк сжала кулаки, костяшки побелели от напряжения, а взгляд метнулся к колдографии в простой деревянной рамке на столе. На снимке двое мужчин обнимали за плечи женщину, удивительно похожую на саму Пенелопу. Один из них — добродушный, с растрёпанными волосами, другой — молодой, с широкой, почти мальчишеской улыбкой.

— Они были известны как защитники маглорождённых, — продолжила Кларк, и в её голосе появились горячие живые нотки. — Работали на два мира, помогали тем, кого здесь считали людьми второго сорта. Я Кларк. И я не имею права подвести свою семью.

«Ого! А не гриффиндорка ли передо мной?»

Виолетта невольно улыбнулась, и улыбка эта была искренней, почти восхищённой. Сперва Кларк казалась ей типичной когтевранкой — осторожной, аналитичной, склонной к размышлениям. Но говорить с таким огнём в голосе, с такой страстью в глазах... Это было превосходно. Морроу хотела, чтобы Кларк стала не просто юристом. Она должна была стать её щитом в мире законов и денег.

Виолетта потянулась к своей чашке, пальцы обхватили тёплый фарфор. Чай уже остыл, но горечь его как нельзя лучше подходила моменту.

— Тогда как вы смотрите на то, чтобы мы оформили наши отношения официально? — предложила она, делая неспешный глоток и наблюдая за реакцией собеседницы поверх края чашки. — Мне всё ещё нужен юридический представитель на два мира. Сейчас ещё больше, чем раньше.

Кларк чуть подалась вперёд, локти опёрлись о стол. В её позе читался осторожный интерес, но глаза прищурились.

— Вы хотите, чтобы я и дальше вела ваши дела? — в голосе прозвучал интерес, но тут же его затмила тень сомнения. — Мисс Морроу, я готова, но мы обе понимаем: с вашим возрастом в мире маглов это будет... непросто. Любые крупные сделки потребуют согласия ваших опекунов. А это значит...

— А как насчёт эмансипации? — резко перебила её Виолетта, встретившись с ней взглядом.

Слово повисло в воздухе между ними, тяжёлое от надежды и отчаяния одновременно. Морроу видела, как что-то дрогнуло в лице Кларк, как профессиональная маска уступила место человеческому сочувствию.

— Меня интересует мир маглов, — продолжила Виолетта, стараясь сохранить в голосе твёрдость. — В Англии существует такая процедура для несовершеннолетних?

Взгляд Кларк стал мягче, почти жалостливым, и это было хуже любого прямого отказа. Пенелопа вздохнула, сняла очки и принялась протирать стёкла — способ выиграть время перед неприятным ответом.

— Увы, мисс Морроу, — голос её звучал мягко, но неумолимо. — В отличие от США, в законодательстве Великобритании нет формальной процедуры эмансипации. Совершеннолетие наступает строго в восемнадцать лет. До этого момента вы не сможете получить полную юридическую независимость.

Кларк водрузила очки обратно на нос, и взгляд её стал серьёзным, профессиональным.

— Никакой суд не пойдёт на это.

Виолетта почувствовала, как холодное разочарование сжало грудь. Воздух в комнате будто стал гуще, тяжелее. План, казавшийся таким надёжным, дал болезненную трещину. В голове мелькнула отчаянная мысль: попросить Кларк оформить опекунство на себя, если не удастся эмансипироваться и в магическом мире.

Но Виолетта тут же отогнала эту идею. Нет. Не вариант. От Пенелопы просто избавятся, когда поймут, кто её загадочный клиент. Тогда лучше и вовсе обращаться к Дамблдору. Уж договориться с бывшим наставником она сможет.

Виолетта подняла чашку к губам, делая медленный глоток остывшего чая. Горькая жидкость помогла сосредоточиться, собраться с мыслями. Что-то она какая-то рассеянная сегодня. Отходняк от стресса? Не время зависать.

— Понятно, — произнесла она наконец, и голос её снова обрёл стальную твёрдость. — Но тем не менее, мне нужен специалист именно с вашим двойным образованием.

Виолетта поставила чашку на блюдце с лёгким звоном и выпрямилась в кресле. Деловая маска вновь скрыла разочарование.

— Речь не просто о представлении в магическом мире. Мне нужен поверенный. Человек, который возьмёт на себя управление моими финансами, поможет с контрактами, инвестициями и сделками в обоих мирах.

Она сделала паузу, наблюдая, как Кларк слушает её с растущим интересом.

— В том числе будет находить адвокатов и консультантов, если потребуется. Думаю, в мире маглов мы тоже сможем найти обходные пути.

Кларк молча смотрела на неё, задумчиво постукивая пальцами по столу. В её глазах Виолетта видела работу острого ума — женщина оценивала риски, искала лазейки, прикидывала варианты. Секунды тянулись, наполненные только тиканьем старинных часов на полке и отдалённым гулом утра за окном.

Наконец Пенелопа заговорила:

— С представительством в магическом мире никаких проблем, — голос её стал увереннее, профессиональнее. — Но в магловском мире будут сложности. Любой магловский суд признает такой договор с несовершеннолетней ничтожным. Вы сможете отказаться от него в любой момент, а я останусь ни с чем.

— Это так, — кивнула Виолетта, и её глаза сощурились. — Поэтому наш основной договор будет заключён по магическим законам, подкреплённый клятвой. Он станет фундаментом, — она подалась вперёд, голос стал тише, но интенсивнее. — А для мира маглов мы создадим надстройку. Что вы думаете о трастовом соглашении? Вы выступите доверительным управляющим моих активов до моего совершеннолетия.

Виолетта говорила быстрее, воодушевляясь собственным планом.

— Для всех магловских институтов вы будете легальным владельцем и управляющим, действующим в моих интересах. Это обойдёт необходимость получать согласие моих опекунов на каждую сделку, — она откинулась назад. — Я понимаю, что это довольно сложная схема. Но я уверена: вам, как знатоку двух миров, не составит труда воплотить её.

Морроу видела, как в глазах Кларк загорается огонь. Это был не просто заказ на огромную сумму. Это был интеллектуальный вызов высшей пробы. Юридическая головоломка, которую ещё никто не решал. Шанс создать прецедент. Прецедент, который в будущем поможет другим детям в похожей ситуации.

Пенелопа медленно кивнула, но потом взгляд её стал виноватым, почти стыдливым.

— Возможно, есть и другой вариант, — задумчиво произнесла она, и в голосе прозвучала нотка неловкости. — Мисс Морроу... вы ведь сирота?

Вопрос прозвучал осторожно, деликатно, но всё равно больно полоснул по душе. Виолетта почувствовала, как старая рана дала о себе знать — тупая боль в груди, хорошо знакомая и оттого ещё более мучительная.

Её губы искривились в горькой усмешке.

— Отец отказался от меня и развёлся с мамой, Еленой Морроу, когда мне было три или четыре, — голос звучал ровно, но внимательный слушатель уловил бы в нём едва заметную дрожь. — Точно уже и не помню. Его мои... стихийные выбросы напугали. А мама с бабушкой погибли в аварии семь лет назад...

Виолетта сделала паузу, сглотнула комок в горле.

— В день моего рождения. Тридцать первого октября восемьдесят седьмого. Мне тогда восемь исполнилось.

На мгновение в комнате повисла тишина. Кларк смотрела на неё с неприкрытым состраданием, и это было почти невыносимо.

— Мне жаль, — тихо сказала женщина. — Извините, что напоминаю об этом... Ваша мама была гражданкой Великобритании? А бабушка?

Виолетта понимала, куда клонила юрист, и немного оживилась. Наследство её и раньше интересовало. Просто из-за возраста у неё никогда не было возможности изучить этот вопрос. Либо Морроу не доживала до восемнадцати, либо к тому времени уже начинала полыхать война, и уже было не до этих вопросов.

— Я не уверена в статусе бабушки, Веры Ясеневой, — ответила с кривой улыбкой Виолетта. — Знаю только, что она была русской. После смерти дедушки она приехала к нам, когда отец ушёл. Бабуля помогала маме растить меня, — она пожала плечами. — А то меня никуда нельзя было пристроить из-за стихийной магии. А мама — да, она была гражданкой Англии.

Кларк задумчиво покивала, и в её глазах заплясали огоньки профессионального азарта.

— Я к чему спрашиваю, — проговорила она наконец. — Вы — наследница вашей матери, а значит, по закону у вас уже должен быть траст. Я могу его найти, узнать, кто сейчас доверительный управляющий, изучить отчётность. Наверняка найдётся, за что зацепиться: очень часто там завышенные комиссии и консервативные инвестиции. В конце концов, можно упирать на то, что вам требуется дополнительное образование.

Кларк выпрямилась, глаза её горели.

— И тогда я подам иск в суд о смене управляющего. Правда, мне понадобится поговорить с вашими опекунами, чтобы они поддержали меня. Но не вижу сложностей в этом вопросе.

Виолетта рассеянно кивнула, но затем её лицо стало серьёзнее, словно она собиралась коснуться болезненной темы.

— Звучит как план, — согласилась Морроу. — Но хочу предупредить об одной сложности.

Виолетта помнила, что Пенелопа уже немного узнала о её жизни от профессора Бабблинг, но стоило озвучить и самой. Девушка вздохнула, пальцы нервно барабанили по ручке кресла.

— Проблема с моими опекунами. Маргарет и Эдвард Харрис... — Морроу тяжело вздохнула. — Они крайне плохо восприняли магию, когда узнали о ней.

— Насколько плохо? — осторожно уточнила Кларк, отложив перьевую ручку и внимательно глядя на неё.

— Настолько, что сейчас они уверены: я учусь в обычной школе для одарённых детей, — с горькой усмешкой ответила Виолетта. — Для них Хогвартс — это просто элитный пансион с углублённым изучением предметов. В частности, древних языков.

Кларк медленно кивнула, делая пометку в блокноте.

— Понимаю. Им пришлось стереть память о магическом мире?

— Профессор Макгонагалл постаралась, — сухо подтвердила Морроу. — Но вы же понимаете: такие вещи оставляют... осадок. Они чувствуют, что что-то не так, просто не могут понять что.

— Не волнуйтесь, мисс Морроу, — поддерживающе улыбнулась Кларк, и в её голосе прозвучала профессиональная уверенность. — Здесь не будет проблем. Наоборот, раз вы учитесь в школе для «одарённых», то вам тем более нужны дополнительные образовательные программы.

Виолетта слегка заколебалась, но решила уточнить:

— Если развивать вашу идею об образовании... — она помялась, подбирая слова. — Сейчас мои опекуны уверены, что я в летнем лагере на территории школы, где изучаю скандинавские руны. Я смогла их убедить, что выиграла в конкурсе эту возможность.

— Руны? — переспросила Кларк с любопытством. — Неплохая легенда. Древняя письменность. Звучит достаточно академично и престижно.

— Да, — кивнула Виолетта. — Так что можете упомянуть эту деталь в разговоре с Харрисами. Только всё-таки лучше решать эти вопросы, когда я буду в школе.

Кларк задумалась, а потом на её лице проступило беспокойство. Она неуверенно прикусила губу, ручка замерла над бумагой.

— Мисс Морроу, я должна узнать... — голос её стал осторожным. — Если вы живёте не у опекунов, то где? Я не могу не беспокоиться...

— Не волнуйтесь так, — мягко улыбнулась Виолетта, и ответила с иронией, понятной лишь ей: — Не буду же я спать на вокзалах и улице. Меня пригласили подруги.

«В каком-то из циклов», — добавила она мысленно.

Морроу видела, как Кларк облегчённо выдохнула, но настороженность в её взгляде не исчезла.

«Ах, какая неприятность», — подумала Виолетта. Пенелопа уже начинала понимать, как легко она могла менять маски.

Девушка склонила голову, оценивая собеседницу. Выходило, что лучше бы сменить тему, пока Кларк не начала копать дальше.

— Кстати говоря, пока не забыла, — якобы спохватилась Виолетта. — Вы упоминали друга — бывшего аврора?

Переход оказался неожиданным, судя по удивлённому взгляду юриста. Тем лучше.

— Да, Том Уилкинс, — медленно ответила она. — Год назад получил серьёзное ранение на задании и вынужден был покинуть службу. А что?

— Прекрасно, — Виолетта выпрямилась, голос стал деловитым. — Даже если вы не согласитесь на долгосрочное сотрудничество, я настаиваю, чтобы вы его наняли.

— Я не успеваю за вашими мыслями, — неловко улыбнулась Кларк.

— Иногда я и сама не успеваю, — доверительным шёпотом наигранно посетовала Виолетта и уже нормальным тоном продолжила: — Во-первых, ваш друг станет вашей охраной. Во-вторых — консультантом по безопасности.

— Охраной? — напряглась Кларк, спина выпрямилась. — Вы считаете, мне угрожает опасность?

Виолетта задумчиво провела пальцами по краю фарфоровой чашки.

— Мисс Кларк, я не буду давать вам ложного успокоения, — голос её стал серьёзнее. — Вы должны понимать, мы раздразнили гадюку, а вот яд так и не сцедили. Основной целью лорда Блишвика, конечно, будет Блэквуд и поиск вашего таинственного клиента.

— Но и мне могут доставить неприятности? — договорила за неё Пенелопа.

— Именно. Блишвик может устроить вам мелкие, но неприятные подставы. Ложные доносы, внезапные проверки лицензии... — Виолетта пожала плечами. — Сейчас он не рационален. Его унизили, да ещё и публично.

— Но вы тоже под ударом, мисс Морроу! — голос Пенелопы стал напряжённым, а её пальцы нервно сжались на подлокотнике кресла. Профессиональная выдержка дала трещину, уступив место искренней тревоге.

К сожалению, теперь это было действительно так.

— Не стоит волноваться... — мягко начала было Виолетта, но Кларк её резко перебила, подавшись вперёд.

— Нет, здесь есть чему волноваться! — в её глазах мелькнул почти материнский страх. — Нас видели вместе. А если мистер Твилфитт расскажет о вас?!

Эта неожиданная, искренняя забота согрела что-то внутри Виолетты, до чего редко добиралось тепло. Мягкая улыбка сама собой расцвела на её губах, смягчая обычно строгие черты лица.

— Повторюсь, здесь действительно не о чем волноваться, — её голос звучал успокаивающе, как тихий ручей. Она откинулась на спинку кресла, принимая расслабленную позу, чтобы продемонстрировать полное спокойствие. — Мой возраст — всё ещё моя лучшая защита. К тому же, если бы уважаемый мастер Твилфитт имел привычку распускать язык о своих клиентах, его бизнес не процветал бы так уверенно.

Виолетта покачала головой и тихо фыркнула, словно отгоняя забавную мысль. Её глаза заблестели озорными искорками.

— Да даже если из него что-то и вытянут, это мне никак не повредит, — она развела руками, и на её лице снова появилась маска обезоруживающей детской невинности. — Что он может рассказать? Что грязнокровка разбирается в чаях и знает этикет? Ну, извините, с каких это пор знание правил поведения стало исключительной привилегией чистокровной аристократии? А хороший чай — это и вовсе моё маленькое хобби.

Кларк всё ещё выглядела сомневающейся. Она задумчиво постукивала пальцами по столу, её взгляд был устремлён куда-то в пространство, словно она просчитывала все возможные риски.

— А то, что вы моя клиентка? И вы пришли ко мне именно в те дни, когда я начала работу над «Картой сокровищ»? Это слишком большое совпадение.

— И что же в этом особенного? У меня как раз начались летние каникулы, — невозмутимо пожала плечами Виолетта, делая глоток уже остывшего чая. — Может, вы помогаете мне открыть мой первый счёт в Гринготтсе? Кстати, именно так мы и поступим. Мне действительно нужен официальный сейф на моё имя.

Морроу поставила чашку на блюдце с лёгким звоном и посмотрела на Кларк серьёзным, деловым взглядом.

— К слову, если вы всё же возьмётесь за мои дела, то для всех вокруг вы поначалу будете работать с суммами в сотню или две галеонов. Вполне реальные деньги для наследства, оставленного сироте. Мы не будем рисковать и светить миллионами. В крайнем случае, меня всегда могут воспринять как курьера или неприметное связующее звено. Кто заподозрит девочку-подростка?

Хоть Виолетта и пыталась успокоить Кларк, но сама такой уверенности не имела. Эта чёртова сумма с миллионами настоящая ловушка. Гоблины, конечно, не вмешивались в дела волшебников, но в банке работали и другие маги, которых можно и подкупить, чтобы узнать, кто навещал ячейку. Любая крупная трата — это тоже след. А она ещё, как назло, пообещала тому же мастеру Твилфитту купить у него мантию. Ну, одна мантия — это не страшно. Но иметь такие деньги на счету и не обладать возможностью ими воспользоваться — аж злит это.

Найти бы какого-нибудь идиота, которого можно было бы выставить таинственным клиентом — всё стало бы сразу проще.

— Мисс Морроу...

— Давайте лучше вернёмся к вам, — на этот раз именно Виолетта прервала Кларк, и в её голосе зазвучала сталь. Она выпрямилась, её поза мгновенно стала собранной, деловой, словно она надела невидимый доспех. — До вас точно докопаются. Поэтому вот вам мой новый план. Итак, у вас есть два шага для вашей же защиты.

Кларк одарила её тяжёлым взглядом, резко выдохнула и поджала губы, её лицо стало серьёзным и сосредоточенным. Она взяла в руки перьевую ручку и придвинула к себе лист чистого пергамента, готовая записывать каждое слово. Виолетту прямо умилило, как в её жестах читалась не просто готовность слушать, а полное доверие к её ещё неозвученной стратегии.

— Слушаю.

— Первый шаг, — Виолетта подняла один палец, подчёркивая важность пункта, — как я уже говорила, ваш друг. Бывший аврор не только сможет обеспечить физическую защиту, но и, я уверена, прекрасно знаком с подковёрной министерской кухней. Связи, понимание системы, знание, кому и когда нужно улыбнуться, а кому — показать зубы. У кого узнать или от кого получить весточку, когда и где ждать проблем. Возможно, у него ещё есть знакомые бывшие коллеги, которым не помешала бы работа... Мы создадим вашу личную службу безопасности.

— У Тома действительно много знакомых в Министерстве, — задумчиво кивнула Кларк, её перо заскрипело по пергаменту, выводя аккуратные строчки. — Я поговорю с ним. А второй шаг?

— А второй шаг, — Виолетта позволила себе лёгкую, почти хищную улыбку и пожала плечами, словно речь шла о чём-то совершенно само собой разумеющемся, — вы официально вступите в «Международную магическую ассоциацию юристов и адвокатов».

Ручка в руке Пенелопы замерла. Она медленно подняла взгляд, и в её глазах прозвучало откровенное недоумение.

— В Ассоциацию? — переспросила она, и в её голосе явно слышалось сомнение. — Мисс Морроу, но у них же огромный, просто баснословный вступительный взнос — целых десять тысяч галеонов...

Виолетта тихо фыркнула, и в её смехе прозвучала лёгкая, почти снисходительная насмешка. Забавно было слышать ужас в голосе женщины, которая только что стала миллионершей и сейчас, нервничая, поправляла на носу очки. Люди так боятся своих собственных денег.

— Разумеется, — голос Морроу стал острее. — Ведь это элита. Мировая элита. И там не только взнос нужен, но и безупречная рекомендация. Сейчас вы её легко можете получить от мастера Гримшоу. Поверьте, он будет счастлив оказать услугу победителю лорда Блишвика.

Морроу подалась вперёд, оперевшись локтями о стол, и её глаза загорелись азартом человека, видящего на несколько ходов вперёд.

— Главное здесь совершенно иное. Поймите, одно дело — угрожать одинокому юристу, пусть и талантливому. И совершенно другое — бросать вызов члену уважаемой международной организации, которая в ответ обрушит на обидчика всю мощь закона, связей и коллективного влияния.

— Это... логично, — медленно, почти по слогам произнесла Кларк. В её глазах отразилась работа мысли — она оценивала, взвешивала, и на её лице проступало понимание. — Коллективная защита...

— Нападение на вас станет нападением на весь клуб, — твёрдо кивнула Виолетта, откидываясь на спинку кресла. — Это заставит Блишвика трижды подумать, прежде чем даже косо посмотреть в вашу сторону. А ещё вы забываете о главном: для прошлой вас это была бы неподъёмная фантастическая сумма. Но для нынешней — это всего лишь полезная и стратегически верная инвестиция в собственную безопасность и будущее.

Пенелопа молчала, её взгляд был прикован к лицу Виолетты. Она медленно опустила перьевую ручку на стол. Тишина в кабинете стала густой, почти осязаемой.

— Я могу заплатить за вас, — голос Виолетты стал тише, но от этого только острее, как лезвие кинжала. — Но действительно ли вы этого хотите? Или всё же научитесь смело обращаться с большими суммами, которые теперь по праву находятся в ваших руках?

Пенелопа выпрямилась, её плечи расправились, словно она сбросила невидимый груз. Что-то в ней изменилось, решилось.

— Нет, — твёрдо сказала она. — Если я это делаю, то делаю сама.

— Превосходно! — на губах Виолетты расцвела довольная улыбка. — Мисс Кларк, сейчас ваше имя на слуху. Вы на пике популярности, и это именно тот момент, когда нужно активно инвестировать в себя, своё развитие, свой — не побоюсь этого слова — бренд.

— Бренд? — удивлённо переспросила юрист, её брови поползли вверх.

— Именно. Расширьтесь. Наймите других юристов. Приобретите другой, более престижный офис. Сейчас перед вами открыты абсолютно все двери. Не упустите этот момент, — Виолетта сделала короткую, весомую паузу, давая словам впитаться в сознание собеседницы. — Ведь если вы не оправдаете ожиданий, не докажете всем свою состоятельность...

— ...то эти двери закроются? — тихо, почти шёпотом договорила Кларк.

— Хуже. Даже если потом вы станете настоящей звездой юриспруденции, — Виолетта указала тонким пальцем на газету, где всё ещё красовался заголовок о Блишвиках, — путь на самый верх будет для вас закрыт. Магическое общество помнит тех, кто испугался высоты. А в нашем мире, мисс Кларк, страх пахнет кровью.

— И на этот запах слетаются хищники, — закончила Пенелопа, и в её голосе уже не было сомнений — только ледяное понимание жестоких правил игры.

Повисла тяжёлая тишина. Виолетта скосила взгляд на рамку с колдографией семьи Кларк, стоявшую на углу стола. Её голос внезапно стал мягче, почти тёплым:

— Если вы действительно хотите возродить юридическую контору вашей семьи, вам нужен именно такой статус. Ваш блестящий успех с Блишвиками плюс членство в элитном международном клубе — это то, что окончательно выведет вас в высшую лигу. Навсегда. — Виолетта подняла палец вверх, словно рисуя в воздухе сияющую вершину, к которой они стремились. — А уже там вы сможете воплотить в жизнь всё то, чего желали ваши родные.

Кларк смотрела на неё широко раскрытыми глазами, словно видела в первый раз — не как странную девочку-клиентку, а как проводника в другой, недоступный ей ранее мир. Неужели и она сама когда-то таким же взглядом смотрела на Дамблдора, открывшего перед ней двери высшей лиги. Двери, которые ей самой ещё предстоит открыть очередной раз. Пожалуй, в этот раз попробует с пинка.

— Вы действительно считаете, что я... — Пенелопа замялась, её голос дрогнул от смеси неуверенности и зарождающейся, пьянящей надежды. — Что я способна на это?

Виолетта внимательно, почти по-врачебному изучала собеседницу. Она видела в ней отчаянную борьбу: страх перед неизвестностью и жгучее желание поверить в себя.

— Я не просто считаю, мисс Кларк, — твёрдо и уверенно произнесла Морроу, и её взгляд стал острым, как скальпель хирурга, проникая под слой сомнений и страхов. — Я это знаю. У вас есть ум, хватка и, что важнее всего, — благородная цель. Вам не хватало лишь ресурсов и хорошего толчка. Но теперь ресурсы у вас есть.

Пенелопа глубоко вздохнула, собираясь с духом. Она подалась вперёд, положив руки на стол, и её взгляд стал серьёзным, почти требовательным.

— Мисс Морроу, — медленно произнесла она, — я не могу не задаваться вопросом: откуда у четырнадцатилетней девочки такие глубокие знания? Откуда вы знаете всю эту «кухню» чистокровных и высшего общества? Устройство гильдий? Даже характер мастера Гримшоу, о котором мало кто осведомлён? А этот ваш новый план? В нём же речь не только о моей защите. Вам нужен юрист из «высшей лиги» и вы готовите его для себя.

«О, так мы идём в атаку, мисс Кларк? Наконец-то», — мысленно усмехнулась Виолетта, чувствуя азарт.

— А ваш талант к риторике и психологии? — продолжала Пенелопа, её голос окреп. — Взрослые, опытные дипломаты позавидовали бы вашему умению убеждать.

Виолетта позволила себе загадочную улыбку и сделала неспешный, элегантный глоток чая, выигрывая несколько драгоценных секунд, чтобы придумать ответ. Затем она просто фыркнула с обезоруживающей девичьей кокетливостью.

— Мисс Кларк, в любой женщине должна быть загадка. Даже в такой юной, как я.

— И почему я ни капли не удивлена такому ответу? — искренне рассмеялась Пенелопа, и напряжение в комнате мгновенно спало. Она с решительным видом подтянула к себе очередной чистый лист пергамента и перьевую ручку. — Итак, давайте для начала составим наш официальный договор. А потом вы подробно объясните, какую именно роль в этой «высшей лиге» вы собираетесь отвести мне.

— О, так вы готовы рискнуть и связаться с такой странной клиенткой, как я? — лукаво прищурилась Виолетта, и в её глазах заплясали озорные смешинки.

Кларк уверенно повела рукой, указывая на стол, заваленный заметками и старыми схемами «Карты сокровищ».

— Знаете, что я поняла о вас, мисс Морроу? — её голос окреп, наполнился стальной уверенностью. — Вы очень бережно относитесь к своим... союзникам. И, учитывая те навыки, которые вы уже успели продемонстрировать, я буду жалеть до конца своей жизни, если не сыграю в эту партию на вашей стороне.

— Почему же? — с искренним любопытством спросила Виолетта.

— Потому что если вы в свои четырнадцать лет способны провернуть сделку на миллионы, то я боюсь даже представить ваш размах через пару лет. Вы явно не из тех, кто мелочится.

Кларк сняла очки, и её взгляд, свободный от стёкол, оказался горящим, полным страсти, а в голосе зазвучал азарт, который Виолетта так ценила:

— И я хочу это увидеть. Не из утренних газет, а изнутри. Из самого центра событий. Из вашей команды.

«Ну точно гриффиндорка!» — пронеслось в голове у Виолетты.

Девушка тихо, искренне рассмеялась, глядя на Пенелопу Кларк, в глазах которой горели огоньки веселья, несмотря на подчёркнуто серьёзный тон. В этот самый момент Виолетта поняла: у неё появился первый настоящий союзник в этом бесконечном, непростом пути. Не просто исполнитель, а партнёр.

— Постараюсь вас не разочаровать, мисс Кларк, — мягко произнесла Морроу.