Глава 7-2. Идол

-Что ты делаешь?! - Взревели рядом, и принц-рыцарь наконец хоть немного опомнился.-Зачем ты убила Ксипе? - Не унимался тем временем демон-гладиатор с двумя тесаками, соединенными цепью. Шлем на его голове словно оплавился и пророс под кожу. - Он был из наших, он был храбрый воин. Он ненавидел падших.Мэндос понимал, что рассказ о том, какую должность Ксипе занимал во дворце Люцифера, в любой другой обстановке, скорее всего, успокоил бы бузотера. Ноздесь и сейчас важен был принцип. Принцип, по которому он никому не обязан разъяснять или оправдывать то или иное свое решение.-Так было надо. - Мэндос даже не взглянул в сторону демона. Он увлеченно наблюдал за тем, как песчинки арены, желтые и красные, стекаются к его ступням и ползут наверх, превращаясь в поблескивающую гладкую ткань.-То, что ты пришла сюда со Арджной, не дает тебе права вести себя, как долбаная госпожа! Я полтора века дрался с Ксипе в связке! А ты такая же, как мы, изволь держать ответ, или я выколочу его из тебя!-Долбаная госпожа? - Мэндос хихикнул даже немного кокетливо, словно этот внезапный спорщик сказал нечто крайне забавное. Затем принц-рыцарь длинным ногтем рассек себе кожу в ложбинке между грудей. За считанные мгновения капли крови превратились в брошь с огромным темно-фиолетовым камнем посередине. Ткань из песка, зацепившись за нее, поползла выше, перекинувшись через левое плечо и затягиваясь петлей под мышкой. - Ты так глуп, что даже не понял, кто создал этот купол.Он мог бы убить наглеца метким броском молнии, силы восстанавливались быстро. Но Мэндосу все еще было важно другое. Колдовство кончилось, и тем не менее, принц-рыцарь пока еще мог чувствовать тех, кто давал ему энергию. Он еще не в полной мере понимал, как сумел сделать то, что сделал, а потому полностью контролировать толпу не представлялось возможным. Но он мог попробовать направлять ее чаяния, желания. И ее гнев."Три, два..." - Мэндос отвернулся и теперь спиной чувствовал, как разговорчивый демон надвигается на него, дыша яростью. Принцу-рыцарю было интересно, кто преградит ему путь первым. А может, нападут всем скопом?Не случилось ни того, ни другого.Толпа вдруг разом удивленно выдохнула, а болтун грязно выругался, но в голосе его звучал страх. Не справившись с любопытством, Мэндос обернулся.Оказалось, что против демона обратились его же собственные клинки. Длинная цепь опутала его всего, притиснув руки к телу, а похожие на тесаки мечи грозно покачивались в воздухе, как головы рассерженных змей.-Что, меня тоже решил прикончить? - Мэндос покачал головой даже немного жалостливо. Иные попросту не знают, когда стоит заткнуться. Он собрался было уверить бедолагу в своей полной непричастности, но другой голос ответил раньше.-Ты не достоин даже того, чтобы умереть от руки принца-рыцаря.Цепи натянулись сильнее, вынуждая своего недавнего хозяина рухнуть на песок. В оружии не ощущалось живой сути, однако оно было добротным, явно сработанным с помощью магии. Наверняка гладиатору стоило больших трудов раздобыть подобные клинки, и они верно служили ему все эти годы. И теперь они, такие надежные, обернулись злейшими врагами. Он не мог разорвать крепчайшую цепь.-Арджна и Мэндос освободили тебя. Освободили всех нас. Разве не ясно, что где они, там победа? Надо не задавать вопросы, надо брать с них пример и делать, что велят.Толпа расступилась, и к рычащему в бессильной злобе бойцу подошел стройный высокий юноша. Его человеческий облик был так гармоничен, что даже Мэндос уважительно хмыкнул. А еще через долю секунды он узнал своего внезапного защитника. Сначала знакомой на вкус показалась его сила, а потом вспомнились и волосы цвета, как мякоть персика, и обломок флейты, который теперь придерживал их, как причудливая шпилька.-Кончай с волшбой, если хочешь честного боя! - Гость из второго круга остановился в считанных дюймах от поверженного гладиатора, и тот, казалось, хотел дотянуться зубами хотя бы до его лодыжки, ладно упакованной в сапог из мягкой кожи.-А разве сейчас наш бой нечестный? - Красавчик улыбнулся, и принц-рыцарь был уверен, этот простой изгиб губ во многих тут же пробудил недвусмысленные желания. - Я сильнее, я побеждаю. Все честно.Один из клинков взмыл, как жало рассерженного скорпиона, готовый обрушиться не недавнего хозяина.-Пощади его, о мой благородный защитник! - Голос Мэндоса стал грудным и утробным от с трудом сдерживаего хохота. - Он просто еще не понял, что к чему. В конце концов, не каждый день начинается война против первого поколения. Верно говорю?На последних двух словах голос принца-рыцаря заполнил собой весь купол. Толпа радостно взревела в ответ. Демон с обломком флейты в волосах смотрел на Мэндоса, как зачарованный, перестав замечать мир вокруг. Клинки на цепях упали на землю, никому не причинив вреда. Гладиатор тут же вскочил, видимо, так и не преисполнившись мирных намерений. Но прежде, чем он успел сделать хотя бы шаг, его смачно огрели топорищем поперек живота, да так мощно, что бедняга тут же опять упал, сложившись пополам.-Слава Мэндосу! Слава Арджне! Слава принцам-рыцарям! - Титуз загородил невезучего демона собой и зычно заорал, поигрывая секирой. Его все тут же горячо поддержали.-Начало положено! - Крикам снизу вторил голос Арджны, который парил под самым куполом. - Больше никто и никогда нас в цепи не закует! Раньше мы убивали друг друга для потехи падших, а теперь будем уничтожать их себе на радость.-Мой возлюбленный брат! - Раскинув руки, словно для объятий, Мэндос запрокинул голову, дожидаясь, пока рыцарь спустится к нему. Когда Арджна наконец встал рядом, он снова обратился к толпе.-Сейчас нас всех переполняют радость и опьяняющий дух свободы. Но пройдет еще немного времени, и вы начнете задавать себе вопрос: что это за принцы-рыцари такие? Чего они хотят? Может быть, править нами? Чем тогда они лучше падших?Мэндос сделал паузу, чтобы насладиться звенящей, полной внимания и напряжения тишиной. Один из стоящих поодаль демонов даже забыл захлопнуть пасть, и принцу-рыцарю казалось, что можно услышать, как оттуда капает слюна.-Ад живет по праву сильного. Это закон, и закон непреложный. Мы - самые сильные здесь, а значит, Ад станет таким, каким мы хотим его видеть. Мы разнесем его по камню и отстроим заново, мы убьем каждого падшего и всех, кто осмелится встать против нас. Зато те, кто пойдет вслед за нами, получат всю преисподнюю, полную свободы. Нам нужно много чего. Но я могу назвать одну вещь, которая нам не нужна. - Мэндос дотянулся рукой до предплечия Арджны, словно соединяя его и себя. - Нам не нужны рабы! Нам нужны победители! Храбрые воины!От рева, который воспоследовал, задрожал даже защитный купол. Вопили все - и толпа, и красивый демон из второго круга, и Титуз, и Арджна, и даже демон-спорщик, который поднялся на ноги вновь потрясая клинками. Лишь Мэндос замер в восхищенном молчании. Но поражало его не всеобщее единство."Они мне поверили. Подумать только, они поверили каждому моему слову! Какие восхитительные дураки! Если украсить ярмо лентами и каменьями, сказать, что это знак почета и надеть его им на шею - они проглотят, они все проглотят!"Мэндос весело рассмеялся собственным мыслям.-Ну а если кто желает поспорить, - Когда шум поутих, снова взял слово Арджна. - Что ж, дерзайте. Если вы сильнее нас, Ад станет таким, каким вы хотите его видеть. Только прежде, дабы подкрепить слова делом, убейте-ка Данеила-флейтиста...-Или великую драконицу Тиамат. - Подхватил Мэндос.Демоны вокруг одобрительно расхохотались, но постепенно их гомон становился дружнее и ритмичнее.- Сво-бо-да! Сво-бо-да! - Скандировали они, кто звеня оружием, кто ударяя себя кулаком в грудь, кто и просто так. В самом сердце этого шума Мэндос и Арджна некоторое время стояли в полном молчании, глядя друг на друга. Мэндосу приходилось сильно запрокидывать голову.-Да-а-а! - Он не выдержал первым и даже не закричал - завизжал от радости.-Да-а-а! - Арджна, все еще сжимая в одной руке Грань силы, другой резко подхватил Мэндоса и в порыве восторга усадил себе на плечо. Разумеется, вокруг тут же началось всеобщее братание. Никто не знал, что произойдет с ними не то что в будущем -в ближайшие часы. И никто об этом не думал. Для начала хватало и того, что они все совершили нечто такое, от чего и Люцифер у себя во дворце, должно быть, удивился.

***Падшие трижды посылали отряды из Дита на подавление мятежников, прежде чем поняли: так им это точно не удастся. Сначала приходили такие же демоны, как и сами бунтари. Первых истребили почти полностью, вторые, видимо, услышав рассказы первых, предпочли присоединиться к восстанию. Третий отряд снова возглавляли падшие, но в итоге и они были вынуждены отступить. Стоило противнику появиться на горизонте, как часть демонов припадала телами к заслону, подпитывая его своей силой, и орущая толпа освобожденных гладиаторов покидала его пределы, бросаясь в атаку. Остальные же подбадривали их, готовые в любой момент прийти на подмогу, но не прекращали праздновать победу.Под трибунами было тише и темнее, шум гулянки доносился туда лишь глухим рокотом. То здесь, то там чадили факелы, и пятна черноты между ними казались только гуще. Время от времени блики пламени выхватывали из темноты фрагменты сплетенных ритмично движущихся тел. Андрас и Мэндос были не единственными, кто решил поискать уединения.-Подспудно они еще не поверили, что это надолго. Они поддались порыву, но все равно думают, что все нас скоро уничтожат. Вот и спешат налюбиться про запас.-Я верю. - Андрас вошла под своды одной особенно темной ниши и не могла видеть принца-рыцаря, лишь ощущала его присутствие.-Выкини уже эту дрянь. - рука Мэндоса появилась совсем не оттуда, откуда она ожидала, и отшвырнула прочь осколок флейты Данеила вместе с изрядным клоком волос демоницы.Андрас по-прежнему ничего не видела, но чувствовала, как в этой черноте он надвигается на нее, и отступала, пока не уперлась спиной в сводчатую стену.-Хочешь узнать, как меня зовут? - Спросила она и зачем-то отвернулась, зажмурившись, хотя что открывай глаза, что закрывай, это ничего не меняло.-Повезло тебе. - Она поймала его дыхание кадыком и только сейчас поняла, что никто из них внешности не менял. Андрас по-прежнему выглядела, как мужчина, Мэндос - как женщина, а значит, был ниже демоницы как минимум на полголовы. - Потому что я хочу.Колени у демоницы ослабли, словно суставы раздробили чьи-то хваткие руки, и она опустилась на пол, не смея цепляться руками за желанное, драгоценное тело. Только со слабым стоном приникла к руке, судорожно тиская и целуя пальцы, кажущиеся такими хрупкими, будто косточки внутри были стеклянные. Но в этих прикосновениях ощущалось: демоница помнит, что эти руки могут сотворить.-Как можно быть одновременно таким сильным и таким... таким...Мэндос мог бы подсказать ей слова, но предпочел поберечь их для себя самого, как тайные сокровища."Надлом. Ломкость совершенства. Изящество хрустального идола."То дрожа, то замирая от смерчем закручивающегося внутри желания, она опустилась еще, припала смиренным ртом к длинным косточкам стоп.Мэндос на время застыл, как статуэтка, будто его тело разом покинула жизнь, и оно кристаллизовалось. Не потому, что был растерян. Он просто хотел как можно лучше прочувствовать момент. Восхищение. Они считают его сокровищем, они считают его силой, они считают его спасением, они считают его героем, они считают его богом, они считают его самым прекрасным, что есть в Аду. Через нее восхищение прошло, как свет через выпуклое стекло. Свет превратился в яркий луч, обожание настолько чистое и четкое, что даже Мэндос не мог не получить удовольствия от этого тепла. Считанные часы назад сила десятков, если не сотен, демонов проходила сквозь него, создавая над ареной защитный купол, но тогда принц-рыцарь не был уверен, что их чувства направлены именно на него. что он - не проводник, а цель. Теперь он был в этом уверен.Было ли Мэндосу приятно? Пожалуй. Но куда сильнее его радовала грандиозная польза, которую можно извлекать из подобного. То самое, о чем они говорили с Ситри - самому давать крохи, а взамен получать золотые горы. Ведь, по сути, он по-прежнему всего лишь идет к своей, собственной, цели. А бедные дурачки наверняка уже успели возомнить, что вся эта борьба - ради них.Мыском ноги Мэндос подцепил подбородок девушки, заставляя ее поднять голову.-Низковато. Я же не какой-нибудь там падший. - Он дождался, пока она поднимется на колени, и сжал ее голову обеими руками, запуская пальцы в длинные пушистые волосы. - Вот так в самый раз.За мгновение до того, как Андрас уткнулась лицом ему в бедра, платье из песка осыпалось с тихим шерохом.Что ни говори, а второй круг есть второй круг. Андрас отлично понимала, когда можно медлить - а когда, наоборот, стоит делать все, что хочешь, не спрашивая разрешения. И то, что теперь она была в мужском теле, а он в женском, ни капли не мешало.Ожидаемо вспомнился Ситри. Мэндос все еще считал, что маленький хозяин второго круга слишком много мнит о себе. Странно даже то, что он подумал о нем это слово, "хозяин", это ведь не так. Однако в одном Ситри был прав: отдаваться на волю чьих-то умелых сильных рук так же приятно, как и брать самому, если желание и дозволение зависит от тебя. Ты не подчиняешься - ты снисходишь.Поэтому Мэндос был совсем не против, когда его колени ослабели и задрожали от того, что Андрас проделывала языком. Он был не против, когда ее (его?) сильные руки сжали его (ее?) талию и потянули вниз, а потом подхватили под спину и опрокинули на землю. Принц-рыцарь, определенно, оставался собой, но при этом был он и некой "ей". Пустота глубоко внутри демона с любопытством, отстраненно, но не без удовольствия наблюдала, как красивый стройный демон с золотистыми волосами целует эту самую "ее", и вместе с "ней" чувствовал свой собственный вкус на губах. Они вместе наблюдали, как соединяются тела, и одновременно чувствовали Андрас внутри. Принц-рыцарь не скупился на громкие стоны, поцелуи, мерцающие влажные взгляды и прикосновения. Да, сейчас Андрас внутри него, но на самом деле он останется с ней, даже когда все кончится. Он останется на ее губах, на ее волосах, на ее коже, в ее глазах и ее голове. Как болезнь. Она заразит множество других демонов. Это будет продолжаться бесконечно, и когда-нибудь (Мэндос был в этом абсолютно уверен) он пропитает собой весь Ад. И даже если некий гипотетический дурак вдруг захочет освободиться от этой власти - не выйдет. Все станут зависеть от него, как от дурманного зелья.Демоница была хороша, спору нет, но до восхитительного оргазма Мэндоса довели именно собственные мысли.-Ну, и как же тебя зовут? - Воспользовавшись короткой передышкой, спросил принц-рыцарь, неспешно пропуская сквозь пальцы длинные локоны демоницы.-Андрас, мой принц. - С глухим смешком она перекатилась на спину, чтобы Мэндос оказался сверху.Внезапный скрежет железной решетчатой двери вынудил демона обернуться, скорее заинтересованно, чем рассерженно. Желай кто подсмотреть или подкрасться незаметно, двигался бы тише.-Прощения просим. - На первый взгляд застывший у входа мужчина был им вовсе незнаком, но его сила узнавалась мгновенно, хоть демон и принял человеческий облик. - Просто это моя камера, решил отдохнуть, выпить, вот и приперся по привычке.Мэндос ощутил, как рассерженно подалась вперед и ввкрх Андрас. Хорошо, что она была еще внутри него, хватило легкого напряжения внутренних мышц, чтобы демоница стала думать о вещах более мирных.-Это была твоя камера. Теперь ты свободен и волен гулять, где захочешь.-Намек понят. - Усмехнулся Титуз, еще недавно красовавшийся на арене с кабаньим рылом и бараньими рогами. - Пойду вольно прогуляюсь в какое-нибудь другое место.Постоянно колеблющееся пламя факела осветило лицо демона чуть получше, и Мэндос с интересом подметил, что на самом деле глаза у него вовсе не маленькие и налитые кровью, а яркие и светло-голубые. Чувствовалось, что это его настоящие глаза.-Ты неправильно понял. - Сладчайше улыбнулся Мэндос и протянул Титузу руку. - Ты ровно так же волен остаться и присоединиться.Гость не стал ждать повторного приглашения. Он небрежно выкинул полный выпивки кувшин куда-то за спину и, не теряя времени зря, приступил к делу. Андрас рассердилась и расстроилась, это было очевидно.И на взгляд Мэндоса все шло абсолютно правильно.Мечты и чаяния должны быть несбыточными. Потому что только за такими мечтами можно идти вечно. "Разумеется, из этого правила есть исключения. Вернее, одно исключение - я сам."Если вымостить дорожку к собственной цели чужими несбыточными, идти наверняка будет веселее и приятнее.