Глава 36 - Нефритовая Гора

Когда новый Король-Феникс приходил к власти, Император должен был отправить специального посланника в Облачный Дворец, чтобы засвидетельствовать церемонию назначения. Этим специальным посланником обычно был наследный принц, и если в соответствующее время не было наследного принца, то Император должен был присутствовать на церемонии лично.

Причиной этого было то, что остальные принцы и короли стояли ниже Короля-Феникса в иерархии империи и, таким образом, не имели права свидетельствовать о его назначении.

Новый император только что взошел на престол и, естественно, наследный принц еще не был назначен. У Императора Тянде не было иного выбора, кроме как совершить эту поездку в Облачный дворец лично.

«Я действительно не понимаю, почему император Тайцзу дал Королю-Фениксу такой высокий ранг!» — возмутился император Тянде, прищурив глаза. Король-Феникс не только пользовался высоким статусом, но и был наделен всевозможными раздражающими привилегиями. Как мог император быть тем, кто отправится в Облачный Дворец, чтобы стать свидетелем церемонии, вместо того, чтобы новый Король-Феникс приехал в императорский дворец для назначения? Кто здесь был Императором, и кто был здесь подданным?!

«Ваше Величество, пожалуйста, успокойтесь...» — небрежно сказал Чэнь Цзыци. Внутренне он закатил глаза, если Император не хотел идти, то он просто мог не идти, правда. Однако, зная личность Дан И, он никогда не приедет в Императорский дворец и не будет просить о назначении. Не в этой жизни.

«Ты поедешь с Чжэнем», — сказал Император Тянде, тяжело вздохнув и посмотрев на Чэнь Цзыци. «У вас с Дан И были хорошие отношения с юных лет. Помоги Чжэню убедить его прислать другого Верховного Жреца».

Поскольку должность верховного жреца в настоящее время пустовала, во дворце распространялись всевозможные слухи. Сила императорской семьи во многом исходила от божественного признания Бога-Защитника. Только семья Лань знала, как вызывать священные знаки Бога-Защитника в павильоне Чжанхуа, а семья Лань подчинялась приказам только из Облачного Дворца.

Это также было главной причиной, по которой Императору непременно нужно было отправиться в Облачный Дворец в этот раз.

«Я не видел Дан И много лет и мы просто товарищи по детским играм, на самом деле. Я сомневаюсь, что наша история совместных игр сможет убедить его», — сказал Чэнь Цзыци. Он очень не хотел идти. Он только что получил свой феод и все, что он хотел сделать, это привести свою маленькую фею в феод, где он будет мирно жить своей жизнью, выращивая кур. Он не хотел ввязываться в эти политические баталии.

«Хмф. Сможешь ли ты убедить его или нет — это станет известно только после того, как ты попробуешь», — сказал император Тянде, мрачно глядя на Чэнь Цзыци.

В конце концов, этот парень был императором и то, что он дал, он мог легко забрать обратно. Это относилось и к вотчине Чэнь Цзыци. Говорится, что у людей не было выбора, кроме как склонить голову, проходя под низкими карнизами, и Чэнь Цзыци также не был тем, кто принял бы удар, если бы его можно было избежать. Он тут же принял самый покорный и смиренный вид. «Если брат Император хочет, чтобы я поехал, то я обязательно это сделаю, даже если это будет стоить мне жизни!» — заявил он.

Император Тянде удовлетворенно кивнул, а затем отпустил его взмахом руки.

Когда Чэнь Цзыци ушел, из-за ширмы вышел мужчина средних лет в сером плаще. Лицо у него было бледное, нездорового серо-белого оттенка.

«Есть ли у тебя какой-либо способ контролировать Дан И?» — спросил император Тянде у человека в сером.

Тот некоторое время молча думал. «Нет», — сказал он хриплым голосом.

«Хм», — нахмурился император Тянде. «Тогда, что насчет того, чтобы немного его побеспокоить?»

«... Это невозможно», — сказал человек в сером, покачав головой.

Император Тяндэ был ошеломлен. «Неужели Божественные Боевые Искусства Даньян настолько сильны? А что насчет Лань Цзянсюэ? Если ты не можешь контролировать Дан И, контроль Лань Цзянсюэ тоже хорош. Ты пойдешь со мной в Облачный Дворец».

Человек в сером едва заметно вздрогнул. Он опустил голову, когда говорил. «Насчет этого.... Пожалуйста, простите меня, но я не могу подчиниться этому приказу. Облачный Дворе - это проклятие для моей секты и мы не можем ступить в него даже на полшага».

Теперь, когда новый Император взошел на трон, даже принцы, не достигшие четырнадцати лет, могли быть назначены королями, просто у них не было феодов. А Му был особенно счастлив, когда он паковал свои вещи с Чан Э. Как Ван, он мог покинуть дворец, что также означало, что он мог последовать за своей матерью и гэгэ в феод Чэнь Цзыци.

«Ты что, тупой? Если ты поедешь с нами, Император может забыть дать тебе феод через три года», - сказала Чан Э, тыкая в пальцем в голову А Му.

«Мне не нужен феод. Мне нужны только мать и гэгэ», — сказал А Му, сияя, как чеширский кот.

«Тебе больше не нужен твой цзюцзю?» — поддразнил Чэнь Цзыци, подскочив и ущипнув А Му за пухлые щеки.

А Му позволил ему делать то, что он хотел. «Я все еще хочу своего цзюцзю, но... я уже забыл, как он выглядит...» — тихо прошептал мальчик. Когда он произнес вторую часть предложения, он выглядел довольно несчастным.

Чан Э отшвырнула руку Чэнь Цзыци и потянулась, чтобы ущипнуть А Му за щеку, чтобы успокоить. «Не волнуйся, даже если ты не помнишь, как выглядит твой цзюцзю, твой цзюцзю, безусловно, все равно будет помнить тебя. Если он все еще скучает по тебе, он обязательно придет тебя искать».

«Мммм!» А Му тут же просиял, услышав это.

«Император попросил меня сделать кое-что для него, поэтому я не смогу отправиться с вами обоими в поместье», — сказал Чэнь Цзыци, поднимая маленькую нефритовую лошадку, которую только что положили в багаж. Он немного поиграл с ней, а затем сунул ее в рукав. «Я уже сказал Черному Яйцу. Вы двое отправитесь с ним».

«Куда ты идешь?» — спросила Чан Э, нахмурившись. Этот император был настоящим рабовладельцем, Чэнь Цзыци даже не успел ступить на территорию своего поместья, как он приказал ему отправиться по поручению.

«В Облачный Дворец. Это, вероятно, не займет много времени».

Облачный Дворец был на юго-западе, а поместье Чэнь Цзыци было на юго-востоке. Они должны были отправиться на юг от столицы в любом направлении и он мог отправиться в Цзяньян прямо из Облачного Дворца, так что это было не так уж и неудобно.

Перед отъездом Чэнь Цзыци сопровождал Чэнь Цзымо во дворец Етин.

Семь лет назад Чэн Цзеюй была заперта здесь и с тех пор не выходила на свободу.

Женщина с распущенными, растрепанными волосами, ниспадающими на спину, сидела на ступенях пустынного двора дворца Етин, тупо глядя в пространство. Когда она услышала приближающиеся шаги, она безучастно повернулась в их сторону и несколько мгновений смотрела на них, прежде чем узнала прибывших людей. «Сяо Мо, Сяо Мо!» — воскликнула она, вставая на ноги и быстро подбегая к Чэнь Цзымо. В спешке она споткнулась и упала плашмя перед ногами Чэнь Цзымо.

«Ты наконец-то пришел ко мне. Скажи им, скажи им, что я не злюсь, скажи им, чтобы они выпустили меня!» — воскликнула Чэн Цзеюй, едва сдерживая слезы, и схватилась за край одежды Чэнь Цзымо.

«Я здесь, чтобы забрать тебя», — сказал Чэнь Цзымо. Его лицо было непроницаемым, не показывая никаких эмоций. «Город Лу теперь мой феод и я везу тебя в дом семьи Чэн». Закончив говорить, он одним быстрым движением ударил Чэн Цзеюй по затылку. Она тут же потеряла сознание.

«Ого, как далеко ты продвинулся с «Открой Небеса»?» — спросил Чэнь Цзыци, глядя на него с легкой завистью, увидев этот безупречный прием.

«Я закончил», — сказал Чэнь Цзымо. Он поднял Чэн Цзеюй одной рукой, как будто она вообще ничего не весила. Ему было всего пятнадцать, но он уже был невыразимо силен. «Я сказал, что научу тебя, но ты не захотел учиться».

«Это гунфу слишком сложно освоить. Я вообще не хочу его изучать», — сказал Чэнь Цзыци, скривив губы. По правде говоря, поскольку он немного освоил Воя Божественного Дракона, он больше не мог изучать никакие другие боевые искусства. Однажды он случайно начал использовать приемы Тяньань Ваньсян Гун, когда практиковал боевые искусства, и нэйли в его венах внезапно вышел из-под контроля. Он чуть не сошел с ума. После этого инцидента Дан И сильно отругал его и запретил даже думать о других приемах других сект боевых искусств.

Он вздохнул про себя. Хотя легенды и говорили, что Вой Божественного Дракона был очень мощным, он освоил только первый его уровень, и, вероятно, он вообще ничего не значил в мире боевых искусств.

Разговор о гунфа заставил Чэнь Цзыци подумать о Дан И. Этот парень даже не достиг третьего уровня Божественных Боевых Искусств Даньяна, когда он ушел два года назад, и он внезапно стал Мастером Облачного Дворца. В Облачном Дворце было много первоклассных мастеров боевых искусств и он задавался вопросом, сможет ли Дан И господствовать над ними всеми, поскольку его уровень боевых искусств мог быть не таким высоким, как у них.

«Сяо Ци, Сяо Ци?» — раздался голос императора Тянде у самого уха, вырвав Чэнь Цзыци из раздумий.

«Я только что задремал. Приношу свои извинения, Ваше Величество», — сказал Чэнь Цзыци, обезоруживающе улыбаясь. «Брат Император, что вы только что говорили?»

«Я говорил, что через четыре часа мы будем в Нефритовой Горе», — сказал император Тянде, глядя на пейзаж, мелькающий за окнами конного экипажа.

На Нефритовой Горе находился Облачный Дворец.

«Наконец-то! Я чувствую, как все кости в моем теле разваливаются после того, как меня трясло в этой конной повозке», — сказал Чэнь Цзыци. Он потер грудь. Возможно, это было из-за того, что он слишком долго был заперт в этой повозке, но грудь немного сдавило и она была болезненной.

«У тебя болит грудь? Выпей чаю Цзюньшань Инье, станет легче», — сказал император Тянде, кивнув подбородком в сторону чайника.

«Спасибо, Брат Император», — сказал Чэнь Цзыци, улыбаясь и наливая себе чашку чая. Когда он поднес чай к губам, его рука внезапно замерла и он вдруг подозрительно посмотрел на императора Тянде. Эти два дня император часто звал его в свою карету, чтобы поболтать и попить чаю, но чай, который он подавал, был чаем Лунцзин, а не Цзюньшань Инье.

Император Тянде не отреагировал на изменение выражения лица Чэнь Цзыци. Вместо этого он посмотрел в окно, наблюдая за пролетающим пейзажем. «Я знал с тех пор, как мы были маленькими, что ты самый умный из всех моих императорских братьев», — сказал он.

«Что в этом чае?» — спросил Чэнь Цзыци, поставив чашку. Его лицо было спокойным, когда он задал этот вопрос.

«Это не яд. На самом деле, он способен успокоить то, что у тебя в сердце, поэтому я всегда каждый год храню для тебя чайные листья Цзюньшань Инье. Не забудь отплатить за мои добрые намерения», — сказал император Тянде, слегка улыбнувшись. В этой слабой улыбке была заложена угроза. «Если ты мне не веришь, можешь попробовать нажать на точку на дюйм левее центрального меридиана».

Чэнь Цзыци нашел нужное место, затем стиснул зубы и надавил сильнее.

«Ах!» Его сердце разрывалось от боли и Чэнь Цзыци невольно свернулся калачиком и закричал. Когда он снова поднял голову, его красивое лицо покрылось холодным потом.

« Ты должен быть осторожен со всем, что дает тебе наследный принц... » Чэнь Цзыци внезапно вспомнил, что говорил ему Дан И, когда они были детьми.

Однако наследный принц всегда пил этот чай с ним в прошлом. Если чай Цзюньшань Инье не был отравлен, то что же это было?

«Пока ты будешь послушным, ты сможешь прожить до ста лет и Чжэнь даст тебе все богатство и власть, если ты захочешь», — сказал Император Тянде, надменно улыбаясь. Он не зря был на десять лет старше Чэнь Цзыци. Он знал все о том, как этот маленький парень притворялся, что он на его стороне, но в то же время вел себя очень мило со Вторым принцем.

Он не смог завоевать расположение шицзы Облачного Дворца, но теперь у него под каблуком был хороший друг Дан И Чэнь Цзыци. Все по-прежнему было под его контролем.

«Ха-ха, Брат Император, ты действительно слишком много думаешь. Ты уже Император. Если я не присягну тебе, то кому я вообще могу присягнуть?» — сказал Чэнь Цзыци, вытирая холодный пот с подбородка и дружелюбно улыбаясь, несмотря на боль.

Конный экипаж остановился у подножия Нефритовой. горы. Все вышли и посмотрели на здания высоко на горе.

Нефритовый Дворец возвышался высоко над облаками, а его склоны круто спускались вниз. Дороги, ведущей на вершину горы, не было вообще. Выше по горе крутой склон сглаживался в пологий склон и бесчисленные павильоны и здания выглядывали из-под пышной зеленой листвы. Также можно было увидеть огромный водопад, белая пенистая вода с грохотом падала с вершины горы.

«Ваше Величество лично проделало большой путь, чтобы добраться сюда. Да простит Ваше Величество этот жалкий прием», — раздался сверху холодный, ясный голос. Фигура в белоснежных одеждах грациозно спустилась, приведя с собой подчиненных, одетых в коричневую рабочую одежду. Это был Лань Цинхань.

До Облачного Дворца не было дороги и чтобы туда подняться, нужно было использовать Шаг Циклона. Двенадцать носильщиков паланкина могли поднять на гору трех человек – императора Тяньдэ, Чэнь Цзыци и церемониймейстера из Министерства обрядов, который сопровождал императора.

« Чженю следует разрешить взять с собой хотя бы несколько стражников Цзинъу», — сказал император Тянде, изо всех сил стараясь сдержать свой гнев.

«Чтобы отправить одного человека на гору, нужно четыре человека. Облачный Дворец сейчас очень занят и у нас не хватает людей. Мы смогли выделить только этих двенадцать носильщиков паланкинов. Ваше Величество, вы можете подняться первыми, а потом я попрошу их забрать вашу охрану. Это нормально?» — спокойно сказал Лань Цинхань. Его высокомерный тон указывал на то, что на самом деле он хотел сказать: «Идите, если хотите, а если нет, то можете вернуться домой. Нам все равно».

Император Тянде холодно фыркнул, затем сел на самый большой паланкин.

Чэнь Цзыци уже сидел в этом паланкине с Дан И. «Шаг Циклона» был действительно потрясающим, носильщики паланкина были похожи на птиц, летящих к облакам, и, казалось, им вообще не нужно было отталкиваться от какой-либо поверхности. Они взлетели на гору и достигли склона горы высоко на горе в кратчайшие сроки.

Мини-театр:

Цици: Бу-ху-ху, я так испугался.

Птичка Гун: Не бойся, иди сюда, иди к Лаогуну.

Тянде: Пфф, ты думаешь, если слегка его обнять, это его спасет?

Птичка Гун: Нет.

Тяндя: Тогда что ты делаешь?

Птичка Гун: Издеваюсь над собакой.

Тяндэе: (рвёт кровью).