Перекрёсток времён

 Я узнала её по улыбке, которую она прятала за ладонью. Возможно я бы спутала её с пацанёнком, но неаккуратный макияж, что был больше похож на синяки, дал знать, что это "она". Долго стояла и думала стоит ли подходить, но знала, что она лишь рада видеть меня. С первых слов она, конечно же, мне не поверила, но распознала по тем же уставшим глазам, родинке на щеке и неестественным ушам. Восторг тут же считался, и я не смогла не расплыться в улыбке, незастенчивой и зубастой, что заставляла морщинки рассыпаться.

Я пригласила её на чашечку кофе, и она, посомневавшись, согласилась, но сказала не засиживаться допоздна. Я понимала, что дома её ждала отрешённость и просиживание вечера в онлайне. Мы зашли в кофейню и, заняв первый попавшийся столик, принялись пялиться друг на друга. Мы обе были неловкими: она не могла это скрыть, а я выглядела куда увереннее на её фоне. Она постоянно поправляла красную клетчатую юбку и вертела головой чтобы убрать злосчастную чёлку с глаз, а я судорожно дёргала ногой, надеясь, что никто не заметит нервозных проявлений. Мы заказали одно и то же кофе – латте, единственное, что мы могли сказать в панике. Я добавила в список чизкейк; она помедлила, но попросила тоже. Официант скрылся за стойкой с выпечкой, от запаха которой нас обеих мутило.

Она спросила зачем подошла к ней, а я не знала что ответить. "Скучаю," – тихонько выдавила я, едва не дав слезам просочиться на глаза. Она промолчала. Конечно ей не ведомо насколько много значит для меня, она думает, что она – худшая версия себя, но я-то знаю, что спустя время эта искренняя наивность и радостный блеск потухнут. Где-то внутри себя она может это предсказать.

Я рассказала о том, что скоро она найдёт "своих" людей, только вот это не пойдёт ей на пользу. Но запрещать идти по этому пути не стала – он научит её тому, какова жизнь на вкус. Ведь этого она хотела. Но её интересовало другое, и прозвучал вопрос, который мне так ненавистен – "Я в отношениях?" Пришлось объяснять, что больше это не волнует настолько, да и пропало желание. Она выпучила глаза. Естественно. Это же её смысл жизни сейчас – глупые влюблённости, без которых она не чувствует себя полноценной. И если быть откровенной, крупица этой мысли есть и во мне, но я не признаю этого вслух. Пусть не считает меня слабачкой, которой я и являюсь сейчас. Нельзя дать ей понять, что я представляю из себя одну взрослую неудачницу. Тогда она задала мне ещё более острый вопрос – "Так я одинока или нахожусь среди людей?" Нет, мы так и не вписались никуда. Я всё такая же белая ворона, которая к тому же сама отпугивает от себя окружающих. Мне больше не нужно близких связей. Я грежу об одном – спокойствие. Чтобы не сильно расстраивать, я поспешила сказать, что она поступит в университет, но на лице не заметила заинтересованности. Она лишь пробормотала, что не ожидала дожить до этого момента. Я тоже. Только теперь я не хотела прекращать всё. Это звучало для неё как нонсенс. Она попросила закатать рукава полосатого свитшота, что я и сделала. Мои запястья чисты. Поднимать выше я не стала, иначе она поймёт какой идиоткой была. Я объяснила, что не могу быть такой безответственной, чтобы бросить всё и всех, что не могу так грубо подвести семью. Она закатила глаза. "Да неужели?" – какой она была саркастичной. "Да, я люблю мать и знаю, что она не справится," – теперь я точно презренна ею. Ей была чужда близость с семьёй, и понять сейчас попросту не сумеет.

Такая глупышка. Неловко попивает кофе и дрожащими от неожиданности руками отламывает кусочек чизкейка. Губы. Зачем она красит губы так?.. неправильно. У неё шикарные пухленькие губки, а этим новомодным корейским омбре она делает их меньше. Зачем?..

Потому что любит корейскую и японскую культуру, выдаёт неуместные фразочки, значение которых уже не вспомню. Я же произнесла на испанском, что она милая, но по выражению её лица поняла, что в этом нет смысла. Она не понимает ни слова.

"Классно," – коротко произнесла она и покрутила вилкой у своих губ. Я вспомнила про пирсинг и смущённо поблагодарила. Она не это хотела видеть, а, наверное, септум. Так по-обычному. Я-то понимала, что не остановлюсь на этом, и ей понравилась моя затея. Скорее всего её радовало, что теперь я могу лепить из себя наш общий идеал. Она не знала одно – что отныне я не гонюсь за неряшливым стилем и желаю выглядеть элегантнее. "Как вампирша?" "Да, именно так," – мои клыки блеснули в ответ. – "Ты и так практически вампир." Это было комплиментом. Она рассмеялась, снова скрывая перевёрнутую улыбку ладонью. Ну что такое? Она боится показать радость?

Мы закончили наше кофе, и я попросила счёт. Она вручила мне деньги. Я попыталась отказать, но она настаивала оплатить 50 на 50. Я же хотела угостить... Но в итоге оплатили так, как хотелось ей. Мы вышли из кофейни, и я попросила подождать, чтобы перекурить. Она одарила меня недовольным взглядом: "Ты куришь?" Это ждёт и её, как бы она ни отнекивалась сейчас. В ответ я виновато усмехнулась. Видимо она уже считает, что я сошла с ума. Она же стала вызывать такси. Было время, когда она ещё не знала что такое настоящий дискомфорт. Машина вскоре остановилась перед нами, и пришло время прощаться. Я крепко обняла её, когда проводила к двери автомобиля. Не хотелось расставаться навсегда, но дольше говорить нам было просто не положено. Оставшись одна, я бросила потухший окурок в мусорный бак и направилась к ближайшей остановке под печальную музыку, которая сейчас объединяла меня с ней.