Глава 1

At least I'm fuckin' tryingWhat the fuck have you done?(In My Eyes — Arms Reach)

Сутки назад:Лежа на диване и, как обычно, погрузившись в мысли о том, как ничтожна моя жизнь, я тянусь за бутылкой пива. Фу, мерзость! Оно, кажется, стоит со вчерашнего дня, но на другое денег всё равно нет, и трезвость меня тоже не привлекает. Обойдусь и этим. Можно, конечно, постучаться к Ричи и одолжить пару порошочков, но я не в настроении с ним разговаривать после последнего раза. Ладно... сегодня, может быть, мне повезёт с заказами. Ночью их всегда много, обязательно кто-нибудь захочет обдолбаться.

Я не выхожу на работу уже неделю, предпочитая заниматься самобичеванием, которое никогда хорошо не заканчивается. Прекратив созерцать потолок, с которого свисают куски облупившейся штукатурки, принимаю решение поднять свою задницу.

Так, где этот бесполезный кирпич?

«Есть у вас что-то общее всё-таки», — проносится в голове.

Покрутившись, пытаясь собраться с мыслями и намереваясь встать, я вместо этого падаю с дивана. Да уж... возможно, мне следует так и остаться лежать тут, пока не умру от голода. С другой стороны, это очень мучительная смерть. Можно придумать что-то более быстрое.

Взгляд скользит по квартире, насколько позволяет обзор, в поисках телефона. Хотя это вряд ли можно назвать квартирой — скорее мусоркой. Надо встать. Через пару минут поисков откапываю телефон из кучи мусора, он показывает восемь вечера. Вовремя проснулась. Плюсы работы по ночам: так устаёшь, что уже никакие кошмары не снятся, и спишь как убитая, особенно если перед этим накидаться. Жаль только, что просыпаешься.Проигнорировав пропущенные звонки и пару раз тыкнув на экран, нахожу нужный номер. Пальцы стучат по клавиатуре, набирая сообщение. В ответ прилетает многозначительное «Да».

Натягиваю первые попавшиеся джинсы, вытянутые из кучи на полу. Руки на автомате влезают в старую кожанку, цвет которой из яркого давно превратился в грязно-желтый, но я все равно не променяю её на новую. Закрыв дверь, для уверенности, дергаю пару раз за ручку и усмехаюсь этому глупому действию. Даже если бы воры влезли, скорей всего, оставили бы мне денег.

Запах в коридоре, как всегда, чудесный: смесь блевоты, мочи и канализации.

Это место стало «домом» после выпуска из приюта. Денег не хватало, у друзей просить не хотелось, а это подобие жилья сдавали за копейки таким же неудачникам, как я.

Напротив живет обычный мужик. Кажется, его жена выгнала из дома. Он проводит больше времени на полу в коридоре чем в своей квартире. Перешагнув через обдолбанное тело соседа, утопающего в собственной блевоте и не подающего признаков жизни, я останавливаюсь на пол пути. Блять, наверное, стоит проверить. Ноги сами разворачивают меня обратно, и я, недовольно вздыхая, пихаю кедом мужика в колено:

— Эй, мужик, не сдох?

— Нахуй пошла.

Значит, не сдох. В любом случае, это не мои проблемы.

За соседней дверью что-то шуршит. Ричи там, наверное, как всегда, свои зелья варит, амулеты заговаривает, наводит порчи или ещё что-нибудь в этом духе. В целом меня всё устраивало. Дёшево и сердито. И соседи неплохие. Ричи, кстати, не такой уж неудачник, но сидит тут, потому что в этом районе всем плевать, чем ты занимаешься. А даже если появится полиция или Стражи, то вряд ли им помогут. Тут их, мягко говоря, недолюбливают. Я тоже не горю желанием общаться с представителями закона. Учитывая специфику моей работы, мне лучше вообще на глаза им не попадаться.

— Ада, подожди! — раздается из-за двери.

— Чего тебе? — отзываюсь я, облокачиваясь на стену и закатывая глаза.

— Подкинуть работенки хотел, — говорит Ричи распахивая дверь и кидая мне сверток. — Ты какая-то уставшая.

Он глядит на меня жалостливым взглядом. Явно наигранным.

— Ага, от жизни.

— А могла бы, между прочим, с твоим потенциалом работать в месте получше! — причитает темноволосый маг. — Мне бы такую силу — я бы не возился с этим дерьмом.

— Для этого надо магией пользоваться, а я не хочу. — рука дергается в попытке отмахнуться от назойливого парня. — И вообще — не твоё дело. Давай, вали. Адрес скинешь.

— Ой, больно надо! — закатив глаза, Ричи хлопает дверью, и уже за ней раздается глухое: — Ты так последних друзей растеряешь.

Мой дар действительно оказался проклятием, а этот скользкий червь надоумил меня развозить по ночам доставки, которые простым курьерам не доверишь. Деньги были нужны, так что выбирать не приходилось.

На улице уже потемнело, и всё кажется ещё более серым, чем обычно. Здесь переулки освещаются тусклым светом пары старых фонарей, а до ушей долетают звуки проезжающих машин, загрязняющих и без того подпорченный заводами воздух. Дыра и есть дыра. После подвального аромата мой нос просто счастлив даже загазованному воздуху. Надо покурить. В кармане валяляется только смятая пустая пачка, которая тут же летит на землю. Я тоже особо об экологии не забочусь.

Отлично. Хотя бы мой побитый жизнью байк, как всегда, ждет за углом. Будь он более привлекательным, его бы спёрли уже давно, но такое старьё даже здесь никому не сдалось. Мне в этом районе самое место — я точно так же разваливаюсь.

Так, сначала к Тому за товаром. Да-а, я думала, что мне влетит от него когда он узнал о том, что я занимаюсь сомнительными доставками. А Том, хитро щурясь, выдал мне старый байк и предложил работать на него. Оказалось старый черт давно толкает через свой бар разную дрянь. Мне повезло: работать на друга семьи намного лучше, чем на придурка-соседа. Хотя у Ричи я всё ещё иногда беру доставки — как и сегодня.

Интересно, Нэнси на смене? Не хотелось бы попасться ей на глаза. Она обязательно выскажет мне за каждый пропущенный звонок и попытается выяснить, что со мной не так. К этому мой мозг сейчас не готов. Наверное, если бы он в принципе работал, я бы меньше нагло влезала между машин и ругалась с водителями. Все слова, которые кричат мне вслед, меня мало волнуют — я слишком погружаюсь в свои мысли. Может быть, поэтому меня так тянет влезть под колёса.

Проезжая мимо старого кинотеатра, я чувствую, как на моем лице растягивается кривая улыбка. Мы ходили туда всей семьёй. Макс всё время спорил со мной из-за выбора фильма. Мне хотелось на ужасы, ему — на мультики. В итоге мы шли, конечно, куда хотел брат, потому что он был ещё маленький, а в утешение папа покупал мне двойную порцию попкорна. Я даже не замечала, что кинотеатр закрыли. Улыбка с лица пропадает, вместо этого щиплет в носу и жжет глаза. Здание теперь выглядит пустым и заброшенным. Ага, прям как моя жизнь. Чудесное место для воспоминаний.

Как только показывается парк, я прибавляю ходу. В последний раз я накричала на Нэнси, когда она попыталась вытащить меня сюда на пикник. После этого я и перестала отвечать на звонки. Всё, что приносило радость раньше, сейчас напоминает мне о том, что в любой момент все может пойти не так. Мотаю головой головой, отгоняя мысли.Отличный вечерний депрессивный тур. Хватит уже!

Сумерки сгущаются, заставляя заливаться улицы пульсирующим светом неоновых огней. Город — яркий и дикий, кажется дышит самостоятельно. Здесь магия и технологии сливаются в странном союзе: в Центре тянутся вверх небоскрёбы с острыми, как кинжалы, пиками, разрезающими небо. Колдовство укрепляет сталь и камень, позволяя им подниматься выше, чем может обеспечить обычная инженерия. Эта часть города горит магическим светом, словно внутри зданий заперты древние заклинания.

В гетто, где я живу, под ними разрастается лабиринт ветхих домов — развалины, пережившие войну. Здесь можно наткнуться на обломки башен, как в сказках, где ведьмы прятали своих пленниц. Только сейчас никому не нужны эти "принцессы", да и "принцы" вряд ли захотят лезть на разрушающиеся башни, разве что из желания свести счёты с жизнью.

Я когда-то любила Рифгейт. В детстве обожала смотреть, как с наступлением ночи на улицы города выходят чародеи и артисты, создавая иллюзии. Сидела бы с тем же восторгом и сейчас, если бы не собственное желание превратить своё утро в пятно на мостовой. Подумаешь, один прыжок — зато никаких забот о просроченной аренде или проклятых долгах. Только кишка тонка.

                                           ***

Тут что, сегодня всем бесплатно наливают? Как иначе объяснить всю толпу на входе в бар? Даже не выходной. Да уж... Топаю к черному входу — ключики у меня имеются. Да и безопаснее это, чем светить своей рожей. Потоптавшись на заднем дворе бара, я тихо ныряю внутрь. В каморке, где хранятся товары, падаю прямо на пол и начинаю отбирать нужные свертки, сверяясь со списком, который Том прислал заранее.

Ну, что тут у нас?

Большинство этих товаров запрещены к использованию и распространению, но особо никто за этим не следит. Несмотря на то, что Люди сторонятся Существ, они всё же с удовольствием пользуются веществами и предметами, которые можем создать только мы. Чаще всего приходится развозить магическую наркоту — Эхо. Смесь вампирской слюны, пыльцы фейри и химозы. Эхо притупляет боль, усиливает приятные ощущения, вызывает галлюцинации и позволяет забыть о проблемах. Многие не слезают с него годами.

Ещё в списке числится пара амулетов, несколько приворотных и похуже зелий. Меня не особо интересует кому уходят эти заказы, хотя количество партий иногда пугает...

Сумка заметно утяжеляется, набираю Тому сообщение и выхожу так же бесшумно, как и зашла. Посмотрев на адреса, я понимаю, что придётся тащиться в Центр. Там обитает местная элита: владельцы крупных компаний, спонсоры городских проектов, корпоративные шишки, а так же те, кто крышует производство Эхо. И часто это одни и те же лица. Совет на такое положение дел глаза закрывает. Я знаю об этом только потому, что кручусь всегда где-то рядом с Томом, который нередко напрямую общается с поставщиками.

И, конечно, в Центре сидят богатые и популярные Люди, которые от скуки жрут любые психотропные вещества, но в приоритете, естественно, Эхо. Когда я узнала, сколько стоит эта дрянь, у меня челюсть отвисла. Даже если захочу — не смогу на это подсесть: денег не хватит. Моих хватает только на дешевое пиво и сигареты, которые даже не все бомжи курят. Кстати, надо бы покурить.

К часу ночи я расправляюсь с половиной работы. Амулеты заказала старая карга с хрустальным шаром. Она яростно пытается убедить меня, что я несу смерть.

«Интересно, почему?» — язвит паразит в голове.

— Я вижу! — заводится бабка и трясет своими морщинистыми руками над шаром. — Огонь убил их, но он же и очистит тебя!

— Мне не нужны твои дешевые предсказания, — говорю я с нескрытым раздражением. — Давай деньги — и до свидания.

— Ты страдаешь... Твоя жизнь наполнена отчаянием... — продолжает карга, противно посмеиваясь, не обращая внимания на мои слова. — Боль от потери застилает тебе разум, ты должна отпустить...

— Да мне похер! Деньги гони, старая.

В ответ раздается смех, как из фильмов ужасов, которые мне так нравятся. Прям аттракцион какой-то. Бабка встает, звеня ожерельями и браслетами из монеток и камушков, такие носят ведьмы-предсказательницы, напитывая их своей силой. Обычно подобные украшения делают из старого золота и магических минералов, растущих в местах разрывов. Но эти, я готова поспорить, просто бесполезная бижутерия. Кривые пальцы смыкаются на моей руке, и бабка, все еще хохоча, вкладывает в мою ладонь смятые купюры. Я морщусь, пытаюсь выдернуть руку, но не могу. Она держит мертвой хваткой. Удивительно... откуда в дряхлой старухе столько силы?

— Я вижу... — повторяет она, заглянув мне в глаза, от чего по телу катится волна отвращения. — Ты скоро умрешь.

Смеясь, она выпускает мою руку, и я, не раздумывая, бросаюсь к выходу, вырываясь из душного помещения.

После этого приходится скурить полпачки только что купленных сигарет, пытаясь избавиться от тремора и заставить сердце стучать потише. Мир явно стремится напомнить мне, где я проебалась. Кстати, от ведьмы в ней только хрустальный шар — и тот подделка. Благодаря своей проклятой крови я чувствую других ведьм, и в этой старухе, увы, магии нет. Но Люди склонны верить гаданиям, а амулеты, что она заказала, позволяют читать мысли.

К двум часам остается последний заказ — тот, что подкинул мне Ричи. Адрес находится недалеко от моего дома, поэтому я оставляю байк и иду пешком. Дверь, чем-то заляпанная, держится на честном слове. Трогать это руками я не хочу, поэтому пару раз пинаю её ногой. Через минуту высовывается блондинистая голова:

— Слушаю, лапуля?

— Заказ.

— А-а, давай!

— Деньги вперёд.

Голова показывается чуть больше. Фу, кровосос. Как же они меня пугают своими глазищами — белыми и пустыми, как у трупов. Хотя почему "как"? Пока я пытаюсь взять себя в руки, чтобы не показать, как мне противно и страшно, вампир вылезает полностью, заставляя меня ежиться от его пронизывающего взгляда:

— Я тебя где-то видел...

— Давай деньги, бери свою дрянь и я пошла, — прерываю его.

— Какая ты злюка, — он улыбается и лезет в карман джинсов. — На, держи. И ещё на чай.

Интересный экземпляр. Вампиры обычно противные и заносчивые, а этот ведет себя слишком по-человечески. Стоит, лыбится, как придурок.

И одет просто: джинсы и рубашка — конечно, пафосно расстёгнутая, но тем не менее, совсем невзрачная. Как правило, кровососы наряжаются по поводу и без, как вороны, цепляя на себя все цацки, какие только могут найти. Поняв, что откровенно пялюсь на кровососа, я выхватываю из его бледной руки купюры, сую ему свёрток и уже собираюсь убежать.

— А ты не знаешь, что внутри?

Мне кажется, или он смущен?

— Знаю.

Я действительно знаю (не поленилась проверить, какую гадость подсунул мне маг) и не отказываю себе в удовольствии ухмыльнуться.

Зелье для потенции, коим вампиры часто балуются. Сердечко-то не бьётся, кровь не поступает — и всё такое. Я гнусно хихикаю. Они не распространяются об этом, иначе никто не захочет становиться кровососом. Да и их очарование быстро бы рассеялось. Конечно, они могут обходиться и без этого зелья, но чтобы что-то заработало, нужно выпить довольно много свежей крови, а в современном мире большинство вампиров стараются не жрать Людей. Кровосос пытается открыть рот и ещё что-то сказать, но я уже ухожу подальше от его двери. Делать мне больше нечего, как болтать с упырем.

Надо выпить. Остановившись, я пересчитываю деньги — что ж, на пару бутылок хватит. Стянув капюшон и платок с лица, который служил маской, я шумно втягиваю холодный воздух. Ненавижу осень. Холодно и сыро. Хотя мне, в принципе, мало что нравится. У небольшого магазинчика — старого обшарпанного вагона поезда, который притащили сюда лет так десять назад, — трутся какие-то типы. Я достаточно работаю с наркотой, чтобы понять: они явно под чем-то. Внутри всё сжимается. Как бы их обойти? Плевать. Нажраться хочется больше. И всё же я снова натягиваю капюшон. Это не помогает. Даже амулет на таком маленьком расстоянии меня не скрывает.

— Эй, у тебя есть чё по-мелочи? — еле выговаривает один из парней.

Иди мимо.

— Да ты чё не отвечаешь? — заводится его друг.

Просто иди мимо.

— А ты куда идешь? — третий хватает меня за руку и тянет на себя.

Сука. Сами виноваты.

Развернувшись, с размаху врезаю головой последнему. Повезло, что он примерно моего роста и довольно дохлый. Парень тут же отпускает меня и зажимает нос рукой. Воспользовавшись замешательством, я вбегаю в магазин и, потирая лоб, подхожу к прилавку.

— Снова куда-то вляпалась, Эшвуд? — спрашивает пожилая владелица магазина.

— Джой, ты в курсе, что у тебя на входе наркоманы тусуются? — отвечаю я вопросом на вопрос.

— Кто бы говорил, — закатывает она глаза. — Тебе как обычно?

Я киваю и достаю из кармана смятые бумажки, кидаю их на прилавок, получив взамен долгожданные бутылки мерзкого пойла и пачку сигарет. Раз уж мне оставили чаевые, могу и разгуляться. Мы перекидываемся ещё парой слов, и я выхожу, предварительно проверив, есть ли кто на улице. Но наркоманы словно испарились, оставив после себя мусор и брызги крови на асфальте.

***

К трём часам ночи меня наконец приносит в мой подвал. Возвращаясь домой, я достаточно восполняю количество алкоголя в организме, и сейчас выгляжу не лучше, моего соседа, всё ещё лежащего на том же месте. Но это не мешает мне долбить в дверь Ричи, пока тот не открывает. Не то чтобы у нас какие-то отношения, но... иногда просто хочется забыться.

— Ну привет, — ухмыляется маг. — Так и знал, что ты объявишься...

— Меньше разговоров, — выговариваю я, упираясь лбом в холодную стену. — Пошли ко мне.

— Чем тебе у меня не нравится? — его голос становится ниже и тише, он подходит и разворачивает меня к себе.

— Предпочитаю трахаться на своей территории.

— Мне, в целом, без разницы, — шепчет он прямо над моим ухом.

Ричи хватает меня под руку и практически тащит до дивана. Одежда летит на пол, кожа горит от прикосновений, а на губах ощущается солёный привкус экстрактов, которые он таскает мне, когда дело доходит до таких развлечений. Воображение рисует совсем другие картинки, глаза не желают открываться, чтобы не нарушать хрупкое состояние покоя. Мне плевать, что происходит на самом деле. Главное — в такие моменты в голове царит пустота.

Всё заканчивается так же быстро, как и началось. Хотя я не знаю, сколько точно это длится каждый раз на самом деле. В реальность меня возвращает тяжесть чужого тела и горячее, прерывистое дыхание, от которого мерзкие мурашки пробегают по груди.

— Будешь уходить... — я тянусь к пачке на полу. — Открой окно и захлопни дверь.

— Все указания дала? — парень, ворча, слезает с меня и натягивает штаны.

— Да, можешь валить. — бросаю я, подкуривая сигарету.

— Ты такая сука, — бубнит он, собирая свои шмотки. — Могла бы хоть раз нормально отнестись ко мне, я ж тебе плохого ничего не делаю.

— Ага, окно...

Но он вылетает хлопая моей дверью, так что со стен сыпется штукатурка. И на том спасибо.

Натянув на себя первое, что подворачивается под руку, я, рискуя сломать шею, лезу открывать маленькое окно почти под потолком. Через него постоянно залетает мусор с улицы, но вонь из коридора ощущается уже и в квартире, раздражая меня больше, чем здешняя свалка. Еле дотащив своё тело до ближайшей мягкой поверхности, я засыпаю. Как и предполагалось, никаких кошмаров. Кошмар начнется, когда я проснусь.