Книга 2. Есть имя у дождя.Часть3.Зима.Глава 32. Дранные кошки

Не поддавайся грусти и живи от мгновенья до мгновенья. Не устремляй свои глаза в будущее — оно химерно. Не оборачивайся назад — прошлое кануло в лето. Настоящее — вот, что имеет значение и оно состоит из моментов, которые ты можешь предугадать и построить из них цепочку событий подвластных тебе. 

Зима

Глава 32.Драные кошки

Незаметно наступила зима. Стало рано темнеть. Задул холодный ветер и сорвал последнюю листву с деревьев. Несколько последних дней стояла довольно мерзкая погода: мелкий моросящий дождь, промозглая сырость и грязь. Не возникало никакого желания выйти на улицу. Город был сер, уныл и непригляден. В такую погоду — только дома сидеть.

Несмотря на то, что дали отопление, в комнате все же было достаточно прохладно, и Яна, укутавшись пледом и устроившись на диване, с увлечением читала братьев Стругацких, «Понедельник начинается в субботу». Книга увлекла ее своим сюжетом, полным абсурда, юмора, забавных приключений и неожиданностей. Приятное занятие прервал телефонный звонок. Она нехотя поднялась и, потягиваясь, поплелась к аппарату.

— Это Яна? — прозвучал на другом конце провода неизвестный женский голос.

— Да, — удивленно произнесла девушка. — А кто это?

— Неважно, — резко оборвала ее незнакомка. — Ты мерзкая, мелкая, недоделанная уродина.

У Яны полезли глаза на лоб.

— Кто это? — в недоумении еще раз спросила она.

Женщина продолжала, не слушая ее:

— Если ты не оставишь Робина в покое, то вся школа будет знать, что ты с ним трахаешься! Поняла, маленькая шлюха?

Это прозвучало как пощечина. Яна застыла в растерянности. Трясущейся рукой положила трубку на рычаг. Через несколько секунд телефон зазвонил снова.

— Ах ты дрянь, еще и трубку бросаешь! — истерически орала незнакомка.

— Пошла к черту! — в сердцах крикнула Яна и опять нажала на рычаг. Прижалась спиной к стене, из глаз брызнули слезы. Телефон звонил и звонил. Она сняла трубку, сбросила звонок и положила ее рядом. Короткие гудки отдавались болью в висках.

Как же мучительно обидно от вылитых на ее голову оскорблений и несправедливых нападок незнакомой женщины. Роберт не появлялся уже больше двух недель. «Что он еще натворил? — думала девушка. — А может быть, он высказался Наташке, и она мне мстит таким образом? Но голос-то не Наташкин. Что если она попросила кого-то, хотя кому это надо?..»

Яна терялась в догадках и тихо плакала. Ну как его найти? Как спросить его, что происходит? Пожалуй, надо поговорить с Голубевой.

На следующий день девушка прибежала в школу одной из первых, что обычно было ей несвойственно. Все привыкли уже, что она всегда приходит в последнюю минуту или опаздывает. С нетерпением ожидая Сашу Погодина, у которого можно было выяснить местонахождение Роберта, Яна достала задачник по тригонометрии и хотела немного позаниматься перед уроком, но все время поглядывала на дверь и никак не могла сосредоточиться. Пришлось захлопнуть учебник.

Класс потихонечку наполнялся учениками и гулом голосов. Пришла Чуча, и Яна дала ей списать домашнее задание. Потом в кабинет стремительно вошел Сташевский, бросил на нее удивленный взгляд и посмотрел на часы.

Перед самым звонком к ним заглянул Вадим и позвал Яну в коридор.

— Привет! Я тебя ждал возле ворот, сильно замерз, — улыбнулся он, потирая покрасневшие руки, пытаясь согреть их.

— Привет! Не знаю, что на меня нашло, я сегодня пришла рано.

— Что-нибудь случилось? — участливо поинтересовался парень.

— Нет-нет, просто так получилось, — соврала Яна.

Прозвенел звонок.

— Не уходи без меня сегодня, — попросил он и бросил на нее такой умоляющий взгляд, что она улыбнулась.

— Хорошо, до встречи. — И поспешила на урок.

В последний момент в класс заскочил Сашка Погодин, весь взъерошенный, на ходу снимая пальто и с опаской поглядывая на Клавдию Тимофеевну, которая уже сидела за столом, и нахмурившись, наблюдала за его возней возле вешалки. Яна шумно вздохнула и этим переключила внимание математички на себя. Урок тригонометрии тянулся мучительно долго. Разбирали возрастание и убывание тригонометрических функций. Материал был сложный, и класс затих в нервном ожидании, кого же выберут для экзекуции. Сташевского никогда не вызывали к доске, потому что он всегда все знал, а вот Яну вызывали часто. Учительница посмотрела в журнал, потом оглядела класс и вдруг, остановив взгляд на Яне, строго спросила:

— Росина, что это ты развздыхалась и замечталась? Готова отвечать?

Яна подскочила на месте от неожиданности.

— Что? Да, я могу, — она немного замешкалась, пытаясь напоследок заглянуть в учебник, но потом быстро подошла к доске, взяла мел и начала писать, объясняя:

— По тригонометрическому кругу видно, что функция синус возрастает и убывает. Аналогично рассуждая, получаем промежутки возрастания и убывания функций косинуса, тангенса и котангенса.

Сташевский медленно отвернулся от окна и перевел заинтересованный взгляд на Яну. Ей даже показалось, что он кивнул в знак согласия.

— Молодец, Росина, — похвалила ее Клавдия Тимофеевна. — Садись. Завтра у нас контрольная работа. Как вы ее напишете, такая оценка у вас будет в четверти. Понятно? — она внимательно обвела строгим взглядом из-под очков класс, и многие заерзали на месте от страха перед предстоящим испытанием.

Яна с нетерпением ждала перемены. Известие о решающей контрольной по математике никак не тронуло ее. Все мысли были о Роберте. Среди охватившего ее отчаяния все же мелькал лучик надежды: надо узнать, где его можно найти, потом встретиться с ним, поговорить и выяснить все.

Как только прозвенел звонок, Яна подошла к Саше.

— Можно тебя на минуточку? — она стеснялась, не зная, с чего начать. Ей очень неудобно было спрашивать Погодина про Роберта.

Друзья отошли в сторонку.

— Что случилось, Яся? — участливо спросил Саша, видя ее замешательство.

Девушка опустила глаза:

— Ты давно видел Робина? Он ходит на тренировки?

— А-а-а, — парень улыбнулся, дав понять, что в курсе ее дел, — ты об этом... Давненько его не видел, но, говорят, он в пятницу приходил.

— Ты не знаешь, как его можно найти? — с трудом произнесла Яна и покраснела.

— Ты знаешь, в центре возле ЦУМа открыли новый комплекс «Белая Акация», там есть кафе-бар и ресторан на втором этаже. Говорят, он был там в прошлое воскресенье, ну и возле «Снежинки» тоже его можно найти, конечно.

— Спасибо, — вяло улыбнулась Яна одним уголком губ. — И еще: ты не знаешь, он продолжает ездить по пятницам в Одессу?

— Насколько мне известно, после той злосчастной аварии пока никто не ездил, — и лицо его омрачилось.

Девушка кивнула, развернулась и пошла на свое место.

— Яна, он обычно тренируется в понедельник, среду и пятницу с пяти до семи, — крикнул Сашка вдогонку.

Сташевский оторвал взгляд от окна и, прищурившись, метнул быстрый взгляд на девушку.

День тянулся мучительно долго. Яна автоматически что-то отвечала на уроках, писала, но все мысли были только о Роберте.

Вадим встретил ее возле класса после окончания занятий.

— Что ты такая печальная? — спросил он.

— Это погода на меня так влияет... — вымученно улыбнулась девушка. — Вадим, я хочу пойти к бабушке, мне надо встретить кое-кого, поговорить.

— Я тебя провожу? — Вадим подобострастно заглядывал в глаза.

— Да, конечно.

Парень взял портфель из ее рук, и они повернули за угол школы. Сташевский посмотрел им вслед и, насупившись, быстро зашагал в сторону дома. «Она встречается с другим, а крутит мозги Полянскому! Осёл и есть осёл! Не хотелось бы быть на его месте!» — подумал Алик, как будто уговаривая самого себя.

Вадим проводил Яну, они еще поболтали во дворе, договорились, что возобновят совместные занятия, и распрощались. Девушка вздохнула и решительно вошла в подъезд, где жила Наташа Голубева. На звонок в дверь никто не вышел — очевидно, Наташа еще не успела вернуться из института.

Потоптавшись еще несколько минут у ее двери, Яна вышла на улицу. «Пообедаю, потом зайду еще раз», — подумала она. Но только она направилась к бабушкиному подъезду, как увидела, что во двор зашла Наташка. У Яны сразу же неприятно заныло под ложечкой. Она нарочито медленно повернулась, собираясь с мыслями, и пошла на встречу Голубевой. Несколько минут девушки молча смотрели друг на друга в нерешительности, не зная, с чего начать. Наташка поправила волосы, упавшие ей не лицо от порыва ветра и заговорила первой:

— Я знаю, что ты рассказала Роберту о нашем разговоре.

Яна гордо вскинула голову и посмотрела на нее с вызовом.

— Послушай, я была не права, прости! — И Голубева отвела глаза в сторону.

Яна стояла в растерянности, никак не ожидая услышать такое признание из уст соперницы, и смотрела на нее не мигая.

Собравшись с духом, Наташа все же подняла на нее свой печальный взор и, уже не отводя взгляда, продолжила говорить с трудом, вымучивая каждое слово:

— Он нехороший человек, агрессивный, грубый. Мы с тобой выросли вместе, я не хочу, чтобы ты влипла.

Эти слова поразили Яну до глубины души, но она молчала, слушала, никак не понимая, к чему клонит ее недавняя противница, и не зная, как реагировать. А Наташа вздохнула, и глаза ее наполнились слезами:

— Он меня чуть не побил. Если бы не Борис и Сева, он бы меня точно стукнул. Ох, ты бы видела его глаза... Злые, холодные как льдинки и такие жестокие... Я ужасно испугалась.

— Наташа, не понимаю... Я правда ничего не понимаю, — только и могла вымолвить Яна. — Мне звонят с угрозами, оскорбляют, говорят, чтобы я оставила Роберта в покое...

Наташка удивленно подняла брови.

— Ты думаешь, это я? Нет, ты что! — она в порыве прижала руки к груди. — Между нами больше ничего нет. Я начала встречаться с Борисом. А Роберта я боюсь.

Они помолчали.

— Яна, на него девки так и вешаются, он очень красивый, властный, и этим пользуется. Очевидно, есть еще кто-то, а может, и не одна. Будь осторожна, — совершенно искренне предостерегла ее Наташка.

Яна была в полном недоумении:

— Ты понимаешь, у нас с ним совсем другие отношения. То, что ты мне сейчас рассказываешь, — как будто это совсем не о нем, а о каком-то постороннем и незнакомом мне человеке. И кроме всего, что значит оставить его в покое? Он же сам ко мне звонит и приходит. Я даже не знаю, где он живет. Чего они хотят от меня? Если честно, не знаю, что и думать!

— И я не знаю. Мне нечего тебе больше сказать. Будь осторожна, Яна, — еще раз повторила Наташа, попрощалась, и опустив голову, зашла к себе в подъезд.

Обескураженная, сбитая с толку, Яна в полном смятении поднялась к бабушке. «Если это не Наташка, так кто? Надо с ним увидеться. Если он до конца недели не появится, пойду его искать», — решила девушка.

Роберт так и не давал о себе знать. Саша Погодин тоже не видел его на тренировках. Парень как сквозь землю провалился. Яна была в отчаянии и не знала что и думать, на душе скребли кошки. Сам сказал «люблю» — и сам бросил. Как это можно объяснить вообще?

В субботу Яна с Чучей пошли искать Роберта. На троллейбусе они доехали до «Снежинки», подежурили там полчаса. Он не появился. Зато девочки встретили знакомых и уже большой компанией решили съездить в новый кафе-бар «Белая Акация.

Найти это место было совсем несложно. От «Снежинки» пришлось проехать на троллейбусе всего одну остановку. Новый комплекс находился в самом центре города — в старом здании, примыкающем к главной улице. Несмотря на то, что часы показывали всего восемь вечера, в баре было полно народу, что, впрочем, и неудивительно, учитывая, что был выходной день. В основном здесь тусовалась молодежь постарше, но были и подростки лет шестнадцати-семнадцати.

Яна осмотрелась. Интерьер самый обычный: барная стойка, куча столиков, бильярдный стол, танцплощадка. Вся мебель абсолютно новая, но в самом углу за стойкой бара стоял старенький, видавший виды бобинный магнитофон, из которого звучал рок семидесятых. Хотя бар и не отличался особой изысканностью, он был очень уютным и сразу полюбился местной молодежи. В этот холодный декабрьский вечер там было особенно многолюдно. Совершеннолетние и не очень потягивали пиво и закусывали соленой рыбкой. Чуча с девочками направились искать свободный столик, а Яна подошла к зеркалу поправить волосы. Она была одета в ярко-синие велюровые джинсы, закатанные до середины голени и открывающие изящные сапожки на платформе, и в бирюзовый свитер, подчеркивающий ее глаза цвета моря. В руках Яна держала сумку и меховую коричневую курточку с капюшоном.

Подойдя к столику, который заняли девочки, Яна повесила на спинку стула сумку и куртку, встряхнула светло-рыжими кудрями и села, закинув ногу на ногу. На нее сразу стали обращать внимание. За стойкой бара сидели какие-то ребята. Как только Яна вошла в зал, они обернулись и с интересом начали рассматривать ее.

— Янка, во-первых, те, что за стойкой, мне что-то не нравятся, прямо уставились и ржут чего-то, — с опаской сообщила Светка, наклонившись к ее уху.

— Не смотри на них, — попросила Яна.

— Слушай, здесь все что-то кушают, — толстушка нервно заерзала на стуле, озираясь по сторонам, — надо и нам взять. А за соседним столиком какие-то девки что-то жуют, а сами с тебя глаз не сводят и тоже шепчутся. Посмотри, ты никого не знаешь?

Яна осторожно обернулась туда, куда ей указала Светка, и увидела Настену. Ей пришлось кивнуть в знак приветствия, потому что та неотрывно сверлила ее взглядом.

— Я с ней знакома, это девушка Эдика, брата Роберта, — пояснила она Чуче. — А вот кто с ней, я не знаю.

Настена сидела за столиком вместе с Дашей и еще с двумя какими-то девицами. Девушки пили пиво, курили и болтали.

— Даша, видишь, вот его малолетка. Ишь, кудри распустила, — Настена указала на Яну.

Даша, не скрывая любопытства, в наглую разглядывала свою соперницу. И чем больше она на нее смотрела, тем больше у нее портилось настроение. Перед ней сидела юная, очень красивая девушка с умными светлыми глазами, гордой осанкой и манерами леди. Она ей напомнила аристократку, а еще больше — принцессу, с виду беззащитную, но с какой-то несгибаемой внутренней силой и страстью. Даша все больше и больше теряла самообладание. «Да, такие, как эта, останавливают взглядом, — подумала она и скривившись, горько вздохнула. — Теперь понятно, почему она так нравится Роберту».

В это же самое время предмет ее воздыханий подходил к «Снежинке» и думал, как он соскучился по Яне — она для него словно глоток свежего воздуха. Рядом притормозила новенькая синяя «тройка», стекло опустилось, и какой-то парень крикнул из окна автомобиля:

— Роберт, привет! А чего ты не в «Белой Акации»?

— Привет, Миша, я думал позже подойти, — нехотя ответил Роберт.

— Сегодня там рыбка хорошая, и тосты с сыром вкусные, и еще для друзей пиво бесплатное.

— Это в честь чего такое? — Роберт удивился.

— А ты что, не знаешь, что ли? — Мишка самодовольно усмехнулся.

— Да ты че, ходишь вокруг да около? Говори прямо или проваливай! — отрезал Роберт. - И так хреново на душе, так ты еще прицепился.

— Да не кипятись ты, просто Серега отвоевал место бармена у Хромого, так он друзей угощает. И Яну твою я видел, она только что подошла, — добавил Миша.

Роберт оживился.

— Когда ты ее видел, говори! С кем? С кем она была?

— Только что видел! — он удивленно посмотрел на Роберта. — Я не заметил, с кем...

— Эй, с тобой все в порядке? — спросил второй парень, сидящий рядом с водителем. От их внимания не ускользнуло, что Робин занервничал и сжал челюсти так, что желваки заходили у него на щеках. — Хочешь, мы тебя подвезем?

Роберт сел в машину, извинившись за резкость.

— Ребята, до сих пор нахожусь в ауте после аварии. Никак в себя не приду.

— Да ладно, братан, проехали, — примирительно махнул рукой Мишка.

Как только машина подъехала к «Белой Акации», Роберт поблагодарил ребят, поспешно вышел, резко хлопнув дверью, стремительно поднялся по лестнице в бар и на пороге остановился, осматривая зал. Именно в этот момент, повинуясь какому-то шестому чувству, Яна подняла глаза и увидела его, стоящего в толпе возле входа. Ее сердце на секунду замерло, а затем часто-часто забилось. Девушка сжала подрагивающие пальцы и непроизвольно вздохнула и выдохнула, чтобы успокоиться. От ее внимания не ускользнуло, что взгляды присутствующих моментально обратились в сторону вошедшего. Такие как он, всегда привлекают к себе внимание. Парень был настолько ярким и излучал такое спокойствие, мужественность и какую-то необъяснимую внутреннюю силу, что сразу же становился центром притяжения. Но сам он к этому давно привык и уже не обращал никакого внимания, видимо, принимая как должное, что мир мгновенно начинает крутиться вокруг него.

Их глаза встретились, и Роберт одарил Яну пылким взглядом. Девушка вздрогнула, кровь прихлынула к лицу, окрасив щеки в багровый румянец.

— Ян, он здесь, — шепнула ей Чуча.

— Я вижу, — кивнула она и судорожно вздохнула.

Роберт, не отрывая от любимой горящих глаз, проталкивался сквозь толпу. Даша, Настена и девчонки, сидящие за столиком, также заметили его появление. Даша приподнялась и помахала ему рукой, но он, казалось, этого даже не заметил. Или сделал вид, что не замечает. Расстроившись, Даша села на место и с завистью смотрела, как Роберт подходит к Яне.

— Привет! — он поцеловал ее в щечку и удивленно спросил: — Что ты здесь делаешь, малыш?

— Привет! Пришла посмотреть новое место, — соврала Яна, а сама подумала: «Дурень, тебя ищу!» Глаза ее светились, а душа ликовала.

Взяв ее за руку, Роберт смотрел на нее с нежностью и любовью, не в силах отойти, словно прирос к ней.

— Я к Сереге, — с трудом оторвав от нее взгляд, проговорил он. — Поздравлю с началом работы и возьму чаю с бутербродами. Я замерз сильно. Что ты будешь, детка? Хочешь тоже чаю?

— Да, возьми мне с лимоном, пожалуйста, — попросила Яна.

— Света, а тебе? — поинтересовался Роберт.

— Мне тоже, чаю — сразу среагировала Чуча, а потом, запнувшись, добавила: — И бутерброд с колбаской, мы не успели покушать.

Роберт направился к Сереге. Ему пришлось сильно постараться, чтобы протиснуться к стойке. Яна смотрела ему в след и словила себя на мысли, что всегда нервничает в его присутствии.

— Светка, я отойду в туалет на несколько минут.

На самом деле ей просто очень хотелось еще раз посмотреться в зеркало и привести себя в порядок. Выходя из зала, она не заметила, как Даша и две ее спутницы поднялись и направились вслед за ней.

Руки подрагивали от волнения, девушка набрала в ладони воды и прополоскала рот. Подняв глаза, посмотрела в зеркало. В отражении она увидела недобрый, тяжелый взгляд Даши. Яна сразу почувствовала что-то неладное. Сразу неприятно заныло под ложечкой и она инстинктивно направилась к выходу. Но Даша преградила ей дорогу, а две девицы стали по бокам.

— Некрасиво таким маленьким девочкам шляться по барам, — с издевкой процедила Даша, и Яна узнала голос женщины, звонившей ей с угрозами по телефону. На мгновение она онемела от страха. Но, как обычно бывало в минуты волнения, не съежилась, а наоборот, выпрямила плечи и открыто встретила взгляд соперницы, чем еще больше ее разозлила.

— Что вылупилась, дура малолетняя? Вали домой, прямо сейчас, поняла? — Даша все больше и больше заводилась. — Надя, иди принеси ее вещи, — приказала она одной из девиц.

— Не тебе решать, когда мне идти домой, — с вызовом и нажимом произнесла Яна, гордо вскинув голову, хотя голос ее при этом дрогнул.

— Ошибаешься, сейчас я решаю, - уверенно прозвучало в ответ.

Сощурив глаза, Даша подступила к ней вплотную и сжала крепкими пальцами ее плечо. Яна дернулась всем телом, отпихивая ее от себя и отступая к умывальнику. Как только она уперлась спиной в раковину, сразу резко сделала шаг в сторону по направлению к выходу. Однако соперница ее опередила.

— Ты сейчас пойдешь домой, сука, чтоб через минуту духу твоего здесь не было! — зло прошипела ей Даша прямо в лицо. — И больше никогда не подойдешь к Роберту... Поняла? Он мой!

Мгновенно запаниковав, Яна неожиданно для себя толкнула Дашу и рванула к двери. Та не ожидала такого выпада и размахнулась, чтобы дать Яне пощечину. Девушка увернулась и проскользнула под ее рукой, но была схвачена за волосы. От боли Яна вскрикнула и ударила соперницу ногой.

— Держи ее, Таня, — истерично закричала Даша, ища помощи у своей подруги. — Ты посмотри, какая дрянь.

Но девица оторопела от происходящего и даже с места не сдвинулась, только стояла, молча клипая глазами. Между тем, соперницы вцепились друг другу в волосы и завизжали, как две драные кошки.

В это время Надя бойко приблизилась к столику, за которым сидела Яна, молча взяла со стула ее куртку с сумкой и собралась уходить.

— Куда это ты направилась с чужими вещами? — Чача от удивления даже привстала со своего места.

— Яна решила уйти домой, — бросила та через плечо.

— Что ты гонишь? — толстушка дернулась за Надей, пытаясь остановить ее. Но девица быстро лавируя среди людей, скрылась в толпе. Светка поняла, что происходит что-то неладное. Столик, за которым сидели девчонки, следившие за Яной, опустел, и Чуча с тревогой стала искать глазами Роберта. Она увидела, как тот разговаривает с барменом и ждет, пока ему приготовят бутерброды.

— Роберт! — что есть силы крикнула ему Светка, и с необычайным для своей комплекции проворством начала протискиваться к нему сквозь толпу. — Роберт! Что-то случилось с Яной!

В это время один из парней подошел к Сереге.

— Там в туалете девки дерутся.

А другой сказал:

— Кажется, там твою знакомую бьют.

Роберт сорвался с места. За ним побежали насмерть перепуганная Чуча и ребята, которые сидели у стойки.

Возле входа в туалет уже собрался народ и все с интересом глазели на драку. Перед взором удивленных зрителей разворачивалась следующая картина: Даша лежала на полу, извиваясь и матерясь, отбивалась от Яны, которая сидела сверху и колотила ее по лицу:

— Я тебе покомандую, дрянь! Ты меня еще не знаешь! Дрянь, дрянь! Будешь оскорблять меня? Будешь?

Роберт подскочил к ней, загреб в охапку, поднял и с трудом оттащил. Девушку била крупная дрожь, а по щекам градом катились слезы.

— Что здесь происходит? — наконец опомнился Роберт. От волнения жилка на лбу вспухла и запульсировала в такт учащенных ударов сердца. Повернув Яну к себе, он с ужасом увидел, что у той из носа течет кровь. Хотел обнять, но она оттолкнула его и начала колотить кулаками в грудь. Брови в недоумении съехались на переносице, он придержал ей руки.

— Это все из-за тебя, из-за тебя она на меня напала, и оскорбляла, и домой мне звонила с угрозами, — кричала Яна, трясясь от перевозбуждения и избытка эмоций.

Роберт опешил и ослабил хватку. Яна сразу же залепила ему пощечину.

— Разберись со своими девками! Пусть оставят меня в покое! — И, разрыдавшись громко во весь голос, всхлипывая, выбежала на улицу.

Роберта никогда и никто не бил по лицу, тем более девушка, да еще и при всех. Собралось полно народу, все наблюдали за это сценой с нескрываемым любопытством. Парень несколько секунд стоял в ступоре, держась за щеку, а потом, нахмурившись, обратился к Чуче:

Толстушка указала глазами на Надю. Роберт вырвал у той из рук Янины вещи и быстро выскочил из бара.

А Яна между тем, шла по вечерней улице, не чувствуя холода, согнув плечи, рыдая и размазывая слезы и кровь под носом. Роберт догнал ее, накинул на плечи куртку и пошел молча рядом, боясь заговорить и притронуться к ней.

— Детка, — робко начал он, — я же не знаю, что произошло, что ты на меня так набросилась? — голос его дрогнул.

Девушка перестала плакать, только всхлипывала, потом несколько раз судорожно вздохнула и посмотрела на него.

— Иди сюда, — с мольбой произнес Роберт, притягивая ее к себе. В его голосе и взгляде было столько нежности и заботы, что все остатки тревоги и страха стали куда-то улетучиваться.

«Что же он делает со мной?» — мгновенно пронеслась мысль. «Он гипнотизирует меня» — вторая мысль была менее осознанной. «Не надо поддаваться...» — третья уже была какой-то ленивой и посторонней. Яна прильнула к Роберту и несколько минут постояла в его объятиях, успокаиваясь, чувствуя себя защищенной. Потом резко отстранилась.

— Иди ты к черту! — выпалила она в сердцах и быстро, не оглядываясь, зашагала прочь.

Он опешил и в смятении застыл на месте на какое-то время, а потом стремительно кинулся догонять ее.

— Постой! Дай мне помочь тебе! — он крепко ухватил ее за плечи и развернул к себе. Их взгляды встретились.

— Ну все, приехали, — вздохнув, прошептала себе под нос Яна, снова попав в плен его глаз. — Что ты хочешь от меня?

— Я хочу, чтобы ты без меня больше не ходила ни в какие злачные места, — веско заявил Роберт.

— Да что ты говоришь? — съехидничала Яна. — Тебе не кажется, что я была сейчас с тобой? И это не помогло! Пока ты не пришел, было все спокойно, все произошло только с твоим появлением!

Роберт снял с шеи свой красный шарф и стал очень бережно и осторожно вытирать ее лицо.

— Завтра распухнет нос, надо срочно приложить лед, — специально пропуская мимо ушей ее тираду, бормотал он как бы самому себе.

— Что я скажу маме? — испугалась Яна. Она пока не чувствовала боли.

— Слава богу, Дашка тебе ничего не сломала, та еще слониха, — продолжал Роберт, радуясь, что ему удалось сменить тему.

— Да, слониха, а сказала мне: «Убирайся отсюда, он мой!», — с возмущением выпалила Яна.

— Ага, пусть помечтает, — Роберт, нахмурившись, продолжал вытирать ее.

— У тебя с ней что-то было? — вдруг Яна резко отстранилась и прищурив глаза, внимательно стала следить за его реакцией.

От неожиданности он вздрогнул и в замешательстве отвел взгляд.

— Ну что ты, детка? Как можно, — засопел он, стараясь выглядеть спокойным. Потом решил снова быстро сменить тему: — Как же ты с таким носом пойдешь в школу?

— Ты мне зубы не заговаривай! — строго и властно одернула его Яна. Он чуть не подпрыгнул на месте от ее голоса и тона, не терпящего возражений. — Отвечай! — она буравила его взглядом.

Нужно было видеть, с каким растерянным лицом Роберт стоял перед ней и не знал что ответить, с ним никто не смел так разговаривать. Девушка смотрела прямо ему в глаза. Парень почувствовал, что смущается, и разозлился.

— Это что, допрос? — он предпринял последнюю попытку отшутиться и сохранить перед ней свою пошатнувшуюся репутацию. Ему удалось совладать с собой и спрятать растерянность за безмятежной усмешкой. Но Яна распалялась все больше.

— Сначала Наташка, теперь эта Дашка, кто еще есть в твоем гареме? Кто меня еще захочет оскорбить, ударить, а может быть, даже убить?

— Детка, их может быть целый легион... Ну и что?

Яна смерила его удивленным взглядом и поняла, что он не намерен серьезно реагировать на ее слова. Роберт помог ей надеть куртку, завязал сверху свой красный шарф, как завязывают ребенку, и они медленно побрели в направлении ее дома.

— Ты пойми, Яна, кому-то может быть плохо только потому, что ты есть! Знаешь, сколько завистливых людей, особенно женщин? Они не могут смириться с тем, что кто-то может быть лучше и получает больше внимания.

Девушка притихла и внимательно слушала.

— Это нас так учили в школе, что все одинаковые, но на самом деле все разные. Рожденный ползать летать не может! И я радуюсь от того, что ты есть! А кто-то плачет от этого. Тебе в жизни предстоит настоящая борьба, и тебя ждут серьезные испытания, несравнимые с этой дракой, о которой в скором времени ты, скорее всего, будешь вспоминать с улыбкой! Тебя будут ненавидеть только за то, что многие вещи даются тебе легче, чем другим. Есть такие твари, которые этого не прощают. Ты вызываешь зависть, Яна. Ты находишься под прицелом внимательных недобрых глаз, и первый камень всегда полетит в твой огород, о тебе будут распускать гадкие сплетни, радоваться твоим неудачам... Но ты не должна отчаиваться. Ты сильная девочка. Будь выше этого и не обращай внимания. Если тебе плюют в спину, значит, ты всегда впереди. Если тебе завидуют, значит, ты чего-то стоишь в этой жизни! Ты должна гордиться этим, потому что ты — личность!

— Ты тоже... — тихо вздохнула девушка и опустила глаза.

Роберт ухмыльнулся:

— Я все это прочувствовал на своей шкуре и заплатил сполна.

К вечеру подморозило, все лунки затянуло льдом. В затылок дул леденящий ветер и ветки деревьев шелестели словно живые. Яна поежилась от холода, что не ускользнуло от внимательных глаз Роберта. Молодые люди поспешили к остановке и сразу же сели в первый попавшийся троллейбус. На нее внезапно навалилась такая дикая тяжесть после страшной нервотрепки и нелепой драки, что она просто падала от усталости, и Роберт ее еле дотащил домой.

— Не пропадай, — попросила Яна. — Ты мне нужен.

— Ты мне тоже нужна, детка. Я буду появляться, только не ходи больше по вечерам никуда без меня.

— Ага, значит, я «не ходи», а сам? — возмутилась Яна.

— Маленький, ты мне закрыла дорогу туда. Как я покажусь после твоей пощечины? — Роберт потер щеку и улыбнулся. — Иди скорей домой, чтобы мама не подумала, что это я тебя, — и он посмотрел на ее припухший нос. — Приложи лед, и до свадьбы заживет.