Глава 8. Услуга старого друга

Третогор, Редания. 1254 год.

Иметь всё время мира, пусть и не твоего, было заманчиво. Но не замечать его ход — удручающе.

Подавив тяжёлый вздох, я посмотрела в зеркало. Отражение было неизменным все эти годы. По ту сторону на меня по-прежнему смотрела девушка шестнадцати лет. Те же змеиные глаза, чёрные волосы, которые пришлось обрезать — однажды я едва не лишилась жизни из-за их длины, те же черты лица, присущие юной девушке. О прошедших годах напоминали лишь шрамы, которых за наёмническую практику на моем теле накопилось немало. И взгляд. Он совершенно не вязался с образом молодой девушки: он был тяжёлым, уставшим и в нём отчетливо читалась какая-то обречённость. А может, и нет. Может, я просто сама устала от всего этого, вот и мерещилось всякое.

Скривившись, я отвернулась от резного зеркала и поднялась с низкого пуфика. За десять лет моя жизнь очень сильно поменялась. Я успела вдоль и поперек пройти земли Северных королевств, побывать на юге, где одно государство за другим завоевывал Нильфгаард, и все это в компании ведьмака — охотника на чудовищ, который не гнушался брать деньги и за убийство людей: ему было не важно, кого рубить мечом, главное, чтобы за это платили. Я видела, как место, ставшее мне родным домом в чужом мире на долгие четыре года разрушили почти до основания. Спасти из Каэр Ааркола удалось немного: часть книг и ведьмачью лабораторию. Всё это мы спрятали в подземельях. Больше я там не бывала. Следующие два года мы с Лето потратили на то, чтобы найти Зеррита и Эгана, узнать живы ли они вообще, попутно выполняли заказы. Благо, что почти в любой деревне требовался либо ведьмак, либо убийца. Нашли братьев совершенно случайно, и провели все вместе всего один вечер. Они рассказали, что видели, как на замок напали нильфгаардцы, но ничего сделать уже не могли.

На утро мы разошлись по разным сторонам. Лето рядом со мной был тоже недолго. Вернее будет сказать, что я с ним была недолго. Мы много времени провели в Редании. Ведьмак что-то задумал, но меня в планы посвящать не спешил. Я не стала настаивать, а потратила неожиданную свободу с пользой. Последнее время я ловила себя на мысли, что устала слоняться по миру. Хотелось где-то осесть хоть на пару лет. И Лето дал мне этот шанс, весьма необычным способом.

Он попросил помочь в одном деле. Работа была простой — спасти одного человека от покушения. Сначала я даже ничего не заподозрила.

— Человек очень важный, — сказал мне Лето. — Постарайся сделать так, чтобы он нанял тебя для охраны.

— Зачем?

— Так надо.

Я согласилась, посчитав, что это будет несложно. Спасти этого человека не составило труда. Он направлялся в сопровождении маленького отряда солдат из Третогора в Оксенфурт. Но их путь лежал не по главному тракту, а в обход, очевидно, вся их процессия должна была остаться незамеченной. Засада была хорошо спланирована, словно лишь для того, чтобы перебить только отряд солдат. Даже арбалетчик, стрелявший в человека, которого мне нужно было оберегать, промахнулся, словно нарочно. Когда чудом выживший незнакомец увидел, что его эскорт мертв, он сиганул в лес, спасаясь бегством, как и предполагал Лето. Дальше было дело за мной. Перерезав его преследователей, я предстала пред белы очи молодого короля Редании — Визимира, который инкогнито отправился в Оксенфурт из столицы после пережитого покушения.

Воспоминания о том, как Визимир пытался со мной сражаться до сих пор были свежи. Он считал, и не зря, что я как-то связана с покушением и что так удачно оказалась в том же месте. Я рассмеялась ему в лицо и заявила, мол, не один он хочет прибыть в Оксенфурт незамеченным. Согласно легенде, я держала путь в Оксенфуртскую Академию, чтобы предложить кое-кому несколько интересных книг. А зная, что не поощряют торговлю в стенах академии, делала это тайно. Пришлось признаться в этом и сказать, будто эти книги я... украла.

Я уже хотела уйти, оставив венценосную заносчивую особу одну в лесу. Но я не успела сделать и несколько шагов по тракту, как он меня остановил и попросил помощи. Больше, конечно, было похоже на приказ, подкрепленные угрозой меня казнить, если я в чем-то солгала. Отказывать я не стала, и спустя некоторое время монарх прибыл в город невредимым, пусть всё время и держал руку на рукоятке меча и недоверчиво косился в мою сторону.

В городе мне какой-то мальчишка передал письмо от Лето, в коем он попросил меня остаться в Редании и провернуть что-нибудь, чтобы король предложил мне место при дворе.

Читая это письмо, я чувствовала, как меня обуревает ярость. Ведьмак бросил меня, а сам сбежал. Объяснил он это тем, что не дело молодой девке носиться по болотам и канавам вместе с ним. У меня ещё есть возможность избежать всего этого. Похоже, он понял, что мне такая жизнь уже опостылела.

Оценить поступок Лето из Гулеты я смогла лишь спустя годы. Визимир действительно предложил мне место в королевской страже, а потом я стала его личным телохранителем. Я заслужила доверие короля, а моя способность читать мысли, быть незаметной и отлично владеть оружием сыграла ему хорошую службу. Способность разговаривать со змеями и приказывать им была чрезвычайно полезной, шпионы оценили её по достоинству. Спустя несколько месяцев рядом с монархом не осталось неверных ему людей. Благодаря мне, а иногда, и моими руками, он казнил всех, кто был замешан в попытке устроить переворот или был замечен в сговоре против короны. Так я стала не просто телохранителем, а тенью короля, что всегда стоит позади его трона. Меня стали называть левой рукой Визимира. Никто не знал моего настоящего имени и откуда я родом. Я отказалась от старого имени, рассудив, что Венера Слизерин, похоже, навсегда осталась в Англии. Сейчас я была известна как Адель из Дракенборга. Разумеется, никто не знал, что это имя принадлежало моей матери. Никто, кроме одного ведьмака.

Первые годы службы были тяжёлыми, покушения на мою персону не прекращались: отравить, убить, подстроить несчастный случай. Хотели очернить в глазах короля, и множеством других способов загнать в могилу. Но никому этого так и не удалось. Даже двемерит, который лишает местных чародеев магии, на меня не действовал.

Визимир подавал большие надежды. Его вполне заслуженно можно было считать одним из могущественных правителей Севера. Поговаривали, что именно я приложила к этому руку, я не спешила развеивать не такие уж и беспочвенные слухи. Всё же, если бы не я, его бы давно убили. Такая мысль была приятна. Но мою значимость умалило появление у короля личной советницы-чародейки. Он, узнав о моих способностях, почти сразу же захотел, чтобы я отправилась в Аретузу, так как Капитул Чародеев давно давил на него, требуя, чтобы он выбрал себе в советницы чародейку, как остальные монархи. И, конечно же, хотел видеть на месте подле себя надежного и проверенного человека — дипломированную чародейку меня. Я отказалась. И советницей Визимира стала Филиппа Эйльхарт. Мы сразу невзлюбили друг друга. Сложность была в том, что мне ни разу, как бы ни старалась, не удалось прочесть её мысли. Более того, она сразу поняла, что я пытаюсь залезть к ней в голову.

Визимир не желал вставать на чью-либо сторону, поэтому я не стала вмешиваться и продолжала быть лишь тенью короля. Чародейка имела слишком большое влияние на него, иногда даже диктовала ему свою волю. Пока меня это не касалось, я не вмешивалась. Не имея больше проблем с деньгами, я купила в Третогоре небольшой домик, в который часто сбегала, чтобы остаться в стороне от дворцовых интриг. Это было по части Филиппы, пусть играет в эти игры сама.

За десять лет я ничего не слышала про Лето из Гулеты, даже не пыталась ничего про него узнать, хотя это было бы довольно просто. До меня доходили лишь слухи, что ведьмакам в Нильфгаарде приходится нелегко.

Раздался стук в дверь, прерывая моё путешествие по задворкам памяти.

— Госпожа, — раздался голос моей служанки, что была со мной с первого дня, как я купила этот дом. — Прибыл гонец с письмом. Говорит, что должен отдать вам его лично.

Холодно улыбнувшись, я отправила Кару, ответив, что спущусь через несколько минут. Я догадывалась, какие известия ждут меня там, поэтому и поторопилась.

Я давно стала подозревать, что «застряла» здесь основательно. Даже законы времени не действовали на меня в этом мире. Но, когда закрывать глаза на то, что я за годы службы не постарела ни на день, стало невозможно, я вновь начала задумываться о возможных и невозможных способах вернуться в свой мир. Вариантов, как оказалось, было немного. Я узнала о Старшей крови. Эльфийские Ведуны много лет назад выявили в процессе тщательной селекции особый ген, названный Старшей Кровью, который наделяет своего носителя несоизмеримо более могущественными способностями, чем те, которыми обладают даже сами Знающие. Этот дар позволял раскрывать Ard Gaeth, гигантские и устойчивые Врата, сквозь которые могли перемещаться из одного мира в другой целые народы. Но сейчас Старшая кровь утеряна, поэтому мне оставалось либо найти навигатора и заставить его отправить меня домой, либо того, кто сможет исполнить моё желание. Были ещё, конечно, сами Знающие, но похвастаться знакомством с ними не могли даже сами эльфы, а значит, их и днём с огнём не сыщешь. Мысль о джинне возникла в голове совершенно случайно, после того, как я наткнулась на их упоминание в каких-то научных трудах нильфгаардского ученого. И теперь она не отпускала меня ни на день. Огромных усилий и денег мне стоило найти хоть какие-то крохи информации. И сейчас, если всё получится, я могу узнать приблизительное местоположение одного свободного джинна, запечатанного в сосуде.

Гонец действительно передал мне письмо одного чародея из Бан Арда. Мне пришлось хорошенько оному заплатить, чтобы он всё разузнал, и ещё больше стоило его молчание. Впрочем, дешевле было бы его убить, когда он станет ненужным. Но я не стала идти на крайности. К тому же, если всё получится, то мне ни к чему будут все деньги, заработанные за эти годы.

Письмо открывала я дрожащими руками. Слишком многое было поставлено на кон.

«Где-то в окрестностях Ринды».

Это была самая важная часть из всего письма, пропитанного лестью и пожеланиями о дальнейшем сотрудничестве.

— Нет, похоже стоило тебя всё же убить, — проворчала я, пробегаясь по строчкам ещё раз. — Уж слишком ты стал настойчив, Брас из Бан Арда.

Смяв письмо в кулаке, я сожгла его. Мне будет спокойнее, если об этом никто не прознает. Магия за последние годы успокоилась. Не без помощи Филиппы я научилась пользоваться ей куда активнее. Она научила меня восполнять Силу. Оказалось, что сила была повсюду: в воздухе, воде, огне, земле. Нужно лишь уметь брать и удерживать её. Но заклинания, которыми пользовались местные чародеи, были для меня бесполезными. Моя магия была другой, не поддающейся местным законам. Возможно, будь у меня волшебная палочка, я бы смогла применять привычные для меня заклинания. А без неё я могла использовать огненную стихию, легилименцию, руны, некромантию и магию крови. К последним двум здесь относились с пренебрежением.

— Значит, Ринда, — произнесла я тихо, размышляя отправится ли туда прямо сейчас. Визимир не обрадуется, если я покинул Третогор без его ведома. Впрочем, это не так уж и важно. Может я с ним больше никогда не увижусь.

Решено!

— Кара! — окликнула я, зная, что она всё ещё в комнате. — Вели, чтобы седлали мне Люцифера.

Никто из моих слуг не задавал лишних вопросов, а их преданность мне была достойна похвалы. Впрочем, было непонятно, преданность это или страх, но какая разница, одно другому не мешает. К моим внезапным отъездам все были привычны и знали, что на вопрос «где госпожа?» нужно давать один ответ: исчезла.

Что было не всегда далеко от истины. Способов покинуть город незамеченной я знала очень много.

Отправилась в путь с наступлением темноты. Едва я покинула город, как душа возрадовалась свежему воздуху и прохладе, которая сменила дневной зной. Двигаясь на юг, я сошла с тракта, чтобы не привлекать внимания. Заблудиться я не боялась: эти места я знала, как свои пять пальцев. А за время своей службы Визимиру, Реданию я облазила вдоль и поперек. Путь до места, которое указал в письме чародей, занимал полтора дня от Третогора, а от Ринды немного меньше: если выйти с рассветом, то можно к закату успеть.

Я не торопилась, давя на корню порыв послать коня в галоп и двигаться без отдыха. Но мне было жаль его и, если откровенно, я хотела задержаться тут чуть больше. Хоть я всеми струнами души и желала попасть домой, но мне было просто необходимо время, чтобы свыкнуться с этой мыслью. Почему-то плохого исхода я даже не предполагала. Что-то внутри просто кричало о том, что всё получится.

До Понтара я добралась к обеду. Выпустив магию, старалась почувствовать какой-либо отклик. Что-что, а чужую магию в этом мире я чувствовала очень хорошо. Вот и сейчас я рассчитывала, что смогу быстрее найти печать и сосуд с джинном. Какой-то отклик я ощущала, но очень слабый. Но за неимением других, направилась по направлению к тому месту, откуда он шёл. Я искала сосуд в реке, но магический след привел меня к какому-то кувшину, который валялся в песке.

Нахмурившись, я потянулась к нему. Остатки чужой магии заискрились на кончиках пальцев, так случалось каждый раз, стоило мне начать взаимодействия с магией других существ. Сомнений в том, что именно здесь был джинн, у меня не было. Вот только одно «но». Кувшин был пуст, а печати нигде не было, как и джинна.

— Курва, — ругнулась я, медленно осев на землю. — Черт! Черт! Черт!

Швырнув пустой и совершенно бесполезный кувшин в реку, я схватилась за голову.

— Спокойно, Венера, — произнесла я. — Нужно просто найти того, кто сломал печать и выпустил джинна. Заставить загадать оставшиеся желания, если он ещё не сделал это сам. Главное, чтобы он не сбежал.

Решив, что предаваться унынию сейчас никак нельзя, я должна отобрать джинна любой ценой. Слишком много сил ушло на его поиски.

Откинув все лишние эмоции, я сосредоточилась. Следы на берегу были свежие. Встав, я осмотрела место получше. По примятым камышами, глубоким бороздам на песке у кромки воды стало ясно, что место использовали для рыбалки. Похоже, нерадивым рыбакам повезло, как никогда: улов был хорош! Даже слишком. Остается надеяться, что кметы не додумаются выбросить печать!

— Чтоб тебя! Нельзя было пойти на рыбалку в другой день!

Они покинули это место не позднее утра. Лошадь была одна, а рыбаков двое. Скорее всего, двое мужчин. Следы крови на песке неподалеку меня напрягли: похоже, они здесь подрались. Не из-за моего ли джинна?

Впрочем, изучив следы, я усомнилась в этом. Драки, как таковой не было, а второго просто вырвало кровью. Следы копыт вели к дороге на Ринду. Не желая тратить время, я подбежала к Люциферу и, даже не притормозив, вскочила в седло.

— Давай, Люц, — произнесла я, ударив пятками по бокам сильнее, чем нужно. — Поспешим, родной. Быть может, сможем догнать их.