Глава 9. Досадная потеря

До Ринды я добралась почти перед самым рассветом, в этот раз действительно не жалея Люцифера. Остановившись на мгновение перед закрытыми воротами, я прижалась к потной шее уставшего коня. Он был взволнован и явно не испытывал благодарности за такую напряженную поездку.

— Прости меня, дружище, — прошептала я, ласково проведя по спутанной гриве и покрытой пеной морде. — Клянусь, ты сможешь сейчас отдохнуть.

Я очень сильно надеялась, что с ним ничего не случится. Спешившись, я направилась к стражникам, которых бесцеремонно разбудила. Будь это визит официальный, им бы не поздоровилось.

— Что стоишь? — спросила я, подводя коня ближе. — Открывай ворота, не видишь, мне и лошади нужен отдых?

— Не положено, — пробурчал стражник, смерив меня недовольным взглядом.

— Я заплачу, — тихо сказала я, подкинув в воздух мешочек с деньгами, который призывно звякнул, приземлившись обратно на ладонь.

Стражники переглянулись и выровнялись, перестав использовать алебарду не по назначению, то есть в качестве опоры.

— Убери, — хмуро отозвался второй. — За кого эт ты нас держишь, дамочка? А ну, пшла отсюда! Не положено, сказано, открывать ворота, если нет знака короля аль ипата, да вельможам всяким.

Скрипнув от досады зубами, я вошла в круг света, бросаемого от слабо горящего фонаря. Не хотелось мне привлекать к себе внимание, но, похоже, придётся. Главное успеть побыстрее найти джинна, а потом можно и забыть про всё, как страшный сон.

— Знак, говоришь? — прищурившись, спросила я. — А может, передумаешь ещё?

Вытянув руку, я стянула длинную, почти до локтя, перчатку, обнажая на руке небольшую татуировку — знак, по которому меня узнавали многие. Змея, разинувшая пасть, будто готовая напасть в любую секунду, обвивала корону, словно защищая. Это была идея Визимира, он решил, что будет полезно заиметь знак, который лишний раз покажет всем, кто я такая и что моя верность короне не подлежит сомнениям. Почему-то он в это свято верил, переубеждать я его не стала. При дворе меня знали в лицо многие, а вот за пределами я старалась скрываться под масками или капюшонами. Поэтому эта татуировка и была единственным знаком отличия. Все знали, что у короля есть личная тень, но мало кому было ведомо, кто она такая. А уж слухами я успела обрасти, как бездомный грязью: кто-то верил, будто я родом из Зеррикании, славившейся доблестными девами-воительницами, другие считали, что я принадлежу к эльфам Aen Elle. Были теории, что я просто ведьма. Лишь немногие, кто помнил, что я была королевской стражницей, утверждали, что я просто жертва каких-то экспериментов и мутаций, или ведьмачка. Но вот в последнее верили с трудом, считая это самой абсурдной версией из всех.

— Что ж вы сразу не сказали, госпожа, — произнёс стражник, стремительно бледнея. — Эй, открыть ворота!

Он постучал рукой, облаченной в тяжёлую латную перчатку, а с обратной стороны послышался лязг засова, а после ворота со скрипом отворились.

— Учти, визит мой должен остаться в тайне, — бросила я. — А теперь к делу. Были ли ещё за ночь желающие попасть в Ринду?

Стражники с опаской переглянулись.

— Мы, значит-с, не видели никого. Но мы-то заступили на караул от силы час назад, вы были первой. Но слышал, что пара эльфов да рыцарь какой-то был. Можете глянуть в комнате сторожевой башни. Все до рассвета там ожидают.

Кивнув, я всё же бросила стражникам несколько крон в благодарность за ответы. Наведаться в сторожевую башню всё же стоит, но я была почти уверена, что те, кто прикарманил моего джинна, успели добраться до Ринды до заката. Следы были не слишком свежими, впрочем, и их смыл некстати прошедший небольшой дождь. Отыскать за час до рассвета кого-то, кто был в состоянии позаботиться о Люце, не так уж сложно. Остановившись в одном постоялом дворе, я разбудила не слишком трезвого хозяина и велела подготовить комнату и заняться лошадью. Оставив звонкое поощрение для скорой работы, я первым делом отправилась в сторожевую башню. Стоило отыскать стражников, которые дежурили у ворот в первую половину ночи.

Один из них отсутствовал, а второй был вусмерть пьян, ровно настолько, что, даже залезь я к нему в голову, ничего бы не нашла. Второго пришлось поискать, снова обратившись к городским стражникам. Искали они его не слишком долго, но я чувствовала, как драгоценное время утекало, словно вода сквозь пальцы, оставляя лишь нехорошее предчувствие. Это злило меня, заставляя поминать дурным словом и себя за нерасторопность, и всех богов этого и моего миров.

Когда стражника нашли, я тут же набросилась на него со своими расспросами, пригрозив, что лучше бы ему напрячь память, как следует.

— А как же, — недовольно воскликнул стражник, явно не пребывавший в восторге от того, что его вырвали из тёплой постели любовницы, да ещё и едва ли не за уши привели ко мне, ничего не объясняя. — Видел я двоих. Всё так, как вы и сказали, госпожа. Один был хворой какой-то. Так и блевал кровью, видать давно, раз коня всего измазал.

— А что второй? — прищурившись, спросила я, пока не желая врываться в его черепную коробушку.

— А что второй? Седой, а не старый и зенки-то жёлтые. Ведьмак, кажись, — почесав затылок, молвил он. — А что, собственно, произошло? Мы всё сделали, как велено. Не пустили никого внутрь, вот их и увёл в комнату. Там, значит-с, такие ночные странники и пережидают ночь. Не под воротами же им сидеть, верно?

— Верно, — отмахнулась я, ощутив укол тревоги. — Седой, говоришь...

Ведьмак, значит... Никто из моих знакомых ведьмаков, оставшихся в живых, под это описание не подходил. Слышала я про одного, кличут Белым Волком. Как там его, Герард из Ривии?

— Чай, может и знает кто, куда они подались-то, — произнёс стражник, обрывая раздумья. — Было там два брата. Местные. Эрридиль и Хиреадин. Один немного врачевать умеет, такими-то травками и этими, настойками разными, подлатать может чутка. Мог и помощь им предложить.

Какая-никакая, а зацепка. Вот уж не рассчитывала, что вообще смогу найти воришек так быстро, да ещё и стражник на диво внимательный оказался.

— И где этот ваш чудо-лекарь живет?

Получив ответ, я направилась к указанному месту, не забыв поблагодарить золотишком стражника. Похоже, он от облегчения и радости, что ему так повезло, едва не рухнул, лишившись чувств. Ну, а я? Я выслушала краем уха много хвалебных слов в свою честь.

Домом Эрридиля оказалась старая, заброшенная корчма, которую кто-то решил отремонтировать. Стоило мне подойти, как услышала размеренный стук молотков, а мне навстречу вышла эльфийка, которая поглядывала на меня с недоверием.

— Что вам здесь нужно? — скромно потупившись, спросила она, продолжая опасливо коситься.

— Ищу некого Хиреадана, — ответила я. — Мне сказали, что он вызвался помочь моему знакомому, которого охватил странный недуг.

Эльфийка явно мне не доверяла, но, немного подумав, велела идти за ней. Проводив меня к более-менее восстановленной части корчмы, она представила мне искомого человека, который тоже оказался эльфом. Оседлым и прижившимся эльфом, черты лица которого выдавали в нем принадлежность к чистокровным эльфам Aen Seidhe. Не любила я иметь дел со Старшим Народом — оценить их возраст было практически невозможно.

— Приветствую, Хиреадан. Меня зовут Адель, и я ищу двоих людей, с которыми ты виделся сегодня ночью, один из них — ведьмак, а второй тяжело ранен.

— Можно сказать, что ты их нашла, — спокойно ответил он, а на его лице, в отличие от эльфийки, было более дружелюбное выражение, лишённое недоверия и подозрительности. — Но они сейчас заняты. Трубадур действительно оказался ранен, сейчас им занимается чародейка. И меньше, чем минуту назад, ведьмак поднялся к ней, она, вроде, только-только закончила.

Тревога кольнула сердце.

Ох, не к добру это. Только чародейки в этой разношерстной компании мне не хватало!

— Вот...

Договорить я не успела, и, почувствовав чужую магию, бросилась к лестнице, ведущей на второй этаж. Всюду валялись разбросанные строительные инструменты, так некстати подворачиваясь под ноги. Магия чувствовалась очень сильно, она пронизывала воздух тысячей иголочек, моя собственная тут же ощетинилась искрами на кончиках пальцев. Найти источник было нетрудно, а вот попасть сквозь хлипкую дверь поначалу показалось невозможным. Что-то блокировало меня с той стороны.

Крепко выругавшись, наплевав на все заветы этикета, не стесняясь в выражениях, я шарахнула огненным шаром по двери, в надежде разнести её в щепки.

Не тут-то было. Нет, конечно, она разлетелась в разные стороны — хоть в этом не разрушила ожидания, а вот барьер, которые наложила черноволосая чародейка, был действительно сильным.

Как учила Филиппа: магия — всюду, а брать её получалось у меня великолепно.

Вскинув руки, я принялась забирать силу у места, где было сосредоточение магии в данный момент. Вся комната была расписана разными символами, а в её центре красовалась алая пентаграмма, разумеется, такие излюбленные атрибуты чародеев, как свечи, тоже присутствовали, но, как по мне, были совершенно бесполезными. На кровати лежал тот самый трубадур, лицо которого выражало крайнюю степень блаженства. Чародейка меня даже не удостоила взглядом. Она впилась в губы седоволосому ведьмаку, а потом что-то ему зашептала. Он протянул ей латунную печать со знаком звезды и ломанного креста. Та самая печать! Я задохнулась от возмущения, и принялась истощать барьер ещё активнее.

Хватило одного взгляда, чтобы понять, что ведьмак околдован. Он упал пред черноволосой стервой на колени, а она, бросив на меня быстрый взгляд, начала что-то ему говорить.

— Прекрати это! Сейчас же, а то пожалеешь! — истерично взвизгнула чародейка, уже обращаясь ко мне.

Она пыталась укрепить барьер, но тогда потеряла бы контроль над ведьмаком. Ей пришлось наспех усилить свою защиту, ни о какой надежности о коей речи не шло, и снова заняться ведьмаком.

— Заполнил?

— Да, госпожа.

— Так иди и выполни моё поручение.

Ещё немного и я прорвусь внутрь и порежу эту сучку, покусившуюся на мой ключ к двери с заветной надписью «дом».

Ведьмак встал с колен и вытащил меч. Барьер тотчас же рухнул. Ударная волна отшвырнула его и чародейку, а меня заставила лишь покачнуться. Капюшон слетел, вскинув руку, я бросила в ведьму огненный шар, одновременно с этим доставая из ножен кинжал. Лишь чудом я сумела отразить удар ведьмака, который я даже не заметила: движения были быстрыми и смазанными, без лишней суеты. Давненько я не дралась с ведьмаком. Места для маневра было немного.

— Отдай мне джинна, тварь! — прошипела я, сумев ранить ведьмака в предплечье.

Не критично, а судя по тому, что он под чарами ещё, и бесполезно.

— Иди, я сама разберусь с ней! — прокричала черноволосая, а в следующий момент меня настигла золотая молния, хозяйка которой, похоже, рассчитывала отправить в небытие.

Ну уж нет! Такими фокусами меня не пронять. Отразив её магию, я окутала себя чёрным туманом и, оказавшись прямо перед ней, ударила по лицу наотмашь, с каким-то извращённым удовольствием отмечая, что острые металлические шипы порезали идеальную кожу на лице ведьмы.

Она ахнула и прижала руку к лицу, взирая на кровь, словно видит её впервые. Я, не тратя времени впустую, замахнулась для удара кинжалом, целясь прямо в живот, но чародейка была довольно ловкой. Вскинув руку, она послала в меня сгусток чистой магии, угодив в грудь, отчего меня оттолкнуло и опрокинуло на спину. Кинжал выпал, а ведьма открыла портал, намереваясь сбежать через него. Выхватив метательный нож, я бросила его в ведьму, особо не целясь. Я не заметила, куда он угодил, но тот факт, что он исчез вместе с ней, меня обнадеживал.

— Так-то, ведьма, — прошипела я, смотря на место, где секунду назад та стояла. — Надеюсь, ты сдохнешь в муках.

В последнем я не сомневалась. Мои метательные кинжалы были отравлены, а действие яда начнется через несколько часов. За это время приготовить противоядие невозможно, а мне хватит времени, чтобы её найти.

Поднявшись и подхватив кинжал, я поспешила к выходу, слыша внизу звуки возни и крики.

— Нет! Эррдиль, нет! Не прикасайся к нему и не пробуй задержать! С дороги, Эрридиль! Прочь с его дороги!

Эльфы крутились возле ведьмака, который был словно в трансе, что не далеко от истины.

— Где чародейка? Где у неё дом? Нора? Канава, из которой она вылезла? — я схватила эльфа за грудки и слегка встряхнула. Мне, конечно, это было сделать проблематично.

Он, посмотрев мне в глаза, опешил. Ну, конечно... У меня ведь такой завораживающий взгляд.

— Я не... Я не знаю, — промямлил он.

Поминая всех недобрым словом, я оттолкнула его и, перепрыгнув через стол и скамью, бросилась догонять ведьмака.

Он шёл, словно никого не замечая вокруг. Догнав его, я попыталась проникнуть к нему в мысли, но вот незадача — для этого нужно поймать его взгляд. Проникновенно обмениваться пылкими взглядами он, конечно же, был не настроен и, стоило ему меня заметить, тут же напал. Отбивать его удары было сложно, уж слишком силен и быстр он был, но мне через какое-то время удалось проникнуть к нему в голову.

— Я должен... Должен идти, — с трудом ворочая языком, произнёс он.

Ругнувшись, я ушла в сторону, не мешая ему идти дальше. Дьявол его побери! Он, похоже, загадал лишь одно желание, а значит, пока для меня джинн бесполезен. Пнув первый подвернувшийся камень, я вцепилась в волосы, кляня всё и всех. Надо же было проворонить этого чёртового джинна!

Меня догнал Хиреадан с мечом наперевес.

— Где Геральт? — спросил он. — Куда он делся?

— Ушёл исполнять волю этой черноволосой сучки, — рявкнула я, бросив на него хмурый взгляд.

Мгновенно эльф поменялся в лице, словно я задела самое святое, что у него есть.

— Не говори о Йеннифэр так! — гневно выпалил он, стискивая меч. — И если ты говоришь правду, то мне страшно представить, что он может совершить.

— О, надо же, у неё и имя есть! — фыркнула я. — И чем же не угодили жители Ринды ей? Косо на неё смотрели? Бабы прятали от неё всех мужиков? Или ноготь сломала, запнувшись об своё собственное высокомерие, а виноваты, конечно же, оказались все окружающие?

Конечно, я не знала, что за птица эта Йеннифэр, но опыт общения с Филиппой Эйльхарт научил не ждать от чародеек чего-то хорошего. Все они заносчивые и самоуверенные.

— Нет, она успела настроить против себя всех самых влиятельных людей города, — хмуро отозвался эльф. — И боюсь, ей было всё равно, что ведьмака могут убить, пока он будет исполнять её волю.

Вот уж что-что, а мертвый ведьмак не входил в мои планы. В сотый раз за этот день я возжелала самую мучительную смерть всех тех, из-за кого я оказалась втянута в эти «увлекательные приключения» и пошла в сторону, где исчез ведьмак с мозгами набекрень.

— Куда ты? — спросил он, догоняя меня. — Помоги мне найти Геральта!

— О, не поверишь, ушастый, именно этим я и иду заниматься, — произнесла я, возвращая кинжалы в ножны, надеясь, что мне они не понадобятся. — Он мне нужен живой, а вот пункт «невредимость» отсутствует. Главное, чтобы мог говорить, а остальное мне неважно.