41's

На следующий день брату стало значительно лучше: его сняли с ИВЛ, температура практически спала, даже вернулся аппетит. Кай очень обрадовался, увидев меня: я немного поиграла с ним в «прятки», то скрывая, то показывая лицо за больничной маской ― без нее в палату интенсивной терапии не пускали.

Мы по очереди дежурили с мамой около его кровати, развлекали песенками, книгами, приносили игрушки и контролировали, чтобы он обязательно что-нибудь поел.

Так прошел один, второй, третий день...

Как-то незаметно летело время, пока мы носились из больницы домой, затем снова в больницу. Встречались с доктором, обсуждали, как дальше восстанавливать ослабленный иммунитет брата. Если состояние продолжит улучшаться, то уже к концу недели можно будет выписывать, заверил врач.

Тэхен звонил мне несколько раз, но я не брала трубку. Смартфон все время стоял на беззвучном режиме, поэтому порой я просто наблюдала, как расползаются круги на экране от очередного входящего, а потом он отправляется в копилку неотвеченных вызовов.

Я еще злилась за тот вечер и обидные слова о маме. Но и тосковала с каждым днем все больше. Мне становилось физически тяжело от того, что его нет рядом, что я больше не слышу его голос, не чувствую его запах и тепло прикосновений.

Но, в конце концов, я не тот человек, который в себе носит обиды подолгу: нам просто нужно спокойно поговорить. Возможно, в тот вечер я действительно перегнула палку на нервах.

Я написала ему несколько сообщений с предложением встретиться, но они висели непросмотренными. Осторожно позвонила, чувствуя нарастающее волнение, но на этот раз уже парень не брал трубку.

Ключи от квартиры я оставила, туда теперь не попасть. Осталось приехать в единственное место, где тот проводит большую часть дня: в студию к Грейс.

Оставив маму приглядывать за Каем и отвлекаться на время капельниц, я поехала по знакомому адресу на площадь Смитфилд. Поднялась на нужный этаж, но наткнулась лишь на закрытую дверь в офис Грейс.

— Что за черт, – пробормотала я, дергая ручку.

Поскольку офис Грейс был единственным на этаже, здесь стояла такая странная и нервная тишина, что мне тут же стало не по себе. Я набрала Джейя ― он, к счастью, оказался в зоне доступа.

― У матери Грейс юбилей, она уехала на несколько дней, – пояснил Джейсон беззаботно. ― Вот и устроила нам небольшой перерыв перед туром. Типа, чтобы мы сил набрались.

― Не могу дозвониться до Тэхена, – сказала я. ― Ты случайно не в курсе, где он?

― А вы разве не вместе живе... – начал барабанщик, но тут же осекся, видимо, поняв — что-то случилось. Мне нравится его проницательность и тактичность в те моменты, когда это необходимо. ― Слушай, так я же не дорассказал: Грейс дала пару дней отдыха, а у нас как раз внеплановый концерт наметился. Сегодня вечером в клубе «Дистрикт». У одного мажора, владельца бутика брендовых кроссовок, вышла новая коллекция. Ну, в общем, эта вечеринка в честь презентации. Закрытая ВИП-тусовка для своих, вот нас и попросили сыграть несколько треков. Так что Ви сейчас репетирует, наверное. Ты же знаешь, он не любит форс-мажоры, а этого выступления в планах не было.

― Действительно, внезапно, – пробормотала я. ― А мне туда прийти можно будет, не знаешь?

― Конечно, можно, ты ведь своя. Адрес скину. Мы приедем к шести вечера для саундчека, и ты в это же время подъезжай.

― Постараюсь успеть, – заверила, глядя на часы в стиле хай тек на стене в коридоре.

― Дженни, а у вас... То есть у тебя все в порядке? – откашлявшись, осторожно уточнил Джейсон.

― Все хорошо. Были небольшие проблемы, но это ерунда.

***

Месяц назад Тэхен подарил мне черное платье от Валентино ― с полупрозрачным декольте, изящной вышивкой и изюминкой в виде банта. Ультракороткое спереди, с легким струящимся шлейфом позади. Строгая сексуальность. Элегантность, граничащая с дерзостью. Оно так и висело в шкафу, упакованное в дорогой плотный чехол.

Чем не наряд на ВИП-вечеринку?

Как здорово было бы позвать подруг сегодня!

Лия, Эми, Розэ ― они теперь редко писали что-то в общем чате, а лично мне и подавно. Лишь Лия, давняя фанатка «Мунов», иногда просила делиться новостями и присылать фотки с репетиций группы.

Проблема в том, что я сама иду без приглашения, и тащить с собой подружек на закрытое мероприятие довольно рискованно.

Но ведь я девушка фронтмена — нужно ли мне вообще приглашение?

Спорный вопрос.

Вечером я поговорила с мамой: хотела удостовериться, что младшему не стало хуже и все процедуры за день он стойко выдержал. Сегодня мама останется с ним в палате на ночь ― а значит, у меня есть немного времени на личные дела.

Несмотря на ВИП-статус, заведение под названием «Дистрикт» находилось не в центре и не в самых знаковых местах города, а на западной окраине в глубине дворов. Однако от обычной забегаловки его легко можно было сразу отличить ― массивный забор, куча камер, огороженная парковка, а главное - у входа несколько охранников в черных костюмах. Вид у них был довольно суровый.

К саундчеку я не успела, так что, скорее всего, концерт уже в самом разгаре.

Я приехала на такси ― водитель остановился у ворот, сказав что дальше проезда нет, только гостям. Расплатилась, и направилась к главному входу, чуть спотыкаясь на тонюсеньких каблуках ― увы, к платью от Валентино подходят только шпильки.

― Прошу прощения, – передо мной встала гора мышц. Охранник хмуро посмотрел на меня и сказал густым басом: ― Здесь закрытое мероприятие. Вы есть в списках?

― Руби Дженни, – пискнула я, теряясь перед этой человеческой махиной. ― Возможно, в списках меня нет, если только Джейсон или Тэхен вас не предупредили. Проверьте, пожалуйста.

Охранник нахмурился еще сильнее и лениво глянул в планшет.

― Нет такого имени, – резко бросил он приговор.

― Сегодня здесь выступает группа Moon Breath, я с ними. Хорошая знакомая, точнее девушка... Эээ... Невеста Ким Тэхена, – уверенно заявила, показав руку с кольцом.

От этой информации у охранника на лице не дрогнул ни один мускул. Мужчина отошел в сторону к своему «коллеге», что-то шепнул ему и покачал головой.

― Извините, сюда вход только по приглашениям. Если вас нет в списках, просим вас уйти.

Никогда в жизни не ходила по таким заведениям и тем более не чувствовала так глупо. Не прошмыгнуть же мимо этих громил ― с высокой долей вероятности меня либо схватят, либо сама запнусь о собственный шлейф и рухну прямиком в пирамиду из бокалов.

Я извинилась и набрала Джейсона.

Боже, да разве он возьмет трубку, если концерт уже идет?

На что я вообще надеюсь?

Но Джейсон ответил, более того ― тут же сказал, что решит проблему и секунд через тридцать появился у входа. Что-то тихо объяснил охранникам, и те расступились передо мной, как свита перед королевой.

― Ощущаю себя полнейшей идиоткой, – шепнула я Джейсону, пока мы шли через холл. ― Все же не стоило сюда заявляться без предупреждения.

― Да ладно, мы сами не готовились заранее. На нас местный обслуживающий персонал смотрит, как на какую-то гаражную группу. Типа, прикинь: не по статусу таким как мы тут выступать. Говорят, сюда самые топовые американские селебрити приезжали, так что музыкантов рангом пониже они уже всерьез не воспринимают.

― А вы что, уже выступили? – поинтересовалась я.

― Ага, только громко сказано: исполнили парочку хитов, и готово. Пятнадцать минут на сцене, зато обещают гонорар, который мы и за полноценный концерт не получаем. Так что, можно сказать, повезло.

Мы прошли через стеклянный холл и очутились в зале, где, казалось, все было пронизано отражениями. Повсюду металлизированные панели, стеклянный потолок, зеркальные вставки на бетонном полу. Все было погружено в обволакивающий полумрак с фиолетово-красной неоновой подсветкой.

― А где Тэхен?

― Да был тут где-то... Может, у барной стойки? Тусоваться можно хоть до утра, нас никто не ограничивает. Так что, с твоего позволения, пойду, Ирен ждет.

Что же, раз девушка Джейсона пришла, то я точно имею право тут находиться.

― Поищи его, где-то в зале должен быть. Кстати, выглядишь потрясающе, – Джейс показал два больших пальца.

Если бы позволяло освещение, то все видели бы, как запылали мои щеки.

Навесив улыбку, я стала пробираться сквозь толпы незнакомых людей. В ноздри лезли запахи всего дорогого парфюма, алкоголя, вейпов. Со всех сторон крупные логотипы брендов, между столиками мельтешат девушки в экстремально коротких платьях, с безупречными прическами и тяжелым макияжем. Кто-то скользил по мне взглядом, но не задерживал его ни на секунду. У всех в руках бокалы с коктейлями и алкоголем.

― Не желаете напитки? – официант в блестящей шелковой рубашке выставил передо мной поднос.

Я помотала головой.

― Приятного отдыха, – улыбнулся он и словно растворился в толпе.

Как вообще можно найти человека в такой темноте?

В помещении прохладно, но мне все равно было тяжело дышать. Музыка вроде и чилл-аут, но какая-то удушающая, не расслабишься толком. В конце концов, побродив по залу, я все же заметила знакомое лицо. Точнее, темно-рыжие волосы, которые на мгновение осветил прожектор со сцены.

За стеклянным столиком, полностью заставленным алкоголем, сидела Манобан в окружении каких-то длинноногих девушек.

― Ого, какие люди, – усмехнулась тайка. ― Ты здесь какими судьбами? Мы уже выступили.

Блондинка, сидящая рядом, протянула девушке трубку кальяна, и та от души затянулась.

― Не успела к началу, только сегодня узнала о вечеринке. Слушай, а ты Тэхена не видела?

— Эмм... Нет... Как только закончилось выступление, он куда-то сразу исчез, – пожала плечами Лиса.

― Понятно.

― Погоди. Попробуй сходить в противоположный конец зала, увидишь сбоку коридор, где начинаются вип-комнаты: может, он там. Я вроде мельком видела его в той стороне. А если не найдешь, значит, уехал домой. Что-то он без настроения в последнее время ходил, похоже, не настроен был веселиться.

― Хорошо... Вип-комнаты, значит, – пробормотала я.

― Мы еще вещи в них оставляли. Представляешь, тут ни одной гримерки нет! Зато туалеты огромные, как будто во дворце срешь, – икнула та и залилась хохотом.

У коридора, ведущего в вип-комнаты, дежурила своя охрана, но меня пропустили без вопросов, как только я уточнила, что иду к Ким Тэхену. Только один смуглый парень странным взглядом прошелся по моему платью и вскинул брови. Словно ожидал увидеть кого-то другого.

Всего вип-комнат четыре ― естественно, неловко было вламываться, заглядывая в каждую. Хорошо, хоть закрыты неплотно ― бегло сунула голову в первую, где курили какие-то совсем уж молодые парни, почти подростки. Во второй было закрыто, а свет выключен, в третьей расположилась еще одна незнакомая компания ― несколько девушек, парней и просто море коктейлей.

Я почувствовала затылком пристальные взгляды охранников позади себя и решила развернуться, чтобы уж совсем не вызвать подозрения.

[Рекомендую слушать GETTING STRONGER – Ziggy Sullivin]

Коснулась четвертой двери, так же неплотно закрытой, и приготовилась извиняться за причиненное неудобство. Естественно, его тут нет. Полумрак, холодный свет светодиодов на стен, море зеркал. Какая-то компания на широком диване.

Мой взгляд остановился, но с губ не успели слететь дежурные вежливые слова. Тяжелой, онемевшей рукой я раскрыла дверь на полную и замерла у порога.

Наверное, все произошло за считанные секунды, но этих мгновений хватило, чтобы увидеть Кима в окружении девушек.

Сколько их... две, три?

Он с обнаженным торсом, и возможно, в этом полумраке можно было бы его спутать с другим, вот только я знала все татуировки наизусть, силуэт угадала бы из тысяч мужских тел. Верхом на нем извивалась голая девушка, пока он сам, вальяжно раскинувшись на черном диване, одной рукой мял ее грудь. Улыбался, отпивая что-то из низкого бокала. Две другие крутились рядом, целуя его шею, облизывая лицо, гладя по волосам...

Как я когда-то.

Да и одеты они были почти как я сейчас ― в откровенных нарядах, в чулках, на тонких шпильках.

Он повернул голову, чтобы шепнуть что-то на ухо особенно грудастой девице в черном боди, но тут перевел взгляд и заметил меня.

Я сделала шаг назад, прикрыла дверь и пошла, наверное, вперед, вглубь зала. Меня словно било током: беспрерывно, пронзая каждый нейрон в теле. В глазах застыли слезы, но я даже до конца не понимала, когда следует плакать.

Ведь это происходит не со мной, так ведь?

Нет!

Такие истории случаются в плохом кино, а не в моей размеренной и счастливой жизни, где меня любит самый красивый и заботливый парень с безграничной страстью в глазах.

— Дженни, стой, пожалуйста!

Его голос прозвучал где-то в отдалении. Я уже была в зале, когда увидела его, выбегающего из вип-коридора в наспех накинутой рубашке. Растрепанного, с размазанной по щекам красной помадой.

Господи, как банально.

― Постой, пожалуйста, Джен!

В эту секунду я очнулась, поняла. что не выдержу объяснений и буквально толкнула людей впереди себя. Кто-то ругнулся, кто-то крикнул мне вслед «куда прешь», ― мне было все равно.

Лишь бы сбежать отсюда, лишь бы он меня не догнал.

Мне срочно нужно на свежий воздух, на свободу!

Он звал меня, но я уже выбежала в холл ― длинный и широченный, похожий на стеклянный переход крутого бизнес-центра. Здесь тоже везде были зеркала, поэтому коридор напоминал зеркальный лабиринт, где десятки отражений преследуют тебя и неотвратимо настигают.

— Подожди, я умоляю!

Он шел ко мне, протянув руки. Его как будто трясло, лицо побледнело, в глазах ― ужас, смешанный с возбуждением.

― Не подходи, – помотала головой я.

― Ты... Ты все не так поняла... Там ничего не было! Я просто... Расслаблялся, – он поморщился, с трудом выдавливая слова. Смотрел мне в глаза, но словно не мог сфокусировать взгляд.

Что же, его зрачки расширены. Он даже не пьяный. Он под чем-то.

― Ты хорошо расслабился, это я вижу. Здесь не надо больше ничего говорить, все и без слов понятно.

― Нет, Дженни, пожалуйста, – он похлопал себя по щекам и взъерошил волосы. ― Я все тебе объясню, просто нам обоим нужно успокоиться, понятно? Я сам до конца не понимаю, где нахожусь, и что со мной происходит. Наверное, перебрал или типа того...

― Типа того, – повторила. ― Проверь карманы: наверное, там найдется ответ на вопрос, что ты принял.

Он подошел ближе и попытался меня обнять, но я отшатнулась и закричала:

― Не трогай меня! Не прикасайся!

Черт подери, он ведь пять минут назад этими же руками лапал грудь какой-то шлюхи.

― Хорошо, хорошо, – пробормотал, — я тебя не трогаю. Давай мы вызовем такси и поедем домой, прямо сейчас. Поедем ко мне? Черт, Дженни! Я не мог до тебя дозвониться эти дни. Я был сам не свой, да поверь мне! Этот концерт свалился на меня так внезапно, – он схватился за голову и застонал.

Слезы сдавили мое горло, мир вокруг сжимался и превращал меня в маленькую фигурку в стеклянном шаре. Мне стало очень душно.

― Иди ты к черту, Ким... – прохрипела я из последних сил, и побежала к выходу.

Но Тэхен не отставал, хоть и все еще теряя равновесие, догнал меня у двери и успел схватить за руку. Я оттолкнула его, но безуспешно: просто попала кулаком в грудь.

— Пусти меня, быстро! Я не хочу тебя видеть, я вообще не хочу всего этого! Что ты сделал со мной? Что ты сделал с моей жизнью?

― Дженни... – он закрыл глаза, не зная, что сказать ― да и слов подходящих для этой ситуации не было.

— Это же не я, понимаешь? Это всё не моё: это платье, эти туфли, эти вечеринки, – кричала, сотрясаясь от рыданий. — И жизнь эта не моя...

Перед глазами потемнело, сердце забилось так сильно, что буквально готово было прорваться сквозь кожу. К горлу подступила тошнота.

Воспользовавшись его оторопью, я резко толкнула дверь и вышла на крыльцо, чуть не влетев в одного из охранников.

Но идти дальше вперед уже не смогла. Мне стало страшно, в голове билась одна мысль о том, что я сейчас упаду и просто умру. Я опустилась на каменную плитку и затряслась в приступе страха.

― Что с вами? – послышался позади мужской голос; охранник неуверенно брел ко мне.

— Отвали от нее, – я услышала голос Кима сквозь плотную ватную пелену, сдавившую голову.

― Может, ей скорую вызывать?

— Не трогайте ее, понятно! Джен, родная, все будет хорошо.

Коридор.

Отец.

Мне снова десять лет, и я иду в его мастерскую. Я знаю, что там увижу и знаю, что остаток ночи просижу под столом, крича от бессилия.

И сейчас тот, кто однажды вылечил меня от панической атаки, сам стал ее причиной.

― Не. Трогай. Меня. – выдавила я и крикнула в пустоту: — Скажите, чтобы он не подходил!

Плохо помню, что было дальше. Даже если Тэхен и находился где-то рядом, я делала все, чтобы не встречаться с ним взглядом. Помню, как возле порога появился Джейсон. Как они чем-то препирались, чуть не подравшись, как Джей вызвал такси, хотя и настаивал на скорой. Но я знала, что врачи мне не нужны. Что приступ закончится. Знала, что мне просто нужно успокоиться и начать ровно дышать.

Теперь только осталось вспомнить, как это: ровно дышать.