38's

— В целом, проблема решена. Можешь не волноваться по поводу дома, долг погашен.

Старший Ким небрежно и буднично произнес слова на другом конце провода, но я вместо радости испытала еще больший стресс.

― То есть как? Но эти люди… Они казались очень опасными.

― Вот именно, что казались, – усмехнулся Намджун. ― Нет, ну, конечно, их босс отправил самых грозных, чтобы создать нужное впечатление, они ведь должны были внушить страх. В общем, им это даже удалось. На самом деле эти люди – мелкая сошка, вроде твоего Дерека. Решили разыграть простую, но рабочую схему: вогнать в долги и заставить твою мать заложить дом. Тут же и Дерек объявился: бедный и несчастный. В конце концов, если бы их план удалось воплотить в жизнь, ваш дом действительно бы ушел в чужие руки. Но знаешь, что я думаю? Дерек был в курсе этой аферы.

― Хочешь сказать, он тоже в деле?

― Похоже на то. Возможно, они бы просто продали дом с молотка, а потом поделили деньги. В любом случае, сейчас этого не узнать: между ними произошел какой-то конфликт, и Дерека хотели кинуть. Но самое главное, что жилье удалось вернуть. С небольшими условиями, но удалось.

― Что за условия? – напряглась я.

― Это не твоя забота. Скорее, мой профиль, – хмыкнул тот. ― Передай брату, что свои обещания я всегда выполняю, и этот раз не исключение. И еще, что его угрозы мне совершенно безразличны.

― Может, лучше поговоришь с ним сам? – я перевела взгляд на парня, лежащего в шезлонге возле бассейна. Он дремал, накинув на лицо соломенную шляпу.

― О, не горю желанием лишний раз общаться, – вздохнул Намджун. ― Ну, что ты-то рада?

― Боже, спасибо, Джун… Правда, я не знаю, как тебя благодарить, – выдохнула. ― После твоего звонка словно камень с плеч свалился. Нам ведь было страшно возвращаться домой.

― Рад был помочь, – сухо ответил он. ― Хочешь, дам совет? Не впускайте в свою жизнь кого попало, в особенности, таких как Дерек и его кореша. У них одна цель: нажиться мошенническим способом, раздеть до нитки. Он понимал, что с матери нечего взять, кроме как жилье: она в долгах, в кредитах, на руках больной сын.

― Надеюсь, этого урода больше никогда не будет в нашей жизни, – сдавленно сказала я, чувствуя, как к глазам подступают слезы. ― Сделаю все, чтобы он не приближался к маме

― Считай, отчасти я тебе в этом помог, – загадочно произнес мужчина и отключился.

В доме царила все та же ленивая атмосфера нескончаемого уикенда: Юнги, окруженный девушками, развалился с коктейлями у бассейна, Джейс с Лисой расположились в гостиной и наигрывали какую-то новую мелодию. Я попыталась разбудить Тэхена, но на мои толчки он только недовольно поморщился.

― Тэ! Тэхен, – шепнула я, потряхивая его за плечо. — Нам пора ехать домой, это важно! Звонил Намджун и сказал, что все уладил…

― Ну, и прекрасно, – сонно пробормотал он. — Давай отдохнем три-четыре часика, а потом поедем? В одиннадцать начнется концерт, все равно всем в город надо.

― Нет-нет, мне нужно вернуться как можно скорее. Удостовериться, что с мамой и Каем все в порядке. Я эти дни места не могла найти, постоянно думала о том, что будет. Мне нужно в город, срочно, Тэхен! Тэхен?

Я снова потрясла его за плечи, но он лишь отмахнулся, скрестил руки и улегся в шезлонге на бок. Посмотрела на циферблат ― ждать еще несколько часов точно не стану. Немного побродила по дому, как призрачная тень ― меня никто не замечал, все были заняты своими делами. А затем мысленно плюнула на все и вызвала такси. Пять минут ожидания машины эконом-класса, и в скором времени буду дома.

***

Подъезжая к родным воротам, я с опаской смотрела на входную дверь и окна. Все как обычно ― никаких посторонних людей, окна, неплотно задернутые шторами, следов взлома нет.

Ступая вперед, как по минному полю, прошла в гостиную и, к своему, удивлению. тут же обнаружила маму на диване с книгой.

― Какие люди, – равнодушно проговорила она, мельком посмотрев на меня. ― Кай спит у себя, с ним все в порядке... Тебя же только ЭТО интересует в первую очередь.

― Привет, конечно, он ведь мой брат, – пробормотала я, оглядываясь по сторонам. ― Вы давно приехали? Все в порядке?

― А что было не в порядке? – огрызнулась мама, отложив книгу в сторону. — Ситуация изначально была под контролем. Пока ты не вмешалась.

― Ты о чем?

Ее холодность, отрывистая манера речи, злой взгляд ― еще чуть-чуть, и я думаю, что в нее вселился дух другого человека.

― Дерек, обещал, что во всем разберется, так? Так! Тогда какого черта ты влезла в его дела, да еще втянула своего парня и его знакомых?

― Хм, мы… Просто хотели помочь, – растерянно сказала. ― Намджун, брат Тэхена, юрист, к тому же у него много полезных связей. Его знакомые согласились решить проблему с залогом. А что, собственно, не так?

Та обхватила лицо руками и стала медленно раскачиваться из стороны в сторону.

― Зачем, зачем ты это сделала? Кто тебя просил вмешиваться? Понимаешь, что ты натворила?

― Да что случилось-то? Разве дом не вернули, долг не погашен?

― Причем тут это! Дерека арестовали, понимаешь? Мы не успели вернуться домой, как сюда заявилась полиция с ордером. Они поджидали нас. Дерек давно был в розыске, у них куча обвинений, от мошенничества до разбойных нападений. Наговорили всякого бреда и просто заковали в наручники! Все произошло так быстро, что я успела лишь Кая в комнату увести, чтобы он истерику при людях не начал. А через пару минут полицейская машина уже уехала. И это ты, ты навела на нас копов. Господи, что теперь будет?!

― Ничего не будет, – уверенно ответила я. ― Дереку туда и дорога. Намджун выяснил, что тот сам был замешан в истории с долгом: это он через своих подельников вынудил тебя взять кредит, а потом оставить в залог единственное жилье. Они бы просто продали дом, поделили между собой деньги и испарились. Если бы я не вмешалась….

― Да иди ты к черту! – взвизгнула мама и запустила в меня книгой.

Я отскочила, и твердый переплет «Рецептов выходного дня» пролетел в сантиметре от моего плеча.

― Мам, понимаю, что трудно принять правду. Признать, что твой сожитель хотел снова тебя обмануть и обокрасть. Но мы-то это предотвратили.

― Ты ведь не любила его с первого дня, – со злостью и слезами в голосе отчеканила мама. ― Постоянно шипела на него, выдумывала всякие небылицы, настраивала меня против… А теперь, как только нашла богатенького парня, подстроила все так, чтобы Дерека забрали в полицию. Хорошо тебе, ликуешь? Добилась своего? А ты не подумала о матери, которая остается в одиночестве? Которую лишила близкого, любимого человека?

Не знаю, что за неведомая сила помогла мне не упасть на пол от неожиданных претензий. Я подозревала, что маме будет сложно принять факт, что Дерек в очередной раз оказался сволочью.

Но чтобы вот так, ополчиться против дочери?

― Возможно, не стоило вмешиваться, нужно было дать Дереку обогатиться, а тебе потерять дом. Только это слишком высокая цена за те розовые очки, которые ты постоянно носишь. Дом этот наш, строил и обустраивал его папа, а он просто бесполезный паразит, который в очередной раз хотел нажиться на нас. Хоть тебе пока сложно смириться с этим фактом... Что же, будь по-твоему, злись на меня.

― А я на тебя не просто злюсь. Порой мне кажется, что я тебя ненавижу, – продолжила та выплескивать свой гнев. ― Ты словно противишься моему счастью, не хочешь видеть меня радостной. Хочешь только того, чтобы я круглосуточно сидела с братом, не вылезала из дома и желательно не мешала тебе строить личную жизнь.

Я чуть не задохнулась от возмущения.

Она решила проецировать на меня все свои потаенные мысли и комплексы?

― Я уделяю Каю не меньше времени, чем ты. И заметь, это не я просадила черт знает куда деньги, отложенные на его терапию. Признай, что ты все это время витала в облаках и надеялась на Дерека, который думал только о деньгах.

― Замолчи... Не хочу тебя видеть.

Вот и благодарность за все хорошее, от человека, который даже не осознал, в какое болото влипла и в какую денежную пропасть едва завел всю семью. Я всегда предпочитала отмалчиваться, а последнее слово в наших ссорах чаще всего осталось за мамой. Но на этот раз не смогла сдержаться и выпалила все, что думаю: о ней, о Дереке, о той странной жизни, которой мы все живем. А самое главное ― сказала ей то, что вертелось в моей голове много лет.

― Наверняка это папа из-за тебя покончил с собой, ты просто надоела ему своими истериками, эгоизмом и недовольством всем и вся! Или ты еще при жизни с папой с Дереком познакомилась? Он все узнал, верно? Это из-за тебя его не стало! Из-за тебя!

Точка невозврата пройдена, пути назад нет.

После моей обвинительной тирады мама похлопала глазами, а потом быстрым шагом ушла в ванную. Последнее слово впервые осталось за мной, только чувства превосходства не появилось.

Обида жгла кожу больнее каленой стали, слезы пропитывали лицо и шею. Мы и раньше часто ссорились, но чтобы так...

И что делать?

Уйти из дома, как девочка-подросток?

А Кай?

Доверие к ней  упало и покатилось куда-то под плинтус, и я не могу оставить брата одного.

Пока я лежала на кровати и безучастно смотрела в потолок, ко мне пришло простое осознание: сколько бы ты не пытался угодить окружающим, думать, как будет лучше другому человеку, поступать правильно, ― ты никогда не получишь благодарности. Более того, ты всегда будешь в чем-то виновата. И сколько бы мама язвительно не намекала на то, что я не люблю брата и жалею о его рождении, это лишь ее защитный щит, под которым она прятала те же самые мысли. Это ее он тяготит, это она с ним не хочет проводить время. И, возможно, по-настоящему жалеет, что родила.

Но она никогда в этом не признается: она же мать, настоящая мученица. А неправильная в нашей семье ― это я.

Тогда, может, стоит соответствовать, и к черту всю эту правильность?

Я выложила на столик всю косметику, что у меня была, и принялась наводить марафет. Плотный тональник, хайлайтер, бронзер. Подчеркнула карандашом изгибы бровей, нарисовала длинные стрелки на глазах. Я практически никогда не делала столь тяжелый макияж.

Но почему бы не изменить этому правилу?

Зачем вообще соблюдать правила, если твои намерения все равно никто не оценит?

Накрасила губы тоном бордо и удовлетворенно посмотрела на результат. Теперь платье: без сомнения, «Том Форд», подарок моего парня. Не пожалела украшений и парфюма, надела туфли на шпильке и еще раз окинула себя взглядом с ног до головы. Надо признать: увидев меня, Лия бы упала в обморок от шока.

Сегодня концерт «Moon Breath» проходил в клубе «Блэк Тай», на непривычно маленькой для группы сцене. Изначально я не собиралась там быть ― а уж если быть совсем честной, предстоящее выступление на фоне недавних событий совершенно вылетело из моей головы

***

Когда я пришла, зал был уже почти набит битком, на танцполе не протолкнуться. Меня впустили сразу, как только я назвала свое имя. Правда, гримерки нашла с трудом: они находились на цокольном этаже, куда вела узкая витая лестница. Потолки оказались совершенно низкими ― эти помещения скорее подошли бы для бабушкиных погребов.

Уверенным шагом прошла к заветной двери с табличкой-названием группы. Все складывалось как нельзя лучше: в небольшой комнатке был только Тэхен ― он с задумчивым видом укладывал гелем волосы перед напольным зеркалом с подсветкой.

― Ты… Здесь? Ого! Кхм, не знал, что ты придешь, ты же вроде не собиралась…

― А ты не рад меня видеть? – подмигнула я.

― Что ты, рад конечно, и… Ты выглядишь просто потрясающе. Аж дух захватило.

Он приблизился и провел по волосам, осторожно рассматривая меня, словно хотел убедиться, что я настоящая, а не призрак.

― А где все остальные?

― Скорее всего, уже направились к сцене. У нас выход через пару минут, – будто оправдываясь, ответил он.

― Тогда тебе придется немного задержаться, – безапелляционно заявила я и повернула ключ в замочной скважине.

Он молниеносно поймал мой настрой и, хитро улыбнувшись, начал стягивать куртку. Я его остановила: все сделаю сама. Хватило нескольких секунд, чтобы справиться и с ней, и ширинкой на его брюках.

Мы жадно целовались, как никогда до этого. Мое сердце билось быстрее, чем когда-либо, его дыхание стало глубоким и неровным, будто каждая секунда приближала к чему-то неизбежному.

Сливаясь телами, ловя губы друг друга, на ходу снимая одежду, мы, наконец, оперлись на гримерный столик. Одним махом снесли все расчески, баночки и помады, которые с грохотом попадали на пол. Я обвила ногами его бедра, притягивая сильнее к себе и понимая, что никуда не отпущу.

Сейчас мне плевать на концерт, на маму, на чертовы проблемы. Мне хочется любить и быть любимой, чувствовать, что я живу, чувствовать, что я не функция, а человек, которого любят и хотят.

Я даже не собиралась сдерживать крики, когда он, не отрываясь от моих губ, раз за разом входил в меня. Напротив, лишь сильнее впилась ногтями в его крепкую, напряженную спину, уж точно оставив несколько длинные тонкие царапан.

Кто-то дернул дверную ручку снаружи и постучал в дверь, потом еще и еще, все настойчивее. Мы, не останавливаясь, лишь перекинулись взглядами, полными вожделения и предвкушения близости пика.

После всего, парень наспех оделся и пригладил волосы, взлохмаченные, несмотря на остатки геля. Я схватила кисточку для пудры и легонько провела по его вспотевшему лицу.

― Так-то лучше, верно?

Он кивнул, растянув губы в своей обворожительной улыбке, за которую можно было бы отдать все на свете.

Мы ни о чем не говорили, только хитро улыбались, словно школьники, сбежавшие с уроков из-под надзора строгих учителей. Открыв, наконец, гримерку, я тут же наткнулась на тайку, которая стояла как вкопанная у двери и наверняка почти все слышала. Но мне впервые за долгое время стало все равно, что она подумает, осудит или нет.

И какая разница, что Ви задерживается?

Звезды всегда выходят на сцену намного позже заявленного времени.