37's

Когда мы ехали на встречу к Намджуну, я думала, что она будет проходить где-то в роскошном офисе банка, где тот работал финансовым директором. Все оказалось иначе: поздно вечером, после репетиций и долгих переговоров Тэхена с братом по телефону, мы спешили в какой-то бильярдный клуб на краю Дублина.

— Ты уверен, что мы правильно едем? – то и дело переспрашивала я, посматривая на дисплей навигатора.

Парень только нервно кивал, крепко сжимая руль. Каждое его движение говорило о том, что он чувствует себя не в своей тарелке, и теперь в этом виновата я.

Вечером зарядил противный дождь, и пока мы шли от парковки, я чуть не упала в лужу, еще и обрызгав светло-бежевые джинсы грязевой водой. Тэ успел схватить меня за руку; в свете немногочисленных фонарей я поймала его идеально выточенный профиль, который обрамляли темные, слегка вьющиеся влажные пряди. Мне меньше всего хотелось бы оказаться здесь. Отдала бы многое, что хоть на одну ночь вернуться в нашу комнату в Катании, где слушала бы сейчас гитарные переборы и итальянские баллады до самого рассвета…

― Все будет хорошо, – заверил меня он. — Я каждый раз не в восторге от общения с братом, но это правда самый быстрый способ разобраться с твоей проблемой.

Старший Ким пришел на встречу не один. Рядом с ним сидели крепкие, коротко стриженые парни в черных костюмах. Внешне они мало отличались от ублюдков, ввалившихся в наш дом. Они устроились на бархатных, кирпично-красных диванах, которые стояли рядом с бильярдными столами. В этом клубе или баре играла нейтральная фоновая музыка, людей было совсем мало ― похоже, мы пришли в закрытое какое-то заведение «для своих».

Видеть в этом антураже Джуна ― в идеально сшитом дорогом костюме, с зализанными волосами, в строгих очках, ― было не то странно, не то смешно.

― Во что ты опять вляпался? – устало произнес мужчина вместо приветствия.

Это «опять» резануло мой слух.

― Я же тебе обрисовал ситуацию по телефону, – проговорил Тэхен, усаживаясь перед этой компанией. Я приветливо кивнула грозным мужчинам и присела на самый краешек дивана, готовая в любой момент сорваться с места и убежать куда глаза глядят. ― Помощь нужна не мне, а Дженни, точнее, ее семье.

― Отлично. Просто нужно было удостовериться, что не тебе. Знаешь, не хочу иметь с тобой никаких дел…

― Аналогично, – перебил его. ― Но все же надеюсь на твою помощь. И твоих… Кхм… Друзей.

Крепыши переглянулись, и один из них, тот что постарше, сказал:

― Так в чем суть конфликта?

Мы вновь рассказали уже знакомую историю с теми скудными вводными, что у нас были. Копия расписки, координаты головорезов и все, что я знала о Дереке.

― Так в чем проблема? Им просто нужно заплатить деньги, – вздохнул Джун, выслушав нас.

― Нужно сделать так, чтобы эти бандиты оставили семью Руби в покое. Деньги не гарантия спокойствия. Тут важно узнать о них как можно больше, пробить координаты, чем занимаются, на кого работают, как связаны с Дереком и так далее.

— Не знаю, – замялся тот. ― Не хотел бы я сейчас влезать в темные истории. Сам знаешь, скоро выборы в совет правления. Мне не до разборок с мелкими жуликами.

― Во-первых, жулики могут быть не самыми мелкими. Во-вторых, младший брат Дженни болен, и ему меньше всего сейчас нужно шарахаться черт знает где с непутевыми родителями, вдали от сестры. В-третьих, ты, конечно, можешь не помогать, но твоя подноготная всегда при тебе, да, братец? И даже если сейчас ты хочешь себя отбелить, прошлые истории не очень понравятся Совету, если всплывут наружу.

― Ты мне угрожаешь? – усмехнулся мужчина.

― Скорее, переживаю за твою репутацию.

― Может, тебе стоит переживать за свою? Что там по поводу видео из Калифорнии. которое облетело весь интернет?

― А за свою репутацию я не парюсь... Она уже безнадежна.

Намджун хотел еще что-то возразить, но осекся на полуслове, к тому же двое других мужчин явно не горели желанием выслушивать споры братьев. Он заказал еще виски, отпил и выразительно посмотрел на меня.

― Мы попробуем тебе помочь, Дженни, – приторно-сладким, бархатным голосом произнес он. —Но у меня к тебе просьба: можешь подождать нас в машине? Разговор конфиденциальный, как и это место. Про него в курсе немногие. Так что тебе ПРАВДА не обязательно было приходить.

Тут он с укором посмотрел на брата.

― Но это же дело касается ее напрямую, – возразил Тэхен.

― Я тебя мало о чем прошу в этой жизни, – скривился Намджун. ― Но будь добр, проводи свою девушку в машину, а сам возвращайся: есть о чем поговорить.

Следующие сорок минут я действительно сидела в машине, бездумно переключая радиостанции. Мысли витали где-то далеко. В темноте, за тонким занавесом дождя внешний мир казался особенно враждебным. Меня пугали проходящие мимо люди, проезжающие вдали машины, любое хлопанье дверями. Решив не терять зря время, осторожно набрала номер мамы. Тревожный мозг нарисовал картину, что ее где-то держат в заложниках, а звонок прослушивают.

Но голос на другом конце провода оказался вполне спокойным, даже веселым. Не удивлюсь, если она решила накатить вина на пару с Дереком.

Они остановились где-то в придорожном мотеле, в двухкомнатном номере категории «люкс». С Каем все в порядке: он немного напуган, но держится молодцом. Даже плотно поужинал.

— Береги его, – сухо сказала я и нажала отбой.

До сих пор она казалась мне гораздо благоразумней, а теперь сидит в каком-то мотеле с Дереком и не сильно-то беспокоится, что потеряла единственное жилье.

― Ну, что там, как все прошло? – всполошилась я, когда парень, наконец, вернулся и сел за руль. ― Расскажи, расскажи, пожалуйста!

― Не волнуйся, мы обо всем договорились. Они займутся этой проблемой и покроют долг, если он вообще есть. Джун тот еще говнюк, но свое слово держит.

― А деньги…

― Деньги не проблема. Гораздо важнее отвадить этих людей от твоей семьи. И Дерека тоже, кстати.

― А кто те двое мужчин? Ну, которые были с Намджуном? Они что… Итальянские мафиози? – ужаснулась я.

― Нет, конечно, – засмеялся он, ― Впрочем, если бы Джун больше ценил свои корни, то наверняка бы завел друзей среди сицилийской мафии. Нет, это местные. Скажем, так, они помогают моему братцу проворачивать некоторые дела не официально. Закрывать сделки, выводить деньги, давать взятки кому нужно. Я их называю «серые юристы».

― То есть, они связаны с криминалом?

― И да, и нет, – обтекаемо ответил Ким. — Понимаешь, мой брат не так чист на руку, как хочет казаться. За его идеально отполированной витриной скрывается много неприглядных вещей. Я в курсе кое-каких делишек, которые он проворачивал со своими дружками.

― А отец в курсе? – изумленно спросила.

― А ты как думаешь? Нет, конечно: если узнает, то его ждет семейное разочарование номер два, после меня. Но Джун всегда действует аккуратно, насколько я знаю.

― Тебе он тоже помогал вывести какие-то деньги?

― Нет, конечно. Но однажды отмазал от полиции. Это было давно, – коротко сказал Тэ.

― По его виду казалось, что ты обращался к нему не раз, – заметила я.

― Высокомерие моего брата не знает границ. Он когда-то помог мне по мелочи, а теперь всякий раз делает вид, что я ему по гроб жизни обязан. Но все это чушь. Я бы никогда не обратился ни к брату, ни к его подельникам, но твой случай особенный.

― Спасибо, – сдавленно произнесла я, упираясь лбом в его плечо. Он нежно погладил меня по шее, осторожно приподнял за подбородок.

— Самое лучшее сейчас – это поехать домой и отдохнуть. Кстати, завтра тебя ждет небольшой сюрприз.

― Сюрприз? Опять? – встрепенулась я. ― Знаешь, кажется, начинаю скучать по жизни без сюрпризов.

― Этот приятный, обещаю.

***

Сюрпризом оказалась поездка в то место, которое «Муны» в один голос называли оазисом удовольствий и вдохновения. Можно было бы подумать о чем-то пошлом, но нет ― с раннего утра мы направились на легендарную виллу семьи Ким.

Особняк находился на юге Дублина в пятнадцати милях от города. Увидев двухэтажную махину с панорамными окнами, патио на крыше и широким бассейном с горками, я с тоской подумала о том, как это вообще: иметь несколько запасных домов, причем один из них отдать сыну для вечеринок и репетиций? Меня не удивляло богатство семьи парня, скорее, сбивало с толку отношение остальных к его имуществу, словно оно было общим.

Когда мы приехали, во дворе уже громыхала музыка, Мин жарил барбекю, а возле бассейна на белоснежных шезлонгах лежали какие-то девушки в откровенных купальниках.

― Кто это? – первым делом спросила я, пока мы шли к террасе.

― Подруги Лисы, вроде, – пожал плечами он, приспустив свои солнцезащитные очки Ray Ban. ― Или Юнги. Я этих девчонок не отличаю, если честно, они все на одно лицо.

― А как же Юнги, он же вроде… – шепнула, оглядываясь по сторонам.

— ... и с девушками тоже, – подмигнул Тэхен, приобняв меня.

Сегодня на нем красовались светлые вельветовые брюки и белоснежная рубашка, расстегнутая до середины груди ― и этот вырез, честно говоря, заставлял меня при одном лишь взгляде забыть обо всем.

— Ты будешь здесь репетировать? – чуть громче сказала я, стараясь перекричать музыку.

― А как, по-твоему, это похоже на место для репетиций? – засмеялся. ― Нет, нас ждут выходные безудержного кутежа и веселья. Расслабься, Джен, тебе это сейчас нужно. Хочу, чтобы ты отвлеклась от плохих мыслей.

«Интересно, в курсе ли этой вылазки Грейс», – мрачно подумала я.

Незнакомые девушки и правда сегодня сопровождали Юнги ― закончив с приготовлением ребрышек, он помчался к бассейну резвиться с подружками. Этот щуплый, но невероятно смазливый парень удивлял меня каждый раз, ей-богу.

Мы же с Джейсом, Лисой и Тэхеном до самого вечера валялись в креслах-мешках в просторной гостиной, играли в «крокодила», плейстейшн, и алкогольное бинго с марафоном экранизаций по Стивену Кингу. Например, на просмотре «Сияния» нужно было выпивать каждый раз, когда лицо Джека Николсона озаряла безумная улыбка. К конце фильма опьянели все.

Много тайской еды, крепких коктейлей, клубов вейпа от Манобан и сигарет от Кима. Электронная музыка, глупые шутки от Мина, его сумасбродные подружки, которые устроили дискотеку прямо во дворе. У меня кружилась голова от калейдоскопа событий, так что в итоге захотелось уйти куда-нибудь в тихое местечко и подремать.

В один момент я потеряла Тэхена из виду. Кажется, еще пару часов назад он собирался показать нам всем мастер-класс по приготовлению пиццы, но готовка остановилась еще на этапе нарезания томатов.

Не найдя своего парня в комнатах, я устроилась на террасе в этом ротанговом кресле и блаженно закрыла глаза.

― Эй, с тобой все в порядке? – меня кто-то дернул за плечо.

Лиса.

― Все хорошо, просто захотелось отдохнуть, – потирая глаза, пробормотала. ― А ты Тэ не видела?

― Неа… Может на втором этаже? – пожала плечами она и упала в соседнее кресло. — Черт, как же давно мы тут не были! С этим конкурсом, концертами и записью альбома совсем забыли, что значит нормально отдыхать.

― А раньше вы тут часто зависали?

― Да чуть ли не каждые выходные. Удивительно, как предки Тэ это позволяют. Наверное, чувствуют свою вину за безразличие к сыну, вот закрывают глаза на происходящие тут вакханалии, – хихикнула тайка и тут же осеклась. — Ну, все в рамках приличия, конечно. Тэ здесь, кстати, самые хитовые песни написал. «Эффект бабочки», «Знаю, что ты хочешь», «Двадцатилетние» и это вот все, от чего пищат девчонки на его концертах.

Я устроилась поудобнее в кресле и с интересом посмотрела на девушку.

― Знаешь, иногда мне кажется, что я совсем его не знаю. Каждый раз он открывается с новой стороны.

― Ничего удивительного, он у нас парень разносторонний... Сторонний… Ик, – хихикнула она и затянулась вайпом. ― Хочешь?

― Нет, спасибо, не курю, – отмахнулась. ― Слушай, а можно задать тебе вопрос? Только ответь, пожалуйста, честно.

― Валяй, – Лиса закинула ногу на ногу.

В глазах ее плясали чертики ― она явно выпила больше, чем я.

— Я знаю, что неловко о таком спрашивать, но…

― Слушай, заинтриговала. Ты меня знаешь, я не из стеснительных, иначе бы среди вот этой вот тусовки не оказалась.

― Ты когда-нибудь… Принимала запрещенные вещества? Всякое…

Та нахмурила лоб.

― Эээ… Неожиданно, что ты этим интересуешься. Нет, Дженни, я не по этой части. Косячок, вейп покурить – может быть, если расслабиться хочется. Но если ты имеешь в виду что-то потяжелее, то это мимо.

― И ты никогда не пробовала?

― А с чего мне пробовать? Даже желания не возникало. Я за то, чтобы не терять контроль над собой, а с запрещенкой это гарантировать не получится. Даже если я напиваюсь, то не до беспамятства, знаешь ли. Так к чему вопросы?

― Просто... – замялась я, ― подумала, что в вашей компании это как бы само собой…

― «В вашей», – передразнила. ― А ты разве не в нашей компании? Почему ты тогда ничего не употребляешь, раз мы тут такие наркоманы? Подожди, ты ведь не для себя интересуешься, надеюсь?

― Нет-нет, я больше из-за Тэхена.

― А что с ним?

Она наклонилась поближе и понизила голос, и расслышать ее стало еще тяжелее из-за гулкого шума и музыки, доносившейся из гостиной.

― Ничего… Пока.

Наверное, это не самое подходящее место и время, чтобы делиться с ней своими тревогами. Мы так и не стали с тайкой подругами, как бы не старались. Казалось, она всегда смотрит на меня через призму соперничества, словно глубоко в душе сожалеет, что парень выбрал меня. Но все же мне не хотелось выглядеть совсем уж глупо и нелепо с этими вопросами, поэтому я быстро добавила:

― Просто у вас такой напряженный график и бешеный темп жизни, что с этим не каждый справится. Особенно сейчас, когда вы в рейтингах на первых строчках. Я слышала, что у Тэ раньше были проблемы с веществами, и стала волноваться, не сорвется ли он снова.

Несколько секунд Лиса смотрела на меня, постукивая указательным пальцем по вейпу. Глубоко вздохнув, перекинула ногу на ногу и откинулась на спинку кресла.

― Он взрослый мальчик, его невозможно контролировать. Когда мы только начали набирать популярность, ему было очень тяжело, я видела. Тяжелее, чем всем остальным. Он несколько раз порывался уйти из группы, но все равно оставался. Если небольшое баловство помогает ему держаться и создавать крутые вещи, никто его не остановит.

― Но ты ведь не будешь отрицать,что у него были проблемы с наркотиками?

― Думаю, лучше это спросить у него напрямую. Если он по-настоящему любит тебя, то не станет врать.

Не добившись от девушки конкретных ответов, а только больше запутавшись в своих мыслях, я бесцельно побродила по дому и вскоре действительно обнаружила парня на втором этаже, в гостевой спальне. Здесь было минимум предметов: комнатой явно давно не пользовались. Тэхен лежал пластом на кровати, лицом вниз ― вокруг разбросаны бутылки из-под пива, наушники, кроссовки, солнечные очки. Он спал, одну руку вытянув вперед, а другую подложив под щеку.

Я присела рядом. Провела рукой по волосам, погладила по спине, потрогала крепкий живот. Мне как никогда хотелось чувствовать его предельно близко, быть рядом, ощущать его запах. Ладонь сама собой скользнула к бедрам.

Но разве возможно пробудить мужчину, когда он так глубоко спит?

Или возможно, если очень захотеть?

В районе кармана что-то зашуршало. Осторожно, прислушиваясь к его мерному дыханию, я нащупала под тканью брюк пакетик, и потянула большим и указательным пальцем его из кармашка. Только бы не проснулся.

Но тот даже не пошевелился. С небольшим усилием, но все же я вытянула на свет находку.

Ей-богу, лучше бы это правда оказался презерватив, о чем я думала поначалу!

Тот самый пакетик, который был прикреплен к ящику столика в гримерке. Только содержимое в нем заметно поубавилась.

С колотящимся, как шаманские барабаны, сердцем и уже без особого такта я принялась шарить в другом кармане, но ничего не обнаружила.

Может, в кроссовках?

В носках?

В куртке, в конце концов?

Последнее предположение оказалось верным. Во внутреннем кармане куртке я нашла еще одну «добычу» ― несколько таблеток без опознавательных знаков, зато упакованных в похожий квадратный пакетик.

Мне стало противно и обидно одновременно.

Только сейчас дошло ― от него ведь не пахнет алкоголем, он выпил только пару бутылок пива, но с них так резко не вырубит. Или это коктейли, или еще что-то.

Швырнув куртку на пол, я подскочила к кровати и принялась трясти Тэхена из-за всех сил. Сначала он вообще не реагировал, а потом медленно, еле-еле, стал отбрыкиваться.

― Ты чего творишь? – кое-как разлепив глаза, спросил он.

― Это что такое? Скажи, зачем ты носишь это с собой? – я помахала пакетиками перед его лицом, но он почти никак не реагировал Взгляд отказывался фокусироваться, а тело не слушалось. Он даже присесть на кровати не мог.

— Дай мне воды, пожалуйста. Кажется, я сейчас умру.

Я закусила губу ― очень сильно, наверное, до крови.

― Секунду.

― Когда ты принял это? – я сверлила глазами его, пока он большими глотками пил воду. ― Утром перед поездкой? Или уже здесь, на месте? Или совсем недавно?

― Во-первых, не кричи, пожалуйста, – поморщился он. ― Во-вторых, зачем ты шарилась в моих вещах?

― Знаешь ли, это сокровище практически вываливалось из твоего кармана, мне и шарить, как ты выразился, не пришлось. Тэхен, я просто не понимаю… Зачем? Зачем это тебе? Мне так хочется, чтобы у нас все было хорошо, но разве с этим можно жить спокойно?

― Не кричи, а, – он подтянулся на руках и к медленно прислонился к спинке кровати.

Каждое движение давалось с таким трудом, словно к рукам и ногам привязаны тяжелые гири.

― Послушай, Джен, я… Не принимаю это. Точнее, принимаю, но совсем редко, для вдохновения. Последнее время мне не нравится то, что я пишу. Все не то, все поверхностно…Мне иногда нужно немного расслабиться, чтобы раскачать мозг и придумать стоящий текст и музыку.

― А я уж надеялась, что тебя любовь вдохновляет, а не это, – грустно усмехнулась. ― Понимаешь, как нелепо и жалко звучат твои слова про «редко» и «нужно совсем немного, для вдохновения»? Тебе не кажется, что так говорят примерно… Все?

― Я не все, – вскинул голову Ким, ― Я отлично собой владею.

― Я уж вижу, – мрачно заметила я, оглядывая его помятый вид. ― Знаешь, я не смогу встречаться с наркоманом. Мне еще Дерека хватило, который то и дело пьянствовал, а в свободное от пьянок время просаживал деньги в казино. Третью зависимость в своей жизни я не вынесу…

Я попыталась встать, но тот быстро перекинулся через постель и удержал меня за предплечье.

― Мне больно, отпусти.

― Я покончу с этим, обещаю, – посмотрев мне в глаза, сказал он. ― Прямо сейчас все выкину, слышишь? У меня нет от тебя тайн, заначки или какой другой фигни. Только не уходи, ладно?

Он закрыл глаза и обвил руками мою талию ― так крепко, что мое отталкивание ничем не помогло. Я вынужденно опустилась рядом.

― И это неправда, что любовь к тебе не вдохновляет. Именно она и вдохновляет, просто порой я не знаю, в каком направлении дальше двигаться. Иногда мне хочется писать одно, иногда вообще не понимаю, куда развиваться. Кажется, будто я тяну всех вниз и вот-вот подведу. Но я знаю одно: если ты уйдешь, я точно не найду дорогу к свету. Никогда, Джен...

― Но всего этого, – я указала на пакетик, ― больше не должно быть в твоей жизни, ясно? Это точно не путь к свету, а скорее, наоборот…

― Просто не дай мне заблудиться ладно?

Он дрожал мелкой дрожью, и не знаю, то было действие веществ или просто волнение, но на всякий случай я вновь дала ему воды, накрыла пледом и прилегла рядом. Вскоре он задремал, что-то напевая под нос, а потом провалился в глубокий сон.

С первого этажа доносилась музыка и раскаты заливистого хохота.

Мне, в отличие от парня не спалось. Я периодически посматривала, как равномерно поднимается и опускается грудная клетка, как он дышит.

Я не дам тебе заблудиться, Тэ.

Проблема лишь в том, что я сама забыла, куда мне идти.