Вторая глава. Он

Палящее солнце освещало двор огромного дома, где в круг собрались около десяти мужчин. Внутри всего этого, происходило забавное действие: борьба. Двое представителей сильной половины людства, решили продемонстрировать всем, кто из них лучше.

О том, что бой был не серьёзный, говорили шуточные комментарии окружавших. Кто-то более рисковый, даже, давал советы одному из них, который комплекцией был меньше, на тему "куда и как направить очередной удар". К этим указаниям парень прислушивался и вполне удачно следовал.

Второй же, отшучивался на это между выпадами. Он был более уверен в своих возможностях, хотя пару раз и схватил кулак противника. Третью возможность перехватил и заломил руку парня:

- Сдавайся, Лео! Ты же знаешь, что я сильнее...

Мальчишка не оценил добродушие, зло ткнул второй рукой в бок и высвободился из плена. Послышались поддерживающие слова:

- Молодец парень..

- Так ему...

- Чтоб не зазнавался...

Это приободрило еще больше и он, с упрямством быка, выгравированного на стене дома, ринулся продолжать бой. Противник, получивший резкий удар в правый бок коленом, неожиданно для себя, согнулся пополам и опустился на землю. Это притормозило зарвавшегося юнца в действии, но не удержало от ехидного ответа:

- Сдавайся, дядя! И признай: старость не в радость...

Зря он это сказал... Громкий рык раздался на всю округу и мужчина подорвался с земли. В его глазах, сверкавших до этого бирюзой и радостью, наливалась пелена крови и агрессии. Он начал тяжело дышать, оглядываясь вокруг и сжимая прерывисто кулаки. Сейчас, его вид напоминал быка, готового к смертельному удару.

Круг вокруг ни резко замолчал и сделал шаг назад. Парнишка, только что так дерзко стоявший, сжал голову в плечи и посмотрел вправо на единственного человека, который остался стоять на своем месте и продолжал улыбаться. Тот кивнул юноше, помахал руками, чтоб все разошлись и успокаивающе заговорил:

- Микеле, прекрати пугать мальца! Ты же обещал. - затем снисходительно повернулся к парню и махнул в сторону дома. - Иди, скажи, чтоб подали обед.

Большего и не нужно было, за секунду того и след простыл. А мужчина, распугавший всех вокруг, согнулся пополам и расхохотался в голос. Подошел к улыбавшемуся другу и обнял того.

- Знаю, что обещал. Но ты видел его выражение лица. - теперь уже смеялись оба. - Он еще такой ребенок.

- Ничего себе, ребенок. Парень вымахал за лето на целую голову...

- Да что там, в душе он слишком добрый, понимаешь! В нем пора развить жесткость, которая присуща всем представителям нашей семьи. Как я могу отпустить его в Палермо, не будучи уверенным, что сможет за себя постоять?

- Молча! Ты дал слово...

- Дал, не дал... - заворчал Микеле и сел в свое любимое кресло-качалку, вытирая мокро лицо салфетками. - Я переживаю за него. Если парень научиться противостоять мне, то уже не страшно будет ничего.

- Не считаешь, что перегнул слегка?

- Алонсо, брат, ты и он - все, что у меня есть. Перегнул? Возможно! - тяжело вздохнул и поднялся, чтоб посмотреть в глаза. - Чтоб вы были постоянно, я могу не только перегнуть! Это ясно?

- Не потеря Лео на этом пути.

- А ты? - стало интересно, что скажет на это.

- Никуда я уже не денусь. Ты и я - одно целое, брат. - Алонсо подошел вплотную и притянул к себе Микеле за шею, соприкоснув их лбами. - Не дави на мальчишку. Он умнее нас обоих!

В момент, когда двое мужчин обняли друг друга в знак признательности, вышел третий представитель семьи. Легкая растерянность от увиденной картины, увеличивалась в геометрической прогрессии с каждой секундой, потому что его тоже занесли в круг объятий и прижали к себе.

Так они и замерли на какое-то время, наслаждаясь моментом. Юноша постепенно расслаблялся и напряжение, сковавшее еще минут десять назад внутренности, отпустило. Когда ситуация стала ему неловкой, откашлялся и сделал шаг в сторону.

- Там Фиона зовет к столу.

Обед прошел в атмосфере юмора, которую создавал Алонсо. Двое других старались, по мере своей возможности, поддержать. Но, серьезные по своей природе, делали они это через силу.

Лео наблюдал за своими дядями отстраненно, отмечая их огромную разницу. Кузен, Алонсо, был веселым балагуром всегда, поэтому ему было легко шутить о чем-то или над кем-то.  Эта черта характера отразилась и во внешности, начиная с отросшей прически, заканчивая одеждой. Симпатичное, немного вытянутое лицо, украшали мимические морщины, которые совсем того не портили. Карие глаза смотрели на оппонента с улыбкой, вызывая доверие. Высокий и подтянутый, Алонсо предпочитал носить джинсы и что-то к ним, в зависимости от своего собственного желания, а не предписаний общества. Конечно, когда была необходимость, дядю можно увидеть и в деловом костюме, и смокинге. Но, все это вынужденная мера для него.

Лео и сам не любил официальную одежду. Хотя, в виду его возраста, на это мало кто обращал внимание. Главным критерием при покупке обновок было одно: ухудшить внешность. Не смотря на долговязость, слишком красивое лицо привлекало уж очень много внимания. И не только девушек. Шутка ли, лет до пятнадцати, в нем видели девочку с короткой стрижкой. Когда, в начале лета, вырос на сантиметров двадцать, стал очень худым, со смешными угловатыми коленями. Но и это не спасло, как только люди смотрели на лицо, сразу забывали про остальное. За три месяца, сердобольная Фиона, заменившая ему мать, поставила себе цель "откормить ребенка" и преуспела в этом. Да, мышц все еще мало, но и выглядеть он стал намного лучше, все окружение смеялось.

Посмотрел на обоих дядь и вздохнул. Как бы ему хотелось, соединить в себе характер Алонсо и внешность Микеле. Вот уж кого точно не назовут девчонкой - язык не повернётся. Самый старший в себе, он с рождения несет на себе груз ответственности за всех и за всё. В нем воспитывали предводителя с большой буквы и дедушка добился своей цели.

О жестокости Микеле ходили легенды, что позволило ему, будучи еще двадцатилетним юношей, стать Боссом мафии и ни разу не подвергнуть сомнению свое назначение. Даже его отец, которого все боялись и уважали, не добился такого уровня лояльности от своих подчинённых. Да, Дон Микеле жесток и не скрывает это. Но, при этом, он справедлив и еще никто не пострадал  просто так.

Единственные люди, которые видели искреннюю улыбку на его лице, это семья: Леонардо, Алонсо и Фиона. К ним он относился с терпимостью, прислушивался к советам...и наказывал строже за провинности.

Однако, еще не было девушки, которую отпугнула бы жестокость, о которой все говорят. Все, кто видел этого мужчину, хотели тут же оказаться рядом. Это смешило, раздражало, но было полезным. Микеле не любил повторений, поэтому и использовал каждую лишь на одну ночь, и дарил им не забываемые воспоминания.

Нет, если вы подумали, что он так же красив, как и Лео или Алонсо, то зря. Тут, скорее всего, играла огромную роль аура власти и могущества, которую он излучал. Бесспорно, рост в метр девяносто пять и идеальная фигура, отточенная не только в спортивном зале, но и тяжелым трудом на полях, давали еще больше бонусов.

Нельзя сказать, что лицо его было не красивым, скорее, пугающим. Большие глаза, ровный нос и губы, еще в юности выглядели хорошо. За, почти, двадцать лет руководства такой серьёзной организацией, как "Коза-Ностра", внешний вид его Босса изменился кардинально.

Большие красивые глаза обзавелись морщинами, особенно заметной была одна, между бровей. Что указывало на строгость и постоянные размышления обладателя. Левую бровь разрезал шрам от ножевого ранения, захватывающий и верхнее веко, которое немного деформировалось. Некогда округлая форма лица стала более "сухой", а правая щека тоже была обладательницей шрама, который тянулся от внешнего угла глаза и заканчивался возле губы. Мама Лео, младшая сестра Микеле, Беатриче, утешала брата тем, что тот стал похож на любимого героя - Жофрея книг(имеется в виду "Приключения Анжелики"), не хватало только хромоты. Что утешало одного, и печалило другую. Про губы и уникальный цвет глаз своего дяди он вообще не хотел думать, поскольку им завидовали все девушки, раз их видевшие. У самого Лео была такая же форма, "припухлая и манящая", как не раз слышал, и очень это раздражало.

В целом, молодой парень завидовал дяде, которого не рискнешь назвать смазливым, даже под страхом смертной казни. "Когда я выросту, тоже таким буду" - мечтательно думал Лео и вздыхал. Помимо внешности, его сейчас волновало одно: как выжить после разговора с Микеле, который уже нельзя откладывать. Как бы, шрамы не появились раньше, чем хотелось и не так романтично, как думалось.

- Леонардо, прекрати мечтать и ешь! - строгий приказ прозвучал неожиданно, будто чувствовал, чем напугал парня. - Ты в последнее время слишком часто уходишь в свои мысли! Это неприемлемо.

- Прости...

- И хватит извиняться каждый раз! Что за бабская привычка!

Алонсо смотрел на это с раздражением, понимая, что родственника не переделаешь. Он был близким другом и правой рукой Микеле, его консильери, поэтому знал все о переживаниях своего Босса. Но, будучи более лояльным по своей природе, не поддерживал такой подход. Подрывать авторитет своего брата в открытую - не собирался, демонстрировал все мимикой. На что тот лишь фыркнул и продолжил есть.

Когда обед закончился, родственники разбрелись по своим делам. Алонсо уехал в Милан по делам. Микеле заперся в кабинете и разбирал документы. Леонардо поднялся в свою комнату и складывал вещи, которые могут пригодится в первое время. Парень собирался на учебу в Палермо и очень волновался, ведь, будет жить отдельно. Ему купили квартиру недалеко от университета и она сам ее декорировал.

- Лео!!!! - оглушительный крик раздался на весь дом, заставив его подорваться и ринуться в кабинет дяди.

Микеле со злостью смотрел на пакет документов у себя в руках и не знал, как на это реагировать. Его робкий племянник сделал "ход конём" и поступил так по-своему. Уму не постижимо! Этот сопляк решил опозорить семью своим выбором.

- Ты з-звал? - медленно вошел в кабинет и остановился в дверях.

- Это что такое? - пытался себя сдержать Микеле, чеканя каждое слово.

Парень направился к столу, преступая с ноги на ногу и со страхом смотрел на бумаги у него в руках. Протянул руку и аккуратно взял, судорожно сглотнул и потерянно посмотрел на дядю.

- Еще раз спрашиваю, что это такое? - мысленно отметил, что звучал уже не так агрессивно. Он и сам пока не знал, как поступить с юнцом. Пока, просто выслушает, а потом решит.

- Я тут...это...х-хотел с-сказать!

- Не отстоишь свое решение, останешься дома! - давай, Лео, включай в себе мужество, пора взрослеть!

Наблюдал за выражением лица племянника и с гордостью отмечал изменения в нем. Вначале, он уверенней стал на своих ногах, а дальше, волной, выпрямил спину и изменил осанку. Завершающим аккордом стало выражение глаз, сменившее робость на силу. Сейчас, он смотрел точно также, как и его мать, когда была настроена решительно.

- Я поступил на факультет искусств и буду там учится!

- Почему не сказал? - ни грамма не убавил строгость, но парень понимал, что двигается в нужном направлении.

- Знал, что ты не одобришь! - выпрямил еще больше спину и продолжил, - Я взял дополнительно курс по бизнесу и управлению, - вдохнул глубоко воздух и закончил, - Но, основное направление - живопись.

Дон Микеле посмотрел в упор на своего племянника и мысленно аплодировал мужеству, которое в нем было. Да, мальчишка никогда не интересовался делами семьи, ходил через силу на все обязательные встречи. Еще больше тому не нравилось занятие боем и владение оружием. Но, он стойко все это проходил, понимая, что выхода другого нет. Каждый представитель организации, начиная от него и Алонсо, заканчивая простыми солдатами, знал, что Леонардо любит рисовать. Малыш с детства создавал шедевры, которые были гордостью его покойной сестры.

И, теперь, не смотря на свой страх перед дядей и своим Боссом, набрался мужества и поступил на желаемый факультет. Совсем отказать ему не мог, обещание сестре надо сдержать. А, вот, поменять немного приоритеты - вполне в его власти.

Пока длилась пауза, Леонардо немного напрягся и сжал бумаги в своих руках.

- Итак, - вот, сейчас прозвучит ответ, который повлияет на всю дальнейшую жизнь! - Если занятия по бизнесу и твоему искусству будут равны по качеству и количеству потраченного времени, могу позволить их. Все покажет первый семестр и результат. Один процент сомнения и я выброшу твои кисти и холсты! Это ясно?

- Д-да... - выдохнул юноша.

- Можешь идти.

Лео кивнул и направился к двери, возле которой замер. Резкий поворот и, всегда медленный парень, в два шага оказался возле дяди. Порыв обнять возник спонтанно и он не смог удержать его. Поднял растерянного родственника с кресла и крепко прижал к себе.

Мужчина позволил этой минутной слабости состояться, похлопав племянника по спине. Выдохнув "спасибо!" мальчишка убежал в свою комнату. Микеле так и остался стоять, глядя в окно.

Восемь лет, как в нем умерли эмоции. Именно тогда, поздним сентябрьским вечером ему позвонили и сказали, что в автокатастрофе погибла его сестра с мужем. Так, Лео лишился родителей, и остался полностью под опекой дяди. Эти две смерти завершили самое трагическое десятилетие в семье Ла Руссо.

Через день, после двадцатилетия Микеле, самолет родителей потерпел крушение под Палермо. Через два года - не стало семьи Алонсо. А дальше все потянулось в какой-то дикой очередности случайных случаев. Родственников становилось все меньше, пока их не осталось всего три человека. 

За год до смерти Беатриче с мужем, в нелепой случайности, умерла беременная жена Микеле, упав с лестницы. Это очень подкосило мужчину, с трепетом ожидавшего первенца. Нет, особой любви к покойной супруге Микеле не испытывал. Анхелу выбирали еще его родители и он не стал искать кого-то другого. У них была семья, построенная на взаимном уважении. Но, от этого было ничуть не легче.

Они с Алонсо развернули бурную деятельность, расследуя все трагедии. Это все не могло быть случайностью. Уж точно, не такое огромное число жертв. Однако, чтобы они не делали, так ничего и не нашли. Убийства прекратились, что, все таки, не внушало спокойствия. Некогда огромная семья, сейчас состояла из троих людей. И каждый боялся впускать кого-то нового.