Глава 20.

Виктор

— Признаться, я такое предложение получаю впервые! — посмеивается директор «Детектора».

Мне смеяться что-то совсем не хочется. Не та ситуация и совсем не то настроение.

Нервно постукиваю пальцами по подлокотнику своего стула.

— Ну так? Сколько?

— Виктор Александрович, не поймите меня неправильно. Я человек деловой и никогда не откажусь от выгодного предложения. Но всё-таки ответьте мне на один вопрос. Зачем вам это нужно? — директор из личных запасов разливает по хрустальным стаканам виски.

Пить мне тоже не хочется. От слова «совсем». А вот от сигареты сейчас бы точно не отказался. Правда, пачка осталась в тачке, так что теперь приходиться натаскивать свою выдержку.

— Разве это имеет значение?

— Нет. Но я, правда, с таким сталкиваюсь впервые. А «Детектором» я владею уже... хм... лет десять. На меня работали разные девочки и клиентов я тоже видел разных. Но никто ко мне не приходил с просьбой уволить девочку. Тем более такую прибыльную, как Бессонова.

Директор пододвигает в мою сторону стакан. Я смотрю на него, на то, как виски облизывает прозрачные стенки, но не беру. Понятно, что травить меня здесь никто не собирается. Но и я корчить из себя весёлого дружески настроенного собеседника не планирую.

— Она, Юлька и еще одна парочка делают мне большую часть кассы. Я не привык разбрасываться такими ценными кадрами. Сами понимаете.

Меня блевать тянет от приторно-вежливого поведения директора. Слишком скользкий тип, слишком не надежный. Не то чтобы для меня это какое-то открытие. Просто раньше было насрать. Теперь всё изменилось.

Я сам в своих глазах пробил дно, а потом еще и постучал оттуда, когда Полина валялась у меня в ногах с температурой под сорок.

Заигрались мы, малыш. Всё. Хватит. Пора завязывать.

Если Поля сама не хочет уходить из этого гадюшника, то я вырву ее отсюда, не спрашивая разрешения. А потом уже поговорим. Начистоту и без того говна, которым мы с недавних пор начали «любезно» обмениваться.

— Просто назови цену, — устало тру переносицу.

За прошедшую ночь я ни разу не сомкнул глаз. Пришлось постоянно отслеживать температуру Полины и прислушиваться, дышит ли она вообще. А потом всё утро провозился с тем сраным бульоном. Пришлось даже обучающие видео смотреть, чтобы результат получился годным.

— А как же утолить мое любопытство? — директор опять посмеивается и усаживается в свое массивное кожаное кресло.

— А как насчет того, чтобы соскрести свои мозги с идеально отполированной крышки этого охереть какого дорого стола? — скалюсь.

Знаю, что нужно быть потише с этим мудаком. Как бы мне ни хотелось это признавать, но от него сейчас зависит очень многое.

В глазах директора мелькает злость, но он снова лыбится. Как всегда, держит марку с проблемным клиентом, который исправно накачивает его гадюшник бабками.

— Учитывая, что я должен лишиться одной из самых прибыльных своих курочек, что несет мне золотые яйца, цена будет немаленькой.

— Очевидно.

Директор уже по знакомой нам схеме вписывает ценник в блокнотную страницу и придвигает мне ее так же, как минутой раннее придвинул стакан с виски.

Я облизываю пересохшие губы и смотрю.

Эта цена не просто немаленькая. Она, блядь, колоссальная! Пентхаус в новострое в самом центре города стоит меньше!

У меня нет таких бабок и в ближайшее время вряд ли появятся. Я быстро в уме пытаюсь прикинуть, что можно продать и где занять. Всё равно получается какое-то дерьмо.

Самый реалистичный и действенный способ — продать почку. Только так я могу быть уверен, что смогу вытащить Полю из этого блядского клуба.

Молодец, Вить, черный юмор продлевает жизнь. Так держать!

— И, конечно, оплату принимаю только наличными, — аккуратно добавляет директор и делает глоток виски.

— А какие у меня есть бонусы как у вашего постоянного клиента? — иронизирую.

— Можете быть уверены, Виктор Александрович, что наша сделка пройдет чисто. Даю вас свое честное слово.

— А как насчет рассрочки?

— Нет. Времена неспокойные, сами понимаете. Стараюсь избегать лишних рисков.

Ну кто бы сомневался.

Буравлю взглядом ценник. Таким беспомощным и ущербным я себя никогда еще не чувствовал.

— Когда мне обрадовать нашу девочку приятными новостями? — почти невинно интересуется директор.

— Мне нужно время, чтобы собрать всю сумму.

— Понимаю-понимаю. Кстати, ценник на ее приватные услуги я снова вынужден поднять.

— Какого... Ты уже поднимал недавно!

Я поднимаюсь со своего места и уперев руки в крышку стола, с прищуром смотрю на этого говнюка.

— Раз уже растет спрос я вынужден этим пользоваться. Ничего личного, Виктор Александрович, это просто бизнес. Если у вас нет денег я не буду ничего вымогать. Просто Полина станет доступна... всем, — на последнем слове директор широко улыбается, обнажив ряд неестественно белых ровных зубов. — А когда соберете деньги, я вам ее с радостью отдам.

***

Шарахаю кулаком по крыше своей тачки. Чудом не оставляю на ней вмятину.

...станет доступна всем.

Этот обрывок фразы, брошенный директором, снова и снова пульсирует в моей башке, доводя до безумия. Я даже просто думать не хочу о том, чтобы Полина... моя Полина оказалась в лапах какого-нибудь похотливого ублюдка.

Я сам далеко не подарок. Но знаю, какие еще кадры могут ошиваться в клубах типа «Детектора». И что именно они могут делать с девочками, которые там работают.

Я не хочу, чтобы Полине кто-то навредил. И мне плевать, отдает ли она себе отчет в том, насколько сильно рискует собой, работая здесь или нет.

Устало опускаю ладони на крышу машины и стараюсь дышать ровней. Я нахожусь в долбанном замкнутом круге. Мне нужны деньги, чтобы выкупить Полину. Но их нет. А пока буду пытаться их собрать, часть снова придется отдавать на то, чтобы сраный алчный директор не отдал ее другим мужикам. Таким образом нужную сумму я никогда не накоплю.

Сжимаю кулаки. Скриплю зубами. Пересиливаю себя и сажусь за руль.

Мне нужно поговорить со Стасом. Пусть у него и есть некоторые привилегии, но заявляться к нему в любое время суток всё же нельзя. О бабках нужно говорить с глазу на глаз, но вариантов у меня немного. Поэтому звоню. Телефон почти всегда при нем.

Вкратце обрисовываю ситуацию.

У меня сейчас по нулям, — тихо и неторопливо отвечает Стасян, чтобы лишний раз не заикаться.

— Да я знаю. Потом всё будет. Но что мне делать сейчас?

— Реально сильно запал?

— Я, блядь, не знаю, дружище! Нет времени об этом думать. Но видеть ее в этой дыре я уж точно больше не хочу.

Провожу ладонью по лицу и пытаюсь хотя бы мало-мальски успокоиться. Ищу взглядом пачку сигарет. Роюсь в бардачке. Нахожу. Закуриваю.

— Может, попытаться отжать «Детектор»? — нервно посмеиваюсь и затягиваюсь. — Будет у нас в копилке еще один клочок земли. А что? Потом снесем всё нахрен и другое что-то построим. Отель, например, почему нет?

— Не потянем, Вить. Там другие бабки, другие интересы. Тебя согнут в б-бараний рог быстрей, чем я успею выйти. Не п-получится проглотить такой большой кусок.

Стас говорит разумные вещи, но я всё равно злюсь. Как ни кручу ситуацию, а выхлоп получается нулевой. Как крысу прижало в ловушке. Пытаюсь дернуться, а по факту только мясо свое до крови рву.

— Мы почти на финише. Выйду и с б-бабками напряга не будет.

— Ты не кинешь. Я знаю, старик, но...

— Боишься опоздать?

— Ага.

— Я могу наскрести бабла. Но его не хватит.

— Да не надо последние трусы отдавать. Я что-нибудь придумаю.

— Зима, не дури. Влезешь в дерьмо, я п-п-потом хер тебя вытяну.

— Не влезу. Нормально всё будет. Давай, старик. До связи.

Сбрасываю вызов и нервно постукивая пальцами по рулю, пытаюсь выстроить схему, которая может оказаться рабочей. Если всё сделать как надо, то, возможно, и почка останется на своем законном месте.

***

День сменяется днем. Мне удается найти...хм... подработку. Работаю курьером, барыгой и вышибалой в одном лице. Репутация у меня не гнилая, поэтому доверяют.

Литры кофе вперемешку с энергетиками делают свое дело. Я почти всегда должен быть на ногах. Приходиться мотаться из одного города в другой. Чистить рожи особенно зажравшимся типами и толкать оружие.

Если раньше я мог с уверенностью сказать, что никакого отношения не имею к криминалу во всех его ублюдских проявлениях, то уж точно не теперь. По колено, но я в это болото уже влез.

Несколько раз прилетает и мне по роже. Да так, что я чудом остаюсь с ровным носом и полным набором зубов.

— Зима! — в ужасе выдыхает Поля, когда я однажды ночью приваливаю к ней домой.

Наши отношения похожи на хрен пойми что. Она играет в суку, я — сволочь. Но всё равно из всех мест, где мне захочется оклематься я выберу квартиру Поли. А она почему-то принимает меня и ухаживает.

От нее не слышу ни единого вопроса. Я — не спешу ничего рассказывать.

Где бы мы не пересеклись, а связка клиент\обслуга ходит за нами попятам. Или мы сами за нее держимся? Я уже ни черта не понимаю. Мозги больше похожи на кашу.

Но где-то глубоко под ребрами я ловлю себя на чувстве, что лучше всего мне спится именно рядом с Полиной. Несмотря на то, что ее злит моя разбитая рожа, а меня — ее сучье поведение.

Дни продолжают сменяться днями.

Я в очередной раз волоку свои ноги к ее двери, но вместо Полины встречаю незнакомую мне женщину.

— Вы кто? — одновременно спрашиваем друг друга.

Как оказывается, Полина съехала отсюда еще позавчера.

И нихрена мне не сказала?!

Я настолько затрахан последней неделей, что выдержки никакой. Набираю ее, как только выхожу на улицу.

— Какого хуя?! — сразу в лоб спрашиваю.

— Ты на часы давно смотрел? — прилетает мне не менее злая претензия.

— Куда ты свалила?

— Никуда я не сваливала, Зима! Меня собственник квартиры выпер! И, между прочим, из-за тебя!

— Меня?!

— Да! Ты так часто начал захаживать ко мне среди ночи с разбитой рожей, что кто-то из соседей пожаловался! Решили, что я бандитский притон тут устроила. Спасибо, хоть в полицию никто не обратился. Мне даже задаток не вернули, хотя я квартиру привела в божеский вид и ни разу там ничего не сломала. За день пришлось всё собрать и съехать.

— Почему ты мне ничего не сказала?

— Зачем?

Я нервно выдыхаю. Это какой-то лютый пиздец!

— Что значит «зачем»?

— Это мои проблемы, Зима! Я их уже решила!

— И как именно?

— Да тебе какая разница?

— Раз спрашиваю, значит есть разница!

— Мне просто повезло быстро снять квартиру! Вот и всё!

— А если не повезло, что тогда делала бы?

— Не знаю, придумала бы что-то. Ночь на дворе, Зима. Я спать хочу.

— А я тебя хочу и что делать будем, м?

Молчание.

— Приезжай, — отвечает с тяжелым вздохом.

— Примешь?

— А у меня есть выбор?

— Он есть всегда.

— Ты снова будешь весь в крови? — звучит устало.

— Нет.

— Я не знаю, что ты там с собой делаешь, Зима. Но лучше прекрати, иначе на тебе живого места не останется.

— Я сам решу, Поль, что мне делать и когда прекращать. Диктуй адрес.

Она недовольно фыркает, но адрес всё-таки диктует.