Глава 8.

— Не забудь раскрутить на выпивку. Как-никак, а это тоже твой процент, — поучает меня Юля. — Чем больше — тем лучше для нас всех.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не скривиться. Мне не то, что ее голос противно слышать, мне находиться с ней в одном помещении не хочется.

— Ну и чего ты строишь из себя оскорбленную? — хмыкает и скрещивает руки на груди. — Припугнули тебя — да. Так это же элементарная дисциплина. Если бы не тупила, всё было бы хорошо.

— Знаешь, Юленька, а не пошла бы ты... нахер? — не сдерживаюсь и буквально брызжу ядом.

Я ненавижу ее так же, как ненавижу своего отчима и маменьку, которая ни разу не соизволила вступиться за меня.

Лицо Юли уже знакомо вытягивается. Она несколько раз хлопает ресницами, а затем прищуривается.

— Дура ты тупая. Тупая и всё равно везучая.

В чем именно заключается мое везение — непонятно. Наверное, это такая шуточка. Не смешная, если честно.

Меня ведут на второй этаж. Я не знаю, хорошо это или плохо. Наверное, всё же хорошо, потому что здесь на меня, как минимум, еще никто не набрасывался.

Забываю о нашем коротком разговоре с Юлей и чувствую, как снова начинаю дико нервничать. Мне до тошноты страшно. Чувствую себя загнанной в ловушку и искренне завидую другим девочкам, которые здесь работают. Им весело. Они уверенные в себе и спокойно занимаются тем, чем занимаются.

А я...

А меня здесь вообще быть не должно. Никогда не думала, что буду скучать по «Ванили». Да, там были свои нюансы, но в сравнении с тем, что я переживаю в «Детекторе», все они не больше, чем просто детский лепет.

Мы останавливаемся у дверей хорошо знакомой мне VIP-комнаты. Сердце начинает частить.

Неужели...?

Нет, вряд ли. Мне не может так повезти.

— Твою компанию выкупили на месяц. Ты понимаешь, что это значит? — спрашивает у меня управляющий клубом.

Киваю. На удивление у меня нет ни сил, ни времени. Еще непонятно, как на мне отразится этот выкуп. Но если не пожалели денег, значит, в ближайшее время будет только один мужчина, верно? Это хорошо, если только таким щедрым клиентом не окажется тот садист в очках.

— Будь паинькой, Бессонова. Тебе же не нужны лишние проблемы?

Отрицательно мотаю головой.

Управляющий подает знак охраннику и меня пропускают внутрь.

Я захожу и ловлю острое чувство дежавю. Та же комната. Тот же... мужчина. Только сегодня он не сидит, а стоит у стеклянной стены и рассматривает танцпол, попивая какой-то алкоголь.

Мне становится легче. Я даже испытываю странную радость, но тут же прикручиваю ее до минимума. Настороженно осматриваюсь, пока наши взгляды с Виктором не встречаются.

— Как нога?

— Уже лучше, — тихо отвечаю.

Виктор кивает и делает еще один глоток.

Как-то мне тяжеловато со здешним регламентом. Надо поскорей включиться в роль, но не получается. Сложно относиться к этому мужчине как просто к очередному клиенту.

А кто он для тебя, Поль?

— Целый месяц, значит? — интересуюсь и не рискую сделать еще один шаг вперед.

— Ты мне очень понравилась.

Прямота Виктора почти ранит. Я теряюсь и не могу решить, как на всё это реагировать. Поверить? Не поверю, потому что горький опыт научил. Но где-то в глубине грудной клетки что-то откликается на эти его слова.

Может, это и есть то самое везение? Виктор мне симпатичен. С ним должно быть не так страшно... в первый раз.

— Проходи, Поль, — улыбается. — Я девочек не обижаю. Можешь не напрягаться по этому поводу.

Отмираю и начинаю потихоньку двигаться, включаться в игру. О ней проще думать, как об экзамене в театральном. А что? Всё та же роль, только не на сцене в театре и не перед камерой. Такая знакомая аналогия непременно поможет мне справиться со всем этим.

Улыбаюсь. Расправляю плечи и плавной походкой иду не к дивану, а к Виктору. Он мне кажется чуточку удивленным и заинтересованным в том, что я задумала. А я ничего не задумала, я импровизирую.

Подхожу к Виктору. Близко-близко. Он такой высокий, что меня даже каблуки не спасают, но в этом даже что-то есть. Глубоко втягиваю уже полюбившийся мне аромат одеколона. Он чем-то напоминает мне ладан. Необычно, но мне в кайф.

— Мне нужна музыка, — тихо сообщаю, неотрывно глядя Виктору в глаза.

Если он наклонится ко мне, то наши губы могут спокойно соприкоснуться.

Виктор берет пульт, что лежит на глянцевой панели у стеклянной стены и нажимает несколько кнопок. Стены вмиг становятся матовыми. Мы не разрываем наш зрительный контакт. Кажется, я всё пока что делаю правильно.

Вслушиваюсь в незнакомые мне мотивы. Нужно настроиться. Внутри просто шквал эмоций: волнение, страх, предвкушение, стыд.

Но у меня нет другого выхода. Нужно сделать всё, чтобы Виктор продлил наше...хм... сотрудничество. Возможно, тогда я смогу выйти из этой передряги с меньшими потерями.

Забираю у него бокал. В нос бьет резкий запах алкоголя. Я им только смачиваю губы. Облизываю нижнюю. Виктор, не моргая, наблюдает за этим процессом. Оставляю бокал на панели и переключаюсь на музыку. Плавно вхожу в ее ритм.

Всё еще импровизирую.

Намерено оставляю между нами сантиметры свободного пространства. Танцуя, ухожу от прикосновений, а сама не отказываю себе в них. Беру Виктора за руку и веду к дивану. Усаживаю. Дарю улыбку, игривый взгляд. На всю катушку пользуюсь своими танцевальными навыками, потому что это единственная моя сильная сторона.

Может, я наивная и во многом не разбираюсь, но сейчас уверена на все сто, что Виктору Зиме нравятся мои танцы. Его взгляд обжигает мои обнаженные плечи. Что-то между нами искрит так же, как мое серебристое платье искрит в полутьме VIP-ки.

Воздух уплотняется. Мне становится жарко. Шея влажная. Я собираю свои волосы на затылке, продолжаю двигать бёдрами. Больная нога время от времени дает о себе знать, но я терплю.

Делаю поворот на сто восемьдесят. Повторяю свой трюк как в нашу первую встречу. Открываю спину. Через несколько секунд ощущаю как мне на талию ложатся горячие твердые ладони. Сегодня Виктор, похоже, не планирует отсиживаться в «зрительном зале». Вздрагиваю, но стараюсь не терять ритм. Не выхожу из образа.

— Как же ты охуенно двигаешься, — хрипло шепчет Виктор, прижавшись губами к моему виску.

— Это только первый акт.

— А когда будет тот, где нужно ставить жирный знак 18+? — он убирает мне на одно плечо волосы.

— У нас сегодня другая программа, — дразню.

Сердце от огромной дозы адреналина, кажется, увеличилось вдвое и бьется в два раза жестче, чем обычно. Я хожу по очень хрупкому льду, играя в такие опасные игры. У меня нет ни единой гарантии, что этот Виктор Александрович на самом деле вдруг не окажется каким-нибудь садистом. Ну или ему элементарно не наскучат мои пируэты.

Но и другого выхода нет. Я должна сделать всё, чтобы не попасть в руки к другому.

— Играешь с огнем, малыш, — хрипло смеется.

— Закажешь мне что-нибудь прохладительное?

— А что взамен?

— Я тебя поцелую.

Не думала, что моя маленькая уловка сработает.

Но... Срабатывает.

Виктор медленно отпускает меня и вызывает официанта.

Я вся дрожу и не верю, что умею быть вот такой. Игривой, кокетливой, соблазнительной и хитрой. Впрочем, это и в самом деле не я, а моя роль. Только и всего.

Пока мы ждем официанта я намеренно продолжаю удерживать между нами дистанцию. Отхожу к небольшому креслу, расположенному по диагонали от дивана. Присаживаюсь на подлокотник и закидываю ногу на ногу.

Я чувствую, как у меня под платьем горит кожа. Особенно на талии. Там, где еще несколько секунд назад лежали ладони Виктора.

Он наблюдает за мной. Садится на диван и тоже зачем-то закидывает ногу на ногу.

Мы словно играем в «кошки-мышки». Я не расслабляюсь. Вдруг кот всё-таки захочет напасть на наглую мышь?

Господи, что я творю?! И почему он мне подыгрывает?

Нет, конечно, я рада, что ситуация разворачивается именно таким образом, но... Разве Виктор приходит сюда не по конкретному запросу?

Я никак не могу унять свой бешеный пульс и частое дыхание. Жарко. Немного на стрессе, а еще на азарте. Глупая, да?

Когда приходит официант градус в VIP-ке сразу же понижается. Виктор делает ленивый жест рукой, чтобы я заказывала. Нужно брать что-то подороже. Мне по-прежнему нужны деньги. Из тех, что были уплачены за месяц мне вряд ли что-то дадут. Пойдет в уплату долга. Может, с бара процент будет? Если нет, то... мне придется очень туго.

Чёрт.

Заказываю один из самых дорогих коктейлей и бутылку элитной минералки. Больше ничего. Наглеть явно не стоит. Всё нужно делать аккуратно. Мне кажется, что это неплохая тактика.

Как только мы снова остаемся вдвоем Виктору кто-то звонит. Он хмурится, глядя на экран, но трубку поднимает. Я стараюсь не подслушивать чужой разговор, но это сложно, учитывая, что мы находимся в одной комнате. Звонок явно как-то связан с работой, потому что нет ни шуток, ни улыбок. Всё серьезно.

Если Виктор снова сорвется и уйдет, то это точно нарушит ритм моего плана, который я выстраиваю буквально на ходу. Он должен хоть что-то получить от меня взамен, иначе в нашу следующую встречу вряд ли будет таким уступчивым.

Страшно просто жуть. Но я в который раз за сегодняшний вечер напоминаю себе, что другого выхода у меня нет и поднимаюсь с подлокотника.

Виктор ловит меня взглядом. Снова наблюдает и параллельно продолжает разговор. Я улыбаюсь ему, обхожу диван и встаю позади. Понятия не имею, как нужно правильно делать массаж, я такое только в фильмах видела.

Импровизация — наше всё.

Опускаю ладони на слегка напряженные плечи Виктора. Начинаю их разминать: аккуратно и плавно. Он не отмахивается, значит, ему нравится. Мне... Какая разница, что ощущаю я? Здесь это не имеет значения.

Несмотря на то, что Виктор худой, мышцы у него твердые, я ощущаю сквозь рубашку их рельеф. Он скорей просто подсушенный, но не тощий.

Телефон со стуком падает на столик. Я вздрагиваю и прекращаю свой массаж.

— Продолжай.

Подчиняюсь.

Не происходит ничего особенного, а мое волнение снова бьет все отметки, и кожа на предплечьях становится гусиной. Надеюсь, со стороны я кажусь более... уверенной.

Официант возвращается вовремя. Мне срочно нужно сделать несколько глотков, иначе жажда просто сведет с ума.

Беру свой коктейль и возвращаюсь обратно на подлокотник кресла. Втягиваю через трубочку прохладны ягодный напиток. Безумно вкусно.

Виктор выбивает из пачки сигарету и подкуривает. Выпускает облако дыма и расслабленно откидывается на спинку дивана. Снова наблюдает за мной. С интересом и каким-то хищным блеском в глазах.

Нравлюсь?

Вы мне тоже понравились бы, Виктор Зима, при других обстоятельствах.

— Поцелуй будет, Полина? Или опять напиздела мне? — Спрашивает с легкой ироничной улыбкой на губах.

Она у него красивая. Тут не поспоришь, какие бы обстоятельства ни были.

Совсем чуть-чуть испытываю смущение за то, что немного, но врала ему. Виктор запомнил и теперь отыгрывается.

— Будет, — с преувеличенной смелостью отвечаю и делаю еще один глоток, отчего ягодный привкус во рту становится ярче.

— Ну-ну.

Не верит, значит. Или просто на слабо берет?

Если и здесь попытаюсь увернуться, то весь мой план посыплется.

Отставляю бокал на столике и мысленно уговариваю себя не паниковать. Всё будет хорошо. Уж точно не так как с тем очкастым уродом. Как я ни пытаюсь увидеть в Викторе скрытого жестокого извращенца, не вижу его.

Поднимаюсь и чувствую дрожь в коленях. В голове кружится миллион панических мыслей. Как мне его поцеловать? Мы с языком или без? А если опять сработает мой триггер?

Подхожу к Виктору. Он лениво ведет взглядом от моих ног и к лицу. Кажется, что наслаждается каждой секундой этого простого процесса. У меня снова мурашки и сердце разгоняется по второму кругу.

Виктор никак не помогает. Я должна всё делать сама. А как именно — ума приложить не могу.

Импровизируй, Поль, ну.

Да, точно. Как я могла об этом забыть.

Убираю в сторону все ненужные ироничные мысли и усаживаюсь сверху. Хорошо, что платье не слишком облегающее и не сильно задирается. Не сверкаю своим нижним бельем.

Виктор откидывает голову на спинку и продолжает рассматривать меня, лениво затягиваясь.

Помощи от него по-прежнему ждать не стоит. Понято.

Осторожно опускаю ладони ему на грудь. Я чувствую бешеный пульс во всех уголках своего тела, особенно... между ног. Мне снова становится безумно жарко, хотя в комнате исправно работают кондиционеры. Это всё из-за эмоций. Только и всего.

Смотрю на губы Виктора. Они у него не пухлые и не слишком узкие. Такие как надо. Останавливаю свой взгляд на галочке верхней губы. Она у него мягко очерченная и эта крошечная деталь вынуждает меня остановиться на ней дольше, чем требуется.

Несмотря на внешнее спокойствие, я чувствую, как у меня под ладонью учащенно бьется сердце Виктора.

Тоже волнуется?

Нет. Это уж вряд ли.

Скорей он просто возбужден.

У меня перехватывает дыхание от этой догадки.

Виктор неожиданно выпрямляется и теперь наши лица находятся в считанных сантиметрах друг от друга. Я чувствую тепло его дыхания на своей коже. Табак и ладан сплетаются между собой. Кружат мне голову.

— Продолжаешь дразнить? — хрипло спрашивает.

— Не нравится?

— Когда сидишь у меня на коленях — очень даже.

Он опускает свободную руку мне на бедро и прижимает к себе. Так, что я ощущаю его твердый пах, который упирается мне в живот. Становится страшно и вместе с тем я испытываю странное новое чувство, которое не кажется мне противным.

Затаиваю дыхание и первой касаюсь губами губ Виктора. Они у него немного жесткие и горькие из-за сигареты. Голова продолжает кружиться. Я не верю, что всё это происходит взаправду. Рука Виктора ползет вверх и зарывается в мои волосы на затылке. Я провожу языком по его нижней губе и робко приоткрываю рот, не зная, что делать дальше.

Виктор быстро перехватывает инициативу и углубляет поцелуй. Встречается с моим языком, буквально вылизывает. Я слышу пошлый влажный звук нашего поцелуя. Не могу возобновить дыхание. Повторяю, за Виктором и перемещаю руки с его твердой груди на плечи, а затем — шею. Обвиваю ее, придвигаюсь еще ближе. Так, что наши грудные клетки соприкасаются.

Мужская рука жадно сгребает мои волосы, сжимает их. Чуть больно, но терпимо. Пульсация между ног усиливается.

— Выдыхай, Поль, — шепчет мне Виктор и отстраняется.

У меня шумит в ушах кровь, но его голос я слышу четко. Выдыхаю, приоткрываю глаза. Он поглаживает мою нижнюю губу большим пальцем. Между указательным и средним до сих пор тлеет сигарета.

Поднять взгляд стыдно, но я перебарываю себя.

— Ты пиздец какая красивая, когда возбуждаешься.

Его слова не должны так на меня влиять, но внизу живота огненным узлом скручивается какое-то абсолютно новое для меня чувство.

Желание.

— Губы сладкие. Так бы и сожрал их. Ты везде такая сладкая, Полин, м?

Уверена сейчас мои щеки залиты густым красным румянцем. Он говорит пошлости. Грубые и в то же время приятные.

Я ненамеренно чуть подаюсь бёдрами вперед. Между ними всё ноет, а что с этим делать — понятия не имею.

Не отключай голову, Поля! Не уплывай в облака!

— Хочешь проверить? — почти мурлычу ему на ухо.

— Хочу.

— В следующий раз. Я буду тебя ждать.

Оставляю целомудренный поцелуй на его колючей щеке и потихоньку соскальзываю с колен. Едва на ногах стою. Никогда бы не подумала, что может так вести из-за близости с мужчиной.

— А если я тебя не отпущу? И проверю прямо сейчас? — жадно хватает меня за запястье.

— Так будет неинтересно, — тяжело вздыхаю и мягко убираю от себя его руку.

Он делает еще одну затяжку, а затем сильно вдавливает окурок в пепельницу. Встает. Я настораживаюсь. Виктор поправляет брюки в зоне паха. Увожу взгляд в сторону. Слишком неловко смотреть прямо туда.

— С тобой мне при любом раскладе будет интересно. Поверь.

Через несколько секунд я остаюсь в VIP-ке одна и снова ловлю дежавю, как это было вначале вечера.

В следующий раз одним поцелуем я уж точно неотделаюсь.