Школьные будни

После каникул всегда приходилось входить в учебный режим и перечитывать то, что могло вылететь из головы. Но в этот раз Гарри пришлось вспоминать то, что совершенно не относилось к учебному процессу.

Увидев его в гостиной в обществе Драко, Блейза и Винсента, сокурсницы немедленно утащили его к себе. Цель была у них проста — собрать перегонный куб для изготовления духов и разобраться с его использованием. В этот раз он был усовершенствованным.

Отказывать девочкам Лестрейндж не стал. Удивительное дело — он стал относиться к ним гораздо любезнее. Раньше они подбешивали. Теперь же он смотрел на их причуды сквозь пальцы, иногда даже посмеиваясь. Не то они повзрослели, не то он сам. А может, так влияло на него «перекладывание своей любви на человека, что мог ответить на чувства».

В любом случае, юные чистокровные леди имели с ним общие интересы. Где-то помогут они, где-то поможет он. Так они решили проблему с приевшимися запахами на руках. Что только Гарри не пытался предпринять, а до сих пор чувствовал смешанные не в лучшей форме ароматы. Однокурсницы познакомили его с одной девицей из Когтеврана, Джудит, что обучила созданию спирта, который избавлял от запахов на раз два. Она взяла обещание с Гарри, что тот не будет злоупотреблять, если не хочет иметь проблемы с кожей рук.

Разумеется, Лестрейндж дал обещание, а заодно поблагодарил девушку — помог ей сделать работу по ЗОТИ. Профессор во втором полугодии не щадил их, сразу начал нагружать домашним заданием. Одной сплошной теорией. И ясно почему — в скором времени их ожидает тест, который покажет, насколько хорошо шестой курс освоил материал за первое полугодие. А вот практики было совсем мало. Хотя неизвестно, что хуже — выпотрошенность мозгов или полная физическая усталость, какая бывала на тренировках с профессором.

Кстати о нём...

Стоило повидаться со Скортезе. И был хороший повод. Гарри ведь до сих пор не вручил ему подарок. Перед Рождеством не стал дарить, да и сам Энрике его ничем таким не порадовал, за исключением домашнего задания на полсотни страниц и горячего секса перед расставанием. Пришло время отдать оба предмета, и желательно получить от этого удовольствие.

Кабинет ЗоТИ или личные покои. Одно из двух. И что-то Гарри подсказывало, что профессор сидит за проверкой сданных работ. Вот, что ужаснее всего в работе учителя. Ставя себя на место любого преподавателя, Гарри взвыл бы в первый же год работы. Это ведь сколько времени уходит на проверку? А как нервы сдают от бездарных работ... Почерк так и вовсе может сломать глаза. Из года в год практически одно и то же.

Сбросив невесёлые мысли, Гарри постучал в кабинет. Пора профессору немного отвлечься.

— Открыто, — послышался усталый голос по ту сторону двери.

Сердце Гарри сжалось. Совсем любимый профессор заработался.

— Привет, — промурлыкал он, когда вошёл в кабинет и сам наложил чары.

Несмотря на усталость, Энрике всё равно выглядел шикарно. Сидел за рабочим столом, разбирая кипу бумаг, свитков и тетрадей. И ведь как-то разбирался в этом ворохе, где какой курс. Гарри даже смотреть в сторону этого кошмара не желал.

— Ты пришёл отвлечь меня? — невольно улыбнулся Скортезе, потирая глаза. — Очень вовремя. Я как раз хотел сделать перерыв.

— Чудно. Я скрашу твой перерыв.

Гарри в наглую сел на колени профессора и обнял за шею. Всё это время, на каникулах, он отторгал тоску. Но сейчас она рухнула на плечи всем своим весом.

— Я скучал.

— Сильно скучал? — Энрике решил немного подразнить и обнял покрепче парнишку, которого, к удивлению, не хватало в Рождественские каникулы. Довольно быстро он прикипел к Гарри.

— Неожиданно да, — признался Гарри и коротко укусил мужчину за ухо. — У меня для тебя кое-что есть. Запоздалый подарок на Рождество.

Укус привел к приятным мурашками и сладкому чувству в животе. Шалунишка уже начал действовать. Что же касается подарка — здесь и Энрике потерпел фиаско. Купил слишком поздно. И был рад, что Гарри не вручил его перед Рождеством. Было бы неловко.

— Давай переберёмся ко мне в покои и уже там вручим друг другу подарки.

— М, у тебя для меня что-то есть? Тогда идём!

Словно маленький ребёнок, Гарри резко подорвался и потянул мужчину за собой, дергая слегка за руку. Тот повиновался, перед этим успев захватить палочку и бытовым заклинанием привёл свой рабочий стол в относительный порядок.

В личной комнате профессора, Гарри дал себе волю сделать то, что хотел уже давно: поцеловать. Он скучал по жару губ мужчины, по их мягкости и вкусу. После долгой скуки поцелуй получился пьянящим и до безумия возбуждающим. А стоило Энрике прижать его к закрытой двери, Гарри несдержанно простонал и буквально повис на шее. Ноги после такого воссоединения слабо держали. Огромная сила воли не дала ему поплыть на волнах желания. Рано ещё предаваться утехам.

— Давай всё-таки дойдём до подарков, — сбивчиво дыша, попросил Гарри.

— С языка снял, — ухмыльнулся мужчина и плавно отодвинулся, утягивая за собой парня. — Успеем ещё. А пока подарки и горячий чай с шоколадными кексами.

— Здорово!

Усевшись за столиком, Гарри взял чашку в руки, украдкой понюхав напиток по неистребимой привычке. А после первого пробного глотка, убедившись в прекрасном вкусе, Лестрейндж решил вручить свой подарок в красивой завернутой упаковке. И как отдельный штрих — зеленая ленточка, на которую у них была соответствующая реакция.

Энрике улыбнулся точно демон-искуситель. Но когда развернул подарок — удивленно вскинул брови.

— Это... духи?

— Да. Долго думал, что лучше. Понюхай, — хитро улыбнулся Гарри, ожидая реакции мужчины. Главным образом, ему хотелось узнать, нравится ли сборник ароматов, который парень с ним ассоциирует.

— Хм, — Энрике сделал так, как его просили, и оказался приятно удивлен знакомыми нотками аромата, — как ты умудрился подобрать идеальное сочетание того, что мне нравится?

— Правда? — Лестрейндж просиял открытой и искренней улыбкой восторга. — Это так здорово, что мне удалось! Я просто... ну, эти запахи у меня ассоциируются именно с тобой, потому их и смешал. Рад, что тебе нравится!

— Значит, это правда, что ты сам создаешь духи?

— Сплетни уже пошли? — усмехнулся Гарри. Не самое обычное хобби, особенно для того, кто считается сыном Тёмного лорда. Смешно бы звучало, расскажи ему такое. — Да, есть грешок. Но мне нравится. Если бы не однокурсницы — в жизни бы не стал этим заниматься.

— Вот от юных барышень я и услышал эту интересную новость, — Энрике потянулся вперёд к столику, на котором их ждал чай и заказанные вкусности. Домовики работали, как часы. — Но думал, приукрашивают. Может быть, ты просто подарил им духи.

— С какой стати? Только для кого-то очень близкого, — ответил ему Гарри, закусив губу. Он всегда дарил подарки тем, кто всегда рядом и был близок к нему в душевном плане. Однокурсницы под этот раздел не попадали.

— О, намёк уловил, — не успел толком насладиться чаем, Скортезе отставил его и притянул к себе парня, который ещё не прикоснулся ни к чему, и оставил на его губах благодарный, почти целомудренный, поцелуй, — спасибо, Гарри.

На что парень ответил счастливой улыбкой. Только она могла выразить, как он рад тому, что его подарок угодил возлюбленному мужчине, с которым ему хорошо.

— Наслаждайся кексиками, а я принесу свой подарок, — последний раз чмокнув парня в губы, Энрике отпустил его и поднялся с дивана.

Гарри был заинтригован. Ума не мог приложить, что подарит ему Энрике. Однако в одном мог быть уверен — у мужчины есть вкус. В интересности подарка можно не сомневаться.

— В Британии ты такого не отыщешь, — Энрике оказался позади парня и вручил красивую коробочку, в длину больше чем в ширину. — Но эта вещь очень похожа на то, что используют некоторые ваши репортёры.

Подарком оказалось аккуратное серое перо, на котором лежало что-то вроде чар копирования, насколько он понял. Но подробностей уже не знал.

— Да, помню одну. Тварь редкостная, — поморщился Гарри, доселе не вспоминавший Скитер и события четвёртого года. — И как именно она работает?

— Просто возьми в руки и скажи «запись». Она начнёт писать всё, что ты будешь читать. Не важно, вслух ты читаешь или нет. А если нужно прекратить — слово «стоп», и запись останавливается.

— О как! — Как прилежный ученик, Гарри сразу оценил эффективность данного предмета. — Энрике, это же просто превосходно! Можно сосредоточиться на чтении и сэкономить время на письме! И рука отваливаться не будет после конспектов. Спасибо!

После такого подарка никак нельзя было оставить мужчину без благодарности. Поцелуй верх тормашками хорошо их возбудил. Чувствовался иначе, куда интимнее что ли... Гарри не мог подобрать точного описания, но оно и ни к чему. Он просто наслаждался возможностью быть рядом, возможностью отблагодарить за чудесный подарок, что станет для него в тяжёлый учебный период настоящим спасением.

Энрике, опираясь руками по обе стороны от головы парня, в какой-то момент перестал ласкать нежные чуть припухшие губы и перешёл на щёки, скулы, глаза, осыпая нежными и лёгкими поцелуями всё лицо, отчего Гарри начал тихо посмеиваться от щекотки и разливавшегося в душе счастья.

Всё-таки он не ошибся, решив завязать отношения с Энрике. Да, он сильно рисковал, но всё же выиграл. Этот человек дарит ему радость и даёт то, что не мог дать никто другой: ласку для тела и покой для души. Ему не приходилось ждать подходящего времени, случая и притом довольствоваться крохами, как с Марволо. С Энрике он просто получал необходимое, и это помогало сохранять душевное спокойствие. Это и был признак того, что человек ему подходит.

***

— Помните, нужно чётко произнести заклинание и очень точно воссоздать в воздухе фигуру волшебной палочкой. Сначала медленно. Ловкость вы отработаете со временем, — давал наставление профессор Флитвик особо не преуспевающим студентам, что не могли пробить даже тонкие стены.

Занятия у слизеринцев и пуффендуйцев проходили почти отлично. Всего трое, и все были барсучками, кто неправильно выдал заклинание и стены, в которых должны были быть дыры, остались невредимы. Даже до трещин не доходило.

— Депримо, — четко произнёс заклинание Драко и сделал нужные взмахи палочкой чуть быстрее, чем до этого, и в стене, что была куда толще, образовалась дыра. — Так-то, — довольно улыбнулся от хорошо проделанной работы и кинул взгляд в сторону своих, сначала Блейза, затем Гарри, и тут же недовольно поджал губы.

Блейз перешёл на более толстые стены и справился куда лучше — пробил насквозь. Гарри и вовсе создал огромную дыру, через которую, если постараться, пролезть можно. Только теперь он чихал от пыли, поднятой выбитым куском кирпичной стены. А грохот при выполнении заклинаний ещё стоял в ушах.

— Драко. Мощнее, не стесняйся, — подбодрил Блейз.

— Куда ещё мощнее? Сказано было сделать дыру в стене, мы сделали. Или ты хочешь, чтобы я, как Гарри, разнёс свой кусок стены? — глядя на все ещё чихающего и грязного кузена, Драко кинул очищающее заклинание.

— Спа... — окончание благодарности утонуло в последнем чихании. — Пыль — это зло. И вообще, когда не знаешь толщину стен лучше бить сильнее. Чтобы наверняка.

— О, мистер Лестрейндж, — профессор подошёл к троице, восстанавливая весь тот погром, что случился, — вы отлично справились. Но впредь, пожалуйста, контролируйте свою силу. Если бы не наложенный защитный купол, кто-то мог бы пострадать.

— Перестарался, — признал Гарри, не отрицая, что переборщил.

Привычка выкладываться часто давала такие последствия. Те заклинания, что он изучал с профессором Скортезе, с Марволо, и немногие самостоятельно, были куда мощнее и требовали много сил. Не сравнить с школьными стандартами. На шестом курсе они изучали средний уровень волшебства. И на седьмом, думалось Гарри, будут. Но он был уверен, с годами программа станет лучше. Отец постарается. Он уже старался, беря во внимание тот же новый предмет.

— Мистер Забини, мистер Малфой, вы тоже хорошо постарались, — продолжил тем временем профессор, больше на Гарри не нападая, — пятнадцать баллов Слизерину. Ну же, ребята, продолжаем. Я хочу видеть хороший результат от каждого.

Полученные баллы означали одно — Гарри, Драко и Блейз освоили заклинание, могли сесть на свои места и тихонько поговорить, не привлекая к себе внимание.

— Пойдём в Хогсмид в субботу? — внезапно предложил Гарри.

— Мне не показалось? — Блейз вытаращил глаза. — Мы в самом деле слышим предложение от ТЕБЯ? Да ещё в Хогсмид? О, Мерлин, малыш, — обратился тихо к своему парню с возрастающим сарказмом, — будет глобальное потепление, не иначе.

— Смотрите-ка, кофеёк заговорил, — съехидничал Гарри. — Да, предлагаю. И да, в Хогсмид. Я задолжал Джудит орешков.

— Джудит?

— Молодые люди, — Флитвик оказался тут как тут, прерывая разговор, пусть и на тихих тонах, слизеринцев, — все разговоры за дверью. Записывайте домашнее задание и можете быть свободны.

Лестрейндж даже обрадовался тому, что их беседа была прервана. Пояснять подробности в классе полном народа, пусть в помещении и раздавался грохот взрывов почти беспрерывно, совсем не хотелось. Впрочем, позже он ответит обязательно. Драко напал на него буквально сразу, стоило только покинуть кабинет Чар.

— Ну давай, Гарри, колись. Что за Джудит?

— Джудит Майерс, когтевранка-шестикурсница. Я просил её научить меня создавать спирты, чтобы руки не пахли. Взамен пообещал ей купить орешков в «Сладком королевстве», потому что тащиться самой туда ей лень, — рассказал Гарри всё, что знал.

— О, и только, — с лёгким разочарованием блондин отодвинулся и Блейз его тут же притянул к себе, обнимая за плечи. — Я уж думал, она и есть та, с кем ты отношения построил. Не удивляйся, мы догадались, и уже давно, что ты с кем-то тайно встречаешься. Только вот молчишь.

— Да, но ещё, — решил добавить Забини, — мы знаем, что тебе парни нравятся. Поэтому, Драко, здесь неувязка.

— Стоп! — шокировано прервал их Гарри. Удивительное совпадение — он как раз собирался рассказать, что ему нравятся «самцы», выражаясь терминологией Нагайны, вот только почему друзья уже в курсе? — Отрицать не буду, это так, но вы-то откуда знаете?

— Это очевидно, Гарри, — весело фыркнул кофеёк. Кличка эта прицепились к нему, кажется, навсегда после случая, когда Драко, изрядно выпивший, цеплялся за него, нежно проговаривая, что Блейз кофеек, а он его молочко. — Не видно в тебе интереса к противоположному полу. То, как наши парни смотрят на девушек — ты так не смотришь. Скорее, подобный интерес у тебя может промелькнуть, если посмотришь на какого-нибудь парня постарше. Или на нашего профессора Скортезе. Он молод и, признаюсь, весьма симпатичен.

— Вот как? — хмыкнул вдруг Драко и недовольно прищурился. — Значит, мне тоже надо в шатены покраситься, раз он такой симпатичный?

— Не ревнуй, лишь ты свет очей моих, — примирительно улыбнулся Забини и потёр осторожно за плечо.

Гарри умилился, глядя, как Блейз с улыбкой поцеловал Малфоя в макушку. И пришло время раскрываться полностью:

— Что могу сказать, вы правы. Я действительно с вами в одной лодке. А Скортезе, раз уж о нём говорить, вполне в моём вкусе.

— И раз уж ты признался, — продолжил Блейз, слегка растягивая под конец гласные, — кто твой таинственный партнёр?

— А вот этого я вам не скажу. По одной откровенности за день, — усмехнулся Гарри. Но что-то ему подсказывало, что друзья скоро сложат два плюс два. Полнейшая невозмутимость никогда не была сильной стороной Гарри, как, например, у отца. Его радостную физиономию от сладких встреч с Энрике не утаить. Особенно от тех, кто близко ему не только физически, но и душевно.