Воспоминания Северуса Снейпа

Когда школьники счастливо рассаживались по вагонам, везущим их домой, профессура Хогвартса оставалась в школе, сдавая отчёты, формируя списки закупок, если что-то требовалось, а также выполняя работу, что, так или иначе, была связана с учебным процессом.

Директор также не сидел сложа руки, а занимался важными делами, одним из которых был подбор персонала. Все поданные заявки, в основном на Защиту от тёмный сил, Трансфигурацию и Чары, он просматривал, но вопрос о замене оставался открытым. Нынешние преподаватели его вполне устраивали.

К середине лета прибыл неожиданный гость. Не из комиссии, не из попечительского совета и точно не из желающих получить место преподавателя по изучению Древних рун. Нынешний профессор, Батшеда Бабблинг, ещё в конце учебного года предупреждала о том, что может покинуть Хогвартс, если не подправит своё здоровье. Северус не хотел рисковать и наметил себе в планах отыскать нового преподавателя.

Сняв печать с камина, Северус наставил палочку и выдернул на свет нежданного визитёра.

— Извиняюсь, вы кто? — спросил он, удерживая на прицеле. Безопасность была превыше всего, беря во внимание ситуацию с вампирами.

— Будь я проклят... — произнёс гость, ошарашенный увиденным.

«Не ожидал увидеть нового директора в Хогвартсе?» — это первое, что пришло на ум Северусу, пока сам он пытался понять, кто же, Мордред раздери, стоит перед ним. Мужчина немного был похож на Рудольфуса... Не может же это быть...?

— Северус! Не говори, что ты и есть новый директор!

Внешность можно менять сколько угодно, но голос у людей остаётся почти на века. И этот Северус узнал по первым же высоким нотам, отчего тут же всколыхнулось множество воспоминаний в голове.

— Рабастан? Ты?.. Быть не может... — поражённый, Снейп во все глаза смотрел на гостя и не сразу додумался опустить палочку. А бывший однокурсник умудрился изловчиться, не наткнувшись на преграду в виде оружия в руках нынешнего директора, и сграбастал того в крепкие, поистине медвежьи, объятья. Спрашивается, откуда в худощавом мужчине столько сил?

— Я в шоке. Северус...

— Раздавишь же, — тяжко прохрипел Снейп будучи неготовым и непривычным к таким объятиям, и потому не мог получить удовольствие от ностальгии. Телесные контакты — это вообще не его. Исключение составлял лишь сын.

— Как всегда, — грустно улыбнулся Лестрейндж и всё-таки ослабил хватку. Но не отпустил. — С годами твоя ворчливость и холодность никуда не исчезла. Рад тебя видеть.

— Я тоже, как ни странно, — буркнул в ответ, понимая, что, действительно рад этой встрече, пусть и не было позывов увидеться раньше. Он ведь прекрасно знал о присутствии Рабастана в Британии. Однако полагал, что тот уедет спустя некоторое время. — Какими судьбами?

— Хочу поделиться своими знаниями с современными детишками, — сначала в весёлой манере ответил Рабастан, а после, стоило окончательно отстраниться, стал серьёзнее. — Я не уеду снова. Так уж вышло, что после случившегося с Рудольфусом, я уже не могу так просто оставить свою семью. С пополнением. Рассказали тут, что племянник у меня, оказывается, есть.

— Стоп, — поднял ладонь Северус, прекращая поток слов.

Понятно, зачем вернулся Рабастан и почему решил остаться. Это было ожидаемо, и в то же время благородно. Но вот в каком качестве он решил остаться — совсем другое дело!

— Ты что же это, решил устроиться преподавателем в альма-матер? Я правильно тебя понял?

— Да, благородство во мне заиграло. Я не один десяток лет занимался артефакторикой и могу поделиться полезными знаниями, не говоря уж о том, чтобы с ранних лет развить интерес у детей к сфере создания артефактов и умению обезвреживать, а то и уничтожать опасные.

Северус тихо хмыкнул, начав обдумывать услышанное, и жестом пригласил мужчину присесть. Он ведь подумывал о том, чтобы вынести в образовательный комитет предложение о введении предмета, на котором будут изучать изготовление амулетов других полезных магических вещей, но не доходили руки всё продумать. Теперь ему сама плыла в руки отличная возможность. Нужно лишь подумать, как её реализовать.

— Мысль хорошая. Артефакторика очень полезна. Вот только знания о ней весьма обрывочны. Их нужно систематизировать в одно целое и подать так, чтобы было понятно детям.

— У меня было время поразмышлять на этот счёт, — покивал головой Рабастан. — Тебе будет интересно изучить то, что я успел набросать. Пока вкратце. Возможно, понадобятся корректировки.

— Хорошо. Давай прочту, а ты пока угостись чаем.

Отказываться от угощения старый знакомый не стал. И пока он попивал чай, Северус ознакомлялся с учебным планом, и должен был признать, Рабастан учёл многие нюансы, главный из которых — способности детей. Он составил две программы. Для способных и для отсталых. Первый семестр предполагал введение, по прошествии которого будет разделение детей, чтобы в дальнейшем обучать по составленному плану. Но стоило взглянуть глубже в написанные материалы, и Северус начинал видеть больше, чем переплетение слов из букв. Он видел богатейшую историю сидящего напротив человека. Где он побывал, как жил, что видел, и какие приключения испытал. И это... вызывало улыбку.

— И какими ветрами тебя занесло в города ацтеков?

— Долгая история, — улыбнулся Рабастан, потихоньку наслаждаясь чаем с шоколадными печеньями. — Я много где побывал, Северус. И это ещё один плюс для детишек. Они столько удивительных историй услышат.

— Только используй эти истории, как приправу к учебным материалам, а не вместо них. Не надо превращать ответственный и серьёзный предмет в рассказывание баек, — сразу напомнил Северус с директорской строгостью в голосе. Но только на миг. Потом он снова чуть улыбнулся. В целом, ему нравилось то, что он видел в набросках. И как директору школы, и как человеку. — Пожалуй, я готов попробовать в экспериментальном порядке ввести новый ознакомительный предмет, если ты изготовишь приличный учебный план за эти полтора месяца, — огласил Северус, возвращая бумаги. — Поработай над точностью формулировок и понятийной частью. Не хватает системности. Пока это больше похоже на хрестоматийный роман, чем на полноценное методическое пособие или же учебник.

— Это, можно сказать, набросок. И я говорил, что даже он может быть подвержен корректировке. Твои рекомендации я учту и к августу составлю полноценное методическое пособие.

— А практические занятия?

— Они начнутся не раньше второго полугодия.

— Хорошо. Теперь ясно. Ну что ж... Тогда добро пожаловать на должность преподавателя, профессор Лестрейндж, — протянул ему руку Северус с открытой улыбкой. И взгляд Рабастана потеплел. ТАК на него давно никто не смотрел. Разве что Гарри... А затем он ощутил крепкую хватку на своей руке и яркую улыбку в ответ.

— Благодарю вас, директор.

— Заполни пару бумаг. Трудовой договор, так сказать. Для отчёта в попечительский совет, — попросил Северус, вручив новому преподавателю перо и нужные формы, а после проворчал. — Иначе Люциус меня сожрёт. Полтора года уже третирует.

— Малфой всегда был слишком дотошным, — по-доброму усмехнулся Рабастан в процессе заполнения документации. — Расскажешь о себе, Северус? Мне очень интересно узнать, как ты жил всё это время. Как стал отцом.

— Нарочно не придумаешь, — со вздохом ответил Северус, пригубив чай и откинувшись в кресле. Рассказ обещал быть долгим, а его начало неприятным. — Я встречался с Лили Эванс, как ты помнишь. И она не одобряла политику милорда. И не просто не одобряла, она состояла в Ордене. По этой причине у нас нередко были размолвки, однако мы их решали. Но когда я примкнул к Повелителю, Лили бросила меня и вышла замуж за Поттера, который обхаживал её ещё со школы.

Северус не стал рассказывать подробности, поскольку Рабастан знал их лучше всех из ныне живущих. Не раз видел ещё молодого и пылкого Снейпа, бесящегося из-за гриффиндорского выскочки, что приставал к его возлюбленной.

— Она пошла под венец будучи беременной от меня. И лишь спустя много времени я узнал, как это получилось. Поттер вовремя подвернулся и подхватил её. Быстрая свадьба, брачная ночь и вот... Думаю, он, как и Лили, свято верили, что Гарри их общий ребёнок. Всё начиналось без проблем, а мальчиков немного недонашивают, так что сроки зачатия и родов сошлись. Вопросов ни у кого не было.

— А если бы Тёмный лорд не пришёл в тот вечер по душу Поттеров, — логически стал размышлять Рабастан, заканчивая с заполнением первой бумаги, и лишь на пару секунд отвлекшись на Северуса, — ты бы и не знал о своём сыне. Он бы рос в другой семье. Стал бы светлым мальчиком.

От представления Северус поёжился. Даже на миг отвратительно и страшно видеть другой вариант событий. Всё так, как и должно было случиться. И оно к лучшему. Смерть Лили дала жизнь их ребёнку.

— Я благодарен Повелителю. По сути, он подарил мне сына. Я всё узнал, когда Гарри было три года.

— Удивительно, — Рабастан снова прервался, но в этот раз надолго, и окинул взглядом, от которого Северусу стало не по себе. Он говорил... о многом. Пробуждая давние воспоминания, связанные с ними двумя. В которых, увы, слишком мало позитивных моментов. — Ты — отец. В голове до сих пор не укладывается. Но пацан твой молодец. В нём есть как сила, так и ум.

— Сам восхищаюсь, — слабо улыбнулся Северус.

Гарри был его светом в вечном мраке под названием «жизнь». Стал спасителем, когда он поддался сильной слабости, желая свести с ней счёты. В тот период он бесконечно устал душой, не видя и не чувствуя ничего хорошего.

— Одного только понять не могу. В кого у него такая бешеная способность влипать в разного рода истории. Я ведь... — Северус снова чуть поморщился, вспоминая, при каких обстоятельствах получил директорское кресло. — ... из-за него оказался в этом кабинете.

— А вот с этого момента поподробнее!

— Да пожалуйста, — Северус отхлебнул ещё немного чая, желая промочить горло. — Лет двадцать назад в школе постоянно начали меняться преподаватели по защите от тёмных искусств. А два года назад Дамблдор, будь он неладен, пригласил на должность преподавателя Защиты своего старого приятеля. Бывшего мракоборца, Аластора Грюма. Ты себе не представляешь, что это за жуткий человек. Вечно шпионил за мной, гнобил весь Слизерин, школьников гонял до седьмого пота и держал в ежовых рукавицах. И ко всему этому добавлялся Турнир трёх волшебников, на который Гарри умудрился просочиться. До сих пор не понимаю, как он это сделал, — вздохнул Северус и взглянул на Рабастана, чтобы убедиться, не заблудился ли он ещё в услышанных фактах. Но тот внимательно слушал, о документах, кажется, и вовсе позабыв, и эмоции его хорошо отражались на лице. Хмурость, удивление.

— Помнится мне, Грюм всегда был немного с прибабахом. Представляю, как он учил детей. А насчёт турнира я знал. Твой пацан успел мне много интересных вещей о себе рассказать. Только о тебе мало что известно. И как всё же вышло, что ты встал на место Дамблдора?

— В одной из учебных дуэлей, — Снейп саркастичным голосом выделил кавычки. — Грюм... чёртов ублюдок, — невольно он сжал кулак. Время сгладило то острейшее переживание за сына, но забыть случившееся Северус не мог. Как и простить Грюма. — Заклинанием выбросил Гарри в окно шестого этажа. С размаху он ударился о каменную горгулью и чудом выжил...

— Ого, — присвистнул Рабастан. — Эту информацию малой как-то опустил. И что в итоге? Насколько мучительна была смерть Грюма?

— Уверен, достаточно. Белла и Рудольфус засудили его за попытку убийства. Умер он в Азкабане от неизвестного мне, но явно жестокого, проклятия, которое через несколько дней воздействия вызвало разрыв сердца. Повелитель организовал этот подарок. А с поддержкой Люциуса и совета, сместили Дамблдора с поста директора за халатность при наборе преподавателей, и поставили меня. По блату так сказать.

После своего рассказа Северус услышал от Рабастана аплодисменты. И никакого притворства, никакой лести, он искренне восхищался тем, что они совершили, дабы лишить Светлую сторону важного козыря. Хогвартс давно уже являлся оплотом света. Сейчас же он во власти Тёмной стороны.

Сам Северус не воспринимал сложившуюся картину с тем же восхищением. Неприятные стороны его повышения не давали заноситься от полученного триумфа. Угроза потери сына, выматывающий судебный процесс, полный бедлам по учебной части — всё это безумно истощило его нервную систему на то время.

— Вот так всё сложилось.

***

Неожиданные воспоминания накатили. И пусть Рабастан не так давно был в его кабинете, чтобы обсудить больную тему с гриффиндорцами, которые решили устроить бойкот, это не повод вспоминать первое появление Лестрейнджа на его пороге. Но оно было. Тот слишком неожиданно ворвался в их жизнь. В жизнь Северуса в частности.

Теперь же они стали коллегами.

Учась в школе, они были хорошими друзьями, но время разделило их. После окончания, они перестали даже переписываться. Не сложилось. Рабастан уехал в странствия, а Северус стал служить Тёмному лорду. Но теперь разделившее их время решило свести в одной среде. И за это стоило благодарить чёртового интригана Рудольфуса, надоумившего своего младшего брата устроиться преподавателем в Хогвартсе.

Слабая улыбка так и напрашивалась. Северус просто не понимал себя! Сидел и улыбался, думая о Лестрейндже! Мысленно обругав себя, он быстро вернул прежний вид, хмурый и отталкивающий. И именно в этот момент услышал движение горгульи. Кто-то поднимался к нему. И этим «кто-то» оказался Гарри. Уж ему Северус всегда был рад, вне зависимости от того, какие мысли прикатили в голову. Оставалось лишь надеяться, что повод для визита хороший.

— Привет, — по сложившейся традиции Гарри полез к родителю сразу с объятьями.

— Сын, — и Северус обнял его, куда сильнее, чем раньше. Последствия того, что не так давно вспомнил, накладывалось на теперешнее желание, — надеюсь, ты пришёл не с плохими новостями.

— Не переживай, я просто хотел повидаться. Сейчас вроде всё спокойно. Как ты здесь?

— Всё идёт своим чередом, особо нечем поделиться. Скорее уж ты можешь. Как продвигается учебный процесс? Как тебе новый предмет?

— О-о-о, папа, это просто невероятно! Я как-то читал о создании артефактов, но не думал, что мы тоже станем этому обучаться. Даже эксперимента ради, — Гарри весь сиял и затараторил, когда речь зашла об артефакторике. — Профессор рассказывал, как защищались ацтеки и... это просто нечто! Какие охранные камни создавали — слушаешь и диву даёшься! А от амулетов древних египтян вообще крышу сносит! Гриффы — полные идиоты, раз бойкотировали такой предмет. Страшно хочется попробовать снова создать что-нибудь. Только уже профессионально, а не как я — методом проб и ошибок.

— Ты должен рассказать профессору о том, что уже делал, — как совет дал Северус, помня о подарке Гарри самому Повелителю. И, что удивительно, тот сохранил украшение-хлыст. — У тебя с ранних лет выявилась предрасположенность к артефакторике, и с этого года ты улучшишь свои навыки.

— О да, это будет замечательно! На самом деле, я, наверное, уже год, как подумываю заниматься в будущем именно созданием магических вещей. Так что я безумно рад, что теперь мы будем плотно это изучать. И да, про тот браслет как-нибудь расскажу на досуге. Хотя мне до сих пор стыдно за процесс его создания. Он мне все руки разодрал. То взорвётся, то загорится, то стечёт на пол, — неловко посмеивался Гарри, вспоминая, как трудился над созданием подарка для Марволо на заре своего обучения магии.

— Создание чего-либо — процесс нелёгкий. И без ошибок обойтись невозможно. Даже наш Повелитель совершал ошибки, невзирая на его силу и ум. Ничто в этом мире не совершенно, Гарри, помни это.

— Знаю, — ответил парень, хотя слово «совершенство» всегда связывал именно с Марволо. Нелепо представлять, что тот способен был совершать ошибки. — Я бы хотел у тебя совета спросить. Наги сейчас в таком возрасте, что её по весне на самцов потянет. Что мне с ней делать?

Любимица сына очень скоро станет головной болью, потому как растёт, становится опаснее, и у нее есть возможность гулять по всей территории Хогвартса. Нередко она пугала студентов, особенно маленьких, и деканы успели не раз подать жалобу.

— Можешь отпустить её в Тёмный лес. Пусть нагуляется вдоволь. Или ты не хочешь проблем с возможным потомством?

— Да, именно с потомством. Это её дело, конечно. Да и она, в любом случае, когда-нибудь станет мамочкой, — это Гарри прекрасно понимал, и лишать свою девочку семейного счастья совсем не хотел. — Но Наги ведь принесёт змеят мне в первую очередь. А где я буду целый серпентарий держать? Не в спальне же.

— Хм, — Северус задумался и лишь в эту минуту позволил себе отпустить Гарри.

Потомство сейчас — крайне неудачная мысль. Ещё как минимум два года, пока Гарри не выпустится. И змее не объяснишь проблему, инстинкты в любом случае вверх возьмут стоит ей найти самца.

— Может, есть какое-то лекарство, которое отбивает тягу на время? У кошатников же есть. Но тут я уже не уверен... — задумчиво проговорил Гарри.

— Спроси у профессора Фостер, — посоветовал Северус. Уж волшебница, знающая всё о магических существах и обычных животных, встречающихся как в магическом, так и в маггловском мире, должна дать ответ. — Она поможет.

— Ой, я дурак... Сам бы мог догадаться, — вздохнул Гарри, поражаясь собственной глупости. В самом деле, ведь мог подойти к ней и всё выспросить, раз уж это её прямая специальность. Но нет, до такой светлой идеи его головушка не додумалась.

Северус не мог сдержать улыбки, видя, как сын сам себя ворчливо обзывает. Каким бы взрослым не выглядел, на деле ещё такой ребёнок... И пусть бы это в нём сохранялось как можно дольше. Детские повадки, наивность во многих аспектах... Успеет познать горький вкус взрослой жизни.

— Пока ты не ушёл, давай выпьем чаю. А на выходных я предлагаю проведать бабушку. Нам вдвоём. Как ты на это смотришь?

— Чудненько! Давай! — порадовался Гарри. Повидать бабушку — неплохая идея. В последние годы, они совсем не появлялись у неё. — Она соскучилась, наверное.

— По тебе — да. Сколько бы с ней не общались через письма, она всегда о тебе упоминала.

Гарри тихо посмеялся. Бабушка всегда принимала его с огромной радостью, несмотря на то, что казалась внешне холодной и нелюдимой.

— Тогда точно нужно с ней повидаться. В воскресенье, на денёк, отправимся погостить.

— Вот и договорились, — вновь улыбнулся Северус, приобнимая сына за плечи.