Глава 26. Лекарство от здоровья. Часть 2

Влад Громский умел читать людей, как открытую книгу, умел быть убедительным, внушал доверие, всегда мог предложить то, что нужно было оппоненту. Жаль, что подобные качества не передавались по наследству, о чем не раз думал Максим. Однако такие пробелы он восполнял совсем иными, противоположными методами. Читать потенциального противника у него получалось не хуже, чем у заклинателя змей, а убедительности ему прибавляла физическая и огневая мощь, главным рычагом во всех переговорах Громского младшего служили — насилие и страх.

Близнецы были напуганы, и Максим ощущал этот сладкий запах бессилия. Но больше ему приносило удовольствие знать то, что пацаны привели за собой хвост в виде Ладожских ребят, которые уже были обезврежены благодаря Роме и его людям. Громскому нравилось наблюдать за тем, как Аслан то и дело поглядывал на время: сучонок ждал того момента, когда погаснет свет, здоровяки выбьют двери, начнется паника и хаос. Арман практически не выдавал своего нервного беспокойства, безбожно катая во рту окурок от сигареты туда-сюда. Громский мог вечно наслаждаться подобным, словно впитывая исходящие волны страха от парней.

Но ему нужно было уложиться в тот промежуток, пока не было Ярославы. Прошло около минуты, как она вышла в уборную, оставив после себя неоднозначную обстановку, где теперь все зависело от близнецов. Вернее от того, как сильно они будут сопротивляться. Убивать их Громский не хотел, уже представляя, насколько это сильно могло расстроить Яру. Становиться конченым ублюдком в ее глазах ему, конечно же, не хотелось. Но если придется...

Подойдя к своему письменному столу и прислонившись к нему, Макс скрестил руки на груди, смотря на братьев свысока.

«Загнанные в угол щеночки» — злорадствовал про себя мужчина.

— Итак, — начал Громский, пользуясь моментом всеобщей тишины, — свою часть сделки я выполнил — сестренку вы повидали. Теперь ваша очередь, ребятки.

Арман заскрипел зубами, это особенного хорошо было слышно именно сейчас, отчего Максим просто не мог не скалиться от удовольствия. Он, безусловно, вел себя очень не вежливо, в открытую показывая свое превосходство, но, откровенно говоря, ему было глубоко плевать: он просто не смел отказать себе в таком удовольствии.

— Нам нужно больше времени, — как всегда, за близнецов вещал Аслан. — Мы не думали, что ты так быстро устроишь нам встречу.

— Это уже ваши проблемы. Или у вас это чисто семейное — не выполнять условия сделки?

— Игнат не настолько нам доверяет, — вклинился, на удивление, Арман.

Макс лишь хмыкнул, всем своим видом показывая близнецам: «Меня это не ебет!» Он уже сбился со счету, какая это была сигарета за все время, но и вести прям-таки точный подсчет не стремился. В этот раз не угостил Армана, хотя тот вполне красноречиво смотрел, как бы намекая, что ему тоже нужно.

«Не ебет.»

— Мне откровенно срать, кто там кому доверяет или не доверяет, — выдохнув струю дыма в потолок, Максим начал показывать свое напускное раздражение. — Я согласился пойти на риск. А риск именно для вашей сестры, даже не для меня. Я уже смирился с тем, что вы, сосунки, вместе со своим злоебучим дядюшкой подорвали репутацию моего казино, устроив тут ебаный цирк с наемниками и наркотой. Хорошо, рабочий момент, понимаю. Я, блять, снова пошел на уступки: отдал вам крысеныша, хотя следовало замучить его до смерти в том подвале, а затем в подарочной упаковке прислать Игнату его яйца. Все ради того, чтобы вы, два выблядка с одинаковыми тупыми мордами, просто назвали мне одно блядское имя!

В конце своей тирады Громский от души саданул по поверхности глянцевого столика, что по ней побежали трещины, а стоявшие на столешницы бокал и пепельница возмущенно-испуганно звякнули. Резко выпрямившись и отвернувшись от близнецов, Макс прикрыл глаза, пропуская через себя сигаретный дым. Отец ведь говорил всегда, что горячим нравом все равно ничего не добиться...

Но Аслана и Армана подобный всплеск агрессии совершенно не впечатлил, от Николая они видели много подобного, если не хлеще. Однако Громский действительно смог заставить ощутить близнецов жалкими пешками. По крайней мере, Аслан точно что-то подобное почувствовал.

— Это женщина, — заметив, что Макс более менее успокоился, выдохнул старший близнец.

Макс заинтересованно обернулся, поднимая брови, как бы намекая, что готов слушать дальше.

— Я думаю, что женщина. Может, кто-то из наложниц. Твоя фаворитка, возможно?

— Обоснуй, — махнул рукой Максим, стряхивая пепел в пустой бокал.

Продолжил уже Арман:

— Как-то услышал телефонный разговор Игната. Он сказал следующее: «...она ближе всех...» Мы думаем, наложница.

Шестеренки тут же заработали в голове мужчины. Он прищурился, сразу же отметая любую из наложниц отцовского гарема, и на это было, как минимум две причины: за девушками пристально следили и они не покидали поместья и, что самое важное, у него уже давно не было любимицы.

«...ближе всех...»

— Разве Слава уже не должна была вернуться? — уточнил Аслан, снова смотря на наручные часы.

Громский молча вылетел из кабинета, в считанные секунды добрался до уборных, проверив, как мужские, так и женские, напугав при этом пару девушек. Ярославы там не было. Отказываясь воспринимать то, что он понял буквально несколько секунд назад, Макс связался с Ромой, приказывая ему обыскать всю территорию казино в поисках девушки. Сам же, вытащив из-за пояса пистолет, направился обратно.

Близнецы поднялись со своих мест, но, завидев вооруженного Громского, не растерялись. Арман тут же извлек свое оружие, пренебрегая любимым ножом-бабочкой, загораживая брата, который с огнестрелом ладил не очень. Два дула, направленных в противоположные стороны, перекрестились, подобно клинкам. Только пуля была куда быстрее лезвия, а точность выстрела уже зависела от руки, державшей пистолет. Макс редко мазал, Арман — никогда.

— Три группы по шесть человек, посланные Ладожским сейчас лежат мордой вниз на парковке. Вы, ублюдки, знали, что он послал за вами очень длинный хвост, который было бы трудно не заметить, а теперь Ярослава пропала. Совпадение? — сходу начал Громский, целясь в братьев.

— Если они обезврежены, то, логично, что Слава не у них? — выглядывая из-за плеча младшего близнеца, отозвался Аслан. — К тому же, ее бы не похитили.

— Добровольно к дядюшке она бы не пошла, — Громскому уже с трудом удавалось сохранять крохи самообладания и спокойствия.

— Макс, — выйдя вперед, Аслану пришлось убедительно посмотреть на Армана, чтобы тот все же пропустил его, позволив подставиться напрямую под дуло. — Про возможную подставу от Игната мы предполагали, но не знали. Арман же сказал, что старый мудак нам не доверят, поэтому очевидным было, что он пронюхает про то, что мы собрались сюда без его ведома. Понадеялись на то, что ты с прошлого раза усвоил урок, и, судя по всему, не зря. Но сейчас главная проблема в том, что наша сестра пропала, верно? Предлагаю опустить пушки и заняться ее поисками.

Максиму понадобилось несколько секунд, чтобы все взвесить и, очень нехотя, убрать оружие, вновь поставить его на предохранитель. Его примеру последовал и Арман. Аслан облегченно выдохнул, кидая благодарный взгляд на брата, но выступившая испарина на его лбу выдавала тот неподдельный страх человека, оказавшегося под прицелом.

— Одно знаю точно: это не наложница, — сквозь зубы выдавил Максим, все еще не в силах произнести вслух имя той, что пришло на ум так очевидно быстро.

— И кто же тогда?

Вопрос остался без ответа, поскольку появился Рома, сходу докладывающий:

— Славы нигде нет, везде проверили. Ладожские бы точно не успели до нее добраться.

— Грачева где? — не оборачиваясь на паренька, преодолев себя, все же уточнил Максим.

— Тоже нет.

— Это она, Ром. Все это время, прямо у меня под носом... Блять! — то ли со злобы, то ли от отчаяния мужчина влупил кулаком в дверь, оставив на той внушительную вмятину.

Ни сказав ни слова, Рома вооружился рацией и удалился, на ходу отдавая приказы своим людям. Судя по всему, он тоже не был морально готов к такой новости.

— Она, блять, действительно была ближе всех, — не обращаясь ни к кому конкретно, процедил Громский. — Игнат знал, куда бить. Он, сука, знал. Старый мудень... Нужно было прикончить его, когда была возможность. Блять...

— Что ты имеешь в виду? — осмелился вмешаться Аслан.

Максим резко обернулся на близнеца, из-за чего Арман снова схватился за пистолет. Громский поистине в данный момент напоминал раненого зверя, загнанного в угол. Буквально несколько минутами ранее он потешался над братьями, думая, что держит их за яйца, теперь же был в положении в разы хуже. Эл увела Яру, а куда, только одному дьяволу было известно. И если Белова уже была у Ладожеского, как и сама Грачева, то все было максимально плохо. Кончено. Эл знала просто все, что только можно было и нельзя. Она — кладезь знаний всех грехов клана Громских, и именно грачиха станет той, кто буквально забьет гвоздь в крышку гроба Макса. Но даже не это так сильно пугало Максима, как ни странно, он думал о том, что, возможно, больше никогда не увидит Ярославу. Однажды он смог вытащить ее из катакомб, но не стоило рассчитывать на то, что Игнат снова упрячет ее там. Родной дядя мог просто перепродать ее, как некогда поступил с матерью Эл.

— Эл... она... — стараясь прервать безумную вереницу мыслей, попытался сосредоточиться на вопросе Макс. — Она была моим врачом, поэтому буквально была ближе всех. Штопала меня постоянно, вытаскивала с того света... Блять... Она и Яру тоже лечила, выхаживала после Гарнеевых, и после душа.... Блять-блять-блять!..

Снова глухие удары по стене, но он уже не ощущал боль в сбитых до мяса костяшках.

— Если она была ближе всех, то, значит, ты неплохо знал ее? — Аслан, как и всегда, старался мыслить разумно, видя, что Громский явно сейчас не в состоянии на такое. — Есть что-то или кто-то, что может нам помочь прижать эту твою врачиху?

Максима передернуло, но он остановился в своем бездумном избиении стены.

— Крис... — он обернулся на близнецов, не затопляя и капли безумия в своих волчьих глазах. — Поехали, если хотите снова увидеться с сестричкой, но...

Братья замерли, уже готовые двинуться за мужчиной, как Максим резко остановился, развернулся к ним. Наставив на них указательный палец, он довольно серьезно и угрожающе произнес:

— Дороги назад больше нет, ребятки. Вы сейчас берете билет в один конец. Ни папочки, ни наследства, вообще ничего. Теперь вы на моей стороне — на стороне конченых тварей. И если я хоть подумаю, что вы вдруг решили свернуть — прибью, не задумываясь. Ясно?

Близнецы переглянулись, и вдруг Арман как-то нездорово оскалился:

— Ну наконец-то.

— Поддерживаю, — кивнул Аслан.

***

Совещание закончилось пятнадцать минут назад, но Крис только сейчас вышла из зала переговоров. Каблуки звонко чеканили по глянцевой поверхности пола, пока она направлялась в кабинет Громского, который могла уже целиком и полностью считать своим. Максим не любил вести дела в бизнес-центре, изредка появлялся в башне, как правило, только по очень важным случаям, требующих его личного присутствия. Мужчина предпочитал зависать в своем казино, заниматься прямым делами клана, а ответственность за отмывание денег и маскировку истинной деятельности семьи Громских упала на плечи Кристины. Но она не жаловалась. Поначалу, безусловно, было тяжело вникнуть во все это, научиться вести переговоры, буквально заговаривать зубы толстосумам, увиливать от налоговой и прочих служб, читать договора между строк и видеть все подводные камни. А потом, спустя пару лет она поняла, что находится в своей стихии. Быть бизнес-вумен, ставить на место всяких богатых стариков — это именно то, что получалось у нее лучше всего.

Панорамный вид в кабинете уже не заслуживал должного внимания девушки, как раньше. В первое время, она могла часами смотреть на город сверху, уходя глубоко в свои мысли, сейчас же вид воспринимался, как должное. Иногда она вообще закрывала его автоматическими ставнями. Разложив кучу бумажек на столе, Крис уселась за компьютер, как на телефон пришло уведомление от секретарши, что Максим Громский в сопровождении еще двух молодых людей поднимается в лифте.

Немало удивившись, девушка, на всякий случай, проверила сегодняшнее расписание встреч, но нигде ничего подобного не увидела. Значит, нечто непредвиденное и срочное. Дозвонившись до все той же помощницы, Крис быстро попросила отменить все грядущие планы на остаток дня, а также закрыть этаж для посещений. Простые правила, которым сам же Максим ее научил, на случай вот таких вот внезапных визитов.

Спустя несколько мгновений в кабинет, как полуденная гроза, ворвался Громский. Крис, хоть и ожидавшая его прихода, все равно как-то испуганно подскочила со стула. С первого взгляда, как оценила девушка, он не был ранен, лишь сильно взволнован и, кажется, чертовски зол. Она даже не обратила внимания на двух парней позади него, ведь Максим занял собой буквально все пространство.

— Макс?.. — осторожно позвала его Крис, заметив, как мужчина застыл.

— Когда ты в последний раз видела Эл? — он тут же напал на нее с вопросом, стремительно приближаясь.

Крис на автомате начала отходить назад, пока не уперлась спиной в стекла панорамного окна.

— Утром, когда провожали Алису, — она прекрасно знала Громского и всех его демонов, а еще, что в подобном состоянии мужчину лучше лишний раз не злить. — Максим, что случилось?

— Она тебе что-нибудь говорила? Про Игната? Или Яру? — он не слышал ее, продолжая напирать вопросами и притесняя ее сильнее к стеклу.

— Что? Нет, ничего такого... А...

— Подумай! — Громский снова всадил кулаком в стекло, но то, слава богам, было бронебойное, поэтому даже не задрожало от удара, лишь вибрация отдалась в позвоночник Крис. — Что угодно? Может, она обо мне что-то говорила? Ну же, Крис!

— Боже, да отойди ты от меня! — не выдержав такого давления, она уперлась руками в грудь мужчины, силясь оттолкнуть его, но Макс был непоколебим, как скала. — Ничего она не говорила, ясно?! Она вообще в последнее время мало, что говорила! Я знала только, что вы с ней снова повздорили, из-за этого она была вся, как не своя. Она даже мне ничего не сказала!

Максим, все же, сделал пару шагов назад, позволяя Крис, наконец, заметить еще двух гостей. Те стояли в стороне, не смея вмешиваться. Сдув пряди волос с лица, девушка задержала взгляд на парнях, не совсем сразу понимая, что те были чересчур сильно похожи друг на друга, пока не осознала...

— Близнецы?.. — ахнула она, а, затем, снова уставившись на Максима, осторожно спросила: — Где Ярослава?

Запустив пальцы себе в волосы и слегка рванув, Громский отошел к рабочему столу, присаживаясь на его край. Нервно достал пачку сигарет, но с еще большим раздражением обнаружил, что та полностью опустела. Запасная валялась в машине, но ему нужно было именно сейчас.

— Здесь нигде не завалялись мои сигареты? — рассматривая упаковку от любимого Ричмонда, глухо уточнил он.

— Ты меня слышишь вообще? — Крис всплеснула руками. — Ты врываешься сюда, как гром посреди ясного неба! Приводишь с собой близнецов Беловых! Задаешь мне такие вопросы! А теперь ты ищешь свои сигареты?! Знаешь, что, Громский? Да пош...

Слова застряли у нее в глотке, стоило Максиму выронить всего два:

— Это она.

Крис замолчала, проводя пальцами по своему уже влажному лбу. Она сделала глубокий вдох, на секунду закрыла глаза, чтобы набраться сил для уточнения:

— Что — «она»? Кто — «она»?.. Я не понимаю тебя, Максим.

Хотя, возможно, просто обманывала саму себя, потому что в глубине души уже все прекрасно поняла.

— Эл, — Максим поднял на нее взгляд, как-то очень горько усмехаясь. — Грачева, она... Сговорилась с Игнатом, видимо, пока еще не понял. Скорее всего, Ярослава уже у него, как и сама Грачева. Это.... Я не знаю, что и думать, Крис. Я надеялся, что ты хоть что-нибудь знаешь.

Крис могла поклясться, что пол под ее ногами буквально чуть ли не разошелся в разные стороны, потому что ей резко понадобилась опора. К счастью, Максим вовремя оказался рядом, подхватив ее под локоть, подвел к стулу и усадил. Она тяжело в него опустилась, ощущая себя так, словно по голове не хило так ударили чем-то тяжелым. И это очень тяжелое осело в груди грузом в виде «Эл».

С секунду перед глазами словно бы свет погас, но потом, проморгавшись, она посмотрела на Максима. Он сидел перед ней на корточках, тоже весь в прострации, измотанный, злой, а еще... Крис поняла это, увидела в том, как потухли его всегда насыщенные энергией синие глаза, в том, как осунулось лицо, посерела кожа, по сбитым в кровь костяшкам, по тому, как он болезненно щурился, по испарине на лбу... Громскому было больно. И то было не от физической раны в боку, а от той, что нанесла Эл своим поступком, ранив куда-то в душу.

— У тебя рана вскрылась, — тихо произнесла Крис, заметив, как намокла рубашка у него сбоку.

Максим молча выпрямился, лишь на секунду не совладал с собой, показав ей тень боли на лице, но полностью проигнорировав замечание. Он направился к близнецам, и она не могла не заметить еще не прошедшее напряжение недоверия между ними. Пока Максим давал ей возможность прийти в себя, Крис начала усиленно прокручивать последние дни с Эл в голове, стараясь припомнить любую странную мелочь, вплоть до интонации. И вспомнила. Около недели назад мелкая ссора, которая тут же погасла, не успев толком начаться. Тогда Эл влетела в их комнату вся на взводе, сходу ругая Громского, матеря его, не хуже сапожника. Припомнила давнее событие...

Крис поднялась на ватные ноги, но Макс и без того услышал стук каблуков, и, прервав беседу с близнецами, вернулся к ней. Она ухватилась за его рукав, поэтому он сразу понял, что девушка явно что-то вспомнила.

— Недавно мы поругались, но ничего такого. Она сказала потом, что просто сцепилась с тобой из-за Ярославы, но толком ничего так и не объяснила. Очень злилась на тебя, вспомнила про то, как ты... Как ты пытался со мной...

— Я ничего не сделал, — твердо перебил ее мужчина. — Молодым был, вспыльчивым, но мы ведь это уже обсудили, верно?

— Да, я ей то же самое сказала, но она... В общем, я так и не знаю, почему она так всполошилась. Что между вами произошло?

— Я был слишком груб с Ярой, из-за этого Эл подумала, что я мог ее изнасиловать, — собравшись с мыслями, довольно нехотя признался Громский. Он сразу же отвел глаза, дабы не видеть, как меняется лицо Крис.

— Что... Ты и Слава... А... Стоп-стоп, постой, когда ты успел... Ладно, не важно, я не хочу знать, — более менее уложив в голове услышанное, замахала рукой девушка. — Но... ты ведь ее не... не на.... Кхм...

— Нет, Крис, я ее не насиловал, но Эл сделала из этого целую трагедию.

Громский снова отошел немного в сторону, передергивая плечами. Крис уже не нужна была опора, ноги вновь начали слушаться ее. Бросив подозрительный взгляд на близнецов, она ухватилась за локоть Максима, разворачивая его к себе.

— Послушай меня, пожалуйста. Не руби ты так с горяча, я, понимаю, что это... Тяжело. Я сама до сих пор не могу поверить в то, что это действительно была она. Ты сам-то уверен в этом?

— Больше некому, — сухо бросил он.

— Если ты так уверен... Слушай, но я думаю.... Я думаю, она не стала играть по правилам Игната. Это же Эл... Я думаю, что она забрала Славу, но где-то прячет ее. Она не стала бы отдавать ее Игнату, я уверена.

— С чего такая уверенность?

— Ну... я знаю ее немножечко лучше тебя, а еще женская интуиция.

— Этого недостаточно.

— Вот и проверим, — Крис взяла пиджак со стула, выключила компьютер и встала перед Громским, показывая, что она полностью готова ехать куда угодно.

Макс явно хотел что-то возразить ей, но заглядывая в серые, буквально стальные глаза, просто не смог.

Аслан и Арман смиренно выжидающие все это время, наконец, переглянулись между собой. Почему-то, Аслан вполне верил в догадки Кристины о том, что предательница не стала отдавать их сестру дяде.

— Если вы закончили, — вмешался старший близнец, из-за чего тут же поймал на себе пронзающий взгляд Громского. — Я думаю, твоя подруга права. Мы бы уже точно узнали бы, будь Слава у дяди. Думаю, есть смысл попробовать отыскать эту вашу Грачеву и поговорить.

— Поговорить? — удивился Арман, крутя в руках излюбленный нож-бабочку.

Максим приблизился к ним, и в этом момент Крис показалось, что мужчина стал шире в плечах и выше на голову точно, потому что именно такое подавляющие чувств испытываешь, когда на тебя надвигается стихия, таящая в себе неистовое разрушение.

— Поговорим, — сквозь зубы процедил Громский. — Иначе я тебе эту зубочистку засуну в задницу и проверну. Никто и пальцем ее не тронет, ясно? Со своими людьми я разбираюсь сам.

Армана угроза не проняла, и, прекрасно зная своего брата, закрыв его собой, на линию огня вышел Аслан, отвечая за них двоих:

— Мы поняли.

Стряхнув с себя бурю мурашек, Крис прошла к выходу, бросая на ходу всем остальным:

— Тогда погнали.