28. Вместе

Утро начиналось как будто заново — нежно, но с лёгким трепетом в воздухе. Соня ещё не проснулась, но Лика уже была рядом, тихо и бережно обводя пальцами плечи девушки. Её касания были словно обещанием — не торопиться, чувствовать каждую секунду. Лика прижалась лбом к коже на шее Сони, вдыхая её запах — смешение прохлады и нежной сладости, который казался ей самым родным.

Соня вздохнула и медленно открыла глаза. Их взгляды встретились, и в них плескалась вся невыраженная словами нежность. Без слов они говорили о многом — о доверии, об ожидании, о том, как трудно было молчать. Лика коснулась губами уголка рта Сони, и та улыбнулась — тихо, по-домашнему, с трепетом.

И вот, почти не замечая перехода, они уже вместе, тонко переплетаясь в дыхании и касаниях, словно танец, который никто не видел, но который был написан сердцами. Соня выгибалась под ласками Лики, а вздохи вырывались, становясь всё громче — звук их страсти, не нуждающейся в одобрении.

В этом танце нежности, где губы чертили узоры на коже, а пальцы изучали скрытые тропы тела, возникало ощущение абсолютной близости. Время словно замедлялось, и казалось, что вот он — тот самый миг, когда мир становится тоньше, а чувства — глубже.

Но с каждым вздохом и движением приближалась новая грань — тонкая, почти невидимая, но ощутимая как лёгкий холодок в воздухе. Этот момент, когда желание становится смешанным с осторожностью — не от страха, а от осознания важности каждого касания, каждого шёпота.

Соня вдруг остановилась, её глаза чуть потемнели, как будто в них появилась тень сомнений. Лика уловила это мгновение, и их тела замерли, переплетённые, но с замедленным ритмом. Словно берегли друг друга от спешки и тревог, позволяя себе просто быть рядом.

— Всё хорошо? — прошептала Лика, касаясь щёки девушки.

Соня кивнула, но голос дрожал:

— Да, просто... иногда мне кажется, что боюсь потерять тебя.

Лика улыбнулась, чувствуя, как сердце сжалось от нежности и понимания.

— Ты не потеряешь. Никогда.

Они снова сблизились, но уже не торопясь, позволяя каждому мгновению наполниться смыслом. В комнате горел мягкий свет, и только их дыхание и тихий шум за окнами напоминали, что жизнь продолжается, переплетая страсть с доверием.

                         Прошел месяц                                   Бой

В зале было душно — запах мата, резины и адреналина висел в воздухе плотной завесой. Соня сидела на последнем ряду, в капюшоне, затаившись, будто это она, а не Лика, выходила сейчас на бой. Внутри всё стучало: сердце, пульс, мысли. Она держала руки в карманах и старалась дышать ровно. Смотрела — не мигая.

Лика вышла на ринг, как всегда: сосредоточенная, собранная, с этим холодным спокойствием в глазах, которое всегда немного пугало и одновременно завораживало. Соня знала: Лика никому не показывает, когда ей страшно. Никогда.

Секунды сливались в минуты, а бой — в сплошной, жесткий, рваный ритм. Соперница была сильной, такой же быстрой и упрямой. Лика держалась до последнего — не сдаваясь, не опуская рук. Даже когда попала под тяжёлый удар, даже когда пошатнулась.

Финал был как удар током: короткий, чёткий. И вот — всё. Судья поднимает руку соперницы. А Лика, тяжело дыша, остаётся в центре. Не спорит. Просто стоит. Потом медленно уходит — в тишину за кулисами, оставляя шум зрительного зала позади.

Соня осталась сидеть. Сердце всё ещё не отпускало.

В раздевалке было пусто. Серый свет, металлические шкафчики, запах мази и мокрого полотенца. Лика сидела на скамье, не раздеваясь. Просто уставилась в пол, локти на коленях, ладони сжаты в замок.

Когда дверь скрипнула, она не сразу подняла глаза. А когда подняла — замерла.

Соня стояла в проходе. Без слов. Без лишней эмоции. Просто была.

— Ты пришла? — тихо, почти удивлённо спросила Лика.

Соня кивнула, заходя ближе. Медленно села рядом, не касаясь, не торопя.

— Не хотела отвлекать до... — она замолчала, а потом добавила: — Ты держалась.

Лика усмехнулась, но как-то горько:

— Я проиграла.

Ни злости, ни надлома — просто констатация. Факт.

Соня повернула к ней голову:

— Да. Но не себе.

Лика вздохнула. Тяжело. И почти шепотом, будто самому себе:

— Я проиграла, но не тебе.

Тишина повисла между ними. Не давящая — наполненная.

Соня медленно потянулась и обняла Лику. Та не сразу ответила. Но через мгновение всё в ней расслабилось — плечи, дыхание, руки. И она уткнулась лбом в шею Сони, глубоко вдыхая.

Они обе молчали. А потом — вдруг — будто по какому-то внутреннему сигналу, почти одновременно — заплакали.

Не громко. Без крика. Тихо. По-настоящему.

Плакали не из-за поражения. Не из-за боли. А потому что впервые позволили себе быть — не сильными, не собранными, не ироничными. А просто уставшими, растерянными, настоящими.

— Мне страшно, — прошептала Лика. — Не из-за боя. Из-за того, что я не знаю, как быть с тобой. Быть собой.

Соня сжала её крепче.

— Мне тоже. Но я здесь. И я не уйду.

Они сидели рядом ещё несколько минут. Не говоря. Только дышали в унисон. Потом Лика вытерла лицо, встала и глубоко вдохнула.

— У меня ещё бой. Последний. Или всё — или никак.

Соня посмотрела на неё. В глазах уже не было растерянности — только спокойствие. Спокойствие, которое даёт простое: "я не одна".

— Тогда иди и закончи начатое.

Лика усмехнулась:

— Прям как в кино.

— Просто не давай ей коленом по печени — мне ещё переживать за тебя.

Зал будто стал больше, громче. Финальный бой, последние секунды турнира, решающий шаг: в сборную или мимо.

Лика выходила на татами уже другой. Всё ещё сосредоточенной, всё ещё с прямой спиной — но в ней не было прежней отстранённости. Не было одиночества.

Соня сидела ближе, уже не скрываясь. Теперь Лика её видела. И этого оказалось достаточно.

Гонг.

Соперница была жёсткая. Опытная. В каждом движении — уверенность и злость. Бой шёл на грани. Удары — в кость. Захваты — как из учебника. Но Лика держалась. Каждый раз, когда ноги подкашивались, она вспоминала: "Я уже не боюсь. Не себя. Не чувств. Не мира."

Ближе к финалу — ничья. Судьи напряжены. Зрители шумят. Сердце колотится, но теперь — как двигатель, а не как сигнал тревоги.

Последние секунды. Обманный манёвр. Ловкий захват. И — чистый бросок. Контакт. Мат.

Судья поднимает руку Лики. Победа.

Не крик, не слёзы. Она просто стоит в центре, смотрит на зал, на одну точку — и улыбается. Тихо. Сдержанно. Но по-настоящему.

Позже, за кулисами, уже в форме и с медалью на груди, Лика выходит из зала. Соня встречает её первой.

— Ну, чемпионка?

— Почти. До мира ещё шаг.

— Зато теперь не одна.

Они обе улыбаются. И, не говоря ни слова, просто идут рядом — по пустому коридору, где пахнет потом, лентой, победами и уставшими сердцами.

И пусть впереди будут новые бои, новое напряжение, сборы, кровь, страх — сегодня, в этот вечер, Лика выиграла главное: себя.