85.

Максимилиан Димтер автоматически отступил спиной к машине, словно собираясь сбежать, но услышал, как хлопнула одна дверца, вторая, третья... даже не оборачиваясь, Максимилиан ощутил, что слева от него встали участники экспедиции, а справа, практически вплотную - Маттео, еще не успевший залезть в джип.

"Какого хрена они все вылезли, - страдальчески подумал Димтер, - надо было уезжать! Не ждать меня, а прыгать за руль и уезжать отсюда к чертовой матери!"

- А вот и Главный собственной персоной, - пропел Биби, выдвигаясь вперед и закрывая собой Бенджамена.

Максимилиан правым плечом ощутил, как вздрогнул Маттео: ну что ж, понятная реакция. Молодой патрульный понятия не имел, как выглядит всемогущий Главный, и уж, само собой, никак не ожидал его встретить на захолустной автостоянке.

- Как Вы здесь оказались? - вырвалось у Димтера.

Академик Аммер неспешно вышел из своего автомобиля.

Как по сигналу захлопали дверцы, выпуская из двух соседних машин, казавшихся до этого темными и спящими, человек семь весьма угрожающего вида. Они плотным кольцом окружили невысокого академика и застыли.

- Честно говоря, я ждал вас, - заговорил Аммер-старший так мирно, словно они беседовали за чашкой чая в уютной гостиной, - но незнакомый патрульный в форме меня слегка смутил... если бы ты, Макс, не повернулся, я бы вас упустил. А оказался я здесь очень просто: еду туда же, куда и вы. То есть, к самолету, в Сан Антонио.

Димтер невольно скривился.

- Значит, Вы решили не надеяться на местных и прикончить нас самостоятельно?

- Наоборот, мой мальчик, - академик Аммер хмыкнул, - я ждал вас, чтобы обеспечить безопасность.

Биби фыркнул.

- Слушай, Главный, хорош заливать! Ты еще не в курсе? Мы про тебя все знаем. И про твои приказы тоже. Кто тебе поверит?

Один из громил за плечом у Аммера-старшего набычился и полез под куртку, но академик жестом его остановил.

- Боюсь, вы знаете не совсем все, - спокойно улыбнулся он, - я никогда не приказывал вас убивать. Остановить - да, обезопасить и запереть в боксе - да, но не убивать. Это пытался сделать Старейшина. И это его люди убили вчера двух ваших приятелей. Мои ребята туда не успели.

Гордон Льюис схватился за горло.

- Вчера?... убили? - сдавленно прошептал он.

- Увы, - развел руками Аммер-старший, - мы опоздали.

- Я тебе не верю, - отрезал Биби, - не знаю, зачем ты решил поиграть в хорошего парня, но я тебе не верю.

- Как угодно, - учтиво склонил голову пожилой ученый, но стальные глаза его зло сузились, - мне все равно. Моя задача - защитить сына.

- А почему ты его раньше не защищал? Почему пытался убить?

- Я никогда не отдавал приказа его убить, - твердо повторил Аммер-старший, - никогда. Все, что происходило в Чистом городе после карантина, я знал исключительно со слов Старейшины. Это он распоряжался моими людьми. Меня там не было.

- Да что за хрень ты нам втираешь! - Биби раздраженно повысил голос, и еще один охранник академика недовольно шевельнулся, - Все ты знал! Нам рассказали про твою правую руку, Бобби, которому ты лично - ЛИЧНО! - приказал убрать нашу экспедицию!

- Я приказывал убрать начальника экспедиции, майора Довери, - академик Аммер тоже повысил голос, - потому что знал о его задании! Я приказывал найти "чистых" и устранить их! Я знал, что вы с Бенджи отделились от основной группы, и они идут без вас! Да и не спутаешь тебя, моя драгоценная невестушка, с "чистыми"...

- Если все так, как ты говоришь, папа, - вдруг тихо отозвался Бенджамен, - просто позволь нам уехать.

- И куда же ты поедешь? - Аммер-старший прищурился, - Дальше, по прямой? Будь уверен, где-то там, ближе к Сан Антонио, вас уже ждут: от Ормонда до границы только одна крупная дорога.

- Не одна, - вскинулся молчавший до этого Маттео, - мы выбрали эту дорогу из трех других!

Стальные глаза обратились к нему.

- Как ты думаешь, мальчик, почему я ждал вас именно здесь и дождался? Не знаешь? А я тебе скажу. Да, по картам дорог и в самом деле три. Но одну из них на прошлой неделе размыло ливнем, и ее перекрыли. Очень неудачное для вас стечение обстоятельств. Если бы вы выбрали ту дорогу, вас развернули бы обратно. А вторая из трех уже месяц как на ремонте - там рухнул мост. Даже по радио говорили. Выходит, куда бы вы ни поехали, все равно вернулись бы именно сюда, потому что три минус две равняется...? Умница. Кстати, Бенджи, где вы подцепили это недоразу... этого патрульного?

Маттео у плеча Димтера оскорбленно засопел. Он явно уже преодолел страх, вызванный упоминанием великого и ужасного Главного, и теперь невысокий седой мужчина, похожий больше на учителя математики, чем на мафиози, ничуть его не пугал. Но вот головорезы, окружавшие "учителя", выглядели не слишком дружелюбно, и молодой патрульный не рисковал нарываться.

- Так чего же ты хочешь, папа? - Бенджамен устало вздохнул, - Ты ведь не для приятного разговора устроил нам засаду, верно?

- Я устроил здесь, как ты выразился, засаду только чтобы поехать дальше вместе, - академик Аммер высокомерно усмехнулся, - потому, что у вас нет того, что есть у меня: вот эти ребята для защиты.

"Ребята для защиты", больше похожие на бандитов, недоуменно переглянулись, не совсем, видимо, поняв, отчего их босс вдруг решил поиграть в защитника. Биби это заметил и фыркнул.

- Твои ребята очень удивились, - прокомментировал он, - ты их проинструктировать не успел, что ли?

Максимилиану Димтеру показалось, что Аммер-старший вот-вот выйдет из себя и сбросит, наконец, маску доброго дядюшки, но пожилой ученый сдержался и на этот раз.

- Они "темные", - не моргнув глазом, сказал он, - я не посвящал их в свои планы. Они просто выполняют мои указания.

- Так значит, ты собираешься взять нас в заложники? - словно не слыша пикировки отца и Биби, задумчиво потер Бенджамен висок, - Полностью контролировать с помощью своих... мммм... ребят? Я так понимаю, Квадрумвират уже сместил Старейшину, а ты вовремя от него открестился, и теперь хочешь использовать нас, как щит, если встретятся преграды?

Академик Аммер даже побелел от едва сдерживаемого гнева.

- Думай, что говоришь! - прикрикнул он на сына, - Я никогда не смог бы так поступить с тобой!

- Правда? - Бенджамен вскинул брови, - Почему же ты позволял поступать так со мной весь прошлый месяц, когда меня травили токсинами, охотились, как на зайца, в Орландо и бросали в толпу зараженных? Почему еще вчера по твоему приказу все дороги были перекрыты? Чтобы я не мог спастись?

- Да не для этого, глупый, - сморщился Аммер-старший, - я просто хотел задержать вас, чтобы вы не попали в руки Старейшины...

- Ой, да ладно тебе! Просто вчера ты еще не поругался со Старейшиной, - беспощадно припечатал Биби, - поэтому вы действовали сообща и собирались нас ловить. А потом Старейшина твой впал в немилость, и ты решил его слить. Что? Не ожидал, что я смогу сложить два и два?

Академик Аммер презрительно поджал губы и сделал рукой легкий жест: его головорезы, снова переглянувшись, втянулись в автомобили и принялись маневрировать на стоянке, окружая джип экспедиции с обеих сторон.

- Думай, что хочешь, "темный" детка. Можешь приписывать мне какие угодно интриги и гадости. Мне все равно. Я просто дождался своего сына и теперь лично прослежу за его безопасностью, хочет он этого или нет.

Не теряя гордой осанки, пожилой профессор уселся на заднее сиденье своей машины, сделал знак водителю - и тот медленно тронулся с места, перекрывая выезд.

- Они нас заперли со всех сторон, - уныло констатировал Маттео, оборачиваясь.

- Надо было уезжать, пока он со мной разговаривал, - в сердцах вырвалось у Димтера, и он обернулся к Биби, - почему ты не увез Бенни сразу, как увидел Главного?

Биби и сам, кажется, уже пожалел о том, что сглупил. Он стоял, покусывая губу и притопывая ногой, словно примериваясь к ситуации и раздумывая, в какую сторону ему метнуться.

- Макс, перестань паниковать, - голос Аммера казался спокойным и прохладным, - если бы он хотел нас убить, он бы это уже сделал, ведь их больше. Предлагаю вернуться в машину и немного поспать.

Профессор первый развернулся и влез в джип. Немного помедлив, за ним последовали и остальные.

- Ты ведь не поверил ему, правда? - осмелился нарушить тишину в салоне Биби, прилипая к боку Бенджамена и обвивая его руками.

- Нет, - Аммер хмыкнул, - конечно, нет. Но раз он решил изображать спасителя, мы можем ему подыграть. По крайней мере, вырваться из его тесных объятий нам пока точно не удастся. Значит, будем играть.

Максимилиан Димтер ударил обеими руками по рулю.

- Черт бы его побрал! Я не верю ни единому его слову! Это он, он один отдавал приказы, а теперь почему-то пытается выйти сухим из воды... зачем ему сейчас нас спасать?

- Чтобы пробраться в Третий город, - вдруг тихо ответил молчавший до сих пор Гордон Льюис, - разве вы еще не поняли? Он действительно собирается нас защитить, чтобы улететь вместе...

На него обратились четыре пары глаз: в серо-голубых читалось недоумение, в стальных, похожих на глаза академика - недоверие, в карих мелькнула догадка, и только светло-серые и прозрачные выражали полнейшее непонимание ситуации.

- Ты считаешь, что он намылился с нашей помощью вывернуться из заварушки? - Биби снова закусил губу, - Довезет нас до границы и предстанет перед всеми чистеньким?

- Ты попал в точку, когда сказал, что он поругался со Старейшиной. Я наблюдал за ним, он сильно занервничал, - Гордон медленно кивнул, - а значит, назад в наш город ему пути нет. Старейшина наверняка не станет молчать и попытается свалить все на него. А он, пока не поздно, сделает то же самое. Попросит убежища в Третьем городе, покается, что вынужденно служил нехорошему Старейшине - и его простят. Он же мировая знаменитость. Ученый. Ну, посидит немного в комнате отдыха, напишет очередную книгу - и все на этом закончится...

- А чтобы ему поверили, он должен побыть добрым и хорошим. Спасти собственного сына от злого Старейшины - чем не доказательство раскаяния? - подхватил Димтер, уловив мысль Льюиса, - Надеюсь, что ты прав, Гордон. Потому, что если академик ведет какую-то другую, более сложную игру, нам от него не уйти.

В машине повисло тяжелое молчание.

Каждый думал о своем.

Мысли Гордона Льюиса вертелись вокруг исследований и их результатов: теперь, когда академик Аммер изображал сотрудничество, можно было бы спросить его о змеях, гормоне, антителах... или не стоит? Ответит ли он? Не испортит ли это образ защитника, который он на себя примерил? Но как же хочется спросить!... Ведь, как ни крути, академик Аммер - гений, раз сумел воплотить в жизнь не только средство спасения от "темного" гормона, но и средство заражения... он, как и любой ученый, должен хотеть поделиться своим открытием. Ценность открытия как раз в публичности! Чтобы оценили, восхитились! Да, пожалуй, Гордон Льюис спросит. Если, конечно, завтра ничего не изменится в их расстановке сил.

Максимилиан Димтер думал о том, как обмануть завтра гориллообразных "защитников", зажавших джип в клещи. Но если Главный прав и остальные две дороги в самом деле перекрыты, у них нет выхода. Они вынуждены двигаться вместе в сторону границы даже в том случае, если это приведет в ловушку. Попытаться оторваться? Свернуть в сторону, затаиться? Но как долго они смогут прятаться? Зная, на каком участке дороги они пропали, Главный легко и быстро их обнаружит. Ведь это его земли и его люди... не в лесу же сидеть неделями? Нет, скрыться не получится... но и ехать в сопровождении конвоя - тоже не выход. Что, если их и в самом деле поджидают в засаде? Что, если настоящая задача дуболомов - довезти их до нужного места и устранить чужими руками? Может быть, устроить для Бенджамена, Биби и Гордона незаметный побег? Пусть папаша и его ребята думают, что машина везет полный состав экспедиции, а у засады окажется, что в джипе один Димтер...

Биби ни о чем особо не думал. Он, кипя изнутри, казнил себя за то, что опять не смог защитить Бенджамена. Для этого ведь ехал, идиот, для этого собирался держать ухо востро - и проворонил! Биби хотел анализировать все, что произошло, но никак не мог собрать мысли в одну кучу: в голове мелькали только обрывки и осколки, словно его голова не приспособлена оказалась для глубоких мыслей. Ну да, конечно, как он мог предугадать, что этот старый волчище их опередит и будет поджидать, всплывало само собой оправдание. Да и про перекрытые дороги никак не догадаться было... это в Чистом городе можно открыть сайт в коммуникаторе да посмотреть, где что происходит. А тут, на этой земле, свежие да достоверные новости - удел избранных. Даже имей они телевизор или радио, все равно бы не узнали про ливень и мост. Не рассказывают про такие мелочи по телевизору... Нет, все равно, все равно он должен был, он обязан был! Идиот... самонадеянный идиот! И Биби снова возвращался к самобичеванию, повторяя все аргументы и оправдания по кругу.

Бенджамен, наоборот, старался отключиться от анализа событий этого вечера и ни о чем не думать, но факты в голове сами собой выстраивались в стройную систему. Отец снова обманывал их, говоря, что не отдавал приказания. Но это точно был он. Только он знал все тонкости свойств токсина, добавленного в пирог. Это его токсин, и никто - даже Бенджамен! - не знал, как он синтезирован. Только отец мог рассказать Довери, что Препарат, введенный "чистому", сработает, как яд. Никто не знал этого кроме него, Бенджамена, его отца и двух их помощников. Только отец прекрасно знал, как ведут себя зараженные, выпущенные на волю... Старейшина? Смешно. Старейшина - политик, а не ученый. Да, он мог отдать приказ, но КАК этот приказ будет исполнен, знать не мог. Выходит, Гордон прав, и его отец решил вскочить в последний вагон уходящего поезда, когда запахло жареным. Использовать его, своего сына. Надеялся, что Бенджамен поверит ему, услышав про желание его защитить... но как поверить в такое? Не будь рядом Гордона, не будь Биби и Макса, которые - каждый по-своему! - отрезвляли его, возможно, Бенджамен и захотел бы поверить. Но сейчас не мог. Не имел права. Видел, насколько это глупо.

И только Маттео, посматривая на сжимавшего кулаки и игравшего желваками Димтера, не думал о Главном. Вернее, сначала он, конечно, поудивлялся тому обстоятельству, что, оказывается, Главный - это вот этот вежливый дяденька, оказавшийся отцом "чистого" профессора. А раз так, то им, считай, повезло. И чего эти "чистые" боялись, спрашивается? Главный-то точно сможет своего сына защитить. Он так и сказал: хочу защитить. И переживать, значит, не о чем: они в целости и сохранности доедут до самолета. Чего вообще эти "чистые" все время сомневаются? Надумывают что-то, усложняют... любят сложности, вот что... Но потом мысль Маттео перепрыгнула на таких интересных и загадочных "чистых". Вот, например, Макс. Интересный человек. Надежный, уверенный, как скала каменная. Рядом с ним ничего не страшно. За таким любая женщина будет бегать, как собачка. А поди ж ты, сам он смотрит на профессора, как на Бога. А тот на него не смотрит. Почему так? Как может не нравиться такой, как Макс? Профессор что, совсем слепой или дурак? Как он мог выбрать мелкого, опасного, как гремучая змея, Биби вместо красивого, статного полковника, олицетворяющего собой основательность, верность, безопасность? И правда, любит сложности, раз предпочел Биби Максу. А Гордон этот? Весь мармеладный какой-то, хотя и умный, ничего не скажешь. Но вот смотришь на него - и липко, будто на тебя мед пролили. Весь вечно с какими-то сладенькими улыбочками, глазками хлопает, губки вытягивает... Биби сказал, что он - бывший муж профессора. Сразу понятно, что со вкусом у профессора не очень. Сам Маттео даже не посмотрел бы в сторону этих двоих, будь он на месте профессора. Но он, конечно, не на его месте. И хотя намекнул сегодня Димтер у кассы, что не против потерпеть ухаживания, Маттео пропустил его шутку мимо ушей. Да и вообще... он же не мужелюб, в самом-то деле. Просто если поставить себя на место профессора...

...и Маттео снова размечтался о том, как бы он поступил, окажись он Бенджаменом Аммером.

- Мне все равно, кого, - говорил в это же самое время Аммер-старший в своей машине быкообразному помощнику, - главное, не трогай того, который похож на меня. Я буду с ним рядом. Скажи ребятам, чтобы не задели меня случайно. Остальные не волнуют. Но лучше, конечно, чтобы вы не слишком увлекались. Кого-то одного вполне достаточно.

Быкообразный помощник, кивнув, выскочил из машины Главного и понес его приказ по цепочке дальше.

Аммер-старший, прикрыв глаза, спокойно задремал, ни на секунду не усомнившись в том, что его приказ будет исполнен именно так, как он сказал. Завтра его ждет небольшой спектакль, после которого он станет героем. Даже если ему не верят и не поверят, доказать ничего не смогут.

И Главный, улыбнувшись сквозь дрему, поудобнее устроился на сиденье.

***

В джипе проснулись около семи: как бы ни мучились тяжелыми мыслями члены экспедиции, здоровый сон сморил их достаточно быстро. Только Максимилиан Димтер всю ночь вскидывался, посматривая на окружившие их машины. Но те стояли неподвижно, и полковник снова засыпал нервным неглубоким сном.

Биби, обхватив Бенджамена, хмурился во сне.

Бенджамен спал крепко, и во сне к нему пришел океан: они с Биби стояли на песке и смотрели в его бесконечную синеву. Бенджамен видел только океан, хотя знал, что Биби стоит рядом, но как ни пытался, не мог повернуться, словно находился внутри картины и мог смотреть только вперед, на то, что нарисовано...

Гордон Льюис, свернувшись клубочком, никаких снов не видел, а Маттео во сне развернулся к Максимилиану Димтеру лицом и сполз щекой по спинке кресла, едва не уложив голову на плечо своему соседу.

После шести к заправке начали то и дело подъезжать какие-то машины: потрепанные грузовики, запыленные малолитражки, огромные траки со стертыми буквами на боках тентов... Максимилиан Димтер, разумеется, проснулся первым и хмыкнул, узрев рядом с собой склоненную темную макушку. Жаль, конечно, что Маттео - не Бенджамен... Бенджамен хоть и говорит, что был когда-то влюблен в Макса, но никогда не смотрел на него так, как смотрит этот "темный" патрульный. Сияющий, полный восхищения взгляд трудно не заметить... да, Макс заметил бы, смотри на него когда-нибудь так Бенджамен. Обязательно заметил бы...

Осторожно поправив взлохмаченную голову Маттео и поровнее уложив его на подголовник, Макс потянулся и зевнул. В его сорок отсутствие полноценного сна уже давало о себе знать тупой головной болью. Да и выглядит он наверняка как рваный башмак. Ничего не поделать, свежесть - преимущество молодых...

Потревоженный Маттео тут же завозился и открыл глаза.

- Я проспал? - хрипло ахнул он, озираясь.

- Что именно ты проспал? - уточнил, улыбаясь, Димтер, и молодой патрульный тут же успокоился.

- Я думал... на работу...

- Спи. Еще рано.

- Не... я уже все... а ты куда?

- Кажется, я видел у заправки туалет. Хочу почистить зубы, умыться...

- Я с тобой!

Димтер хмыкнул.

- Думаешь, я не справлюсь один?

Маттео покраснел.

- Да ну тебя... просто мне тоже надо.

Они, стараясь не хлопать дверцами, выскользнули наружу. Солнце еще не начало припекать, и на улице было свежо и прохладно.

От соседней машины тут же отделилась крупная фигура и пристроилась позади, держась на достаточном расстоянии.

- Ого, нас охраняют, - заметил Маттео, обернувшись.

- Мгм, - согласился Димтер, моментально теряя благодушное настроение: при таком раскладе побег становился затруднительным, - переживают, что мы сами не сможем штаны снять.

Маттео фыркнул.

- Почему ты никогда не улыбаешься? - между делом спросил у него Димтер, шагая к грязноватому прямоугольному строению с заветными буковками WC, - Тебе бы пошло.

- А? - ошарашенно переспросил Маттео, - Пошло? Это как?

- Ну... есть люди, которые улыбаются - и у них лицо меняется. Красивее становится.

- Да что ж я буду, как дурачок, без причины улыбаться? - смешался Маттео, явно польщенный комплиментом Димтера.

- Почему - как дурачок? Улыбке не нужна причина, это всего лишь признак дружелюбия. Если ты хочешь попасть в Чистый город, то первым делом должен научиться улыбаться.

Маттео вошел в неприятно пахнущее строение и уставился на себя в зеркало над раковинами.

- Я буду пробовать, - ответственно пообещал он.

Максимилиан хмыкнул и скрылся в кабинке. За ним следом внезапно скользнул и Маттео, плотно прикрыв фанерную дверцу и близко прижавшись к удивленному Димтеру.

- Слушай, - зашептал молодой патрульный, не замечая, насколько интимно выглядит ситуация, - а почему вы их так боитесь? Они ж сказали, что защищать собираются...

- Разве не Главный отдал приказ нас поймать? - тоже понизил голос Макс и смолк, услышав, как скрипнула входная дверь: в туалет вошел их "охранник".

- Ну да. Но он и правда не отдавал приказ вас убить, - Маттео окончательно приник губами к уху полковника, и тот усилием воли подавил желание передернуться от сотни мурашек, побежавших по телу, - может, наоборот, хорошо, что он поедет с нами?

- Он отдавал приказ нас убить чуть рань...

Вошедший бандит явно занервничал, не найдя объекта своего наблюдения, и резко замолчавший Димтер услышал, как с грохотом открываются дверцы соседних пустых кабинок.

- Ссссс... - еле слышно выругался Маттео и прильнул всем телом к Димтеру, повиснув у него на шее. В то же мгновение фанерная дверца душераздирающе взвизгнула на петлях и распахнулась, ударившись о стенку. Глазам быкообразного бандита предстала сцена внезапной страсти полковника и патрульного, и громила отшатнулся, как от заразы.

- Тьху, - сплюнул он и отступил за пределы видимости парочки, - тьху ты... извращенцы гребаные...

Входная дверь хлопнула, и все стихло.

Маттео отодвинулся и осторожно выглянул из кабинки.

- Ушел, - довольно прокомментировал он и спохватился, - ты... это... прости, я не знал, как еще...

- Все в порядке, - Максимилиан Димтер невозмутимо поправил воротник рубашки, смявшийся от объятий Маттео, - молодец, быстро сориентировался.

Патрульный кривовато улыбнулся.

- Ты не подумай, я не мужелюб...

- Да я тоже, - пожал плечами Димтер и увидел, как расширились глаза Маттео, - ну да, а ты не знал? У меня трое детей и жена.

- Я... я думал... что ты влюблен в профессора... - забормотал мужчина, отступая еще на шажок.

- Ну да, - снова кивнул Димтер, - влюблен. Но Бенни никогда не любил меня, поэтому у каждого из нас своя жизнь.

- Но если влюблен, значит, все-таки мужелюб?

- Не знаю. Наверное. Но у меня и правда есть обычная семья.

Маттео растерянно отвернулся к раковине и включил воду. Максимилиан увидел через зеркало, как недоуменно хлопает глазами его собеседник, и внезапно пожалел о своей откровенности.

"Зачем ему это знать? Тем более, что сейчас... сейчас я уже и сам не понимаю, есть у меня семья. Я никогда не вернусь в Чистый город. Я выбрал уехать с Аммером, пусть третьим лишним, но уехать. Так зачем я вспомнил сейчас троих детей и жену? Ведь я же, по сути, бросил их..." - Димтер раздраженно закрыл обратно фанерную дверцу кабинки и резко расстегнул джинсы. Эта поездка выматывала его подчистую. И дело было даже не столько в постоянной опасности, окружавшей их, сколько во внутреннем напряжении. Все-таки он правильно делал все эти годы, держась от Бенджамена подальше за пределами стен базы. Видеть круглые сутки перед собой любимого человека, который принадлежит не тебе - весьма утомительно, знаете ли. Настолько утомительно, что в голову лезут нехорошие мысли... и контроль Димтер над собой явно теряет: чего стоит это упоминание про семью посреди вонючего туалета... он ведь видел, как смотрит на него Маттео! Неужели не мог промолчать? Подождал бы с откровениями хотя бы до самолета, не портил бы легкую иллюзию флирта... А теперь желание помогать им у патрульного поуменьшится, если не пропадет совсем. Вот не идиот ли он?

Дверь снова скрипнула.

- О, патруль! Ты один? А где наш бравый полковник? Писает?

Биби. Ну конечно, насмешливый Биби.

Как же ненавидел Максимилиан Димтер этого мальчишку! Признавал все его достоинства, видел, как любит он Бенджамена, понимал все, никогда не посмел бы и пальцем тронуть, защитил бы, если бы пришлось, но - ненавидел. Как справиться с разъедающей душу ревностью? Возможно ли вообще справиться с таким? Даже к Гордону, который был официальным мужем Бенджамена, Макс не чувствовал такой жгучей ненависти. Может быть, потому, что ради Гордона Бенджамен не менялся? А с Биби стал совсем другим... таким, в которого Димтер влюбился еще сильнее.

"И почему этот чертов Главный не прихлопнул мальчишку, - внезапно всплыла отвратительно-подлая мыслишка, - почему там, на базе, не довел дело до конца, когда запер в боксе? Что стоило ему затянуть ошейник потуже? Черт, да как я могу думать о такой гнусности, я же не "темный"!? Гордон сказал, что я стал панацеей, что у меня полностью изменилась кровь, а значит, и мыслей таких у меня быть физически не должно! Но они есть... Нужно думать о другом. Нужно думать об опасности, которая нас поджидает на каждом углу. И Биби - наше основное оружие. Что, если сейчас Главный приведет нас в западню? Что, если Биби... погибнет? Академик и в самом деле может не решиться тронуть сына. Да и я для него как сын... а Биби - нет. Биби ему чужой. Биби может пострадать. Случайно. И тогда... тогда Бенджамен будет свободен... Черт, да как мне в голову такое приходит?! Что со мной?!"

- Эй, полковник, мы пошли, - окликнул Димтера голос Биби, - не засиживайся тут. Скоро поедем.

- Мгм, - отозвался Димтер, встряхнул головой, отгоняя самого его испугавшие мысли и нажал на кнопку смыва, - иду.