64.

Первым, как обычно, опомнился Биби. Он схватил Стоуна-старшего под локоть и потащил в лифт, не обращая внимания на слабое сопротивление. Бенджамен осмотрелся: поблизости никого не было, и если не думать о том, что на площадки направлен рыбий глаз камеры, через который на них может смотреть Димтер, то можно считать, никто ничего не заметил.

Элегантно приобняв Рене за плечико, Бенджамен ловко втолкнул печальную обезьянку в кабинку и нажал на кнопку.

Биби в упор смотрел на помертвевшего Стоуна-старшего и молчал, не выпуская его локоть. Он, как затаившаяся в зарослях змея, гипнотизировал мужчину взглядом, не давая сбежать или расслабиться.

Но Стоун и не думал расслабляться. Он остановившимся взглядом уставился в стенку лифта и слабо шевелил губами, что-то бормоча про себя. Бенджамен слегка склонился в его сторону, но смог расслышать только "почему... почему?"

Рене ничего не понимал. Он переводил испуганные глаза с одного лица на другое и беспомощно моргал, не осмеливаясь ничего спрашивать.

Двери лифта открылись на этаже лаборатории.

У Бенджамена на секунду мелькнуло воспоминание: буквально вчера утром они бежали к этой же полуоткрытой двери, за которой их ждал Гордон, а позади слышались вопли и стук разбушевавшихся зараженных... это точно было только вчера? Сутки казались слившимися в одну бесформенную, бесконечную массу: зараженные, лифт, Гордон, Димтер, эксперименты, странное похищение... если подумать, то их спасение от зараженных на лестнице и в лифте заняло всего какой-то час, но он показался вечностью... может, поэтому сутки растянулись до размеров недели?

Сегодняшнее утро тоже прошло не совсем так, как Аммер хотел бы. Он предпочел бы лучше понимать, что происходит. Стоит ли доверять Димтеру - или Биби прав, и Димтер совсем не тот, за кого себя выдает? Слишком много вопросов - и слишком мало ответов. Да еще теперь Стоун-старший, который так испугался кого-то на мониторе, что оттенок его кожи вместо теплого сделался мертвенно-землистым. Четыре человека мелькали в новостях: Старейшина, два его ближайших помощника и Максимилиан Димтер. Снова Макс... Совпадение? Или на этот раз он ни при чем?

В лаборатории Гордон Льюис готовился к вакцинации запланированных зараженных: вместо привычного слегка кокетливого образа, который они наблюдали до этого, полковник подобрался, посерьезнел, стер с лица очаровательную улыбку и казался совсем другим человеком: даже Биби посматривал в его сторону с уважением.

- Посидите там, - махнул рукой Гордон на внутренний блок лаборатории, - сейчас сюда приведут зараженных. Не мешайте.

Биби поспешно впихнул Стоуна-старшего в маленькую комнатку, усадил на стул и навис над ним Дамокловым мечом, не обращая больше внимания ни на сжавшегося Рене, ни на неспешно прикрывающего дверь Аммера.

- Кого ты там увидел? - прямо спросил он.

Стоун-старший дернулся, и его глаза забегали.

- Нет-нет, это невозможно, - пробормотал он, - я ошибся, я просто ошибся...

- Если ты собираешься продолжать в том же духе, я тебя к каждому из тех, кто на экране был, поведу. И спрошу про тебя уже у них. Хочешь?

Биби, разумеется, блефовал, но блефовал мастерски: даже Бенджамен, который прекрасно знал, что Старейшина и его отец находятся вне зоны досягаемости Биби, не усомнился ни на миг. Да, этот мальчик смог бы...

Стоун-старший тоже не усомнился. Он растерянно вжался в спинку стула и замотал головой.

- Не... не хочу...

- Тогда рассказывай сам. В чем дело?

- Я просто... просто не понимаю. Наверное, это ошибка. Такого не может быть...

- Да чего не может быть-то? - не выдержал Биби, повышая голос, - Говори яснее!

- Я... я же обслуживал... в сауне... очень важных гостей... ну, то есть, я... я был...

- Проституткой, мы в курсе, - небрежно отмахнулся Биби, и Стоун с ужасом уставился на него, - ты думаешь, мне есть до этого дело?

Стоун-старший сглотнул: он не так давно прибыл в Чистый город, чтобы привыкнуть к такой... терпимости и к самому себе, и к роду своих занятий, да еще и от "темного" Биби. Его мозг, прекрасно функционирующий в обычное время, сейчас дал сбой, и стресс от всего пережитого, смена обстановки и полностью измененная жизнь в сочетании с толерантностью "темного" Биби его добили. Стоун-старший страдальчески сморщился, лицо скривилось, и по щекам потекли слезы.

Биби цокнул и закатил глаза.

- Не вовремя ты рассопливился, дорогуша. Мне нужен ответ, а не сопли. Кого ты узнал и при чем тут твоя сауна?

Стоун-старший сделал над собой усилие и снова принял привычный высокомерный вид, что не слишком гармонировало с испуганно бегающими глазами и мокрыми щеками.

- Я был... любимой игрушкой у заместителя Главного. Его правой руки. В нашем регионе.

Бенджамен и Биби переглянулись и одновременно нависли над съежившимся от их взглядом Стоуном-старшим.

- У Главного есть правая рука?

- Ты видел Главного?

Они произнесли это одновременно - и снова переглянулись. Стоун-старший втянул голову в плечи, словно две фигуры над ним угрожали ему топором.

- Д-да. Есть. Ви...видел, - смиренно ответил он на каждый вопрос по порядку.

- И ты хочешь сказать, что в том ролике ты узнал кого-то из них двоих? - Биби соображал, как обычно, быстрее Аммера. Увидев, как неуверенно кивнул темнокожий панацея, профессор застыл. Он и сам бы пришел к такому выводу, будь у него лишняя минута: и в самом деле, Стоун-старший кого-то испугался и первым делом заговорил про Главного и его правую руку. Это же должно быть связано, верно? Биби просто опережает и его, и всех ученых Чистого города скоростью своего мышления...

- Кого?

- Глав... Главного.

У Бенджамена Аммера пересохло в горле.

Он не мог в это поверить.

В том видео показали четырех человек, представлявших элиту их Чистого города. Основы основ. Науку. Безопасность. Власть.

Как кто-то из них мог оказаться тем самым мифическим Главным, который контролировал весь "темный" регион? Почему? Зачем это ему, черт побери, нужно?

- Кто это? - Бенджамену показалось, что его голос оцарапал горло, настолько резким и неузнаваемым он стал. Стоун-старший поежился.

- Я боюсь... боюсь его. Если он узнает, что я его выдал "чистым"... он...

- Он и сам в Чистом городе, - напомнил Биби и усмехнулся, - хотя, конечно, так себе гарантия безопасности, согласен. Но мы с профессором не собираемся всем подряд рассказывать, что ты кого-то узнал. А у Рене плохая память. Правда, Рене?

Биби обернулся к печальной обезьянке, затаившейся в углу, и панацея замахал руками:

- Я лучше пойду, прогуляюсь, не хочу ничего слышать... Куда можно? Могу просто в другую комнату...

- Разумно, - одобрил Биби и, выглянув за стеклянные двери во внутренний коридор, сделал приглашающий жест, - сходи, посмотри, что там. Вдруг что-то интересное...

Рене моментально сдуло ветром.

Стоун-старший беспомощно оглянулся, явно мечтая последовать за ним, но Биби плотно прикрыл дверь и обернулся. На его красивом лице застыла улыбка, которую можно было бы назвать вежливой, если бы не глаза: Аммеру даже показалось, что зрачки у Биби вот-вот встанут вертикальной полосой, как у змеи, атакующей жертву.

- Так кто у нас Главный, а, Гилмор? И вообще, что это за Главный такой, которого ты боишься до усра... до ужаса?

Бенджамен пребывал в каком-то онемении от шока, но часть его мозга уловила попытку сохранить вежливость. "Темный" Биби потихоньку становился "чистым" даже в таких обстоятельствах, надо же...

Стоун-старший с готовностью пустился в объяснения: ему, казалось, подошел бы любой повод, лишь бы не называть никаких имен и вообще оттянуть процедуру "опознания".

- Я не так уж много знаю... но при мне папоч... кхм... мой покровитель...

- ...Та самая правая рука? - ловко ввернул Биби.

- Да-да... так вот, он часто обсуждал дела с подчиненными, пока я делал ему массаж...

- Без подробностей, - все-таки не удержался Биби, - что ты там ему делал, можешь опустить. Ты про Главного давай.

- Я к этому и веду, - закивал Стоун-старший. Сейчас перед ними сидел уже не тот высокомерный мужчина, который еще вчера язвил по поводу своего брата, состоящего в банде; как это обычно и бывает, громче всех про грехи кричит тот, кто и сам не праведник. Но сейчас Бенджамену было не до поисков справедливости и уличения грешников: он жадно ловил каждое слово и втайне все еще надеялся на ошибку. Вот сейчас Стоун назовет имя, и окажется, что он обознался, принял одного из четверых за кого-то другого, и можно не задумываться над тем, что происходит и почему Чистый и Темный города внезапно соединились в такой странной и сомнительной общей точке?

- ... Мой... покровитель, по сути, контролирует Юго-Восток и отчитывается Главному. По телефону. Обычно. Но недавно Главный сам приезжал к Бобби...

- Бобби - это твой любовник? Правая рука? - снова уточнил внимательно слушающий Биби.

- Да. Бобби готовился к его приезду два дня... суета, нервы... а я в эти дни помогал ему напряжение снимать.

Биби снова закатил глаза, но удержался от комментария. Вдруг Стоун-старший раздумает откровенничать после его одергиваний?

- ... Бобби сказал, что Главный приедет в регион для общения с местными политиками. Те, кто хотел остаться на своих местах на новый срок, должны были согласовать с Главным свои программы, бюджет, вот это все...

- Главный контролирует политику? - вырвалось у Бенджамена, и Стоун-старший перевел на него взгляд, расширив глаза.

- Конечно! Разве вы не знаете? Главный контролирует все. Вообще все. Это он решает, кто придет к власти. Это он решает, на что будут потрачены деньги, какие предприниматели выплывут, а какие прогорят... Все, что говорят по телевизору, тоже утверждает Главный...

Биби и Аммер снова переглянулись. Выходит, все, что происходит в Темных городах, контролируется из Чистого? Но тогда... почему тогда продолжается вражда? Разве не логичнее было бы направить происходящее в русло налаживания отношений? Перестать разжигать ненависть... начать вводить в школах правильную, настоящую историю, а не то вранье, которым кормят "темных"... если Чистый город так сильно может влиять на "темные" города, почему они до сих пор так и не договорились о перемирии?

Разговорившийся Стоун, сам того не заметив, ответил и на этот вопрос, продолжая свой рассказ.

- Даже военные лаборатории и оборону он контролирует. Огромные деньги вкладываются в защиту от Чистого горо... ой... от вас, то есть. Главный имеет на этом сумасшедшие миллионы...

- Странный какой-то этот ваш Главный, - Биби усмехнулся, - он что, Бог? Разве может такой всесильный дядька жить в ваших захудалых городишках и общаться с отбросами вроде твоего Бобби? Получше, что ли, места и людей не нашлось? Или ты слишком уж его возвеличил, и он просто мелкий мафиози?

- Ничего я не возвеличил, - обиделся Стоун-старший, задетый за живое, - я говорю то, что слышал. Главный не живет ни в нашем городе, ни в соседних. Он откуда-то из Центра. А там-то города побольше, сам знаешь... И вообще он редко появляется на людях. Его мало кто видел, только ближайшие помощники. За наш Юго-Восток отвечает Бобби, поэтому Главный к нему и приезжал. Говорят... - Стоун-старший понизил голос и на всякий случай обернулся на дверь, - говорят, что на самом деле всем нашим регионом - не только Юго-Востоком, а всем целиком, на нашей части материка - управляет Главный. А политики в телевизоре - просто марионетки. 

- Так и что? Приехал он к Бобби, и ты его увидел?

- Да. Совсем мельком!

- Ты мог обознаться? - ухватился за его оговорку Бенджамен.

- Нет. Я видел его недолго, но очень близко. Он... он Бобби пощечину отвесил, а я был... ну... внизу...

- Без подробностей, - снова остановил его Биби, - пощечину за что?

- Что долго возится. Он же попросил решить вопрос с "чистыми"... то есть, с вами. Приказал вас найти и убрать. Бобби поручил это Чипу, а Чип в первый день вас не нашел...

- Нашел, - хмыкнул Биби, - просто мы его нае... надули, - снова исправился он, покосившись на профессора, - не отвлекайся. Пощечина, значит. Дальше?

- Дальше Бобби ползал перед ним на коленях и обещал все исправить, а Главный дал ему на это один день. Бобби вызвал Чипа, орал на него и бил, а потом и на мне сорвался. Ребро мне сломал. И выгнал.

- А Главный?

- А Главный уже уехал к тому моменту, - Стоун-старший опасливо покосился на Биби, - зачем ему такое слушать? Он же босс...

- Значит, приказ разобраться с нашей экспедицией отдал Главный? - переспросил Бенджамен, массируя пальцами висок. У него все еще не укладывалось в голове то, что рассказывал Стоун-старший. Все это словно бы не имело отношения к показанным в ролике персонажам, и сказки про всемогущих Главных и их приспешников казались просто страшилками из "темного" города.

- Ну да. Накануне, по телефону. А когда приехал, разозлился, что ничего еще не выполнено.

- Так кого ты узнал-то, а, Гилмор? - Биби резко сменил тему, и Стоун-старший судорожно сглотнул.

- Он меня убьет, - жалобно пробормотал он, - он же даже мелким бандитам не показывается! Про него никто не должен знать! Если он узнает, что я про него вам рассказал...

- Не узнает, - Биби осклабился, - если ты сам, конечно, не донесешь.

- Нет, - Стоун-старший замотал головой, - я... никогда... я боюсь...

- Так кто?

- Там... там не было имен... - попытался выкрутиться мужчина, и Бенджамен рывком протянул ему коммуникатор с открытой фотографией: застолье у Димтера-старшего, то ли очередной юбилей, то ли золотая свадьба. Все, кто мелькал в ролике, стоят по центру: лысый морщинистый Старейшина растянул тонкие губы в улыбке и похож на старую черепаху; седоусый бравый Отто Димтер молодцевато выпятил грудь; его сын Максимилиан стоит позади и вальяжно обнимает за плечи Бенджамена, пристроившегося за спиной своего отца, академика Аммера. Тот сидит по правую руку от Старейшины и иронично улыбается, посматривая на фотографа. Букет прекрасных дам по периметру композиции: обе пожилые мадам, супруга Макса, дети... чуть сбоку от Аммера - Гордон Льюис, гордый своим присутствием на столь историческом снимке.

Стоун-старший опустил глаза на фото, потом снова поднял их на Бенджамена, снова опустил... Биби заглянул через его плечо в коммуникатор и помрачнел: ну конечно, семейное фото с Гордоном вряд ли могло понравиться "темному" парню. Но никаких других у профессора не было: показать всех четверых он мог только так.

- А Вы тоже его знаете, да? - нерешительно спросил Стоун-старший, явно зауважав и Аммера, и заодно его бывшего мужа, засветившихся в такой влиятельной компании.

- Кого именно? Ткните пальцем, - сдерживаясь изо всех сил, чтобы не вцепиться медлительному панацее в воротник, Бенджамен снова подсунул ему под нос коммуникатор.

- Ну, Главного... Вы же... вот... стоите...

Слегка дрожащий палец указал на фото, и Аммер полсекунды помедлил, прежде чем опустить взгляд на изображение.

Он боялся смотреть. И чем дольше он боялся, тем сильнее крепла его уверенность в том, что он увидит именно то, чего боится.

Каждый из стоящих рядом с ним на фото был ему по-своему дорог.

Он бы и представить себе не мог, что Главным - той самой тайной властью Темного города - окажется, например, Макс Димтер, его старинный приятель и юношеская любовь.

Он не мог бы представить и Старейшину в этой роли: благообразный старичок, пекущийся об общем благе и мире - глава и повелитель мелких и крупных банд? Немыслимо!

Допустить, что Главным может быть Отто Димтер, честный до мозга костей, прямой и благородный? Никогда.

А отец? Разве можно подумать, что Главным может оказаться его родной отец, всю свою жизнь отдавший науке, борьбе с зараженными, с "темной" угрозой, защите их города?

Каждый из этих четверых никак не мог оказаться Главным.  Но все же... Все же ухоженный палец Стоуна-старшего уперся в экран коммуникатора, и умный дисплей тут же отреагировал: послушно приблизил лицо того, на кого указали.

Бенджамен закрыл глаза.

Выключил коммуникатор.

Отвернулся.

За его спиной взволнованно зашевелился Стоун-старший: видимо, он не понял реакции профессора и теперь оглядывался на Биби, ища поддержки. Но Биби тоже молчал.

- Что... что-то не так?

- Ты уверен? - тихо переспросил за спиной Бенджамена Биби.

- Конечно, - возмутился Стоун-старший, - стал бы я говорить, если б не был уверен! Я же его боюсь, как огня! Слышал бы ты, какие слухи про него ходят! Он знает ВСЕ! Управляет ВСЕМ! И все это - с лицом благородного рыцаря, как на том фото! А кстати, откуда фото? И почему твой... ну... почему профессор на фото? Вы же меня не выдадите Главному? Вы же не заодно?!

Прозрение пришло к Стоуну-старшему слишком поздно, и его голос от страха задрожал так, что вибрато позавидовала бы любая оперная дива.

- Мы не заодно, - не поворачиваясь, ответил Бенджамен, бессмысленно перебирая какие-то бумажки на столе, - ведь это меня должны были убить по его приказу.

- А, ну да, - с облегчением выдохнул Стоун-старший, - а что вы оба  ему сделали?

- Понятия не имею, - отрезал Бенджамен и, развернувшись, стремительно вышел за стеклянную дверь во внутренний коридор.

Ему хотелось побыть одному. Никого не видеть и не слышать, даже Биби.

Было противно и очень больно. Он-то, наивный, думал, что противнее, чем утром, ему уже не будет. Но теперь он предпочел бы быть изнасилованным еще раз, неважно, кем, лишь бы только не знать всей внезапно обрушившейся на него правды.

Но больше избегать ее не представлялось возможным.

У него не было причин не верить Стоуну-старшему. Случайная панацея, которую они нашли в Орландо, не собиралась в их Чистый город, и окажись обстоятельства чуточку иными, они бы никогда не узнали друг друга. Зачем Стоуну-старшему врать? Он изначально не стал бы откровенничать с профессором, которому не слишком доверял. Он не рассказал бы о своей не очень уважаемой профессии и тех наблюдениях, что на этой профессии успел сделать, если бы не случайность. Шанс того, что Стоун-старший пересечется с Бенджаменом и захочет с ним поболтать, был крайне мал. Этот шанс был мал даже после переезда Стоуна-старшего в Чистый город: Бенджамен никогда не общался с панацеями, и мужчина, не доверяющий "темному" Биби и его "чистому" любовнику, просто растворился бы на просторах города, занятый своей новой жизнью. Не было причин думать, что Стоун-старший мог обмануть Аммера: зачем ему это? Ни выгоды, ни личных мотивов...

А значит, все это было правдой, которую нужно принять.

И оставалось только ответить на простой вопрос: как же мог его собственный отец отдать приказ о его убийстве?...