37. Ты - мое безумие

Открыв глаза утром, я не сразу поняла, где находилась. Но вспомнив вчерашний день в деталях, зарылась под одеяло, пытаясь все забыть. Сколько сейчас времени? Я не могла понять: солнце не светило в окно, как в моем доме. Оно сейчас заливает яркими лучами его спальню. Выбравшись из постели, я на цыпочках покинула комнату и, минуя гостиную, направилась в ванную комнату. В квартире было тихо. Казалось, никого нет. Где Том? Может, он уже уехал? Подойдя к двери ванной комнаты, я схватилась за ручку, но дверь в ту же секунду распахнулась, чуть не сбив меня.

— Прости. — Том стоял с обнаженным торсом, мило улыбаясь ей. — Доброе утро.

— Как ты спала? — Он прошел мимо меня, накидывая на свое божественное тело белую рубашку.

— Слишком хорошо для убийцы, — тихо сказала я, желая при этом раствориться в воздухе. — Во сколько ты встаешь?

Он обернулся, застегивая пуговицы на рукавах:

— Когда как. Сегодня решил поспать подольше. — Цвет карих глаз пробежал по ее телу, и Том, нахмурившись, отвернулся. — Плохо спал ночью.

— Куда ты едешь? — спросила я, складывая руки у груди.

— К отцу, чтобы получит указания на следующий месяц. — сказал он под моим вопросительным взглядом. — Ну, отец может дать распоряжение, что нужно сделать в феврале – улучшить работу персонала в его офисе, подготовить отчёт о долгах и тому подобное.

— Как же все легко у тебя. Может ты хочешь кофе?

— Нет. — Он накинул пиджак и подошел ко мне. – В холодильнике нет еды: я не знал, что ты решишь кого-то убить, поэтому не подготовился. Домработницы нет, и готовить некому. Я заеду за тобой, и мы позавтракаем где-нибудь.

— Я могу сходить в магазин? — спросила я, уже зная ответ: он не выпустит меня из квартиры.

— Я приеду, и мы вместе сходим, договорились? — Том посмотрел на часы на своем запястье. — Я опаздываю. Чувствуй себя как дома.

Он улыбнулся мне на прощание и вышел. Я осталась одна в чужой квартире, где ничего не знаю. Одна, когда он так нужен мне. Квартира опустела сразу же после его ухода.

Оказавшись в ванной, я включила душ, закрыла стеклянную матовую дверцу и встала под горячую воду, прижимаясь к стене. Я все еще ощущала его запах, а фантазия рисовала самые безумные картины.

Несколько часов пытаясь отодрать прикосновения Николаса, я по прежнему чувствовала себя грязной, стоя под струями воды, находившейся на грани кипения. Ничего лучше, чем просто ощущать боль, я не придумала. Может она сможет заставить меня понять, что я не грязная.

После душа, я прошла в гостиную и стала изучать ее. Ничего лишнего, но очень уютно. Посередине стоит угловой бежевый диван, рядом кресло и между ними стеклянный журнальный столик. С другой стороны такой же – на нем телефон. На полу мягкий светлый ковер, контрастирующий с коричневым полом, напротив дивана – большая плазменная панель. Я еще вчера обратила на нее внимание. Слева большое окно, открывающее прекрасный вид на город, оно скрыто нежнейшей светлой вуалью, материал которой я так и не смогла распознать. По бокам скрыты темные шторы, ими можно затемнить гостиную от полуденного солнца. Интересный вариант. Такой же интересный, как и матовая пластмассовая шторка в ванной.

Раздался звон и я тут же схватила телефон, читая сообщение от пользователя.

«Морковь, меня отпустили пораньше. Сейчас заеду за тобой и поедем в магазин. Скрой свои волосы, возьми мою одежду и жди возле подъезда. Андри сопроводит тебя».

Я отложила телефон и побежала к себе в комнату. Я торопилась, вынимая из сумочки косметику и одновременно поглядывая на себя в зеркало. Внезапно в памяти возникла картинка – засохшая кровь на губе, синяки… Черт! Я ни разу не вспомнила про Николаса Гриффина. Том полностью завладел моими мыслями.

Чтобы скрыть волосы мне пришлось шариться по шкафам Тома в поисках шапки. Увидев серую шапочку с размером в две мои головы я решила, что это не плохой выбор. Потом схватила его пальто, пропитанное духами Тома и надела его. Выглядела я конечно, не так красиво. Все висело, как мешок.

Уже в лифте, стоя рядом с охраной я почувствовала себя слишком неловко. Да, мне стоило привыкнуть к ней, ведь моя жизнь окружает охрана, но когда это охрана Тома, мне сразу хотелось у нее узнать, сколько девушек он приводил в свой номер и со сколькими спал.

На улице успело похолодать. Холодный ветер, пасмурная погода и маленький снег. Спустя несколько минут я увидела подъежающую «Ауди» и улыбнулась, махая ему рукой. С ним я забывала обо всем на свете.

— Привет, — сказала я, садясь к нему в машину. Я полностью согрелась за одну минуту, когда поцеловала Тома и почувствовала его руку на своей ноге. Одной рукой он вырулил на главную дорогу и мы начали неспешно ехать.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, не отводя взгляд с дороги.

— Отлично. — полуправдой отделалась я. — Мне нужно будет сходить к врачу на УЗИ. Вдруг с ребенком что-то случилось?

— Хорошо, но сначала купим продукты. Что моя дама желает есть вечером? — От его слов у меня вспыхнул пожар внутри. Я улыбнулась и тихо сказала:

— Хочу немецкую кухню. Ты же умеешь готовить блюда своего народа?

— Могу приготовить картофельный суп. Будешь? Но предупреждаю – повар из меня так себе. — признался Том и я его отлично понимала.

— Буду! Любая еда приготовленная тобой уже вкусная!

Мне нравилось, что у нас с Томом все хорошо. Мы словно начали понимать друг друга, и произошедшее никак не сказалось на наших отношениях. По дороге в магазин мы ещё рассказывали друг другу разные истории и смеялись с собственных шуток, пока не подъехали к назначенному месту.

Зайдя в огромный торговый центр, я взяла руку Тома, которая была в перчатке и сжала, боясь выходить на люди. Чувство слежки ещё оставалось. Словно на меня кто-то смотрит, пронзает спину своим взглядом...

Мы зашли в отдел с едой и мои глаза разбежались, потому что хотелось взять все и сразу.

— Мы ведь не будем кушать только твой немецкий картофельный суп? Нам нужны закуски, сладости и много-много конфет! — возбуждённо сказала я. Взяв корзину, медленно начала класть туда разные батончики и снеки.

— Я свою девушку в магазин привёл или ребенка? — саркастически подметил Том, беря мою корзину, куда я наложила сладостей. — Уиллоу, ты серьезно будешь есть запечёную рыбу, а потом запивать молочным коктейлем? За это тебе ребенок спасибо не скажет.

— Тогда рыбу выложи, а положи лучше побольше начоса!

— Вообще-то нам нужно найти картофель, морковь, лук и другие разные овощи.

— Ты бери свои овощи, а я буду брать сладкое. Я уже сто лет так не питалась!

Спустя пять минут мы разошлись по разным отделам. Я – в отдел сладкого, а Том – в отдел овощей и фруктов. Честно говоря, всю мою жизнь меня заставляли вести диету, следить за здоровьем, ведь в мафии не нужна «свинья», которая даже пистолет в руках держать не сможет.

Мы встретились через двадцать минут и кассирша на нас так посмотрела, словно проклинала за то, что мы столько взяли. Мы отстояли свою очередь и долгие сорок пять минут пробивали еду, а чек вышел аж в двести шестьдесят долларов.

Довольные и счастливые мы вернулись в машину, когда охрана помогла загрузить все покупки в багажник и задние сиденья машины. Сказать, что я была радостной, это ничег не сказать.

Тому кто-то позвонил и по голосу я поняла, что это был Билл. Они разговаривали на немецком языке, а я просто наслаждалась его голосом, совсем ничего не понимая.

— Все нормально? — спросила я, когда звонок уже был прерван.

— Да, Билл звонил сказать... что все нормально в офисе отца.

— А... куда ты дел тело Николаса Гриффина? — Вопрос дался мне слишком сложно. Особенно произносить его имя.

— Поговорим об этом позже, ладно? — Том нахмурился, но не показал свою злость, а лишь молча ехал обратно домой.

Стало темнеть. Фонари, освещающие дорогу только-только включились, машин не было, так что Том мог спокойно ехать, не задумываясь о том, что за нами может кто-то следить. Я облокотила голову на окно, рассматривая уходящие пейзажи. Больше мне не было страшно с ним. Теперь мне хотелось только спокойной жизни, но когда за мной начали снова наблюдать, то становилось только страшно.

Завтра я схожу к врачу, узнаю пол ребенка, и вместе с Томом дадим имя малышу. Мне не важно, кто родится, – девочка или мальчик. Главное, чтобы ребенок был счастлив и не знал, что такое жить в страхе. Он не будет связан с мафией и со всем тем, с чем связана я.

— Мы приехали, морковь. — Том тронул меня за плечо, когда я совсем заснула от небольшой усталости.

Я вышла из машины, потирая глаза, чтобы окончательно проснуться. Каулитц, вместе с охраной, выгружали покупки и еле как дойдя до квартиры, я сняла обувь, пальто и плюхнулась на диван на кухне, наблюдая за каждым действием Тома.

— Тебе помочь? — спросила я.

— Да нет, я сам справлюсь. — отмахнулся он, начиная резать овощи, пока я открывала пачку чипсов. — Ты пока поищи фильм, который мы будем смотреть.

— Хорошо, — пробормотала я с полным ртом еды. Открыв ноутбук, первое, что мне попалось в фильмах это был обычный ужастик. — Давай ужасы посмотрим?

— Нет, давай что-то другое. — бросил Том через плечо, начиная жарить морковку.

— Почему это?! Я нашла очень классный фильм! — запротестовала я.

— Учти, я не буду ночью вставать с тобой в туалет, только потому что тебе страшно и в коридоре вдруг какие-то монстры окажутся, как было в Африке.

— Вообще-то мне реально слышались шаги! А ты просто ленивец и не хочешь вставать ночью!

— Кто бы говорил, Уиллоу! От твоих воплей все монстры давно разбежались, поверь мне. — Это последнее, что сказал Том, когда я швырнула в него подушку.

— Скоро там суп будет готов? — спросила я спустя пятнадцать минут, выбрав фильм-комедию, чтобы не плакать, а смеяться.

Я развесила шторы и на мой взор открылось полнолуние. Луна так ярко светила, словно смотрела на меня, а от этого вида у меня дух захватывал и я оставила шторку открытой, чтобы смотреть на нее всегда.

— Пятнадцать минут и будет готов. Ты там все чипсы и начос съела, пока я готовил?

— Нет, остались ещё. — честно сказала я. — Будешь?

— Я пожалуй, откажусь. Вдруг ты мне туда что-то подсыпала? — наигранно нахмурился Том.

— Да иди ты! — Очередная подушка полетела именно в него.

— Ты сейчас своей подушкой в суп попадешь! Сама стирать будешь!

Я вздернула носом и села на диван в гостиной, включая выбранный фильм. Разложив самую вкусную еду перед собой, я увидела Тома, который нес две тарелки супа. Мне пришлось помочь ему, чтобы он не упал с этими тарелками и начали смотреть фильм, забывая обо всем на свете. Мафия, наркотики, убийства были не с нами, они находились за пределами этой квартиры. Сейчас мы просто Уиллоу и Том. Два несовместимых человека, полюбивших друг друга.

— Вкусно! — сказала я, доедая суп. — Но я больше не буду есть его, ты глянь, сколько у меня вкусного здесь.

— То есть, мой суп не вкусный? — увидимся Том.

— Вкусный, вкусный. Не переживай.

И долгих пять часов мы пересмотрели несколько фильмом, где: на одном я рыдала как вне себя, а Том послужил моими салфетками. На втором мы оба хохотали настолько сильно, что позже пришли соседи, отчитывающие нас за шум. А на третьем я уснула, съев до конца все вкусности, но зато Том был рядом. Это главное.