58: ВСЕ ЕЩЕ СКУЧАЮ ПО ТЕБЕ

⚠️ TW: Сцены сексуального характера. ⚠️

—

Неделю спустя:

–Министр магии, Эбенезер Гамильтон, только что уволился из министерства. Его представители утверждают, что принять это трудное решение его заставили серьезные проблемы со здоровьем. Мы скоро вернемся с подробностями, - объявил журналист в эфире радиошоу Риты Скитер.

–Какой шок! - раздался ее раздражающий голос по радио, заставив Драко закатить глаза. –Конечно, мы не оставим вас в подвешенном состоянии! У нас есть все сочные сплетни об отставке министра Гамильтона! Следите за новостями!

–Выключи это, - сказал он жене. –Пожалуйста. Я ненавижу слушать ее голос.

Астория кивнула и выключила радио, в результате чего единственным звуком вокруг них стало щебетание птиц.

Стоял прекрасный, жаркий и солнечный июльский день. Она приготовила свежий лимонад и печенье, чтобы они с мужем могли насладиться ими, отдыхая на свежем воздухе в своем большом зеленом саду.

Драко читал книгу, а спящий Скорпиус лежал у него на груди.

–Почему Гамильтон уволился? - Астория не могла не спросить. –Мне это кажется странным. Я не верю, что его оправдание искренне...

Драко вздохнул, нежно поцеловав мягкие волосы сына. –Я правда не знаю. Я полагаю, кто-то, возможно, шантажировал его. Гамильтон жаждет власти и славы, он бы так просто не отказался от Министерства.

Астория кивнула. –Понятно... И что же теперь будет? - с любопытством спросила она, делая глоток холодного лимонада.

–Они должны будут найти кого-то, кто заменит его, пока общественность не изберет нового, - сообщил он ей, закрывая книгу и обхватывая обеими руками маленькое тело Скорпиуса.

–И кто же заменит его до тех пор?

–Я пока не знаю, - ответил он. –Мы узнаем первым делом, завтра утром.

И вдруг маленький Скорпиус проснулся. Он начал плакать. Пришло время его послеобеденной трапезы.

Драко осторожно передал ребенка Астории, чтобы она могла его покормить. –Я пойду и покормлю его внутри, заодно поменяю ему подгузник. Я скоро вернусь, - пообещала она, чмокнув мужа в губы.

–Хорошо, дорогая, - улыбнулся он ей. –Позови меня, если я тебе понадоблюсь.

Астория улыбнулась ему и вышла из сада с маленьким плачущим мальчиком на руках.

Когда наступила полная тишина, Драко наконец-то остался наедине со своими мыслями. Он никак не мог выбросить из головы отставку министра. Ему казалось, что что-то не так.

Он был совершенно уверен, что за этим событием стоит что-то другое, что внесло сумятицу в волшебный мир.

Драко хотел выяснить, что это, но ему не удалось связаться с Гамильтоном. Он не отвечал на его письма. Он словно исчез с лица земли.

Что могло случиться?

—

–И ты заставил его уволиться? - спросила Афина тихим голосом.

Афина жила в доме Гарри и Джинни, после того как Теодор привез ее сюда. Он навещал ее каждый день, но, конечно, ему приходилось быть очень осторожным. Тот факт, что они наконец-то нашли Афину, нужно было держать в секрете.

У нее на руках был маленький Джеймс. Маленький мальчик сидел на ее ногах. Он обожал свою тетю с того самого момента, когда впервые взглянул на нее своими зелеными глазами.

Гарри кивнул. –Да. Но поверь мне, его действия не останутся безнаказанными. Он и Люциус Малфой даже не представляют, что их ждет.

–Гарри, - заговорила обеспокоенная Джинни. –Пожалуйста. Ты заставил его уйти, и я думаю, этого достаточно. Тебе не нужно больше ввязываться в неприятности.

Гарри посмотрел на свою обеспокоенную жену с удивленным лицом. –Дорогая, он буквально посадил мою сестру в тюрьму на семь лет без веских причин. Даже без суда. Я не могу просто так это оставить! - воскликнул он.

–Гарри, - заговорила Афина. –Джинни права.

–Нет, - запротестовал он. –Она не права. Я еще не закончил с ними. Они заплатят! - настаивал он, поднимаясь со своего места.

–Я уложу детей спать, - предложил он, забирая Альбуса из рук Джинни. –Пойдем, приятель, - протянул он руку Джеймсу. –Пойдем, я почитаю тебе сказку на ночь.

Джеймс с готовностью кивнул и слез с колен Афины, но не раньше, чем поцеловал ее в щеку, заставив улыбнуться.

Гарри вывел своих сыновей из гостиной, оставив Джинни и Афину одних.

–Хочешь еще чаю, Афина? - ласково спросила Джинни.

–Да, пожалуйста, - улыбнулась она и налила еще немного теплого напитка в свою чашку.

–Итак, - снова заговорила Джинни. –Почему ты прячешься от Драко, Афина? - прошептала она, не желая, чтобы ее муж услышал. –Разве ты не думаешь, что он заслуживает того, чтобы знать? Он все еще ищет тебя... - ответила она, ее тонкие брови сошлись вместе.

Афина вздохнула и сделала глоток чая. –Ещё слишком рано, - прошептала она. –И я не хочу, чтобы кто-то еще знал, что я жива. Если Драко узнает, он не оставит меня в покое. Он будет приходить сюда, задавать мне вопросы, на которые у меня, скорее всего, не будет ответов.

Джинни кивнула. –Я понимаю.

–И самое главное, - продолжила Афина. –Я не хочу разрушать его жизнь. Он наконец-то счастлив. У него прекрасная семья. Драко не нуждается во мне, чтобы чувствовать себя лучше. У него есть жена... И сын... - она замолчала.

Джинни легко уловила в словах Афины скрытую боль.

Она много раз ставила себя на ее место с тех пор, как она приехала сюда. Она чувствовала бы то же самое, если бы между ней и Гарри когда-нибудь произошло нечто подобное.

–О, дорогая, - прошептала Джинни, обнимая ее. –Мне так жаль. Он действительно боролся, он так и не смог забыть тебя... Он был здесь, каждый день. Искал вместе с Гарри и Роном. А теперь он ищет с Блейзом. Он все еще любит тебя... - пробормотала она последние слова.

–Не говори так... - Афина прервала ее, в ее глазах уже стояли слезы. –Пожалуйста.

–Но это правда... - настаивала Джинни, мягко улыбаясь ей.

–Это уже не имеет значения... - Афина шмыгнула носом. –Я бы никогда не попросила его бросить свою семью ради меня. Это было бы слишком жестоко по отношению к Астории и ребенку.

Джинни вздохнула. –Это не то, что я предлагаю. Совсем... Я просто говорю тебе правду.

Афина кивнула, но больше ничего не сказала. Она не могла позволить себе поверить словам Джинни и питать ложные надежды.

Возможно, Драко все еще ищет ее, но Афина была уверена, что он делает это только для того, чтобы оправдать свою ненависть к отцу, а не потому, что она ему действительно дорога.

Если бы ему было не все равно, он бы нашел способ добраться до нее. Так же, как это сделал Теодор, даже спустя семь лет.

В отличие от Драко, Теодор не рылся в архивах и не ходил по округе, спрашивая у незнакомых людей, нет ли у них какой-либо информации о ее местонахождении.

Теодор пошел и рискнул своей свободой, при этом действительно что-то сделал, чтобы найти ее. Драко решил остаться в своей безопасной зоне.

Ради Мерлина, Тео буквально с нуля создал для нее новый маховик времени. А у Драко даже не хватило сил противостоять собственному отцу, хотя он наверняка знал, что тот как-то причастен к ее исчезновению.

Драко был просто трусом, и он уже не раз доказывал ей это. Он никогда по-настоящему не защищал Афину, когда она больше всего в этом нуждалась. Но Теодор всегда был рядом с ней.

–Не хочешь помочь мне с обедом? - спросила Джинни, возвращая ее на землю.

Афина слабо улыбнулась, осторожно вставая с дивана. Ее кости все еще болели, поэтому ее движения были медленными.

–Конечно, пойдем, - сказала она, и они вместе пошли на кухню.

—

Была полночь, Астория со Скорпиусом уже спали. Ночь была тихой, что случалось крайне редко, учитывая, что под крышей резиденции Малфоев находился новорожденный ребенок.

Но Драко не мог уснуть. Он чувствовал себя почему-то виноватым, что последние два часа был возбужден. И он не мог успокоиться, как ни старался.

У них с Асторией не было близости уже почти год. Девять месяцев беременности, а затем появление их сына, этого было более чем достаточно, чтобы свести его с ума.

Но, конечно, он не мог винить ее.

Все эти месяцы он пытался справиться со своим разочарованием в одиночку. Он не хотел быть мудаком и заставлять жену делать это вместо него.

Астория была еще слаба, и Драко даже не подумал бы попросить ее заняться с ним сексом. Он не был таким. Он мог подождать, пока она будет готова.

Но сейчас ему нужна была разрядка.

Он медленно поднялся с кровати и тихо вышел из комнаты, спустившись вниз, в свой кабинет.

Войдя в кабинет, он закрыл за собой дверь и прошел к стоящему там дивану.

Драко сел и одним движением стянул с себя пижаму и боксеры. Он уже был тверд.

Он откинул голову на спинку дивана, закрыв глаза. Затем он обхватил рукой свою эрекцию и стал медленно накачивать ее, представляя себе горячее тело своей жены, лежащее на нем.

Драко застонал и прикусил губу, чтобы не вырвался еще один громкий стон, он должен был вести себя тихо.

Он начал двигаться быстрее, подбиваясь все ближе и ближе к краю.

–Черт, Афина... - внезапно застонал он, и его глаза мгновенно распахнулись.

–Что за... - пробормотал он, убирая руку со своей эрекции. –Какого хрена я только что произнес ее имя? - задался он вопросом вслух, чувствуя, как на него накатывает чувство вины.

Он чувствовал себя ублюдком. Настоящим, гребаным ублюдком.

Его жена была наверху, в их комнате, черт возьми. Она наконец-то смогла немного поспать, после очередного изнурительного дня, проведенного в заботах об их сыне.

И чем он ей отплатил?

Мастурбируя при мысли о другой женщине...

Несмотря на то, что он все еще чувствовал себя виноватым, он не мог не представить обнаженное фарфоровое тело Афины снова.

Он уже не мог остановиться, пути назад не было. Он не мог выбросить эти образы из головы.

Образы того, как они трахаются безжалостно, буквально в любом месте, где у них была возможность.

Драко снова закрыл глаза и нерешительно взял в руки свой член. Он все еще был твердым.

Нет, не так. Он был намного тверже, чем раньше.

Он снова начал мастурбировать, на этот раз позволяя себе представить Афину верхом на нем.

Как он скучал по ее тугому входу. И ее длинным волосам, падающим на грудь, когда она откидывала голову назад в наслаждении.

Его пальцы обхватили ее шею, прижались к ней, чувствуя, как пульс учащается под его прикосновениями. Вкус ее крови на его языке.

Одних этих образов было достаточно, чтобы он достиг своего апогея. Драко достиг кульминации, сильнее, чем когда-либо прежде.

У него не было сил открыть глаза, так как голова буквально раскалывалась, а кровь бурлила в жилах.

–Черт, детка, - прошептал он.

–Я все еще чертовски скучаю по тебе...

—

Люциус Малфой находился в своем кабинете, нервно расхаживая по комнате.

Ему только что сообщили, что Афина Поттер каким-то образом сбежала из своей камеры. Охранники ничего не могли вспомнить, потому что кто-то изменил их воспоминания об этом инциденте.

Побег Афины мог означать конец всему, что он с таким трудом строил последние годы. Возможно, ему никогда не нравилась его невестка, но он предпочитал ее Афине.

Его сын не должен узнать, что она все еще жива, это может все разрушить. И он возненавидит его. Его собственный сын будет ненавидеть его.

Не то чтобы Драко и так его не презирал.

Люциус не знал, что делать, он не мог связаться с Гамильтоном, потому что, во-первых, не мог его найти.

А во-вторых, если письмо, которое он хотел ему отправить, попадет не в те руки, все рухнет.

Но как ей удалось сбежать? Как? Старший Малфой не мог найти логического объяснения.

Что, если Гарри Поттер каким-то образом узнал об этом?

Нет, нет, этого не может быть. Он никак не мог узнать. А если бы узнал, разве он не попытался бы отомстить?

С момента исчезновения Афины прошла почти неделя, но никто об этом не знал. Охранники обнаружили пропажу заключенной во время ежемесячного пересчета заключенных.

Где же она могла быть?

—

Драко был потрясен тем безумством, которое происходило этим дождливым утром в Министерстве.

Сначала он подумал, что это из-за того, что они ожидают прибытия временного министра магии, но он ошибся.

–Забини! - окликнул он своего друга, когда увидел его. –Что происходит? - спросил он, как только подошел к нему.

–Заключенный сбежал, Драко, - сообщил он ему, все еще задыхаясь. –Женщина.

–Что? - воскликнул Драко. –И какого хрена я узнал об этом последним? Я же дознаватель, мать твою!

–Они узнали только час назад, приятель, - объяснил Блейз. –Откуда ты мог знать?

–Черт! - зашипел он. –Мы знаем имя заключенного? - разочаровано спросил он.

Блейз покачал головой. –Боюсь, что нет. Она была безымянной, с тех пор как попала сюда.

Брови Драко поднялись в замешательстве. –Безымянной? Какого черта? Я впервые слышу об этом!

–Я не знаю, приятель. Я тоже понятия не имел. Никто никогда не видел девушку, кроме охранников. Ходят слухи, что она была незаконно заключена в тюрьму. Суд так и не состоялся. Я думаю, по этой причине, Гамильтон отошел от дел, - прошептал он. –Скандал вот-вот должен был разразиться.

Драко почувствовал, что его сердце быстро бьется в груди, у него появилось ноющее чувство, которое он не мог объяснить.

И тут он вспомнил ту неизвестную заключенную, которого видел пять лет назад в камере номер девять.

–Сколько ей было лет? - спросил он Блейза, не глядя на него, сжав челюсть.

–Я не знаю точно... Двадцать шесть, может быть, двадцать семь... - Блейз запнулся.

Друзья посмотрели друг на друга, оба тяжело дышали.

–Нет, - сказал Блейз, словно прочитав мысли Драко. –Нет, Драко, не надо... Это не может быть Афина.

–Откуда ты это знаешь? - выпалил он. –А что если это действительно она?

–Приятель, не делай этого с собой... Малфой! - крикнул он, когда Драко начал уходить от него.

Блейз не мог оставить его одного в таком состоянии. Он немедленно отправился за ним.

–Драко! Прекрати! Пожалуйста! - умолял он, но тот игнорировал его.

Он пошел к лифту, Блейз вошел вместе с ним. –Что ты делаешь? Честно! Что ты сможешь выяснить, если пойдешь смотреть на пустую камеру? - спросил он, пытаясь вбить в него хоть немного здравого смысла.

–Заткнись! - прорычал он. –Я должен выяснить, что произошло! Это моя работа!

Блейз рассмеялся. –Вот почему ты это делаешь? Не потому ли, что ты действительно веришь, что это Афина была в той камере?

–Это не твое гребаное дело! - сквозь зубы сказал он, выходя из лифта. –Оставь меня в покое! - запротестовал он, когда увидел, что Блейз все еще следует за ним.

–Ни за что, блядь. Я не позволю тебе сделать это в одиночку! - резко ответил Блейз.

Драко закатил глаза, но ничего не сказал. Он просто продолжал идти, направляясь в женскую часть подземных, холодных тюрем.

Они э показали свои палочки охранникам и вошли внутрь. Драко потребовал, чтобы они отвели его в камеру номер девять.

–Сэр, насколько мне сообщили, безымянная заключенная не находилась там в течение последнего месяца. Ее недавно перевели в камеру номер тридцать семь, - сообщил Драко новый охранник.

–Тогда отведите меня к ним обоим, - приказал он.

Охранник кивнул и повел мужчин сначала в камеру номер девять.

–Вот она, - вздохнул Драко. –Это та самая камера, в которой я говорил тебе, что видел ту женщину, - шепнул Драко Блейзу. –Но она была намного старше двадцати семи лет. Ей было около сорока лет!

–Может быть, они сменили ее камеру через несколько дней после того, как ты был здесь? - предположил Блейз.

Драко отрицательно покачал головой. –Это невозможно. Безымянная заключенная находилась в этой самой камере, пока ее не перевели в камеру номер тридцать семь.

–Какого черта, приятель... - размышлял Блейз. –Это место серьезно облажалось.

–Отведите нас в камеру тридцать семь, - снова приказал Драко охраннику.

Там им нечего было смотреть: камера была по-прежнему пуста.

Драко разочарованно вздохнул. –Пошли, - сказал он Блейзу и повернулся спиной, чтобы уйти.

–Драко, подожди! - Блейз окликнул его.

Он снова обернулся, почему-то раздраженный. Блейз был внутри камеры, стоя на коленях на грязной земле.

–Что это? - спросил он, подойдя ближе.

Блейз почувствовал, что его дыхание участилось, когда он обхватил ладонью холодную цепь.

Он встал с земли и подошел к нему.

–Что такое? Говори, мать твою! - Драко почти кричал.

Блейз глубоко вдохнул и позволил цепочке упасть в руку Драко.

Блондин не мог не почувствовать, что все его тело дрожит.

Он знал эту цепочку слишком хорошо.

–Это... - попытался сказать он, но запнулся на полуслове. –Это то, о чем я думаю?

Блейз почувствовал, как на глаза навернулись слезы. –Я не знаю наверняка... Но да, эта цепочка очень похожа ту, что была на медальоне, который ты подарил Афине на Рождественском балу, - сказал он тихим голосом. –Но медальон с сердцем отсутствует... Мы не можем быть уверены...

Драко сглотнул и кивнул. –Возможно, это совпадение... - пробормотал он, но все же убрал цепочку в карман пальто.

Они вышли из тюрьмы с тяжелыми сердцами.

–Увидимся, когда прибудет новый министр, - сказал Блейз Драко, пытаясь улыбнуться.

Он просто кивнул, и они разошлись, каждый в свой кабинет.

Когда Драко вошел в кабинет, он снял пальто и положил его на спинку стула.

Усевшись, он достал из кармана цепочку и осмотрел ее.

Серебряное украшение было очень похоже на то, которое он подарил Афине на Рождество 1996 года.

И сейчас он понял, что с тех пор прошло уже десять лет. Драко думал, что будет с ней всегда.

Но все меняется, особенно когда у тебя есть другие планы. Драко был женат на другой женщине, и у них был общий ребенок.

И все же он по-прежнему был влюблен в Афину, сколько бы лет ни прошло. А что, если в тот день в камере действительно была она?

Женщина была совсем не похожа на нее, но ее глаза смотрели на него так, словно уже знали его.

Как будто они любили его.

–Черт возьми... - простонал он, чувствуя, как начинает болеть голова. Он потер виски и закрыл глаза.

Его голова была не в лучшем состоянии, и его мысли тоже. Драко подумал, что сейчас он действительно сходит с ума.

После стольких лет он все еще не мог выбросить ее из своего сердца и головы. Когда же эти ядовитые чувства, наконец, пройдут? Что он сделал, чтобы заслужить такое проклятие?

Может быть, кто-то проклял его в тот день, когда он родился? Кто-то проклял его за то, что он никогда не будет чувствовать себя полностью счастливым.

Хотя Драко знал, что весь мир в его руках, он все равно чувствовал пустоту внутри.

Он посмотрел на украшение, намотанное на его пальцы, на цепочку, запутавшуюся в кольце с черной розой.

Два подарка, подаренные друг другу в один и тот же день. Может быть, это все-таки она в той камере?

Как он должен был это выяснить?

Может быть, ему наконец-то придется поговорить с Поттером, хотя ему совсем не хотелось видеть его лицо. Но он не мог придумать другого способа.

Он должен был попытаться.

Может быть, он наконец-то приблизится к истине.