21.1Соня

- Я забронировала для нас столик в ресторане, так что Новый год будем отмечать не дома.

Голос мамы раздается на всю комнату, потому что мои руки заняты, а не взять трубку или отложить разговор я не имела права. Мне не хотелось снова ссориться с мамой, так что пришлось одновременно краситься и вести беседу по громкой связи.

- Хорошо, - спустя несколько секунд все же отвечаю маме, когда удачно дорисовываю стрелку. Она выходит не особо ровной, но эта лучшая после пяти предыдущих, - кстати, я сдала все зачеты. Следующая неделя экзаменационная.

- Надеюсь, ты готовишься, а не занимаешься всякими посторонними делами.

Замираю с подводкой в руках и взволнованным взглядом впиваюсь в экран телефона. Иногда мне кажется, что, если мама и не следит за мной, то хотя бы имеет феноменальную способность читать меня как раскрытую книгу даже на расстоянии. Иногда даже мурашки по спине пробегают, когда мама говорит что-то, чего она знать не может, но это является правдой, касающейся моей жизни в другом городе.

- Что за многозначительная пауза, София?

- Нет-нет, я просто... - и замолкаю, потому что нахожусь в такой экстремальной ситуации, что мозг не может придумать ни одного оправдания. Мама тоже молчит, и, кажется, ждет, когда я окончательно сойду с ума от напряжения.

- София, - голос мамы звучит очень холодно и напряженно. Она называет меня полным именем только тогда, когда зла, и сейчас, кажется, будь со мной в одной комнате, разорвала бы на месте, - если я узнаю, что ты занимаешься чем-то сомнительным, я лично заберу твои документы из университета, и ты вернешься домой.

Чувствую, как все мое хорошее настроение мгновенно портится, и я нахожусь на грани слез, потому что чувствую, как нижняя губа дрожит. Машу ладонями перед лицом, чтобы немного подсушить намокшие глаза. Еще не хватало, чтобы стрелки потекли, я и так рисовала их слишком долго.

- Мама, тебе не о чем переживать, - все же беру телефон в руки и отключаю громкую связь. Хочу поскорее закончить этот разговор, - я уже взрослый человек, и могу для себя решить, что мешает мне учиться и строить карьеру, а что нет. Я не делаю ничего, что могло бы мне как-то испортить жизнь.

- То есть, все же есть что-то, что ты делаешь без моего ведома?

Чувствую, как удавка маминого воздействия на меня медленно затягивается на шее, и дышать становится все сложнее. С ней иногда так тяжело, что хочется просто сбросить телефонный разговор, выключить телефон и ближайшую неделю, а то и месяц, не выходить на связь.

- Я разочарована, София, - сухо летит в меня, когда мама все же не слышит от меня никакого ответа или даже оправдания, - на сегодня все. Сегодня у меня уже нет настроения с тобой разговаривать, – все это звучит как "на сегодня я достаточно помотала тебя, так что, давай, до следующего раза". Женщина кладет трубку первой.

Откидываю от себя смартфон и пустым взглядом смотрю на свое отражение в зеркале. Уже ничего не хочется: никуда ни идти, ничего ни делать. Но я стараюсь не падать духом: продолжаю краситься и в голове думаю, как собрать волосы.

Всю ночь я не спала, потому что мысли не давали провалиться в сон ни на секунду. Я думала о предстоящем свидании: куда мы пойдем, что будем делать, что мне надеть, как накраситься и собрать волосы. Я не хотела переусердствовать с внешним видом, но при этом и не собиралась выглядеть пресно – как в будние дни. Хотя, в конечно счете, я как-то смогла понравиться такому мужчине, как Верховский, и в своем обычном образе.

Когда до назначенного времени остается двадцать минут, я оказываюсь полностью готова – остается только накрасить губы и все. Осмотрев свое отражение, остаюсь довольной. Волосы мягкими кудрями спускаются по спине, на лице простенький макияж в розовых тонах. Что надеть – было для меня самым главным и самым проблемным вопросом. До этого я никогда не была на свиданиях (тот поход в кино с Артемом с недавних пор я не отношу даже к разряду дружеских встреч), так что и не знала, как одеваться; тем более, Саша даже не сказал, куда именно мы идем. Так что остановиться пришлось на черной атласной рубашке с бантом и завязками на груди и той самый короткой юбке, которую я купила втайне от мамы. Чтобы все выглядело чуть более мило и стильно, пришлось достать свои осенние сапоги-трубы и надеть теплые колготы. Хотя на улице и был самый разгар декабря, тот факт, что Саша будет на машине, позволял мне одеться менее тепло, чем обычно.

Накинув куртку, присаживаюсь на кровать в ожидании времени. Понимаю, как со стороны это комично выглядит, поэтому закрываю комнату и медленно спускаюсь на первый этаж. Останавливаюсь у автомата в холе, покупаю леденец и до самого приезда Саши грызу его.

Как только знакомое авто паркуется у входа, выскакиваю на улицу. Но я еще не успеваю даже дойти до машины, мужчина выходит на улицу, чтобы открыть для меня дверь. Останавливаемся друг напротив друга, я неловко машу рукой и с улыбкой произношу робкое "привет". Уверена, будь мы сейчас не под окнами общежития, наша встреча произошла немного по-другому. Как минимум, не было бы этой неловкости, которая сейчас переполняет меня.

- Выглядишь очень... - Саша не договаривает, а затем обводит меня всю таким взглядом, от которого у меня подкашиваются колени. У мужчины и так глаза цвета крепкого кофе, но сейчас они были просто чернее ночи, - выглядишь потрясающе.

Быстро пробегаюсь по Саше взглядом, чтобы тоже как-то прокомментировать его внешний вид, но слова буквально застревают в горле. Понимаю, что в моем словарном запасе даже нет таких цензурных слов, чтобы описать его внешний вид.

Волосы зачесаны назад, и только пару прядей спадает на лоб. На лице спокойное расслабленное выражение лица, однако на самом дне глаз плещется предвкушение и озорные огоньки. Красивую шею скрывает высокий ворот черной водолазки, из-под пальто цвета горького шоколада виднеется черный костюм двойка. Пробегаюсь глазами снова и снова по мужчине напротив, пытаясь собрать мысли в кучу, но они, как испуганные воробьи, разлетаются в разные стороны.

- Соня, - слышу свое имя, произнесенное тихим глубоким голосом с хрипотцой, и все же поднимаю глаза на Сашу, чтобы прийти в себя.

Мужчина смотрит на меня слишком пристально, так, как будто в своей голове уже придумал и обрисовал какие-то сценарии со мной в главной роли. Чтобы ситуация не вышла из-под контроля окончательно, иду к двери машины, чтобы уже сесть в нее. Выйдя из ступора, Саша все же открывается для меня дверь, но стоит мне оказаться в теплом салоне, ощущаю, как мои щеки горят адским пламенем.

Затем мы молча добираемся до места назначения. Пару раз только перекидываемся пустыми фразами о погоде и ситуации на дорогах. Между нами как будто все еще остается та неловкость, которая возникла при встрече. Что с Сашей – не знаю, я же – просто стесняюсь. Сегодня он по-особенному красив и, я бы даже сказала, сексуален.

- Приехали, - объявляет мужчина, останавливаясь перед большим зданием, больше похожим на какой-то стадион или спортивный комплекс. Пока рассматриваю окружение через лобовое стекло, дверь с моей стороны открывается, а в руках Саши как будто из ниоткуда появляется огромный букет.

Выхожу из машины и останавливаюсь, забирая букет. Он настолько тяжелый, что я могу удержать его несколько секунд перед тем, как Саша забирает у меня его. Бормочу тихо "спасибо", провожая взглядом букет.

- Я не подарил его у общежития, потому что подумал, что так мы уж точно привлечем нежелательное внимание, - поджимаю губы, чтобы скрыть улыбку. Иногда он слишком предусмотрительный, от чего кажется еще более заботливым и умным, - оставлю его пока в машине, он слишком тяжелый, чтобы таскать его везде за собой.

Согласно киваю, наблюдая за тем, как букет отправляется обратно в багажник машины. Затем мужчина возвращается ко мне, и я вижу на его лице слегка играющую улыбку, а в руках длинный кусок ткани, больше напоминающий шарф или ленту.

- Я приготовил для тебя сюрприз, - внутри поднимается волна предвкушения, - позволишь завязать глаза?

Все тело покрывается мурашками. У меня нет никаких сомнений по поводу Александра, так что вопроса доверия здесь и быть не может, однако в груди бешено начинает стучать сердце, а живот сводит приятной истомой. Кусок черной ткани так завораживающе смотрится в мужской ладони, что в голове невольно возникают различные картинки сомнительного характера.

Встряхнув головой, поворачиваюсь спиной к мужчине, чтобы он смог завязать мне глаза. Когда холодная ткань касается глаз, и я окончательно погружаюсь в темноту и ориентируюсь только на звуки, напрягаюсь всем телом. Чувствую рядом с собой движение воздуха, а затем голос прямо над ухом:

- Крепко держись за меня, - но мне не приходится этого делать, потому что Саша сам, подхватив меня нежно, но при этом крепко, под руку, ведет вперед.

Идем мы медленно, потому что я стараюсь делать маленькие шаги. Не смотря на то, что я уверена, что, в случае чего, Саша меня подхватит и не даст упасть, я все еще должна контролировать землю под собой. Однако все я проконтролировать все же не смогла.

Когда в здании начинается лестница на этаж выше, я спотыкаюсь, потому что не могу рассчитать высоту шага. Неожиданно, после тихо брошенного "я помогу", мужская рука обхватывает меня за талию и прижимает к себе так, что ноги перестают касаться земли, а моя рука, оказавшаяся на шее Саши, дрожит. Мы поднимаемся по лестнице. В нос проникает знакомый аромат мужского тела, смешанный с парфюмом, прижимающееся ко мне горячее тело вибрирует от движений, и все это заставляет меня буквально дрожать всем телом. Мы идем вверх по лестнице недолго, но этот момент в моем подсознании растягивается на долгие минуты, пока внутри груди образуется сгусток чувств, медленно скатывающийся вниз живота.

Когда оказываюсь снова на полу, и мы продолжаем идти, я больше не могу здраво мыслить, потому что мысленно все еще остаюсь в том мгновении, когда была прижата к мужчине и его телу. Теперь я еще больше чувствую все через слух и запах, и это заставляет меня четче прочувствовать, насколько сильно меня тянет к Верховскому, не смотря на то, что сейчас мои глаза завязаны, и я не могу видеть его.

Мы проходим еще несколько, по моим ощущениям, метров перед тем, как остановиться.

- Готова? – раздается где-то позади над ухом, и в ответ я могу только качнуть головой. Ткань на глазах значительно слабеет, а затем и вовсе спадает с глаз, приземляясь где-то у моих ног. Сначала перед глазами пляшут черные пятна от того, что глаза были завязаны, но когда зрение приходит в норму, и я оглядываюсь по сторонам, все внутри замирает от детского восторга.

Кружусь вокруг себя, потому что не могу поверить в то, что вижу. Мы стоим на дорожке, уложенной камнем, а передо мной, позади меня и даже надо мной толстое стекло, за которым в толще воды медленно движутся морские жители самых разных размеров и форм. Света, как такового нет, но вода красиво подсвечивается лампами и светодиодами, поэтому в помещении нет полумрака или относительной темноты. В воздухе стоит приятный запах морской соли и йода – в океанариуме, видимо, стараются поддерживать максимально подходящую атмосферу.

В океанариум я мечтала попасть с шести лет, с того дня, как по телевизору увидела какой-то фильм про русалок. Тогда я начала мечтать побывать в "рыбном зоопарке" – так я говорила маме, так как думала, что там смогу увидеть русалок вживую. Но уже тогда мама была со мной излишне строга, так что в ответ я услышала лишь о том, что у нее нет времени и денег на это, а русалок и вовсе не существует. Помню, как разбились мои детские мечты о скалы суровой реальности, и я плакала целый вечер в своей комнате. Но и с возрастом у меня не появилось возможности посетить это замечательное место, на которое я смотрела лишь с экрана телефона или ноутбука. В нашем городе просто не было такого, а в отпуск к морю мы ни разу ни ездили, так как наш бюджет не подразумевал такие траты. Однако каждое лето я ездила в лагерь в самую гущу леса, чему была рада и благодарна за это маме.

Тот факт, что Саша мимолетно услышал в моем излишне эмоциональном рассказе, направленном на защиту мамы, тот факт, что я мечтала побывать в этом месте, но по некоторым обстоятельствам не смогла, и решил осуществить эту мечту – трогал до глубины души.

И сейчас, стоя здесь, я готова была запищать от восторга. Такого детского, искреннего и волнующего до глубины души восторга. Но, так как я не могла позволить себе в общественном месте запищать от радости, мои эмоции нашли иной способ выйти наружу – глаза намокли и по щекам потекли дорожки слез. Пока макияж не пришел в негодность, пришлось быстренько стереть влажность и взять себя в руки.

- Ну ты чего, милая, - теплые руки коснулись моей щеки, где только высохли следы слез.

Захотелось прижаться к теплой широкой груди и обнять так сильно и крепко, потому что словами сейчас я была не способна выразить ту благодарность, восторг и остальные чувства, которые переполняли меня в данный момент. Но вместо этого я просто подняла свои глаза на мужчину и улыбнулась. Так широко и тепло, как только могла и умела.

- Пойдем прогуляемся, посмотрим, что здесь вообще есть, - предложил Саша, снова взяв меня за руку, - а затем поужинаем. Здесь на верхнем этаже есть превосходный ресторан.

- Надеюсь, там нет блюд с рыбой, - насмешливо выдала я, потому что хотелось уже расслабиться и получать от этого момента все.

- Нет, - легкая усмешка украсила лицо мужчины и сделала его еще более привлекательным, - было бы очень иронично и даже как-то бесчеловечно, если бы они готовили существ, про которых двумя этажами ниже хранят книги и таблички "вымирающий вид".

Так, под тихие смешки и переговоры мы продвигались по длинным коридорам, с трех сторон окруженные водой. От восторга у меня просто не было слов, а иногда я даже, вовсе как маленький ребенок, прилипала к стеклу, чтобы лучше рассмотреть рыбок. Так мы бродили достаточно долго: я просто болтала о том, что читала многое про океан и его жителей, когда еще была малышкой, потом перешла на более взрослые книги. О том, что сейчас я читаю любовные романы с пометкой "18+" – конечно, умолчала. Мне было так комфортно и легко, что я только и говорила, пока мужчина с расслабленной улыбкой на красивых губах слушал меня, иногда задавая уточняющие вопросы.

Когда мы уже обошли весь океанариум вдоль и поперек, а я почувствовала себя очень голодной, мы все же поднялись в ресторан. Он оказался куда элитнее и красивее, чем я ожидала. Все в спокойных и сдержанных оттенках, много дерева и цветов. Милая девушка-администратор проводила нас до столика и пожелала хорошего вечера. Когда я открыла меню, окончательно убедилась в том, что ресторан поистине дорогой - даже не для среднего класса. Самый дешевый салат стоил чуть больше трех тысяч, что меня искренне потрясло. На эти деньги в моем родном городе можно было жить неделю, если не больше.

- Соня, если ты продолжишь смотреть на цены и задерживать дыхание от шока, я заберу меню у тебя и сделаю заказ за двоих, - после таких слов мне все же приходится большими усилиями игнорировать четырехзначные цифры рядом с блюдами и опираться на названия и картинки.

Когда заказ сделан, а официантка удаляется от нашего стола, я решаюсь все же поблагодарить Сашу за сегодняшний сюрприз и узнать ответ на вопрос, который меня мучил с того самого момента, как повязка спала с моих глаз.

- Почему именно океанариум? Кажется, я только вскользь упомянула, что мама не сводила меня в детстве в океанариум. Но я и не сказала, что потом и сама там никогда не была даже будучи уже взрослой.

Саша проходится по мне довольным взглядом, как будто то, что он видит перед собой, очень его радует и приносит только удовольствие. От этого мелкие мурашки бегут по рукам.

- Ты была на эмоциях, а люди зачастую в таком состоянии говорят то, что их до глубины души ранит. Так что я решил осуществить твою такую небольшую мечту. Но, даже если бы ты уже была до этого здесь, кажется, ты очень любишь нечто подобное, так что, я бы просто сделал тебе приятно.

Внутри все трепещет, и я нервно сминаю салфетку, лежащую у меня на коленях.

- Спасибо большое, - смотрю прямо в глаза Саше, чтобы он понял, насколько важно это для меня, - если у меня когда-нибудь спросят про мое лучшее свидание или самый счастливый момент, я однозначно расскажу про этот день.

- Не торопись, милая, у нас будут еще более впечатляющие свидания, - от такого ответа я смущаюсь настолько, что, кажется, краснеют даже кончики моих волос. Но наиболее сильный огонь внутри меня вызывает так мягко и легко произнесенное "милая". Это звучит так интимно и любяще, и от этого мне тоже хочется как-то выразить свои чувства. Это достаточно подходящий момент, чтобы признаться в своих чувствах. Думаю, наиболее удачного момента не будет.

Несколько секунд собираюсь с мыслями и стараюсь придать своим чувствам словесную форму, но понимаю, что честнее и лучше всего будет сказать то, что я чувствую и ощущаю на данный момент и буду говорить от чистой души, а не по заранее заготовленному тексту.

- Я хотела сказать, - привлекаю внимание Саши, и он моментально обращается весь ко мне, как будто заранее знает, что я собираюсь сказать. Это заставляет нервничать сильнее, но при этом говорить максимально честно, - что ты мне очень сильно нравишься. Я уже достаточно давно определилась, что у меня есть к тебе какие-то чувства, но в последнее время это все, кажется, приняло более серьезную форму, и сейчас я уже не могу просто быть рядом с тобой. Ты заставляешь меня волноваться, трепетать и смущаться, и я все чаще замечаю твою более мужскую сторону.

Я задыхаюсь от чувств и не знаю, что еще сказать, поэтому за помощью обращаюсь к мужчине. Поднимаю глаза и застываю, потому что темные глаза следят за мной так пристально, как будто готовы съесть меня прямо сейчас. Я перестаю дышать, и понимаю, что уже сказала достаточно.

Мы молчим, и эти мгновения, кажется, растягиваются в долгие часы. Мы просто смотрим друг на друга, и пока я сомневаюсь в том, верно ли я все сказала, Саша просто изучает меня.

- Тогда, - начинает он, и я даже вздрагиваю от того, как его спокойный голос громко звучит в моей вселенной, как будто сейчас мне вынесут приговор, - если это так... ты станешь моей девушкой?